Участники:Арихон, Римма Дильшат и НПС.
Время: Середина лета, день и вечер второго понедельника месяца
Место: Гульрам, Дворец Эмира Дильшат на берегу реки Эриадор.
Сюжет: Ежегодно в Гульраме знать заключает и перезаключает все возможные торговые соглашения, сделки, альянсы. Всё это происходит со свойственным восточным жителям излишеством – на пирах, приемах, балах и банкетах.
Однако во дворце Дильшат приемы всегда были особенно необычными. Прежде всего, прием во владениях молодого Эмира был открыт не только элите, даже не только кшатриям и вайшьи, на них мог попасть едва ли не всякий желающий. Стол накрывался даже для шудров и дервишей. Конечно, тех не садили вместе со знатью, не предлагали потанцевать с визирями или наибами, но они могли есть бесплатно и досыта, для них так же играли музыканты и выступали танцоры, но они были отделены в части сада, что имела выход на набережную и им, разумеется, не наливалось. Контролировать меру каждого желающего – лишние хлопоты.
Основное же действие всегда проходило во дворце. Обязательные танцы и развлечения в бальной зале, во время которых присутствующие могли приглядеться друг к другу и оценить возможные интересы. Вопреки привычному укладу, наемников, чужеземных торговцев и знатных гостей города на торжество тоже пускали, коли те одевались соответствующе. Оружие, разумеется, при себе иметь запрещалось, в такие приемы Дильшат и без того достаточно пеклась об охране, даже в обслугу нанимались проверенные маги, как ни крути, а о безопасности первых лиц столицы было необходимо заботиться, как и о гостях Гульрама.
Очередной такой праздник был в самом разгаре, танец исполнялся для гостей на исконно восточный манер: полный красок, плавности и звона украшений танцующих, что сливался с исполняемой музыкой в единую композицию. И хозяйка торжества в очередной раз принимала множественные комплименты в адрес организации, скучающе оглядывая присутствующих в попытке отыскать кого-то интересного и потенциально полезного для своих дел, когда её взгляд остановился на новом лице.
Восточное гостеприимство.
Сообщений 1 страница 5 из 5
Поделиться124-06-2019 13:18:02
Поделиться226-06-2019 19:55:35
Негромкий стук в дверь, но его было достаточно, чтобы он смог добраться до ушей мужчины с пепельным цветом волос, который стоял на балконе, попивая свой свежевыжатый фруктовый сок. Арихон обернулся в сторону входа в свой номер.
- Войдите, - сказал мужчины, а затем дверь открылась и в номер зашла прислуга, которая принесла тому одежду для визита во дворец.
- Спасибо, положите ее вот туда, - Арихон жестом указал на место, девушка беспрекословно выполнила его поручение, но вдруг ее взгляд остановился на костяной руке айрес, которая в тот момент держала стакан с соком. Мужчина, конечно же, понял, что именно привлекло внимание прислуги, он уже свыкся с подобными взглядами, а дети вообще реагировали на костяную руку с огромным любопытством.
- Все нормально? – с вызовом поинтересовался клиент, а его бровь вопросительно поднялась вверх. Девушка виновато отвела свои глаза от айрес, тот хоть и был весьма дружелюбным, но его внешний вид толкал на дурные мысли. Костяная рука, глазная повязка закрывающий правый глаз, так еще и выпирающие вены на лице… И такой человек посетил Гульрам, сердце восточного материка, где всегда царило добро. Девчонка извинилась и быстро удалилась, оставляя Арихона наедине со своими мыслями.
- Мда, - недовольно буркнул скиталец, а затем продолжил любоваться прекрасным видом, который открывался с балкона его номера.
Черная карета остановилась у входа во дворец Дильшат. Дверь открылась, из кареты вышел высокий мужчина, который как только вступил на землю, то сразу же поправил свой белоснежный пиджак, явно сшитый из дорогого материала.
