-Ах вот как!
Девушка гневно сложила руки на груди.
- Так что же ты тогда разговариваешь со мной? Раз я никто! Зачем тогда...
Майя смутилась,но закончила мысль.
-Целовал меня? Вампирский позыв?

Глаза Майи расширились до неприличных размеров.
Не верь ему...Он обманывает тебя...
-Это что...какой-то трюк? Не смешно!
Внезпно она услышала в кустах какой-то шорох. Майя настороженно огляделась, но не сошла с места.

-Заткнись! - прошипела она на него, полностью переключив свое внимание на окружающей обстановке. Их окружали. Хорошо,что она не забыла катану.
-Иди к пещере и охраняй Хиль...Я отвлеку их...
С этими словами она сделала пару шагов и быстро побежала в чащу. Шорохи последовали за ней.

Девушка открыла глаза. Она по-прежнему находилась в горячем источнике, а вокруг нее были все те же сталактиты и сталагмиты. Тем не менее драконица чувствовала себя намного-намного лучше. Ей не хотелось вылезать пока из горячей воды, потому, что воздух был хладен.

«Мне нравится чувствовать его прикосновения, - подумала Хиль и лишь сейчас, когда она осталась наедине с собой, драконица позволила себе влюблено улыбнуться. – Его руки, такие холодные, что мне кажется, когда он дотрагивается до меня, у него остаются ожоги на пальцах… Огонь и лед, возможен ли их союз? Нет, наверное… Но никто не запрещает мне мечтать.»

Хильдегарда тихо вздохнула, после чего перевернулась на живот и нырнула. Озеро было слишком глубоким, поэтому девушка решила не рисковать. Вынырнув на каменистый берег, Хиль отжала воду из своих волос, затем тряхнула головой и направилась обратно к костру. Мокрая одежда прилипла к ее телу, эротично подчеркивая контуры. Правда здесь драконесса была уверенна в своей неприкосновенности, поэтому не стала переодеваться в сухое. Девушка передергивалась от малейшего дуновения ветра, но вовсе не боялась простудиться. Сев рядом с костром, драконица заплела влажные волосы в косу, достала из Багги кусок ткани и стала им промокать капли воды на лице и руках. Закончив, Хиль отжила полотенце, чтобы то тоже высохло, а сама кошкой изогнулась в сторону костра, наслаждаясь его  природным жаром.

«Жестоко, наверное так поступать со Свинни… С другой стороны, вряд ли от моего вида у него проснуться хоть какие-то чувства».

Маий и Края не оказалось в пещере, поэтому Хиль решила, что просто пошли прогуляться. Так бывало… К несчастью ли, к счастью, дракониха никогда не сможет понять человеческой любви. У драконов все иначе. Они встречаются с самцами единожды в период Танцев, между ними происходит связь и… все остальное время после драконица тратит на воспитание детеныша. Нет, конечно, есть такие драконы-самцы, которые точно так же хотят немного большего, чем просто подчиняться инстинкту продолжения рода. Но таких очень-очень мало. Поэтому иногда, Хиль немного завидовала двуногим.

Хиль повернулась и посмотрела на Свинни. Она не могла понять, что же в нем есть такого, что ее так сильно манит? Да, драконесса когда-то полюбила некроманта, но он был с ней нежен. Его любовь была словно горячий источник. А от этого колдуна веяло леденящим душу холодом. И все-таки он все больше и больше начинал нравиться Хильдегарде.

-  Спасибо… Тебе бы тоже не мешало отдохнуть… Майя со своим вампиром-любовником, вряд ли сегодня вернутся, - девушка как-то странно улыбнулась, - Счастливцы…

Хиль обняла колени, оперлась в них подбородком и вновь стала «гипнотизировать» огонь.

«Ночь. Пасмурно. Огонь. Мужчина. И мне отчего-то грустно… Жаль, что в такую погоду не полетаешь…»

Хиль тихо мурлыкнула и поднялась с земли. Грациозной походкой она прошла к Свинни, присела на корточки за его спиной, положила руки ему на плечи и, повинуясь странному порыву, коснулась губами холодной щеки некромага.

