Кивнув целителю в ответ, Лэдгар бегло оглядел собирающихся спутников поневоле, улыбнулся краешком рта, потом тихо усмехнулся. Задумчиво хмурясь, видимо, пытаясь придумать подходящую по случаю песню, маг сыграл короткий перебор, однако и по этому поводу мысли решили побегать. Менестрель вздохнул и решил положиться на волю струн. Продолжив играть спокойным перебором, он периодически напевал себе что-то под нос на эльфийском, изменяя мелодию, пока песня не выскользнула из-под струн сама, а потом вспомнились и слова.
"Зачем ты дремлешь, укрыт плащом,
Под небом, в беззвездный час?
Ведь только теперь мы будем вдвоем
Один-единственный раз!
- Но этот плащ – не шерсть, не лен,
Он – холод и ночь зимы.
Из перьев мрака он сплетен,
Он сшит из лоскутьев тьмы".
Лэдгар не помнил, когда в прошлый раз пел. В последнее время он больше занимался наемничеством, нежели музыкой. В принципе, музыка была для него главным делом только до тех пор, пока он жил у старого учителя и некоторое время спустя после его смерти. Пением и игрой на лютне много можно заработать разве что на приемах у богатых людей, а для этого нужно было иметь как минимум связи, которых у эльфа было мало, сказалось то, что он не оставался подолгу в одной деревне или в одном городе, постоянно уходил дальше, путешествовать. Поэтому работа наемником приходилась кстати: проводить каких-нибудь торговцев до ближейшего города или сопровождать моряков в плавании, следя за погодой и водой. Музыку маг любил, однако со временем понял, что она - всего лишь способ поднять настроение себе и другим, а отнюдь не денежное дело. Так считал и его старый учитель.
"Я отнял лоскут у ребенка – слепца,
И он увидел свет.
Слепило солнце ему глаза,
А тени у солнца нет.
У темных пещер я отнял лоскут,
Обрушился древний свод.
На старых камнях цветы цветут,
И птица в ветвях поет.
Я отнял лоскут у свежих могил,
Умерший восстал от сна,
От счастья он пел, по траве бродил,
Встречала его жена!"
Но, не смотря на то, что Лэдгар очень давно не брал лютню в руки именно для того, чтобы исполнять песни, а не просто играть, пел он по-прежнему хорошо, хотя и в его тихом голосе иногда слышалась хрипота: сказывалось еще не отошедшее после прожитого дня горло. Менестрель не особо любил петь, не потому, что считал себя в этом занятии не слишком преуспевшим, слух у него был, равно как и голос, однако для того, чтобы именно петь и петь хорошо, нужно было особое настроение, а оно посещало не часто.
"И вот мой свет, мой лик, мой стан
Укрыла черная тень.
Я долго шел, искал и ждал,
Нашел – и кончился день.
- Умерший воскрес, слепой прозрел,
Послушай, зачем тебе тьма?
Ты был прекрасен! Был горд! Был смел!
Ответь мне! – Пришла зима".*
Менестрель сыграл еще несколько аккордов, после чего в последний раз провел пальцами по струнам, прикрыл их ладонью. Лютня замолчала.
____________________________
*текст песни (с) Эле