- Благодарю, - сказал напоследок Арихон, после чего прогулочным шагом направился вперед. Он был одет во все белое, будто подчеркивая тем самым свою принадлежность к светлой касте. Пафосно. Да, но и что? Арихону всегда нравились светлые тона, просто из-за специфики своей деятельности ему не рекомендовано было надевать светлую одежду. Да и весьма странно было бы увидеть айрес, который бродит по сточной канаве такой во всем белоснежном, чтобы убить очередную темную тварь. Забавно? Естественно, поэтому мужчина позволял себе отрываться на подобных мероприятиях. Белые брюки, рубашка, пиджак хорошо сочетались с его цветом волос, вот только глазная повязка его была черной, что касалось его «больной» руки, то здесь Арихон принял решение спрятать ее под перчаткой, пусть будет так, чем ловить на себе сотню взглядов и столько же шептании за своей спиной.
« Надеюсь, инъекции хватит», - с надеждой подумал Арихон.
Перед отправкой во дворец.
Арихон достал небольшую компактную коробочку, которая больше напоминала шкатулку, открыв ее, мужчина достал оттуда маленькую колбу с фиолетовой жидкостью. Это было специальное зелье для айрес, которая позволяла скрыть выпирающие вены на его лице. Конечно, это зелье было очередным прототипом, но алхимики Восхода продолжали искать лекарство для борьбы с его проклятьем.
Осушив колбу, Арихон почувствовал неприятные ощущения, но затем посмотрел в зеркало, чтобы увидеть процесс.
« Имир мой отец», - с удивлением мужчина провел рукой по правой стороне своего лица, выпирающие вены «ушли», тем самым придавая привлекательный вид его мордашки.
- Прям как раньше…- на его лице появилась легкая ухмылка.
Восток был поистине волшебным местом, начиная от традиций их народа и заканчивая местной архитектурой. Побывав однажды здесь тебе, определенно захочется вернуться сюда еще раз, вот и Арихон обязательно сюда вернуться. Он целый день любовался местными допримечательностями, а эти невероятные пейзажи? Так и хотелось взять полотно, краски и кисти…
Оказавшись внутри дворца, айрес был приятно удивлен его роскошностью.
«Восток дело тонкое», - подумал про себя мужчина, когда стоял и наблюдал за танцем милой девушки, она будто являлась змееловом, который гипнотизировал своими движением змею в роли Арихона.
Он поднес к своим губам бокал с наполненным благородным напитком и немного отпил из него. Праздник был в самом разгаре, гостей было весьма много и разных «мастей», такой вывод мужчина сделал по наблюдению за их манеру разговора и поведению, да и внешний вид их играл не малую роль.
« Забавный той факт, что даже для бедняков здесь нашлось место….», - поэтому поводу Арихон был приятно удивлен, ведь он много где побывал за свою жизнь и стоить признать, что вряд ли где еще, могли пригласить обычный народ на подобное мероприятие. Взять тот же Запад, там житель Нищего квартала никогда не поужинает во дворце герцога…
Вот она разнице между Востоком и Западом, хотя может дело в самой этой Римме?
- Ваш дворец, словно связующий мост между простым народом и знатью, - за спиной Риммы послышался приятный мужской голос, Арихон все-таки выждал момент, когда комплементы прекратят сыпаться в адрес правительницы и та останется одна.
- Позвольте представиться мадмуазель…. Арихон, - айрес протянул бы ей руку, но вместо этого решил просто сделать небольшой поклон, - Знаю, Вы уже, наверное, устали слушать комплименты, но позвольте и мне Вас поблагодарить за столь отличную организацию данного мероприятия, - мужчина в белом сделал еще небольшой глоток из своего бокала.