- Спасибо за заботу, человек… - сладко прошептала драконесса ему на ухо, - но разве я похожа на слабую и беззащитную женщину?

В этот же миг в руке девушки появился призванный кинжал, острие которого было направлено на горло колдуна. Хиль ухмыльнулась и в этот миг ее зрачки стали на время драконьими. Драконица знала, что Свинни вполне мог одолеть ее в честном поединке, но у нее все же имелись кое-какие преимущества. Повинуясь приказу хозяйки, кинжал растворился в ее ладони, вернувшись обратно на свое место. Хиль молча встала, и, пройдя к выходу из пещеры села, прислонившись к каменной стене. Здесь ее приятно обдувал свежий ветер, и она чувствовала интересные, для нее запахи.

Хиль ухмыльнулась и молча стала слизывать кровь со своих пальцев. Закончив, драконеса ответила:

- Ты мил!  - девушка усмехнулась. - А насчет чувств, я лишь показываю то, что ты мне не враг… Разве ты видишь большее? Если так, то виновата не я…

Драконица холодно рассмеялась. На самом деле девушка понимала, что слишком сильно открылась этому человеку. Происходящее с ней, настораживало чувства, но привычки Хиль были слишком избалованы.

- Ты испачкал мою рубашку… - девушка озадачено посмотрела на пятна крови, которые теперь вряд ли чем можно было отстирать. Хотя, Хиль никогда не была прилежной домохозяйкой…

Хиль презрительно хмыкнула. Сказать в ответ: «я просто не хотела тебя смущать», было бы глупо, поэтому драконесса просто скинула с себя рубашку. Полу нагота ничуть ее не смущала, просто ей было не очень уютно. Она знала, что думают самцы человека, когда видят обнаженную девушки, и от этого всего ей становилось гадко. Но Свинни был другим, он сильно отличался от обычных самцов.

- Движемся в центральные земли… - произнесла драконесса, вернувшись к костру. Багги подползла к хозяйке, открыла крышку и «предложила» Хиль взять чистую рубашку. Девушка отказалась, решив, что оденется позже, если начнет замерзать. Возможно Хиль решила так только из вредности… Но кто знает этих драконов?

"Гррр... Пусть только сомкнет глаза... Я оставлю на его коже пару шрамов своими "когтями"! Эх... самец! - Хиль подобрала под себя колени, после чего пристально уставилась на свою тень.

Хиль, заметив реакцию Свинни, прислушалась и тоже почувствовала что-то подозрительное. Ругнувшись, девушка все же одела рубашку, лишь потому, что… В общем, не важно почему она это сделала, автор и сам мучается в догадках. Драконица одела на руку когти, кинжал сунула в сапог, чтобы в случае необходимости призвать его.

- Ну, кто там напрашивается на мясорубку? – хищно улыбнулась Хильдеграда, подойдя к колдуну.

В подтверждение словам Свинни к пещере вышли два человека: девушка-маг и явно перекачанный юноша-воин. Парень сразу же занял боевую стойку, а маг зажгла в руке сгусток световой энергии и молвила:

- Вы нас раскрыли, и нет смысла больше прятаться, - повернувшись к колдуну, незнакомка продолжила, - мы профессионалы, так что советуем тебе отойти в сторону и не мешать нас!

Хильдегарда насмешливо хмыкнула:

- Вы? Ха, да вы парочка идиотов, которые решили, что я добровольно сдамся вам!

Маг нахмурилась, затем сорвала с шеи до боли знакомый драконессе амулет и стала шептать заклинание. Нити «магии истины» потянулись к Хильдегарде и моментально опутали ее с ног до головы.

- Смирись, ящер… Против моей магии ты бессильна! – гадкая улыбочка появилась на лице незнакомки. Пока маг занималась драконессой, воин взял на себя Свинни и готов был снести ему голову своей секирой, если тот посмеет пошевелиться.

