Призраки в изначальном виде появились как только начались смерти первых поколений божественных творений. Появились они как парадоксальная магическая аномалия - некоторые души не находили путь дальше в посмертии, застревали в междумирье или оставались привязанными к плану Альмарена будучи бледными тенями себя прежних, неспособных ни взаимодействовать ни дать знать о себе. Рилдир, заметив эту особенность и будучи одним из богов-Создателей, в ряде магических экспериментов лежащих за гранью понимания любого другого ученого или колдуна, смог добиться их более осмысленного, материального существования в этом мире, в итоге сотворив своеобразную, но тем не менее новую форму жизни, неживую по своей сути и дав некоторый выбор и лазейки. И которую точно так же мог использовать для воплощения своих замыслов.
Призраки - народ без народности как таковой. Судьба призрака может быть уготована человеку, эльфу, гному и различного рода полукровкам. Исключениями являются демоны, айрес и стихийные да природные духи - вивенди и нимфы. Шефанго такая судьба тоже обошла в силу их иномирового происхождения.

Несчастье становления призраком может настигнуть при конкретных обстоятельствах:
- Отказ. После смерти своего тела, душа умершего может отказаться следовать по пути посмертия и остаться в материальном плане навсегда, считая это лучшим выбором. Здесь не важно от жажды жить или от надуманных причин - это необратимый шаг, имеющий свои последствия;
- Оставшийся. Оставшиеся души, по сути, тоже отказываются совершить исход из этого мира как и отказавшиеся, с той лишь разницей, что душа цепляется за жизнь из-за незаконченного дела или из чувства своей обязанности кому/чему-либо. Не важно, защита ли это родного человека, незаконченная миссия или месть как у мученика, но такой мотив даёт обоснованную отсрочку, после которой всё равно придется решать. В зависимости от мотивов такие духи могут быть настроены по разному к окружающим их живым;
- Мученик. Живое создание, по тем или иным причинам может испытать такие невыносимые страдания, ужас и отчаяние, что душа сама отвергает муки и тело их получающее, но это вступает в конфликт с жаждой жить, но просто без обрушившихся мучений. В таких случаях душа не уходит и тоже воплощается в призрака. Такие души быстро становятся яростными и злыми призраками, жаждущими мести своих мучителям и всему живому;
- Самоубийца. Похоже на путь мученика, только с той лишь разницей, что страдающий накладывает на себя руки самостоятельно в порыве отвергнуть эту жизнь. Жестокая ирония заключается в том, что такие слабые души не находят путь в посмертие и не нужны там, что обрекает их на существование в этом мире;
- Проклятый. Проклятая душа при жизни перешла дорогу кому-то могущественному и способному наложить на создание клеймо такой силы, что оно не оставляет душе иного выхода, как оставаться в мире живых. В иных случаях проклятие может закономерно сформироваться под действием поступков при жизни и всё возрастающего негатива в отношении будущего проклятого. Такие духи могут "искупить" свою вину перед проклявшими и в итоге иметь шансы на исход;
- Неудавшавшаяся личефикация. Переход из фазы жизни в нежизнь путь сложный, опасный и требующий четкого исполнения всех пунктов. Некромант идущий по пути своего "возвышения" может допустить на финальной стадии критическую ошибку, которая оставит его без желанного бессмертного тела, но при этом не убьет в широком понимании этого слова. Такие души, пытавшиеся перехитрить цикл жизни и смерти, остаются в мире имея на руках такое вот пренеприятнейшее обстоятельство.

Силы, таланты, особенности.
Призраки - воплощенная антижизнь, антитеза ей. Присутствие призраков так или иначе угнетает всё живое и материальное - вода протухает, цветы вянут, пища оставляет привкус тлена, солнечный свет будто тускнеет, а огонь не согревает и т.д. и т.п.. Чем старше призрак и чем большую активность он проявляет, тем сильнее его пагубное влияние на живые и материальные аспекты.
Призраки на первых порах сохраняют свои прижизненные привычки, особенности и память. Однако для них и время идет иначе и "прожить" в таком виде они могут неограниченное количество времени. По прошествии многих лет, призрак так или иначе имеет все шансы не просто забыть что-то из своей прошлой жизни, а забыть самого себя как дичность, влача рефлекторное существование полное опасностей и угрозы для живых.