Поделиться301-07-2019 10:33:30
Римма скучала. Даже на собственных званых вечерах она не находила ничего интересным. Все эти танцы она видела не раз, неоднократно слышала она и пение, наблюдала игру заклинателей змей и жонглеров клинками. Всё это уже было. А сейчас и организация вечеров была полностью переложена на плечи Хасеки и Мухамеда. Справлялись они с ней фантастически и безукоризненно. Мухамед выбирал коллективы, нанимал артистов, планировал выступления и блистал сам, развлекая достопочтимую публику вежливыми беседами, очаровательными улыбками и светскими сплетнями. В общем, делал всё то, что должна была бы делать сама Дильшат. Хасеки же организовывала прислугу, диктовала, когда стоит подать выпивку, а когда вынести угощения, была тем самым незримо исполняющим желания публики джинном. Вопросы торговли же Римма так же снимала с себя, изящно перекладывая их решение на Иду, что присутствовала на вечере решая возникающие вопросы рабочего порядка, беседуя с всевозможными наемниками, что желали сопровождать караваны и торговцами, что предлагали свои услуги дому. Молодая бийим же, хоть и была потрясающим дипломатом, торговцем и светской леди, давно считала, что всем и все доказала. А посему спокойно оставляла решения скучных обязательных дел на доверенные лица. Власть вообще мало интересовала её. Все достижения эмира были направлены на одну единственную её страсть. Обеспечение занятий алхимией.
Её положение сопутствовало этому невероятно удачно. Она обладала возможностями проводить эксперименты за городом, при которых использовала живых, или относительно живых существ, плененных по её заказу и плотно скованных всевозможными заклятиями. Обладала девушка и возможностью покидать Гульрам когда ей угодно, на месяца, если то требовалось, в поисках подходящих трав, камней, крови. Она могла торговать ядами свободно и беспрепятственно, как на потаенном рынке, так и в открытую. И заплатить за редкий ингредиент невероятные суммы, если желает того. Власть давала ей деньги и связи. А те давали возможностями, которыми она пользовалась. И всё же Римма скучала.
Она вспоминала первое свое торжество, организованное по случаю получения ею титула эмира. Тогда девушка пожелала пригласить дервишей и шудр впервые, но ещё не выработала правил, которые не превратят прием в катастрофу. В тот вечер бедняки не только гуляли вместе с элитой общества халифата, чем вызывали невероятное раздражение, брезгливость и недовольство, но им ещё и позволялось пить. Столь глупую ошибку она более не совершала. Но и так весело на приеме ей более не было.
Вечер обернулся кошмаром. Домогательства, драки, пьяное исполнение западной кадрили. Главы высокородных домов покидали её дом в ярости, месяцами после, твердя о провале девушки; но как она хохотала, когда те покинули её дом! Хасеки организовывала прислугу убирать беспорядки, было выброшено множество ковров, разбито ваз, мозаик, скульптур. Но Римма смеялась. Провожала взглядом султанов с заплывшими синевой глазами и смеялась. Тогда ей было первый и последний раз весело на приеме. А дальше: ошибки были учтены и исправлены. Теперь каждый её вечер блистал изяществом, красотой, вкусом. Она продолжала звать бедняков, потому как чувствовала, что так делает счастливее Делмара, что сам был из дервишей.
И если бы не новое лицо, замеченное ею на этом вечере, Римма покинула бы его, изящно и незаметно ускользнув, но гости не из Халифата всегда разжигали в ней любопытство.
- Прекрасный вечер, алмаз моих глаз. – Глубокий басовитый голос прозвучал справа, отвлекая Римму от происходящего и вынуждая обернуться. Очередная взятая ей роль требовала соблюдения условностей. Ильяс, как и всегда, был облачен в традиционные для халифата одежды, что представляли собой шелковые штаны-шаровары, с приятной глазу золотой оторочкой; подвязанную поясом, расшитым драгоценными камнями, белую рубаху и накидку, что более всего напоминала бы халат, с летящими, разрезанными от локтя рукавами. Волосы мужчины были собраны в тугой хвост жгутом с позолоченной пластиной. Низко посаженные брови делали лицо мужчины хмурым, а обязательная вежливая улыбка придавала тому усталости. Дильшат знала, что ему стоит больших усилий и самому играть эту роль, особенно после долгого рабочего дня. И всё же Римма изобразила нежную улыбку, мгновенно раскрывая голубой, убранный блестками, веер в знак одобрения, чуть отворачиваясь и скрывая за ним часть лица и улыбки.
