- Броди, брага, по холмам, броди по болотам… - негромко напевал Ленгар, чуть ли не в припрыжку шагая по улицам Фаренхолла, предвкушая грядущую пьянку в таверне своего давнего знакомого, который, между прочим, гонет лучшую брагу как минимум в своем городе. А лучшей ее считают потому, что при всем своем чудесном вкусе, два бокала этого волшебного пойла буквально вышибают голову любому гному, заставляя того творить страшные, но оттого не менее смешные вещи. По этому поводу даже появился говор, мол если дать рюмку этой браги любому обитателю поверхности, то действовать она будет не хуже самодельного яда какого-нибудь профессионального убийцы, только в роли летального исхода будет адское похмелье на следующий день. Правда это или нет проверить никто так и не смог, ибо из города брагу никто не выносил, а гостей с поверхности в Фаренхолле не было уже несколько десятков лет. -... Броди, брага, в кладовых, да дубовых гротах… Так-с похоже наша остановочка, - сказал Ленгар, увидев вывеску «Разъяренный вепрь» над крепкой стальной дверью, навеки вставленной в каменные стены таверны. Не долго думая, следопыт подошел к порогу и открыл тщательно смазанную дверь. Без единого звука врата в трактир отворились, и гном вошел в здание, увидев довольно таки необычную картину: в центре таверны была потасовка одной бородатой барышни и четырех мужчин-гномов, один из которых уже лежал на каменном полу с разбитым лицом, к ним уже бежал тот самый давний знакомый Ленгара - Бьерни, который, видимо, собирался остановить намечающуюся драку, а в дальнем угле таверны сидела пара пьяных в хлам гномов-работяг, вряд ли способных самостоятельно дойти до дому.  “Не уж-то я опоздал к самому веселому, и успел только к самому интересному?” - мысленно задал себе вопрос следопыт, имея в виду пьянку, и, собственно, драку после пьянки: “Не, на битву по пьяни не похоже - зачем оружие доставать-то?”.
- Зачем же доставать топоры в таверне, мужики? Не уж-то вы настолько боитесь женщины, а? - громогласно произнес Ленгар, закатывая рукава куртки и начиная сближаться к потасовке, с целью поучаствовать в драке.
- Ты чего, к ним лезть собрался? Вы же тут мне весь трактир разнесете! А ну помоги мне их разнять, иначе отдашь все свои долги за нанесенный ущерб моей таверне! - вставил Бьерни, доставая свою усмирительную дубовую дубинку и приближаясь к полупьяным зачинщикам сзади.
- Не волнуйся, я аккуратно, - коротко ответил следопыт. Своей дерзкой речью сын Уилли выманил одного из агрессивно настроенных гномов на себя. Через чур уж вонючий житель Фаренхолла не напал на безоружного собрата с топором, заныкав его куда-то за пояс, тем самым предлагая побороться. Ленгар не имел ничего против, а потому сблизился с неуклюжим из-за поглощенного пойла неприятелем, схватил того за плечи, а после подставил подножку, в результате чего противник в одно мгновение оказался на полу. Уверенный, что в ближайшее время недоброжелатель не поднимется, Ленгар осмотрелся и узрел, что Бьерни тоже уделал одного гнома ударом дубиной по затылку.
- Третьего не трогай, уступи его лучше женщине. Если что-то сломают, я возмещу - с улыбкой на лице следопыт подмигнул своему товарищу и стал ждать зрелища.

Ожидаемого зрелища Ленгар так и не увидел, ибо дева-воин в одно мгновение повалила своего противника на пол, не дав тому даже что-либо предъявить в свою защиту. А ведь гном ожидал длительной, примерно равной борьбы, и в заключение спасение дамы от рук пьяного недоброжелателя. “Опасные дамочки нынче завелись!”, - проскочила мысль в голове гнома: “Одним ударом гнома вырубить могут! Даже брага Бьерни так не умеет!”.
- Ну, мой друже, как видишь, материального ущерба нет, а потому я чист, как серебро моего копья, - с улыбкой обратился следопыт к трактирщику, после чего достал из кармана несколько медяков, и ловко кинул их на стойку, да так, что они все упали в один ряд, - Налей-ка мне бокал медовухи.