Многие призраки, но далеко не все, так или иначе привязаны к определенным местам, в основном - где встретили свою смерть будучи живыми. Как факт - это может быть что угодно, начиная от старого дома и пыточной камеры и оканчивая торговой площадью или проселочной дорогой. В любом случае, эти места - якоря привязывающие призраков к материальному миру и позволяющих им воплощаться. И они же являются своего рода тем поводком, который их удерживает от слишком далеких и неконтролируемых странствий. Так же этим поводком и якорем могут быть предметы и объекты - любимые прижизненные вещи могут быть чем угодно, от безделушки до целого монумента. Если призрак был до этого некромантом пытавшимся стать личем, то это будет скорее всего вполне рабочая филактерия. Впрочем, лич или не лич, призрак будет воплощаться из раза в раз из-за таких нюансов ровно до тех пор, пока эти "якоря" не будут найдены и уничтожены или особым образом очищены от энергии духа.

Душа сама по себе несет определенный магический заряд как таковая, а в своей нежизни приобретает потенциал еще больший. Призраки становятся весьма достойными иллюзионистами и владеют ментальной магией, а им самим задурить голову вообще невозможно, что позволяет им скрывать своё присутствие, обманывать живых и делать жизнь своих жертв невыносимой, буквально до смерти. Телекинез позволяет им взаимодействовать с объектами, однако массогабариты ограничиваются добротным шкафом или каретой, что тоже может доставить проблем.
Призраки имеют сложную структуру, которая материальна и не материальна одновременно. Они могут так или иначе взаимодействовать с предметами и объектами, но могут и проходить сквозь них и не самые широкие препятствия переходя в фазу развоплощения. Материальное оружие и брошенные в них предметы не наносит вреда, однако правильным образом зачарованное или освященное светлым жрецом, или если предмет является волшебным как таковой, несут угрозу их текущему воплощению. Так же призраки "чувствуют" себя плохо будучи материальными под солнечным светом, однако сам по себе он им вреда не наносит, а лишь ослабляет. Истинная мощь духа проявляется под покровом ночи и в замкнутых помещениях.
Призраки и  их "якоря" уязвимы к магии Света, в частности к обрядам сдерживания и изгнания. В этом ключе, внезапно, против них неплохо работают приемы демонологии, призванные сдерживать потусторонних существ - различного рода глифы, круги, пента-и-так-далее-граммы. Отсюда следствие того, что "народные" средства так же из года в год подтверждают свою эффективность - круг из соли, например всё еще способен защитить от контакта с не самым сильным из призраков так же как и от пленения какого-нибудь иномирового беса. В любом случае, развоплотить призрака полностью возможно лишь очистив или уничтожив предмет его удерживающий здесь или место или оказав помощь в том, из-за чего он остался в мире. Только тогда душа обретет покой или развеется навсегда, слившись с магией Альмарена.

