В двери класса кто-то несмело постучал сначала тихо, словно пошкребся - я лишь прислушался не мышь ли под полом завелась, а после уже громче - три явных "тук" в двери. После этого я уже окончательно поднял голову от кипы записок и книг на столе и нехотя громко сказал:
- Кто там? Входите, не заперто.
После этого двери медленно открылись и в комнату шагнула одна из студенток-третьекурсниц. Я взглянул на пышные светлые волосы и конопатый нос девушки и тут же вспомнил ее имя. Аника. Любытная непоседа, которая умудрилась на уроке у господина Флёра сотворить птаху и тут же ее сжечь. Девушка ранее была беспризорницей, но Ткачи заметили ее недюжинный талант к магии и оплатили для Аники первый курс Школы. Умную и очень перспективную девочку заметили и предложили учиться за счёт заведения. Благо, щедрых пожертвований, которых правдами и неправдами добился Аркан, хватало с головой и на сотню таких учениц, как Аника.
- Это для Вас, господин профессор. Ответ будет? Я могу подождать. - девушка лукаво улыбнулась, пытаясь примоститься за ближайшим столом.
Я отрицательно мотнул головой и поблагодарил Анику, мягко подталкивая к двери. Девушка обиженно надула губы, но ушла.
Записка была от Алу.
Немного недоумевая зачем бы я мог понадобится Волчице, я перечитал письмо ещё раз. На ум пришёл мой недавний визит в дом Луа'тлар и я недовольно хмыкнул. Я ведь сам ушёл, не вдаваясь и не попросив разъяснений.
Я отгнал мысли прочь, возвращаясь к бумагам. Но, предстоящая встреча не давала сосредоточится на работе. Поскрипев пером ещё несколько минут, я вылил на записи полбутылки чернил, чертыхнулся и решил, что дела могут и потерпеть.
_________
Собрался я быстро, надев на себя темно-бордовый теплый костюм для верховой езды. Привыкший к холодам родного мира, я запасался теплыми вещами и на Альме. Теперь они пригодились - погода хмурилась. Уложив в пространственный карман медный чайник, чашки и большую корзину с разной снедью, я предупредил о своём уходе привратника и направился к условленному месту.
_________
Алу я заметил издалека, остановившись на несколько минут и любуясь грациозной фигуркой оборотня. Подойдя поближе, я увидел, что девушка боса и укоризненно покачал головой:
- Самая красивая женщина Альмарена решила обзавестись самой сильной простудой? Вода, конечно, тёплая, но погода не располагает к гулянию босиком. - я подошёл ближе, обнимая Алу и вдыхая такой знакомый и дорогой моему сердцу аромат. Поцеловав ее в лоб, я улыбнулся девушке. - Здравствуй, Солнце моё. Очень рад тебя видеть.