Что-то бубня себе под нос, Бьерни отправился выполнять заказ следопыта, а сам следопыт начал медленно приближаться к стойке, в тоже время внимательно изучая деву-воина. “Мда, ну и мадам… Давненько подобных не видал. Эта, походу, гвардеец, или страж чей-то. Лучше держаться от нее подальше”. Когда Ленгар подошел к стойке, Бьерни сразу же принес бокал медовухи, со словами:
- Ты мне медяк должен, тут не хватает, - корчмарь кивнул на стоящие в ряд монеты.
- Да подавись ты своими монетами, скряга, - ответил Ленгар, кинув целых две медных монеты на стол, тем самым дополнив ряд медяков. Бьерни лишь молча собрал монеты, засунул их в карман, да отправился выполнять заказы недавно прибывших посетителей, а следопыт тем временем начал употреблять свою медовуху. Поднеся ко рту бокал, гном отпил немного и почувствовал, как сладкая жидкость буквально растворяется во рту, оставляя после себя приятное послевкусие и немного согревая горло да грудь. Только гном захотел повторить эту процедуру, как услышал справа от себя женский голос, из-за которого он чуть-ли не подпрыгнул на месте, но к счастью сумел подавить это желание:
- Ты что ли, друже, Ленгаром будешь?
- Ну допустим, что так… - выдавил из себя гном, испытывая на себе довольно не приятный взгляд девы воина, - А ты кем будешь?
- Выпьем что ли, за победу над слабоумием узколобых оборванцев, победитель драконов... - продожила свою речь гномка.
- Выпьем конечно, только после того, как ты расскажешь мне откуда ты обо мне знаешь, - более уверенно, нежели в прошлый раз, ответил Ленгар, после чего, наблюдая картину суетящегося с бокалами пойла Бьерни, взял свою кружку, да осушил ее ровно наполовину, все больше набираясь уверенности.

Ответ Сигрид породил в голове Ленгара еще больше вопросов, нежели их было мгновением ранее. В связи с этим, гном поднес свой бокал к губам, да допил все содержимое в пару глотков, после чего подтянул к себе одну из заказанных девой-воином кружек.
- Не уж то в столь зависимом от прадавних традиций городе, как Фаренхолл трудно найти короткобородого гнома, - в слегка насмешливом тоне ответил следопыт на речь собеседника, после чего погладил свою не особо длинную, по меркам сородичей, бороду. Гном был уверен, что каждая шавка в городе знает, что к ним в гости пожаловал какой-то дурень, который сам, по собственному желанию свою же бороду стрижет. В кругах особо религиозных фанатиков, коих довольно мало, это даже считается богохульством, за которое обязательно нужно карать. Так бы, наверное, и было если бы этих фанатиков не считали еще большими дурнями нежели те, кто свою бороду подстригает.
Вскоре Сигрид рассказала о том, что его тут чуть ли не божеством считают, из-за чего на лице гнома растянулась широкая улыбка.
- Рецепт грибного? Его варят уже тысячелетиями, если не больше… Бьерни, слыхал что обо мне говорят? - немного повысив свой обычный тон, все с той же улыбкой на лице обратился Ленгар к мимо проходящему корчмарю. “Интересно глянуть на этих сплетников”, - подумал следопыт, недоумевая, как о нем могли такое сочинить. Дабы сбить замешательство, гном полностью осушил свой бокал, о который мгновеньем ранее ударила Сигрид, напомнив, что у него есть бесплатная выпивка. Ленгар не был скрягой, но в тоже придерживался мнения, что если кто-то угощает за свой счет, то нужно брать от этого максимум. Именно поэтому он подтянул к себе еще один бокал, да опустошил его наполовину, в то время, как дева серьезно рассказывала о драконе.
- Ну, драконов в Альмарене много, да и список твой я могу с легкостью дополнить, - стукнув бокалом о стол сказал Ленгар и, сделавшись враз более серьезным, добавил: Раз выслеживала меня, то говори уже, зачем я тебе нужен.