- Гадюка… харрррруК! – рыкнула Хиль. Ее тело начало трансформироваться, одежда лопнула по швам. Все это зрелище мог выдержать не каждый, многих при этом выворачивало наизнанку, но маг, хоть и побледнела лицом, не отступила. Перевоплотившись в свой истинный облик, Хильдегарда заняла собой всю пещеру и часть каменной площадки. Здесь ей было тяжело уворачиваться от заклинаний, и она не могла взлететь так, чтобы не задеть при этом Свинни. Дракониха отчаянно взревела. Маг достала из своей сумки небольшую сферу и подняла ее над собой:

- Теперь, ты в моей власти!

Ящер грозно рычал, бил хвостом, выбивая из скалы камни. Глаза Хиль налились кровью, она поставила мощный ментально-блокирующий щит, но артефакт медленно пробивал ее оболочку.

«Сфера подчинения… Второй раз в моей жизни! Нет, я не должна этого допустить… А если она прикажет мне убить Свинни?!»

Драконесса вновь взревела и выпустила из пасти огненную струю. Впрочем, та не сильно задела напичканную амулетами девушку, за то сильно обожгла стоящего рядом воина.

Хиль почувствовала острую боль, затем разум ее затянула пелена. Драконица не осознавала, что происходит и, что она сама делает. Но, едва почувствовав, что ментальный контроль на ее сознанием ослабляется, Хильдегарда «вытолкнула» чужие мысли и вновь ощутила себя.

«И что это за дрянь, что залезла мне в голову?»

Внезапно, драконица осознала, что ее хвост обвит вокруг тела мага, а Свинни уже освободил девушку от ее побрякушек. Хиль довольно оскалилась.

- Счастливица! Тебе повезло стать моим ужином… - ментально передала магу драконица. Зрачки девушки расширились от ужаса, но она даже вскрикнуть не успела – Хиль сломала ей хребет, после чего торжественно откусила голову. Правда спустя мгновенье, она выплюнула человеческое мясо и долго отплевывалась огнем.

«До чего же гадкое мясо… Этой дамочке стоило меньше курить…»

Драконица повернулась к колдуну и передала ему мысле-речь: «Кого мне еще съесть?»

Хиль довольно зажмурилась и издала мурлычащий звук, вновь проникнув в мысли Свинни:

- Лучше открой мне доступ… В этом облике я не умею общаться иначе.

Ментальный щит колдуна действовал на драконицу, как лезвие, пронзающее ее мозг. Боль раздражала ящера и он начал тихонько рычать.

- Я убила ее потому, что она все равно ничего не знает. Когда она влезла в мое сознание, то невольно впустила меня в свои мысли. Глупый человечек… был.

Дракониха вытянула передние конечности, положила на них голову и тяжело вздохнула. Из ноздрей Хиль вышел густой дым. Тучи затянули ночное небо, и уже начинал накрапывать дождь, мелкий и до жути неприятный. Драконица заботливо вытянула одно крыло, сделав своеобразный «навес» над Свинни.

- Дождь станет сильнее через час… Ветер дует в южную сторону… Я могу перенести нас за час или два в Ариман. Правда мне будет тяжело лететь в такую погоду…

Хиль насмешливо фыркнула, выпуская в воздух клубы горячего дыма. Толкнув мордой Свинни в плечо, драконица ответила:

«Я буду делать в Аримане то же, что и в Леммине! Существовать, искать, спасаться… Не знаю… Меня тянет в те края… Там сильные потоки магии… А мне нужно зарядить свою сферу-перемещения… Думаю, мне нужно что-то вроде гильдии магов. Где еще можно найти архимага, который сможет зарядить столь мощный артефакт и при этом не умереть?»

Хильдега сейчас и правда плохо представляла, что собирается делать дальше. Она всегда путешествовала одна, и ей впервые приходилось отвечать на подобный вопрос. Хотя, если бы не Свинни, ей пришлось бы очень туго. Хиль даже и не подозревала, что драконы в этом мире – столь ценная добыча. Обычно ей приходилось сталкиваться с одним или двумя охотникам раз в несколько месяцев. Теперь же «профи-наемники» не отставали от нее ни на шаг. Это сильно тревожило девушку.

«Ты сильно рискуешь своей жизнью из-за меня…» - недовольно заметила драконица и слегка приподняла верхнюю челюсть, показав острые зубы, зрачки ящера сузились – это означало беспокойство.