Путешествовать одному не самая лучшая идея для барда, однако тот, кого в народе величают нарциссом, лжецом, «чтоб тебя худой бык затоптал» или просто Лютиком, никогда сильно об этом не задумывался. На самом деле, Лютик был чрезмерно удачливым, и то ли боги его любили, то ли ему просто так сильно и часто везло, но ему не раз и не два удавалось выбираться из всяческих передряг и опасностей… обычно потому, что его шкуру кто-нибудь спасал. Впрочем, иногда бард добивался заветного спасения и своими силами, например, когда играл на лютне и пел пещерным троллям всю ночь, пока первые лучи солнца не обратили последних в камень или когда он обыграл в шахматы злого колдуна… во многом благодаря тому, что сдвинул его фигуру на другую клеточку, когда тот отвернулся, чтобы наорать на несчастного пленённого и сидящего в клетке гоблина, чем выиграл себе спасение, ибо колдун, на удивление, оказался честнее многих даже самых благородных людей. Возможно, что всё так и было, а возможно, что все эти истории Лютик приврал, во всяком случае, он жив, цел, здоров и сейчас уверенно шагал, не зная зачем, по лесной тропе в поисках какой-нибудь прекрасной нимфы, а по факту потому, что заблудился. Он шёл и пел, а точнее, напевал про себя:
— Тили-тили, трали-вали, чтоб в лесу все поздыхали…
Стоит отметить, что у Лютика было крайне недовольное настроение, во всяком случае потому, что совсем недавно он наткнулся на не самого дружелюбного кабана и чудом унёс ноги, едва не споткнувшись о медвежонка (повезло ему, что мама медвежат на дереве пчелиный улий грабила) и наступив на очень колючего ежа.
Так и шёл Лютик в обнимку со своей лютней, не столько думая о ней, как о музыкальном инструменте, сколько об оружии, которым как минимум один раз можно огреть кого-нибудь по голове.
В итоге тропа барда привела в никуда, а точнее впереди она была заросшей до не могу колючками и прочими растениями, которые то и дело намеривались потрепать и так не самого лучшего вида камзол, но, как ни странно, Лютик предпочитал держаться за украшенную белым птичьим пером красную шапку, словно её могло сдуть лесным сквозняком.
— Вот холера! — выругался он, пытаясь отцепить от себя очередную колючку. Более того, бард переживал, что в этих зарослях могут водиться змеи, а то и жуткие василиски! Пожалуй, змеи его пугали больше, чем простые гоблины.
Окончилось путешествие Лютика тем, что он споткнулся о камень, полетел в овраг, чуть не переехав по дороге какую-то белочку, снеся муравейник и кубарем выкатившись на пляж необычайно красивого озера, угодив лицом прямо в мокрый, омываемый водами озера, песок. Неуклюже поднявшись и отряхнувшись, попутно выплёвывая из рта остатки песка, он огляделся по сторонам и увидел он…
— А-а, чтоб твою мать! — выкрикнул он в испуге, падая прямо на пятую точку. В данную секунду его волновала не пара таких же как он человеков, сколько обворожительная светловолосая и светлокожая красавица с голубыми глазами. Для него она была и прекрасной, и ужасной одновременно... при таких то габаритах. По правде говоря, бард-любовник не знал точно, что ему следует сделать в первую очередь – словить оргазм или умереть от страха, или умереть от оргазма.
— Предупреждаю Вас, у меня есть лютня и если на то будет необходимость, я ей воспользуюсь! — хоть Лютик так и говорил, он был уверен, что эта женщина способна без особых усилий затолкать ему его же лютню в самые неизведанные, фантастичные и ароматные глубины его гузна.

Лютик
Бард
https://i.imgur.com/50ILB6H.png

Наши нежности с Алу были прерваны громким всплеском воды и явным "бух". Несколько брызг долетели и до меня. Я отпрянул от волчицы, искренне недоумевая что же это могло быть.
Сначала я подумал, что в озерцо свалился один из учеников мэтра Римона, что с утра оттачивали навыки левитации. Как известно, человек - не птица, в жопу перья не воткнешь, к рукам тоже не прилепишь. А значит, что учиться летать ему нужно много дольше и серъезнее. Жаль, что некоторые адепты свято верили, что это как два пальца о мостовую.
Вторым моим предположением было то, что русалки, задолбавшись лежать невостребованными штабелями, решили окончить бесполезную и недоулетворенную жизнь массовым харакири в виде утопления. Но, эта версия была из разряда "бред сивого мерина под воздействием пейота".
Ещё в воду мог упасть один из "небесных камней".
Но, к моему вящему удивлению, я увидел в озере довольно колоритную даму, мокрая одежда которой явила мне и миру весьма аппетитные формы. Каюсь, люблю пышность стратегических мест у женщин. И вообще, мужик не собака - на кости не бросается. Искать граблями кого-то в кровати - то ещё удовольствие. Пока я хлопал глазами Алу уже пошла помогать даме. Я шагнул следом:
- Если Вы решили добраться до Леммина вплавь, то огорчу - озеро никуда впадать в ближайшие лет сто точно не собиралось и никто рыть каналы тоже не собирался. Если же Вы решили наловить рыбы в дорогу, то здесь она не водится. Это, честно скажу, я постарался. Не люблю когда что-то рядом плавает. Если, конечно, это не такая же прекрасная дама, как мои сегодняшние спутницы.
Мои упражнения в красноречии были прерваны появившимся из леса человеком, который прибыл к берегу в сопровождении разъяренных ежа и белки. Животные явно ругались и угрожали. Знаете, гневный ёжик в штанах - пытка не для слабонервных. А белка, что пытается запихнуть орешки в дупло.... Об этом даже думать страшно.
Расшугав ежей и белок, бард, как можно было предполагать по лютне, что торчала из "живого куста", принялся угрожать этой самой лютней. Я не удержался:
- У меня есть флейта. И при правильном использовании, свистеть можно ещё пол жизни. Причём, не по собственному желанию...
Я не выдержал и расхохотался, представляя как мы выглядим со стороны.

