Понимание того, что тебя ждет очень долгая жизнь, дает поистине шикарные возможности. Особенно когда ты только-только покинула родные места и твоего покорения ждет целый мир. Молодой дракон – всего-то тридцать семь лет – смешное число для властителей небес – понимала, что теперь сама себе хозяйка, понимала, что должна обустроить логово и защищать территорию. Но жизнь так прекрасна, так странна, таит в себе столько всего непознанного, что бросаться в первое попавшееся логово или пещеру попросту глупо. Так почему бы не совместить полезное с полезным и приправить приятностями?
Выбирая себе место для своего личного дома, обсидиановая может спокойно изучать мир. Изучать соседей, которые могут сыграть немаловажную роль в будущем. Дракон уже поняла, что малые размеры и отсутствие крыльев да твердой чешуи не делает двуногих мира сего безвольными кусочками мягкого мяса. Они странные, они иные, они нуждаются в тщательном изучении. И раз Тени дарована жизнь длиной в тысячелетия (при правильно разыгранных «картах»), то и лететь наперегонки с ветром в освоении мира не стоит. Поспешность моет свести в могилу. А еще она лишает процесс путешествия этого дурманящего острого «вкуса».
Семнадцать лет странствий, а она не слишком далеко ушла от родных гор. Смешно? Глупо? Извольте, Морваракс считает, что она напротив слишком спешит. Да, смакует каждый прожитый день, углубляется в изучение всего и вся. И отдает себе отчет, что слишком молода. Горячая кровь гонит вперед, будто у нее на хвосте отряд охотников или обезумевший древний собрат. А может в том повинно место, которое вот уже почти второй десяток «обнюхивает» обсидиановая?
Темные Земли оказали ближе всего к «колыбели» Тени Ветра. Расположенные на севере континента они были обречены стать первыми в списке молодого дракона. Кровожадно улыбаясь, они распахнули и приняли в свои холодные объятия молодую жизнь. И «холод» в данном случае даже не метафора.
На вершинах гор властвуют ледяные порывы ветра и колючий обжигающий ветер, что так не по нраву обсидиановым драконам. Но даже пики Драконьих гор не шли ни в какое сравнение с тем, что царило здесь. Там холод был иным, привычным, даже чуточку приятным – бодрящим. Здесь же на дракона словно набросили сеть-паутину, сотканную из невесомых нитей изначального страха и отчаяния. Мороз не пробирал до самого сердца, не покрывал чешую рисунком трещин, но словно неотрывно следовал за Морваракс, медленно, но с каждым днем все крепче сжимая свои смертельные объятия.
Тень старалась думать, что это всего лишь реакция на незнакомую обстановку, на новый климат. Неприятно, хочется бежать дальше и как можно скорее, просто чтобы избавиться от липкой холодной «паутины» на крыльях. Но здесь – в Темных Землях, что граничат с горами, а не с территорией орды, - еще можно жить. Дальше будет только хуже. Топи, орда, Ледяная Империя, моря и заснеженные острова. Она должна изучить их, должна там побывать хотя бы чуть-чуть, должна увидеть всю красоту своими глазами хоть бы и с высоты полета. Дракон – не человек, он не в состоянии быстро приспособиться к резкому изменению климата. Потому Морваракс медлит, старается привыкнуть к дыханию чужой земли прежде чем идти дальше.
Эти трудности печалят и раздражают. Но никто не говорил, что будет легко. К тому же, даже здесь можно было найти кучу всего интересного. К примеру, то, что поразило дракона до глубины души – отсутствие четкой границы между днем и ночью. Вечная ночь стала любопытным открытием. Чувствовать течение времени, точно знать, что вот тогда была ночь, а сейчас день, но, открывая глаза, видеть все то же небо – к этому нелегко привыкнуть. Благо дракону было свыкнуться с такой диковинкой куда проще. Отчасти потому что мир она видела и со стороны магии. Эти земли, уродливые и холодные, тем не менее были матерью многим расам. И как родитель защищала своих «детей», давая им то, что нужно, - отсутствие губительных лучей света.
Пейзажи странные и немного скучные. Слишком «серые» и «пустые» - совсем не то, что жаждет видеть жадный до новых впечатлений дракон. Зато «живность», по большей части мертвая и агрессивная, давали возможность расслабиться в привычных рамках – в бою. Правда дракон скоро поняла, что если не досаждать местным, то и им до нее дела особого не будет. Кровь обсидиановых драконов требовала принять этот вызов – сражаться и побеждать. Умом Морваракс понимала, что бросать вызов всем Темным Землям, да еще в столь нежном возрасте – верная возможность лишить себя жизни и всех перспектив вместе с ней. Душа в себе постыдное желание, дракон стала держаться подальше от недоброжелателей, контактируя, но не досаждая.
Ныне темнокрылая решила отдохнуть на берегу озера. Утолить жажду, окунуться по возможности и заодно полюбоваться на диковинку. Абсолютно черные воды. По виду очень напоминают чернила, но не имеют того же запаха. Водная гладь как зеркало, кажется, коснись – и ступишь на холодную твердую поверхность, опусти голову пониже и загляни в свое идеальное отражение.
Крыльями Морваракс подняла в воздух песок и по застывшей глади озера побежала рябь. Под весом опустившегося дракона скрипнули мелкие камешки. Когти глухо царапнули почву. Морваракс переступает с лапы на лапу, проводит глубокие борозды у самого края воды, как кошка, «танцующая» у миски с водой. Наклоняет рогатую голов и делает глубокий шумный вдох, она принюхивается. Земля не несет в себе яда, она не отравлена, не враждебна. Касается губами воды. Холодная, но все то же отсутствие ядов, токсинов и враждебной магии. Просто вода, хоть и чернее ее чешуи. Чудное место, исключительное по основным меркам для этих земель. Тень дивится открытию, наслаждается водой, но не забывает следить за всем, что ее окружает.