Гнома начали напрягать размытые ответы Сигрид и он решил наконец перейти к чему-то более конкретному. Тут же дева начала что-то толковать о секретном деле, что еще более напрягло следопыта, но в тоже время пробудило в нем некий интерес.
- Секретное дело, значит... - задумчиво произнес Ленгар, говоря больше себе, нежели кому-либо. Он обдумывал, все, что было сказано Сигрид. - Ну и что же тебе мешает поведать о нем с ходу? Не уверена, достоин ли я? Или дело настолько секретное, что не особо важная персона сама не совсем в курсе дела? Или, может быть, лишние уши не достойны услышать о нем?
Следопыт догадывался, что за Сигрид находиться более ценная руда, а ей велено найти его и доставить в нужное место. Он лишь не знал насколько ценна дева-воин, а поэтому решил не испытывать удачу лишний раз, и, допив пойло в своем бокале, взял один из "свежих", да ударил об тот, что гномка подтянула к себе, в то же время скинув с себя маску серьезности.

Отредактировано Ленгар (24-07-2018 23:38:43)

"Небесные змеи!" - эхом пронеслись в голове Ленгара слова Сигрид, после чего следопыт впился взглядом в свою собеседницу, как та пиявка, обнаружившая в своем пруду пару литров свежей крови, текущей по сосудам какого-нибудь глупого человека. "Вот же дурень!" - мысленно обругал себя гном из-за того, что сразу не понял о целях девы, при знакомстве назвавшей его победителем драконов. Всего лишь пару мгновений назад он имел шанс ускользнуть от дела, к которому причастны драконы, а сейчас, судя по решительно настроенному виду Сигрид, от этой возможности и след простыл. За всю свою довольно длинную жизнь Ленгар видел лишь одного дракона, змей был молод - не больше двух столетий от роду - но, тем не менее, в битве он был яростнее и опаснее тысячной армии орков-берсеркеров, и лишь чудо спасло следопыта и немногих его друзей от неминуемой смерти. Именно из-за этого события прошлого, навечно засевшего в памяти, Круглый Щит не горел желанием иметь отношение к делу, хоть как-то связанному с драконами.
Как и во многие прошлые разы, при этих воспоминаниях кожу под ребрами гнома покрыл легкий зуд, но, когда Сигрид заговорила о своей госпоже и прогулке, раздражение исчезло, не оставив после себя ни следа. Ленгар быстро допил свой бокал с пойлом, после чего хотел возразить деве, мол не желает идти с ней, но по ее виду он понял, что для этого он вынужден будет вырубить ее ударом в затылок, а прибегать к этому способу решения гном не желал. Тем более, что с этой госпожой, кем бы она ни была, говорить будет легче, нежели с Сигрид. По крайней мере, следопыт на это надеялся.   
Когда Ленгар двинул к выходу из трактира, Сигрид вцепилась в его руку и потащила за собой к тому же выходу. Не громко что-то проворчав, гном, приложив большее усилие, нежели рассчитывал, освободился от пут девы и последовал за ней.
- Не каждому это и удаётся - вот так запросто встретиться с Амаласвинтой. А уж госпожа у меня, просто чудо. Коли понравишься ей, работу предложит. Заплатит хорошо, не сомневайся. - вдруг произнесла Сигрид, видимо считая, что все идет по ее плану.
- Похоже, что для легендарного следопыта у вас тут все двери открыты. По крайней мере у тех, кто знает, что он легендарный, - сухо заметил гном, - А что будет если я ей не понравлюсь?
Сигрид водила его по улицам, которых Ленгар никогда ранее не посещал, и этим он только убеждался в том, что, как казалось, давно знакомый город ему вообще не известен. Хоть сами улицы не были ему знакомы, их общий вид следопыта не удивлял, ибо в любой твердыне гномов есть подобные места, предназначенные для подгорных аристократов. Даже в небольшом поселении клана Ленгара была такая местность, и хоть ей было и далеко до детализированности Фаренхолла, общие черты были похожи.
