- Лайэн, стрелу сигнульную в звезду Фориэта, немедленно,- быстро проговорил Элиас.
Тем временем Лореллис придерживал потерявшего сознание архитктора. Таурсул поднялся из-за стола, подошел к несчастному:
- Лореллис помоги мне перенести его на скамью...- попросил командир звезды без лишних эмоций, сторого и сухочато, как всегда, когда надо было действовать немедленно.
Вместе они перетащили Лоссэ и аккуратно положили на растеленный Лайэном в попыхах плащ. Целитель же выпустил сигнальную стрелу и теперь просматривал своим целительским внутренним взором истощенного архитектора.
- Что с ним?- спросил Элиас

Чародей только вздохнул, отводя взгляд. Он хотел было помочь перенести архитектора, успел приподняться со скамьи, но через мгновение опустился обратно, поняв, что его помощь не требуется. Он не был целителем, к тому же слепота порядком мешала ориентироваться в пространстве, приходилось рассчитывать только на острый слух, однако и это не всегда спасало. Лэдгар рассеянно скрестил руки на груди, вслушиваясь в происходящее отстраненно-задумчиво. Собственная беспомощность раздражала, как раздражало и вынужденное бездействие.

Услышав вопрос Элиаса, обращенный к целителю, Лэдгар невольно сощурил глаза, ожидая ответа.

Вмешиваться в разговор Лэдгару по-прежнему не хотелось, поэтому он молча слушал, ловил каждое слово, не зная, чем себя еще занять, и запоминая на всякий случай порядки в Звезде, мало ли зачем еще может подобное пригодиться. Впрочем, эльф поймал себя на мысли, что судьба архитектора его на данный момент беспокоит несколько больше всего остального, не считая еще одного факта, о котором все на время забыли, но, возможно, и к лучшему.

Услышав голос Элиаса, чародей повернул голову в его сторону, по привычке сощурившись.

- Я понимаю, - сказал он коротко, едва заметно улыбнувшись уголками рта.

Чародей отметил факт прихода целителя, однако в его ауру вглядываться не стал, не смотря на то, что это было по сути единственным, что он мог в данной ситуации сделать, чтобы не оставаться совсем уж отстраненно-равнодушным. Все время, пока целитель осматривал больного, Лэдгар сидел почти не шевелясь, глядя куда-то в сторону, почти что делая вид, что происходящее его действительно вообще не касается. Лишь услышав голос эльфа, он поднялся со скамьи даже до того, как тот уточнил в ответ на фразу Элиаса, что выйти должны все. Посмотрел на подошедшего Светлого, чуть нахмурившись.

- Хорошо, - кивнул без лишних слов.

В течение последующих событий и прошедших словно в дымке двух дней Лэдгар держался привычно в стороне от всех. Заговаривал только тогда, когда кто-то обращался к нему, не стремясь идти на контакт первым, однако помогал всегда и когда просили, и когда нет - предлагал свою помощь, ненавязчиво-спокойно. Дело не в том, что в общении чародей не нуждался, просто почему-то чувствовал, что сейчас не время, ощущал себя несколько уязвленным и иногда бессильным из-за собственного состояния, поэтому оставался сторонним наблюдателем, внимательным, не смотря на слепоту. В свободное время, которого было вполне достаточно, Лэдгар гулял по окрестностям, изучая их, но далеко от дома Звезды не отходил. Не потому что боялся не найти обратной дороги из-за своего временного недуга, просто на всякий случай. Предупреждение так внезапно явившегося в Лес Светлых бывшего архитектора он прекрасно помнил, слово в слово, не смотря на то, что, впрочем, совершенно не старался запоминать.

Когда Элиас обратился к нему, чародей сидел в доме Звезды, на одной из лавок, и задумчиво перебирал в памяти события, которые произошли с ним после встречи с Эле и остальными. Времени на обдумывание у него было предостаточно, поэтому он не раз возвращался мыслями к тому, с чего все началось. Иногда это помогало не думать о том, что могло произойти дальше, иногда просто отвлекало.

Лэдгар кивнул в ответ на слова Старшего так, будто все эти два дня только и ждал, пока Элиас сам вернется к этому вопросу.

- Я, признаться, помню местность вокруг дома довольно плохо, зато хорошо помню сам дом, - сказал чародей, тихо усмехнувшись. - Мои глаза? Как и прежде, - он чуть поморщился, с явной досадой. - Без изменений.

- Надеюсь, - Лэдгар коротко взглянул в сторону Элиаса.

Не смотря на то, что чародей привык путешествовать куда-либо в одиночестве, по поводу похода до места, где должен был быть дом, вместе со Старшим, он почему-то не испытывал никакого негатива, хотя и сам удивлялся своим чувствам, поскольку, наверняка, в иной ситуации пошел бы туда один, даже если бы был слеп. Возможно, все можно было объяснить тем, что Элиас когда-то был лучшим другом его отца, возможно, были какие-то иные причины, об этом Лэдгар не задумывался.

- Спасибо, - сказал чародей вместо обычного холодно-равнодушного "благодарю", и, протянув руку, нащупал плащ и легким движением накинул его на плечи. По сути он не ощущал ничего подобного неуверенности, хотя и подозревал, что дом будет найти непросто, еще сложнее будет отыскать то место, где должны были остаться кости, которые слуга Рилдира использовал для своих целей. Лэдгар невольно нахмурился, вспомнив то черное нечто, с которым они столкнулись вместе с эльфийским принцем.

Лэдгар едва заметно улыбнулся, услышав вопрос, хотя улыбку сложно было бы назвать веселой. Помощь от кого бы то ни было чародей по-прежнему воспринимал как указание на собственные слабости, что вызывало у него острое желание отказаться, при этом сказав какую-нибудь нелицеприятную фразу с такими же нелицеприятными интонациями.

- Спасибо, но... пока я сам, пожалуй, - однако без особого выражения сказал Лэдгар после короткой паузы, вновь, скорее по привычке, взглянув в сторону Элиаса.