И эту фигуру она тоже видит. Призрак о двух ногах, сложно судить кем он был при жизни. Светлую длинную шерсть на голове многие носят, а разбираться в тонкостях рас Морваракс пока не научилась. Тем более какая сейчас разница? Кем это существо было ранее уже не имеет значения. Раса, половая принадлежность и прочие нюансы, важные для живых, ушли в сторону. Это призрак – отголосок кого-то, мертвое существо. Дракон уже встречала таких как он. Агрессии на данный момент нет, и ладно.

Обсидиановая неспешно пьет странную воду и прикидывает, остаться ли на сон здесь – на берегу, или же выбрать место понадежнее. Усталость и впечатления, скопленные за день, требуют отбросить излишнюю осторожность. Кто подкрадется к дракону бесшумно? Таких существ мало, она-то визитеров услышит. В крайнем случае, почувствует недобрые намерения. Детство закалило Морваракс, пусть и молодая, но она слышала чужие побуждения. Если только они не были прикрыты вуалью опытного обмана и актерского лицемерия. 
Берег впечатлял, умиротворял, успокаивал. Здесь можно задремать, будучи объятой тьмой. Можно даже впасть в полу бодрствующее состояние и неспешно, со вкусом и вниманием перебирать самоцветы впечатлений. Каждый день несет очень многое. И все, абсолютно все, нуждается в рассмотрении, присвоении особой оценки, определения на свою полочку в бесконечной памяти дракона.
Так соблазнительно. И так губительно для нее. Ей повезло появиться на свет драконом – созданием магии, одним из самых могущественных существ этого мира. Она сильна. Но есть твари и посильнее. Честный бой один на один? Не смешите, только глупец, не  имеющий даже инстинкта самосохранения, кинется сражаться с хозяевами неба, не имея за спиной подкрепления и/или защиты. С группой же подготовленных воинов биться сложно даже дракону. И что может быть соблазнительнее нежели молодой крылатый ящер, уснувший у озера в Темных Землях?
«Осторожности много не бывает», рычал отец своим деткам. Кто-то из братьев потом фырчал, что с таким отношением и до паранойи хвостом подать. Кто знает, кто знает, может есть и толика правды в его суждениях? Вот только где братец и где Морваракс с отцом.
Обсидиановая осторожна. Отгоняет навязчивые мысли об отдыхе, примиряет свои уставшие крылья с необходимостью лететь дальше. И следит за единственным существом, что можно условно назвать «живым». Призраки сами по себе создания странные. И не внушали дракону доверия. Как можно доверять тому, что нельзя вскрыть и детально рассмотреть? И лакомый кусочек для настороженного отношения: что может помешать призраку сдать некрупного дракона своим… «союзникам» (если таковые есть у порождений смерти)?
Она насторожена, она готова к внезапности. Она так думает. Когда «нечто» касается разума дракона, крылатая непроизвольно вздрагивает и, коря себя за не отточенную до остроты сдержанность, глухо предупреждающе рычит.
Секундой после приходит понимание, это всего лишь речь. Чужая телепатическая речь. Молчаливая Тень привыкла сама обращаться к заинтересовавшим ее созданиям именно через телепатию. А тут фигуры сменили сторону. Кто-то «коснулся» ее разума. Было странно, даже очень. Капельку неприятно, будто тронули нечто лично твое. Так чувствуют себя молодые воины, считающие свой удар безупречным и уникальным, не подозревая, что мастера клинка прекрасно о нем осведомлены.
Взяла дракон себя в когти быстро. Быстрее, чем это можно ожидать от ящера на четвертом десятке лет. Прячет клыки, складывает крылья и поворачивается к «заговорившему». Логично предположить, что то был призрак. Хотя что мешает сильному магу «дотянуться» на расстоянии до своей цели и остаться вне досягаемости когтей и дыхания. Но, в этот момент дракон знает, что подозревать существование третьего лица не нужно. «Голос» определенно принадлежал призрачной фигуре (забавно, учитывая, что с точки зрения двуногих призрак выглядел до отвращения живым). Дело было даже не в магическом оттенке. Просто этот «голос» мог принадлежать только этому призраку. И все тут.
Морваракс подходит ближе. Человеческую речь, точнее язык этой расы она знала поверхностно. Учителя как такового не было. Единственные «занятия» были предоставлены теми группами наемников, коим платил отец. И отчего-то разговаривать с крылатыми детками они не желали. Но язык людей довольно прост, Тень понимала основу предложений и вопросов. Детали тоже важны, но коли дело обстоит столь плачевно, приходится довольствоваться малым.
Призрак обращался вежливо. Но было в этой вежливости нечто такое, что Морваракс сравнила бы со спрятанным «когтем», что двуногие иногда носят с собой. Такой стальной «коготь» может покоиться в защитном кожухе и не привлекать внимания, не использоваться. А может и вспороть мягкую податливую плоть. «Коготь» этого призрака вполне мог глубоко впиться даже в крепкую чешую. Это не внушало доверия, но это было очень интересно. Таких созданий, по складу характера и поведению, Морваракс прежде не встречала.
«Учтивость» Это слово она слышала и знала его значение. Но чтобы выстроить полноценное предложение, словарного запаса явно не хватало. Сомнительно, что призрак двуногого знает язык крылатых ящеров. Потому Морваракс прибегла к одной полезной хитрости телепатии. Она «сказала» не только слово, но и свое отношение. Конкретно в этом случае – удивление и благостное принятие чужой вежливости. Можно было даже уловить нотку интереса, что испытывает дракон к внезапному собеседнику.