Отредактировано Кристофер Холл (27-06-2019 01:20:36)

Бард сидел на попе ровно, крепко прижив свою лютню к груди… ну или прижавшись к ней – чёрт его разберёт. Первое время он даже дрожал, но после нескольких фраз женщины-гиганта у Лютика прибавилось уверенности. Более того, он даже поднял и показательно отряхнулся, будто мгновение назад и не боялся вовсе, добавив ко всему это показательно хмыканье.
— А я уж думал, что Вы белый медведь. — усмехнулся бард, но мишки точно не являются обладателями таких грудей и бёдер. Герой-любовник быстро взвесил свои возможности и уже скоро засомневался, что его дудка хоть как-то заиграет в это огромном театре. Как вообще дворфы покоряют столь глубокие пещеры? Но этот вопрос Лютик решил отложить на потом. Он даже невольно скривился от подобных мысль, ведь с тем же успехом можно действительно пойти и возлежать с медведем или с орком, вот только.
— Худой бык… ой! — осёкся бард, произнеся элементарно часто слышимое в свой адрес ругательство. — В смысле, Лютик я. — представился бард, удобно перехватив свою лютню и плавным движением руки прошёлся по её струнам, отчего та приятно зазвучала.
— Я держу свой путь от государства Амендского, через пригорья Карида, леса свободных земель криптов и ламар, Элл-Тейнских пастбищ и «странных болот» уже в этом герцогстве… чёрт бы их подрал. — закончив свой рассказ, бард приобрёл достаточно смелости, чтобы сделать несколько шагов в сторону новых знакомых, но всё ещё слегка сторонясь способной его заглотить целиком женщины. Каждый раз, когда он обращал на Меван внимание, в его голове постоянно звучало только одно грубое слово: «Кууууурва!», и это слово посвящалось не столько шефанго, сколько обстоятельствам при котором пугливому барду довелось с ней повстречаться. Нет, Лютик не имел ничего против демонов севера, но его издавна мучал один вопрос и подаренная ему другом фобия, где якобы любовные утехи с щефанго, как игра в догонялки, не зная кто ведёт – вроде ты её, а потом вдруг она тебя. И разумеется бард плохо знал о физиологии расы Меван.
— Раз уж судьба свела нас, думаю, возможно стоит разжечь костёр, чтобы согреть... — «ЭТО!», хотел было ляпнуть Лютик, но не хотел бегать с минуту, как курица без головы. — …Госпожу Меван, а заодно и познакомиться получше. Я даже могу спеть! — улыбнулся бард, приподняв лютню и приготовившись играть. Он гордо выпрямился, а его левая нога выступила вперёд, мол смотрите какой я фазан, а затем полилось его звонкое пение:
— Путь пааальцем проложи… — и на этом Лютик закончил, раскрасневшись, как помидор от недавних мыслей о шефанго и белых медведях, да ещё и после флейты того подозрительного мужика.  — А в орчье гузно его… — быстро пробормотал бард, опустив голову, нахмурившись в задумчивости. — Как-нибудь… в никогдабре. — ухмыльнулся бард, буквально прошептав про себя последнее слово. Да и с какой стати ему петь каким-то незнакомцам? Вдруг они людоеды и вообще сейчас думают о том, как съесть его. А вон та, двухметровая Белоснежка так точно не походит на Кельмирского светлого жреца. А может где-нибудь в засаде сидят ещё такие же? Лютик невольно попятился, снова крепко прижав к груди лютню.