Внезапно Хиль разозлилась, она не понимала и устала пытаться понять этого человека. Драконица решила, что больше не будет пытаться оберегать того, кому жизнь своя не дорога. Может, ей просто было обидно, что Свинни не оценил ее заботу. Хиль слишком часто была одна, поэтому эта чрезмерная скрытность не радовала ее. Слишком колдун напоминал драконе ее сородичей – замкнутых в себе, холодных и безжалостных. От этого пришедшего в голову сравнения Хильдеге стало грустно. Угрумо рыкнув, драконесса поднялась и вошла в пещеру. Своим телом она отколола от скалы пару валунов, но даже не заметила этого, а кончик ее хвоста чуть было не саданул Свинни по лицу.

«Глупые человеки… Так бы и рвала бы всех на кусочки не разбирая кто есть кто… Какая разница? Все равно рано дохните… И всем как-будто плевать!» - слишком громко подумала драконица, не позаботившись о ментальном щите. Раздался глухой грохот, дрогнула земля – это Хиль всем своим весом плюхнулась на землю.

Хильдегарда не долго сидела в одиночестве, обижаясь на весь белый свет. Редко случалось такое, чтобы какое-то негативное чувство задерживалось в сердце драконицы надолго. Вся эта тяжесть… Если бы Хиль оставляла все это в себе, то давно бы уже не летала.

«Свинни…» - голова дракона высунулась из пещеры. Глаза ящера ничего не выражали, а мимикой драконы не обладали, но все же можно было почувствовать, что она словно просит прощения.

Перевернувшись на спину, Хиль положила голову рядом с колдуном и забавно свесила язык на бок. Сейчас драконесса видела человека кверх ногами и это казалось ей веселым.

«Улыбнись! Клянусь хвостом и крыльями, я съем тебя, если ты будешь продолжать меланхолить!» - Хильдега помотала кончиком языка в воздухе и спрятала его обратно.

Драконица довольно фыркнула, после чего перевернулась на живот и внимательно посмотрела на колдуна.

«А знаешь, - Хиль осторожно ткнула Свинни гладкой стороной когтя в грудь, - там, глубоко внутри тлеет ма-а-аленький уголек – твое сердце. Только ты не даешь ему разгореться…»

Скрестив лапы перед собой и положив на них голову, драконица прикрыла веки. Хильдегарда не была почтенно мудрым существом, все-таки не тот еще возраст, но довольно многое она уже знала и даже успела почувствовать на своей шкуре. Она знала, что не сможет по своей прихоти изменить человека, да и не собиралась этого делать. Ей просто нужно было общение, которого ей так не хватало.

«Мое сердце большое и я влюбчива, как кошка, - мыслила драконесса, не открывая глаз, а в ее сознании проплывали образы прошлого. – Многие люди видят во мне чудовище, машину для убийств… Они не верят в то, что, такие как я способны на такое светлое чувство».

Хильдегарда открыла глаза, но взор ее был направлен в пустоту.

«Любить можно многих… Но так мало тех, кто будет испытывать к тебе те же чувства… - тут драконица рыкнула. – Конечно, сейчас ты скажешь, что все это сопливая чушь и любовь тебе не нужна! Но как можно говорить об этом, если ты… не любил?»

Хиль не смотрела на собеседника и, казалось, ответ ее мало интересовал. Сейчас она просто делилась своими мыслями, «кормила» колдуна драконьими знаниями. Он мог их вполне переварить, но мог и просто выплюнуть, посчитав их ненужными для себя. Это было уже его право и драконица предоставила ему право выбирать.

Отредактировано Хильдегарда (20-07-2008 22:05:06)

«Для меня любовь – это жизнь… Прости… Наверное, мы просто разные существа и нам не дано понять друг друга.»

Хиль грустно засопела, но тут же успокоилась, подумав о том, что разумных существ в мире еще очень и очень много, а жизнь ее настолько длинна, что край еще долго не покажется на горизонте. Хотя, она так надеялась, что нашла того, кто способен понять ее... Однако, слишком много иллюзий было в ее жизни.

