В сутках становится то тридцать, то ещё больше часов, когда вырываешься из вселенского расписания и функционируешь по собственным... Биоритмам, хотелось сказать, но "некроритмы" в случае Бальтазара и его наставника-лича были бы более подходящим термином.

Высокое плато укрыто от посторонних не только естественными скалистыми заслонами, но и тонкой магией: любого, кто не знает точно, куда направляется, развилки троп поведут в обход этого странного, будто выцветшего в медную патину плоскогорья, на боку у которого чернеют руины.  Асимметричная постройка из чёрного камня, явно завезённого откуда-то извне - нигде более в зеленовато-рыжей палитре местности не видно настолько тёмных тонов - вспухает подобно клещу или вши, дутая, бочкообразная даже со всеми своими разрушениями. Остовы башен и лестниц лишь увеличивают сходство руины с паразитом: подобны тонким конечностям.

Не очень-то властно время и над погодой в пределах возвышенности: окрест древней цитадели то тут, то там выбиваются горячие источники, где-то чистые и образующие островки диковинных растений, но по большей части гиблые и сернистые, распространяющие смрад. Благодаря и тем, и другим здесь возможно тепло посреди ноября.

Что же касается лича Нориана, считающего подвалы этой цитадели своей собственностью, - "я живее всех живых" - одно из любимых его выражений. Всякий раз, когда Нориан Грозный заставал Бальтазара или двоих его товарищей дрыхнущими - не упускал случая поглумиться, заявляя, что от живых остаётся лишь название,  когда они по половине суток валяются замертво.

Подошвы остроносых ботинок изъедены ядовитой землёй. Сладить бы новые из драконьей шкуры, её, говорят, не берёт ничего. Об этом прежде всего и думает сорокалетний некромант, весело помахивая двумя свеженькими головами, которые держит за волосы. Ну да, сам порекомендовал обоим своего учителя. Ну да, проводил их в это запретное место и познакомил с личом, сглаживая углы в переговорах: в чём-то Нориан прогрессивен, а в чём-то до ужаса архаичен. Легко, например, понять и стерпеть то, что он способен услышать просьбы лишь из коленопреклонённой позиции. В конце концов, раз уж просишь - будь добр принять условия.

Но вот эта его манера обращаться на "ты" к любому, кто младше, не признавая при том аналогичного обращения к себе...

Выспреннее, старомодное, смехотворное явление. Бальтазар тем не менее донёс до случайных приятелей всю необходимость этого особенного этикета, и знакомство прошло гладко.  Воодушевлённый перспективой стать не единственным, а третьим учеником лича, он пробрался прошлой ночью к новым товарищам и сообщил им, стараясь сделать свой шёпот заговорщическим и таинственным: я, мол, про себя называю Нориана Грозного - Наркоманом Сифозным, потому что у него носа нет.

Да кто ж их знал, что придурки назавтра хором употребят выдуманное Бальтазаром прозвище в присутствии самого Нориана, какой же бог им судья?
Об этом задумываться неохота. Зачем задумываться-то, когда природа сама любезно подвела едкие родники к порогу, когда можно просто взять и очистить оба черепа от пористой кожи, от невежливой рожи, от недостаточно трепетной дрожи.

От курьего мозга до внезапного некроза, что там я обещал вам на надгробие, стихи или прозу?

Ни того, ни другого не успел пообещать. Закончив с обработкой черепов, Бальтазар возвращается к сокровенному своему, к заветному. Один  из первых его кадавров успешно сыграл роль почтальона, принеся отклик на одну из первых его серьёзных книг.

Не первый, точнее, поднятый мертвец, а первый из них,  успешно прикидывающийся живым. И не первая опубликованная книга, а первый (из напечатанных) трактат по некромантии, ну да это мелочи.

В какие бы запретные фолианты ни совал я нос, какие бы предупреждения ни игнорировал, над какими бы предостережениями ни смеялся - а от этих слов всё равно морозец по хребту. Может, это только потому, что они адресованы мне лично?

Хорошо, что неординарный корреспондент обмолвился об этом, а то Бальтазар так и не решился бы ему ответить. Но эта фраза, единственная во всём письме, позволила его понять: всего лишь обращение сверху вниз, как у Нориана к ученикам, только с гораздо большей верхотуры...

"Прошу, не отвергайте комплимент: ваша наблюдательность не имеет равных в принципе на всём Альмарене", - интенсивно, размашисто черкает тёмный литератор в ответном послании, впечатлившись и забывшись...

Отредактировано Бальтазар (08-09-2019 21:07:22)