- Моя путеводная звезда, твое присутствие услада моим очам. – Тепло ответила Римма. Несколько глаз устремились к происходящему, и среди них злобой и досадой горели глаза Мухамеда.
Тот знал, что бракосочетание в Гульраме – это сделка. И знал, что между Риммой и Ильясом нет ничего, кроме выгоды, доверия и взаимного уважения. И всё же именно торговец фруктами был выбран ею для представления обществу, в качестве официального своего фаворита, и теперь едва ли не каждый ждал их свадьбы. Кроме, разве что, самих Риммы и Ильяса.
И всё же девушка играла убедительно. Она показывала свою нежность открыто и явственно, даже на языке веера, что с увлечением читали те гости, что находились в отдалении и не могли слышать речей.
- День был, как солод, но я не мог не придти, голубка. – Ответил мужчина, выравниваясь после поклона. Римма понимающе кивнула, а затем, сложив веер, протянула тот мужчине верхним концом. Ильяс невольно улыбнулся. «Я отдаю тебе свою любовь» - значил этот знак. И торговец мягко прижал закрытый веер к собственным губам, отвечая: «Я принимаю её».
- Прошу, отдыхай и наслаждайся вечером. – Произнесла Дильшат, чуть подаваясь вперед к избраннику и тише произнося, - Можешь не слишком задерживаться, я тоже не планирую. Им хватит и этого представления.
Мужчина изобразил нежность и счастливую улыбку, будто Римма прошептала нечто приятное, а затем кивнул, уходя к другим обязательным для себя делам. В этот же момент, за спиной девушки прозвучал незнакомый голос, но со знакомыми учтивыми речами. На миг сомкнулись пушистые светлые ресницы.
Как я устала, видят Боги, от этих условностей. Если бы можно было сбежать…
Девушка обернулась, на губах её сияла очаровательная, открытая улыбка, а голубые глаза лучились лукавым добродушием.
- Очень надеюсь, что мой дворец связывает с нами и наших заграничных гостей, - Мягко ответила девушка на любезность, едва кивая на поклон. Её собеседником оказался замеченный ранее незнакомец, что выглядел весьма приятно и даже очаровательно, он был одет на манер северо-запада, но Римма любила наблюдать проявления чужих культур в любом виде.
- Эмир Римма дома Дильшат, счастлива с Вами познакомиться, Арихон. Приятно, что Вам нравится. Вы прибыли в наш славный Халифат отдохнуть, или же дела привели Вас? – Едва уловимы, приглашающий жест, что призывал мужчину присоединиться к удаляющимся в сад, ради банкета, гостям.
Поделиться405-07-2019 18:40:44
- Эмир Римма дома Дильшат, счастлива с Вами познакомиться, Арихон. Приятно, что Вам нравится. Вы прибыли в наш славный Халифат отдохнуть, или же дела привели Вас? – представилась молодая госпожа, которой на вид было не больше двадцати, двадцати двух лет.
- К сожалению, в ваши края меня привела «работа», - с еле заметным разочарованием произнес дитя Имира и его можно было понять почему, Халифат был чудесным и хотелось бы здесь задержаться как можно на дольше, но, увы. Сроки пребывания в этом месте у Арихона ограничены, ибо организации требовалось как можно быстрее заключить контракт и наладить поставки интересующих «вещей».