«Я думаю, тебе стоит больше общаться с одушевленными существами…- придирчиво ответила драконица, но при этом совершенно не враждебно. – В прочем, у тебя наверняка свои мысли на этот счет…»

Хильдегарда стукнула хвостом по сталактиту внутри пещеры, и тот с грохотом упал на землю. Пещера была все-таки слишком тесной для такого огромного существа, как дракон.

Хиль молча наблюдала за Свинни. Его поведение казалось дракону безумным, но в то же время таким понятным. Она уже сожалела о том, что так много сказала колдуну. Не каждый способен сразу понять и принять драконью философию. Дождь становился все сильнее, громыхнуло, небо полоснула свирепая молния. Нет, в такую погоду лететь было опасно, а утром драконессу могли заметить. Хиль решила, что им стоит пройти этот путь по земле, пусть это и будет дольше.

Подумав немного, драконесса перевоплотилась в свой прежний человеческий образ. Так ей было гораздо комфортнее и проще было общаться с колдуном. Одеваться она не стала, т.к. ее вид, как она уже убедилась, ничуть не смущал Свинни. 

Виддивази играла грустную мелодию, а ее хозяин сидел под дубом и мок под дождем. Казалось, что природа печалилась вместе с ним. Сначала Хиль не решалась подходить к человеку, думая, что ему лучше побыть наедине со своими мыслями, но потом решила, что он и так слишком долго пробыл в одиночестве. Осторожно ступая по скользкому камню, девушка подошла к Свинни со спины и произнесла:

- Прости… Я не умею ненавидеть… Да, я могу обидеться, уйти, но я всегда прощаю. Прощаю даже тех, кто делал мне больно. Злоба, ненависть – все это отягощает душу, а мне так нравится полет.

Хильдегарда мягко улыбнулась и, опустившись на колени, осторожно положила руку на плечо Свинни. Его одежда промокла, но кожа, словно горела изнутри. Драконица это прекрасно чувствовала.

- Свинни… - тихо сказала она, - пойдем к костру. Я не хочу, чтобы ты простудился.

Хиль усмехнулась, погладив человека по спине:

- Вовсе за тебя не переживаю! Просто мне не хочется тебя потом лечить. Терпеть не могу готовить отвары в походных условиях…

Хиль прошла вслед за Свинни в пещеру, из сумки достала чистое полотенце и плед. Драконица заботливо вытерла лицо колдуна, а затем укрыла человека пледом. Мокрые полотенца девушка прополоскала в источнике и повесила сушиться рядом с костром.

«Хм… надо будет в Аримане восполнить свой запас одежды… осталось не так уж много запасных комплектов рубашек и штанов… Хе! Ну я и транжира…»

Девушка легла рядом с Багги на свое одеяло. Сумка радостно пискнула, а ее хозяйка укуталась в плащ Свинни, которым совсем недавно поделился с ней колдун. Хиль беззаботно улыбалась, радовалась пляске огня в костре – ей было хорошо.

Хиль долго наблюдала за огнем, потом переключила свое внимание на Свинни. Тот продолжал хандрить, и это начинало раздражать драконессу. Говорить с ним бесполезно, на ее теплоту он реагирует, а что еще могло вывести его из ступора? Девушка поднялась с пледа, подошла к колдуну:

- Может, хватит уже? Ты еще головой об пол ударься!

Драконесса замахнулась и влепила Свинни звонкую пощечину...

«Ух ти! А эт забавно…»

… затем еще одну и еще… Хиль была намерена избивать колдуна, пока тот не выйдет из транса.

Хиль вскрикнула от невыносимой боли. Еще чуть-чуть и куколка бы сломала драконице ногу. В гневе девушка запустила в куклу фаерболл и та загорелась.

- Сначала ты плюешь на мои чувства, потом замыкаешься в себе и натравливаешь на меня свою куклу! – Хиль сорвалась на крик, хотя больше это походило на разъяренное рычание. – Достаточно… Зачем я вообще согласилась на твое сопровождение?

Драконица достала из сумки рубашку, штаны и сапоги, оделась и схватила свои вещи. На улице лил дождь, громыхало, сверкали молнии, но душу девушки рвали демоны.