В процессе прогулки, голову гнома посещала куча дилемм, общую мысль которых можно было объединить лишь одним точным вопросом, который, недолго подумав, следопыт и задал Сигрид серьезным, негромким тоном:
- Что же могло заинтересовать эту Амаласвинту в столь опасных тварях, как драконы?

Отредактировано Ленгар (04-08-2018 22:51:55)

- Моя госпожа мастер рун, её интересуют редкие материалы. - ответ Сигрид немного озадачил Ленгара, ведь сочетание слов “госпожа” и “мастер рун” употреблялось крайне редко. А все дело в том, что изучали эту ветку магии лишь лучшие кузнецы гномов, да и те исключительно для того, чтобы зачаровывать собственные творения, с целью продать их подороже состоятельным людям на “верхних рынках”. Так как женщины-кузнецы в своем ремесле редко достигали ярких высот, магию рун из них никто толком и не изучал, ибо нанести магический символ на кусок плохо заточенного металла тот еще грех. Может ведь поломаться, и все ритуалы со стараниями коту под хвост. Хотя, даже подобный товар можно продать за неплохие деньги, ведь человеки, как те сороки - берут только то, что хорошо блестит, и не смотрят на практическую ценность товара. “Н-да, женщина аристократ - мастер рун... не обычная же дамочка эта Амаласвинта, очень необычная”, - подумал следопыт, начиная осматривать помещение, в которое проводила его Сигрид. Первым делом его внимание поглотил стражник, который, по всей видимости, гостей ну совсем не ждал и соизволил немного вздремнуть на своем посте. После взгляд Ленгара скользнул на относительно простенькие стены, на которых висели редкие картины, а также виднелись незамысловатые узоры, вырезанные в камне стен. Далее гном задрал свою голову вверх, дабы посмотреть на высокий потолок, на котором висела достойная аристократического дома люстра, благодаря которой освещение в комнате было превосходным. Лишь после краткого обзора помещения, Уиллиссон наконец соизволил взглянуть на главное украшение зала - женщину, стоящую над деревянным столом, на котором был беспорядок достойный безумного инженера, в голову которого пришла мысль создать вечный двигатель.
- Амаласвинта. Я нашла того, кто называют победителем драконов. Вот он - следопыт  Ленгар. - послышалось спереди от Уиллиссона. Эта речь вызвала внутри гнома дикий хохот, который, к великому счастью, ему удалось сдержать - так его никто и никогда еще не представлял. Вместо приветствия гостю, стоящая за столом женщина лишь показала ему жестом, мол ходь сюды, и Ленгар с широченной улыбкой - речь Сигрид никак не хотела уходить из головы - повиновался. Как только следопыт подошел к столу, Амаласвинта задала вопрос о копьях, благодаря которому фраза “я нашла победителя драконов” выветрилась из головы. Вследствие этого, лицо Уиллиссона стало более серьезным, но улыбка все равно не сходила с лица - она стала лишь чуть уже. Так как женщина сразу же перешла к делу, Ленгар не видел смысла в каких-либо прелюдиях, из-за чего сразу выдал свое мнение насчет вопроса:
- Я думаю, что наиболее подходящим вариантом для убийства дракона будет наконечник номер один. Ибо что бы сделать что-то серьезное вторым нужно дабы зверюга сама подставила свое сердце перед тем, кто метает копье, чего ну никак не может быть даже в фантазиях безумца. Третий вариант не подходит лишь по тому, что змей успеет сто раз облететь Альмарен, прежде чем истечет кровью, к тому же попробуй им пробить чешую. Так что мой выбор - первый наконечник. Таким можно и кровотечение вызвать, и чего похуже сделать. Для зверюги, конечно же. - с уверенной ухмылкой закончил гном. Немного погодя, он вскоре начал новую речь, - Ты свой вопрос мне задала, теперь моя очередь. Слушай внимательно. - Ленгар начал медленно проговаривать каждое слово, - Для чего тебе сдалась туша двадцатиметровой, крылатой гадюки, плюющейся разной гадостью? На психа ты явно не похожа, а других причин делать копья для убийства дракона я не вижу. Для чего же?