Лютик
Бард
https://i.imgur.com/50ILB6H.png

Великолепная дама, что наконец выбралась на сухой берег, назвалась Меван. Представилась и даже попыталась изобразить нечто похожее на реверанс либо книксен - я не очень разбирался в этих приветственных приседаниях. Попытка выглядела странно и смешно одновременно. Словно лошадь учили стоять на задних ногах и приседать. Естественно, я вслух этого не сказал - лишь, возможно, насмешка во взгляде промелькнула вкупе с удивлением.
Алу представилась первой и назвала и моё имя. Я лишь улыбнулся и кивнул:
- Кристофер. Можно просто Крис. Если Вам будет угодно. Пиончик.... Лютик, приятно познакомиться. Вы тоже можете называть меня Крисом. Только прекратите тыкать лютней. И Алу права - Вам не мешало бы искупаться. Вода в озере всегда тёплая. А одежду после высушите у костра. - я вновь засмеялся, рассматривая чумазое лицо барда.
Алу тем временем принесла хворост и я недовольно покачал головой. Ведь мог принести и сам. Либо просто нагреть пару камней, что в избытке лежали на берегу. В этом деле я уже успел собаку съесть: заклинание наизусть выучил и смог бы с закрытыми глазами начертать нужную руну на замшелом боку. Но, волчица, скорее всего, была права - зачем тратить силы зря.
Вместо бурчания я взялся раскладывать костёр, высушил ветки, кинул туда же пару увесистых валунов и поджег. Пламя принялось весело пожирать хворостины, похрустывая и довольно вздыхая, а я достал из пространственного кармана чайник, чашки и корзину со снедью. К тому же не преминул обернуть Меван воздушным коконом с горячим воздухом. Так и вещи быстрее сохли и в спину холодно не было.
Скажу честно, хотелось отобрать у Лютика его инструмент и добавить в костерок - небось горело бы сухое дерево быстро и горячо, но вместо этого я сел на большой камень у костра, зачерпнул чайником воды и поставил его на один из камней в костре - греться. Мог, конечно, нагреть и ладонями, но душистые травы лучше заваривать на костре, неспеша.
- Чаю, дамы, господин Лютик? Есть что перекусить. Не желаете согреться? - я протянул Алу и Меван чашки и кивнул барду,приглашая его присоединиться.

Отредактировано Кристофер Холл (15-07-2019 16:28:20)

Предложение искупаться было расценено лютиком некой странностью. Он смотрел на всё это через призму подозрения, поскольку даже такому весёлому и дружелюбному барду почти не доводилось так быстро знакомиться с неизвестными, попутно переходя едва ли в пределы границы «давние друзья», а именно так всё и выглядело. Никто не кричал: «А-а-а-а, бард!» или «А-а-а, у него лютня! Он опасен!» - все реагировали так, будто ничего странного в этой встречи не происходило, даже несмотря на наличие представительницы… цы, цо (Лютик всё ещё не мог найти подходящего определения для полового обозначения шефанго), расы шефанго. Развести костёр, искупаться, согреться, поговорить. Это было чересчур не типично, но, как ни странно, бард расслабился, быстро снял с себя сапоги и всю одежду, кроме брэ – тонких штанов из белого льна, дабы не демонстрировать всем свой срам, а в такую погоду и у костра на нём быстро всё высохнет!
— А правда, что корабли шефанго не могут пролететь над текущей рекой? — усмехнулся бард, заходя в воду. А в воду он заходил неохотно, поскольку сначала она показалась ему прохладной, но умудрившись подскользнуться и упасть в воду, он быстро пришёл к другому мнению, соглашаясь со словами Алу.
— Хороша курва!!! — громко заметил он, принимаясь умывать лицо. На удивление, в отличии от многих представителей населения запада, которые предпочитали использовать воду только в обиходе, а плескались и умывались в бадьях… или же вообще не мылись, Лютик плавал хорошо и даже с удовольствием. Однако, всё переменилось, когда что-то задело его ногу и, вспомнив об утопцах, что любят затягивать люд на дно озера и потом съедать (Лютик также забыл и о том, что утопцы ведут ночной образ жизни), бард быстро поплыл к берегу и выскочил из воды так ловко и шустро, будто ему в мягкое место кол упирался. На берегу он набрался прежней стойкости и смелости, уперев руки в бока и делая вид, будто ему всё нипочём.
— Увы, еду всю растерял по дороге, кроме нескольких ломтиков сушёного мяса, — заявил он, подтаскивая к костру не большое сухое бревно, что покоилось под оврагом, с которого недавно скатился бард. На бревно могло уместится не более двух человек, но будь оно больше, Лютик едва ли бы сумел его приволочь. Прихватив лютню и усевшись на не самое удобное, но вполне сносное сидение, полуголый бард продолжил:
— Но у меня есть лютня. Нет, она не вкусная и на самом деле, как оружие бесполезно, однако она обладает другой силой – силой могущественной, способной растопить самые холодные сердца и согреть душу самого грустного человека. — улыбнулся бард, ловко проводя пальцами по струнам, отчего каждая струна принялась испускать первые звуки, которые в купе постепенно превращались в приятное мелодичное звучание.