«Если я умру, значит так надо…»

Хиль повернулась к колдуну, который по-прежнему не обращал на нее внимания. Девушка вздохнула и тихо произнесла:

- Я не кукла… я живая! Да, быть может, немного эгоистична… Но ведь ты сам пошел со мной! Я не просила…

Драконица перекинула сумку через плечо, проверила свое оружия и ступила в ночь. Тут же ее окатило ледяной водой, но девушка даже не вздрогнула. Внутри нее полыхал огонь злости, но не ненависти. Мокрые волосы хлестали ее по лицу, а она продолжала идти, спускаясь все ниже и ниже.  У подножия Хиль уже почти бежала, словно пытаясь скорее скрыться от Свинни.

«Глупые Темные! А чего я, собственно, ожидала?! Ну и пусть сидит там… один! Может туда Майя и ее вампир вернуться… А меня там уже не будет.»

Внезапно, драконесса остановилась.

«Да что со мной? Почему нельзя было просто подождать, пока он придет в себя? К чему эти обиды, гнев… Но дороги назад нет… Будь проклят мой огонь! Высвободился, называется…»

Подумала с горечью Хиль и пошла дальше, но уже намного-намного медленнее.

----------> Горная дорога

Люциус проскользнул в пещеру, пытаясь слиться с камнями. Идея прогулять по городу ночью была отнюдь не отличной. В правой твердой тонкой руке он держал свой кукри, а левой шарил по стенам в поисках того самого поворота. Отыскав его, молодой демон неслышно скользнул в проход.
Подземная зала имела неровные стены и низкий потолок. Люциусу кое-где приходилось пригибаться. Он сел в дальний угол залы, прислушиваясь. Только шепот ветра и далекие шаги. Хорошо. Демон вытащил из сумы несколько дровишек. Они будут гореть примерно пару часов, а пламя не будет трещать. Потерев висок, беловолосый юноша поджег маленький костер с помощью магии, вытащил из сумы флягу и отпил холодной воды. Потом оперся о стену, всё ещё удерживая оружие в руке, и расслабился.

Люциус нечаянно заснул. Ну а что, отдыхать же надо! Иногда. Ему снилась богатая добыча, победы в битвах, бескрайние просторы степей, которые он прошел. Через пелену сна пробивался дождь. Просто стук капель по земле где-то далеко. Но Люциус почему-то проснулся. Может, он что-то забыл? Нет. Наверное, привык к тому, что Кастор, его волк, всегда рядом. А на улице ведь дождь. Демон пытался вспомнить, где оставил волка, как вдруг послышались легкие шаги, а за ними - стук, видимо, копыт и громкий рёв. В следующий миг Люциус подобрался - в пещеру зашел эльф. То, что это эльф, было понятно сразу. Заостренные уши, тонкое, наверняка ловкое, тело, узкие ладони. И остроскулое лицо. В свете костра незнакомец, одетый в черное, отбрасывал таинственные тени. Люциус, из-под ресниц рассматривающий ночного гостя, погладил рукоятку своего клинка. Конечно, вряд ли он нападет, но надо быть готовым ко всему.
Манерно кашлянув, он начал:
-Хм. Что привело вас сюда? Неужели... дождь?

Отредактировано Люциус (18-07-2015 12:19:21)

- Мы надолго здесь не задержимся и уйдём с рассветом. А пока... Будем соседями по несчастью.
Люциус, пожалуй, редко видел оленей. Да он их и не искал. Мясо у них было жестким, поэтому после первого раза Люциус на них не охотился. Этот олень, и так черный, во мраке почти сливался со стенами и своим хозяином.
Когда эльф опустился на пол пещеры, демон поднял уголки губ, устроился поудобнее. Потом кивнул чему-то своему. Медленно положил клинок на каменный пол так, чтобы лезвие чуть звякнуло. Отвел руку. Что-то такое было в незнакомце. Это заставляло доверять. Подумав, юноша подложил в огонь еще пару дровишек, вытащил флягу с водой и медленно протянул незнакомому эльфу.