- Но, к счастью эта же «работа» позволила хоть ненадолго, но окунуться в прелести Востока и, конечно же, посетить подобные мероприятие, - на этот раз на его лице снова воцарилась улыбка. Арихон принял приглашение от Риммы прогуляться в сторону сада, тем более для продуктивного диалога требовалось некого уединения. Как было уже ранее замечено, каждый здесь присутствующий, видимо считал своим долгом поблагодарить хозяйку дома, а айрес не нравилось, когда в беседу влезал кто-то «третий».
- Уж простите, но придется мне Вас украсть на некоторое время, - начал мужчина в белом, идя рядом с Дильшат в сторону сада, - Надеюсь, гости меня за это простят.
Выйдя на улицу, Арихон вдохнул полной грудью, он на секунду посмотрел на чистое небо, а затем вернул свое внимание этой удивительной девушке.
- Знаете, я побывал в разных уголках нашего мира, но нигде еще не видел, чтобы «простому» народу позволяли прийти в дом к аристократу. Честно говоря, на это приятно смотреть, - он посмотрел на людей, которые обедали в саду, а в их глазах отражались лучи счастья и надежды.
- Наш мир всегда был и будет поделен на разные касты обществ…. Сильные, слабые. Богатый, бедный. Темный, светлый….. И смею предположить, что это и есть источник многих проблем, но Вы госпожа Дильшат сегодня показали мне, что кто-то способен, хоть на один вечер, но стереть эту разделяющую линию.
- Как Вы со всем справляетесь? Проплавление, торговля, политика. Вы молоды госпожа, но в тоже время у Вас присутствует мудрость, которую обычно приобретают в ни один прожитый десяток лет. Я далек от политики, хотя в той или иной степени ее касался и понимаю, что ее окружает своеобразная «грязь».
Мужчина замедлил шаг, а затем вовсе остановился и повернулся к Римме, он проницательно смотрел в ее голубые глаза.
- Неужели, столь юную госпожу не посещали мысли все взять и сбежать? – некоторые его слова явно намекали то, что Арихон был намного старше ее, чем мог казаться на первый взгляд. Он прекрасно знал, что у нее был приемлемый возраст для правления, некоторые царевичи вообще садились на трон уже в десять лет, но, не смотря на все это, айрес все равно назвал ее юной.
- Многие платят высокую цену за приобретение различных титулов, но все же…. Мы все живые и нам свойственно слово «надоело».
Арихон разговаривал деликатно и вежливо, просто перед тем, как перейти непосредственно к делу, ему хотелось узнать ответ на подобный вопрос.
Поделиться508-07-2019 10:19:30
- К сожалению, в ваши края меня привела «работа», - произнес гость, на что получил едва уловимый кивок. Римма понимала необходимость путешествий в деловых вопросах, однако понимала она и то, что города и страны для себя совершенно необходимо открывать со вкусом. Особенно если речь о Гульраме. Этот пестрый, яркий и избыточный город было необходимо вкушать неспешно и с наслаждением, обходя всё, от лавочек специй до магазинов с коврами, от рыночной площади до торговой улицы дервишей. И отсутствие таковой возможности вполне могло стать поводом к печали.
- Но, к счастью эта же «работа» позволила хоть ненадолго, но окунуться в прелести Востока и, конечно же, посетить подобные мероприятие, - завершил мысль Арихон на светлой ноте, и Римма улыбнулась. Она сама бы воспользовалась любым предлогом, дабы сие мероприятие не посещать. Но, так уж звезды сошлись, что приглашающий обязан присутствовать на организуемом событии.
- Рада, что Вы находите радость даже в рабочих визитах, - Мягко и певуче ответила молодая бийим, чей мягкий акцент и привычка растягивать слова, произнося те с придыханием, делали её речь на всеобщем какой-то особенно хрупкой и нежной, - Вы можете украсть меня. Однако лучше вернуться прежде, чем остынет горячее.