Лютик
Бард
https://i.imgur.com/50ILB6H.png

Я взглянул на Лютика, что плескался в озерце и улыбнулся. Бард внял нашим уговорам и решился на то, чтобы войти в воду. А что? Я же не зря старался, нагревая камни, опуская их на дно, вылавливая рыбу, чтоб она не сварилась в первые часы. Ведь я хотел получить не уху, а такую себе купель. Делал, в первую очередь, для себя, но готов был поделиться и с иными.
На слова и похвалу от Меван я не сдержался и расплылся в улыбке, чувствуя, что даже краснею от некоторого смущения. Так искренне восхищались магией лишь дети, которые впервые видели чудо заклинания. Вполне возможно, что та, что назвалась шефанго, знала магию в ином ее воплощении. Лютик, похоже, сталкивался с этой расой ранее. Я подобным похвастать не мог. Страха к формам Меван я точно не испытывал. Пусть и не видел ранее женщин, что были выше меня.
Всю жизнь меня называли долговязым, просили достать воробья из гнезда, поймать журавля в небе. Я даже начал сутулиться, прятать рост, горбясь. Только так я напоминал одну из птиц своего мира - длинношеюю цаплю, а еще одно из насекомых - богомола. Только позже я понял, что недовольные рожи на уровне задницы - это не мое неудобство, а преимущество. А остальные пусть подпрыгивают, чтоб выразить свою притензию мне в лицо. Если же кому-то будет необходимо взглянуть мне в глаза - я наклонюсь, присяду перед достойным. Ради Алу, к примеру, я мог сесть на корточки и даже лечь на спину. Звучало несколько двузначно. Но, я люблю каламбуры.
- Дружеские посиделки... - донесся до меня ответ волчицы и я, соглашаясь, кивнул. Наши отношения с Алу были именно хорошей и крепкой дружбой. И я понял для себя, что большего и не хотел. Мне было комфортно в подобном статусе. Именно комфортно. По иному описать свое душевное равновесие в этот момент я не мог. А вот предложение поохотиться от Пушистой я встретил с немым укором.
- Как я могу позволить леди бегать по лесу в поисках добычи? Ты меня плохо знаешь, Алу. Я запасливый. Сыр, варенье, печенье, копченое мясо, домашняя колбаса, свежий хлеб. И, самое вкусное - кролик в сметане от мадам Розмари. Попробуйте - пальчики оближете! - корзина со снедью была вытащена на свет и оставлена на покрывале.
Из воды выскочил Лютик. Он приволок поленце себе под седалище и теперь устраивался на нем. Я молча повернул теплый поток еще и в сторону барда, чтоб побыстрее согреть парня, и положил рядом теплый шерстяной плед. Пока я расставлял еду, Лютик заиграл на лютне. Мелодия поплыла над водой и теперь у костра стало еще уютней.
Кажется, я даже был рад собравшейся компании. Не каждый день можно просто отдохнуть за дружескими посиделками. Это следовало ценить.
- Уж простите мое любопытство, леди Меван. Я ранее никогда не встречал шефанго. Не могли бы Вы немного рассказать о себе? - я улыбнулся, подавая девушке коробку с печеньем и сыром.