Пришла ночь. За ней другая. Ничего не происходило, тело Вердамтиона лежало на камне. Но кладбище делало свою работу. Плоть пронизывала сила мертвых. Амулет-филактерия медленно, но размеренно пульсировал бледно-зеленым светом. В склепах и небольших оврагах вокруг увеличивалось количество мертвецов. Они сами перебирались туда по ночам из окрестных захоронений. Прошли недели, а может месяцы. Кузнец не ощущал времени. Но все же в определенный момент час пробил.
И только сумерки опустились на землю, как начался процесс восстановления тела. Камень, на котором лежал Подмастерье, окружили мертвецы. Они медленно и аккуратно сняли с него доспехи. На нем остались только хлопковые штаны и рубаха. Кто-то достал из его сумки иголку, вытянул нить из рубахи и стал заштопывать рану в боку Берсерка. Кто-то взял кузнечный инструмент и принялся подгонять пластины доспеха там, где прошел клинок. Делал он это достаточно ловко, потому что им управлял сам Шмидтер. Еще один "оживший" проверил руку, вправив несколько костяшек обратно в пасы, затем начал осматривать челюсть. В это же время два упыря подтащили свежий труп какого-то мародера. Вскоре один из глаз незадачливого грабителя могил и склепов перекочевал в пустующую глазницу полунежитя. Так же пришлось использовать часть мышечных тканей для подправки челюсти. Когда все было восстановлено, зашито и вправлено, а доспехи одеты, амулет несколько раз ярко вспыхнул. По кровотокам медленно потекла темная масса, являющаяся кровью, и заструился поток душ. Новый глаз начал быстро изменяться, становясь копией потерянного. Припухлость на "прооперираванном" участке челюсти спала. Рубцы и раны, являющиеся частью его мертвой ипостаси, вновь открылись. И вот Вердамтион поднялся со своего "ложа".
Постепенно поток душ в венах спал, а кровь стала текучее. Сердце забилось в обычном ритме. Ну, или слегка медленнее. Раны ушли. Остались только чуть белеющая на щеке царапина и пара шрамов на шее, которые были не видны из-за шлема. Бельма на глазах пропали, но зрачки остались суженными. Кожа стала бледной с легким оттенком серого. Клыки втянулись, но не до конца. Такое состояние "почти живого" его устраивало. Немного размявшись, он не уловил какого-либо дискомфорта. Стало светать, нежить разбрелась по своим склепам и могилам. Остался только труп мародера. Шмидтер подошел к нему и почуял неупокоенную душу. Мысленный вопрос, согласие, и вот уже душа попала в филактерию-некрополь. Обыскав труп, он нашел нож, пару монет, кирку и набор отмычек. Оружие и деньги он оставил при мертвеце, а вот инструменты забрал. Затем свалил тело в какой-то овражек, обрушил на него край этой ямы и поставил в изголовье небольшой камень. Теперь надо было решать, куда идти дальше...