Призракам не нужны потребности и фетиши живых. Призраки не спят, теряют смысл в тех или иных амбициях и желаниях, в том числе из-за невозможности их нормально воплощать и получать от этого удовольствие. Призракам не свойственна жажда и голод. Однако, духи могут и часто практикуют "выпивание" жизни из попавшихся им в руки материальных жителей мира, работает это в основном при контакте, касанием или длительным присутствием рядом. Это может происходить как долгое время, когда дух потихоньку подсасывает жизненные и психические силы живого, так и быстро, когда жертву буквально иссушают оставляя в итоге обезображенную высохшую мумию. Делается это по многим причинам - зависть и  ненависть к жизни и живым, в попытках найти удовлетворение и забавы ради, банальная подпитка. Последнее не является критическим важным, однако необходимо если призрак активно колдует, ибо, хоть он существо и магическое, предел возможностей в магии есть и у него.
Духи имеют уникальную возможность вселяться в живых и брать их под контроль на определенное время, что делает их схожими с некоторыми породами демонов. Делается это в основном с морально и физически слабыми людьми, которые не могут дать ментальный отпор психической мощи вторженца. Такими жертвами, в основном, становятся дети и старики, часто одержимыми становятся различного рода "блаженные" личности и те, кто находится в подавленном и апатичном состоянии длительное время. В некоторых случаях это сопровождается длительным втиранием в доверие к будущей жертве и её семье, чтобы иметь набор тел под рукой и чтобы "помощник" мог устранить часть препятствий на пути к злодеянию - амулеты, руны и т.п. Однако, чем более "изношена" жертва сама по себе и чем сильнее призрак, тем сильнее он оказывает разрушительное влияние на своё вместилище, и физически и духовно. В любом случае призрак так или иначе разрушает жертву изнутри и такое подселение лишь временно, до смерти ли жертвы или до перехода в новое вместилище раньше. В любом случае, несчастный в большинстве случаев сходит с ума.
В случае обнаружения присосавшегося к жертве призрака или его вторжении в чужое тело, на помощь приходят всё те же приемы защиты и изгнания. Предупреждать подобные беды можно точно так же - светлой магией, освящением и амулетами. И слежкой за тем, что за воображаемые новые друзья появились у ребенка или отчего бабушка всё чаще разговаривает с давно умершим дедушкой.

Высшая некромантия - хосты
Проблематика того, что одержимое призраком тело рано или поздно будет разрушено и наступит смерть организма, давно занимала умы некоторых магов и алхимиков. В экспериментальных целях предпринимались различные попытки продлить существование, сиречь агонию, тела и разума, которые оказались под властью привидения, однако ни к чему действительно выдающемуся это не приводило. До недавнего времени, когда удалось подготовить и улучшить тело до такой степени, что призрак может в него вселяться и надолго забыть о том, что нужно будет рано или поздно выселяться.

Хочешь рассмешить бога - расскажи ему о своих планах [Далее - опциональная бабайка]
Однако подобные открытия оказываются выдающимся для человека, но лишь шагом на пути к истинной мощи некромантии и алхимии, ибо совершенству нет предела.
Точнее предел упирается в Рилдира и его изыскания, ведь кому как не богу лучше знать что можно сделать с призраками, ведь это он их создал такими какие они есть.
Войны ведут солдаты и солдаты были нужны даже Темнейшему, особенно если они могут выживать и побеждать там, где спасуют любые творения Светлейшего.
Рилдир в своё время, в самом предверии будущей войны за установление своего видения порядка, тоже проводил некоторые изыскания с телами и духами-резидентами в них, желая не просто дать им извращенную форму посмертия, но и фактически вернуть назад в эту реальность в самом широком и объемном смысле этого слова.
Так появились "жнецы" - искаженные темной магией Рилдира души, заключенные в им же измененные тела-сосуды. Ненавидящие всё живое, неукоснительно исполняющие его волю, проникающие везде и всюду где только возможно, ибо их материальная плоть никак не накладывала ограничений на их перемещения, была почти неуничтожима, хоть и уязвима к магии Света, в меньшей степени конечно. Вечные палачи, способные выпить жизнь из целого отряда бойцов и разящие врагов своего бога бердышами и глефами. Последнее, впрочем, впечатлило живых настолько и одновременно настолько же выветрилось из памяти за тысячи лет, что образ смертоносной фигуры в балахоне накрывшем их тела, у них четко ассоциироваться стал с косой, но никак не с более адекватным оружием.
Никто уже не может сказать были ли они вообще и если были, то куда исчезли. Кто-то их видит, в самые темные часы в темных землях или в предгорьях Скалистого хребта, седея и заикаясь в итоге. Многие считают, что если их бог не умер, то и они не умрут никогда, ибо нет лучше "якоря" для призрака в этой реальности,чем сам Рилдир в ней находящийся. В таком случае они, вероятно, вечные стражи его беспробудного сна.