Можно много говорить о том, какой Вирм омерзительный монстр как снаружи, так и внутри, но даже благочестивейшие монахини из домов призрения Играсиль не способны проявлять такого внимания к собеседнику, которое сейчас дарил своему гостю Стигий. Неспешно его туша выбиралась на открытое пространство ущелья, однако сам дракон ни единой секунды не отрывал взгляда от вампира, своей небогатой змеиной мимикой стараясь показать, что каждое слово досточтимого Сангвиса-Анри доходило до его слушателя. Высоко поднимая брови, щуря глаза и перебирая когтистыми пальцами, Ползучий внимал и анализировал, запоминал и взвешивал. Выцеживая из кажущейся выдрессированной речи визитёра то тон, то тембр, он пытался отделить правду от лжи, но это удавалось с трудом. Кем бы ни был сей древний кровосос, полноты правды от него не добьёшься. Недоговорки обычно воспринимаются другой стороной как её слабое место в фундаменте назревающего союза, но только не в Тёмных Землях. Здесь использование самого слова «мы» говорит о неизбывном желании вещающего сотворить какую-то совместную пакость в масштабе если не целого континента, то весьма значительной его части.
Когда гость закончил говорить и вытянул вперёд мешок с головой Эклифа, тишина неловко вернулась на то самое место, с которого несчастную согнали некоторое время назад. К чьему-нибудь большому сожалению, устроиться в холодном ущелье надолго ей не удалось. Дракон медленно опустил свою морду к окровавленному свёртку с «доказательством» и шумно втянул воздух, принюхиваясь. Тлен и сотни ароматов, смешавшихся в единый металлический букет, ударили по разуму злорадным восторгом. В этой небольшой обёртке и в самом деле хранился значащий многое подарок: обтянутый кожей и мясом череп немолодого вампира. Эклиф-как-его-там-титул был известен Стигию в основном по слухам, доходившим до змия еще во времена расцвета Города Нежити. Это отродье считалось не последним лицом в слишком уж разросшейся по северу свите Сифа и, так уж получилось, теперь это лицо пускай буквально и отдельно от тела, но первым склонилось перед Вирмом. Щелкнув в воздухе хвостом, некромаг задумчиво протянул:
-Ты даже добрался до Нефератена и Ушорана, «архитектор»? Не сказать, что они были затворниками, но убедить двух зациклившихся на своём искусстве учёных поучаствовать в большом и грязном деле... А потом еще и обезглавить эту, - дракон ткнул пальцем в сторону мешка, - с позволения сказать, тварь…Ты умеешь поразить, вампир. И я не готов утверждать, что мне нравится быть удивлённым.
Переведя взгляд со свёртка на Анри, Стигий избавил свою морду от некоего животного подобия циничного скептицизма и придал ей наиболее дружелюбное из возможных выражение. В то же время звероящер стал пристально проверять облик потенциального союзника на наличие каких-либо отличительных символов, татуировок, клейм. Ничего. Такой банальной внешностью может похвастать и людской аристократ, и какой-нибудь захудалый кровосос из Анклава. Если бы не горящие красно-синим огнём глаза, то Ползучий бы и вовсе смешал этот образ с тысячей других увиденных им за долгую жизнь. Этот посланец был не так прост. Змий боролся с сильным желанием попытаться проникнуть в разум этого создания, но осторожный рассудок пресекал даже косвенные попытки обратить внимание на такую возможность. Вместо этого некромант продолжил говорить:
-Однако если учесть положительность факторов, способствующих этому удивлению, то, так и быть, я готов смириться. Речи твои подобны терпкому мёду. Я, конечно, могу задать вопрос о том, кто тебе вложил в уста сии острые слова, но слукавлю, сделав вид, что мне это интересно. Пусть тебя сюда прислал хоть сам Рилдир или, чем демоны не шутят, Амат. Если незримые благодетели готовы через одного вампира протянуть мне руку помощи, то я с удовольствием за неё схвачусь. Образно говоря, конечно…
Дракон булькающе хохотнул и снова щёлкнул хвостом в воздухе, с наслаждением прослушав то, как эхо прокатилось по покатым стенам ущелья. Когда отзвук затих в глубинах пещер, Стигий вновь начал вещать:
-Ты предоставил весомое доказательство, Сангвис-Анри сект Нобелес ла Тристэс. Я сомневаюсь, что погрязший в своих добродетелях Сиф убил бы своего слугу ради того, чтобы выманить меня из гнезда. Зная всю поверхностность новых тенденций в его политике, он, скорее всего, отправил бы сюда вежливое письмо с просьбой поскорее явится к нему на чаепитие.
Внезапно Ползучий поднялся на задние лапы, выпрямившись в струну, и задорно просипел, отчего небольшие камни с пугливым треском посыпались вниз:
-И меня нисколько не смущает цена твоей помощи. Власть в обмен на военную кампанию в грядущем...Хе-хе. По мне, так ткани из Гвионы вышли бы дороже. Только не рассчитывай на то, что возвращение Эреш Нио…тьфу, Города Нежити под заботливую длань некромантов вернёт северу былой цвет. Не-ет, пока жив Сиф, а орки и оборотни легкомысленно считают себя свободными от забытых ими клятв, тьма никогда не вернёт себе силу прошлых лет. Вместе с тобой, о «архитектор», мы подарим всем этим жалким смертным и не менее жалким бессмертным смысл. И, вооружившись этим смыслом, зовоюем Тёмным Землям надежду на будущее. Только тогда, друг мой, я смогу оказать тебе хоть какую-то внятную помощь в борьбе против врагов твоих или твоего хозяина.
Отредактировано Стигий Ползучий (05-11-2018 19:22:25)