Во двор девушка вышла с айрес неспешно и спокойно, наблюдая, как гости обступают полный яствами стол, на время прерывая беседы, и пробуя всевозможные угощения. Они, очевидно, успели проголодаться за время торжественной части с выступлениями музыкантов, певцов, заклинателей и многих других. Римма бы и сама не отказалась пригубить терпкого Ниборнского вина и угоститься прекраснейшим мясом в виноградных листьях, что готовил Нетан.
А гость тем временем смотрел вовсе не на пищу, а на праздник устроенный простолюдинам. Римма подняла на мужчину внимательные льдинки глаз, замерев, словно змея перед броском на жертву, а затем все же озвучила, что думает.
-Этот вечер вовсе не стер границ. Взгляните. Знать все так же морщится, глядя на менее благородных гостей. Они посажены отдельно, их развлекают отдельно. Им готовят отдельно. На деле я лишь сделала эту границу более зримой. – На миг пушистые ресницы сомкнулись, а затем Дильшат обернулась в сторону описываемой картины, - Грязь окружает всех нас. Политики, или чернорабочие. Всё это не играет роли. Видите ту милую девушку, что танцует под песню, в самом центре? Ей всего шестнадцать, но её отец уже продал её в бордель, она там в первый же день подхватила мерзкую язвенную хворобу, но даже не помышляет уходить. Потому что им нужно как-то жить. Мы все делаем то, что можем и то, что должны. Иногда это называют «грязью». Однако я не брезглива и хорошо вписываюсь. А эти люди… - Римма говорила о бедняках, - Среди них много гласов гордости, много талантов, притом, что шансов для развития у них почти нет. Поэтому я зову их. Многие мои слуги из бедняков и они исключительны. Возможно, я увижу кого-то ещё. А возможно их заметят и другие.
Арихон замер и теперь уже сам заглянул в глаза Дильшат. Девушка не увела взгляда, не смутилась, она встретила тот прохладным вниманием, хотя на губах юной особы по-прежнему красовалась мягкая улыбка.
Она жила в политике столько, сколько осознавала себя. Она помнила и то, как её «учили быть хорошей женой», когда матушка подослала ей в спальню насильника, а затем стала систематически присылать того к дочери, которой тогда едва исполнилось четырнадцать, чтобы она понимала, как увлечь мужчину, соблазнить, сделать приятно. Стоит ли говорить, что после такого взрослеешь? Во всяком случае, Римма повзрослела. Сожгла окровавленные простыни, умыла заплаканные глаза и более не была жертвой. Она училась, училась до того момента, пока не превзошла всех. А затем… затем она даже не убила своего насильника, даровав тому прощение, но уволив из собственной охраны. И, конечно, теперь она очень избирательно подпускала к себе.
- Неужели, столь юную госпожу не посещали мысли все взять и сбежать? Многие платят высокую цену за приобретение различных титулов, но все же…. Мы все живые и нам свойственно слово «надоело». – Прозвучал очередной вопрос, на который в этот раз девушка залилась смехом. Заливистым, открытым и теплым.
- Это неважно. Если Вы ожидаете услышать, что я устаю, и это все надоедает, то это, безусловно, так. Однако я заняла это место, убив собственную мать не ради того, чтобы сбегать. – Холодным, будничным тоном сказала девушка, - Она желала смерти Халифу и поддерживающих его династий, чего я допустить не могла. Я сделала выбор, когда пришлось его делать. И выбрала возможность держать свою судьбу в собственных руках. Это дало мне возможности заниматься любимым делом, заботиться о моих людях и Халифате, дало возможность накрывать столы вот так. Для знати и черни. Я сознательно пришла к этому, Арихон, и коли Вы взялись «прощупывать почву», то, полагаю, мне следует знать зачем. Очевидно, Ваша работа привела Вас не столько в Гульрам, сколько ко мне.








Шрифт:
#main-reply, .punbb .post-content { font-size: ${value}px; }