Женщины суровее и безжалостнее мужчин, что бы не говорила молва, что бы не предписывали правила, твердящие, что война - не женское дело. У войны могут быть мужские руки и мысли, но лицо и сердце у войны всегда женские. Только знание этой истины защищало ее от острой, точно бритва, леди Ирии и не давало ее словам достигнуть самого мягкого и уязвимого места: той самой пресловутой гордыни Аматониди. Впрочем, чего греха таить, Церере было проще в этом отношении: кому как не "сломанной доне" знать цену смирению и себе самой, едва способной выпуститься из стен Школы?
Аматониди не любила, когда к ней прикасались, особенно чужие. Но совершенно не в ее породе было театрально падать в обмороки и устаревать сцены без выгоды, так что "замри" - весьма подходящая и своевременная команда. Южанка плотнее сжала губы и взглядом сосредоточилась на кольце, единственном, что украшало ее сегодня, на большом пальце. Зеркальце в центре, правда. отражало потолок и крохотный кусочек окна, но и того было довольно. Потому что потом пришла боль.
Нет, не так : БОЛЬ.
Та самая, родная сестрица той, что грызла ее кости по утрам, не давала спать и заставляла трястись в ворохе мокрых простыней, точно умирающую мышь. короткий выстрел прошил от точки многоцветься на лбу до самых пяток, заставив женщину сжать пальцы и стиснуть уже зубы. Как она могла позволить себе такую вопиющую слабость, как писк? Не при посторонних же. И уж тем более не при эльфах, что испытывали ее на прочность. Ради дела, стоит заметить. Но легче от этого не становилось ни капли. Второй приступ скрутил все суставы и беззастенчиво выдал  с головой каплями испарины на висках и вспотевшими ладонями. Цера была с болью на "ты", привыкла и приноровилась, нот человеческое тело - слабо и не может перестать чувствовать только по нашей воле. Женщина не издала ни звука, но с горькой иронией подумала о том, что это - нагоняющая расплата за вполне себе мирное утро, напоминающая о том, что баланс и порядок будет соблюдён и без нашего участия. Ей было никак не скрыть то, о чем жалящая, точно острая шпага, Ирия откровенно говорила вслух и все, что оставалось - сохранять лицо. Но потребовалось несколько секунд, чтобы посеревшая, точно небо за окнами, южанка сумела подобрать верные слова. Или хотя бы какие бы то ни было слова, без стучащих друг о друга зубов.
- Если бы мир создавался существами только в здравом уме, то он был бы довольно унылым местом, леди Ирия,- ей не сразу удавалось перестроиться с привычного "мадонна" на то, что было приемлемо для женщины перед ней, но промашек Аматониди допустить попросту не могла,- На занятиях настояла я сама. Это был вопрос выживания,- туманная формулировка могла иметь очень разный смысл в двух разных краях. Спасение от постыдного существования в праздности и забытьи и банальная смерть вблизи таящихся родичей-врагов? Эмилькон и Мирдайн в этом отношении могли бы поспорить в рациональности,- Вы совершенно правы, общий подход меня едва не угробил в самом начале обучения. если верить профессорам Отта Ро'Рук, то с таким явлением, которое вы наблюдали, сталкиваются не часто, а уж в наших краях и подавно. Однако, возвращаясь к моему собственному желанию продолжить обучение, мастер Ом эст'Мастонари собрал несколько кусков совершенно разных методик, очень много взял от друидов и написал для меня программу обучения, отличную от той, что преподают всем остальным. Любой подход при этой..."болезни", опасен. Но я здесь и сижу перед вами.
Основным вопросом, который ей задавали почти всю ее жизнь был "зачем?" Зачем убиваться, зачем прыгать выше головы, зачем искать сложности в простых, казалось бы, вопросах, зачем тратить столько денег на игрушку, которая, вполне вероятно, окажется для тебя непосильной. Ответ, вот уже много лет, был одним и тем же: "Чтобы стать лучше себя самой". Дело было не в том, что Цера о себе очень высокого мнения, зачастую, как раз таки наоборот, но в том, чтобы все остальные были. Чтобы при упоминании Аматониди вспоминали деньги, угрозы. власть, богатство, связи, эксцентричные решения, но только не бессилие. В политическом болоте Эмилькона это - сродни самоубийству, признать себя слабым, не способным. Даже если твой угол болота- собственная семья. Церера желала занимать своё собственное место под солнцем и идти вперёд, а не жить в тепле, но чьей бы то ни было тени.
Этого уже ее личная гордость снести не могла.
- Считаете это безнадежным занятием?,- улыбка должна была скрадывать это недавнее "обучала человека", но вместо этого лишь подчеркнуло. Зависит ли исход ее поездки в Мирдайн от слова этой женщины? Ей не хотелось бы этого признавать. Ей не хотелось бы сдаваться в самом начале пути.

"Довольно печально" было не тем определением, которое ей давали всю ее жизнь. Цера даже захотела усмехнуться, но не посмела нарушать собственной эмоциональной оценкой переговоры. Для нее это было не меньше, чем объявление войны или мира, от вердикта эльфийки зависело не просто сам факт того, получит она оружие или нет, но ее собственный взгляд на жизнь. Она столько мнений выслушала, разных и противоречивых, столкьо раз сталкивалась  с высоченной стеной, и пусть мнение о ней, как о маге, всегда было и есть невысоким, но оно же есть: возможно, старшая дочь Эттона Аматониди не могла открывать порталов и ставить защитных куполов на весь дом, зато никто не мог бы  уверенностью сказать, чего от нее ждать. И это было не менее эффективно, чем кинжалы и отравленные шпильки.
Церера давно приучила себя слушать и наблюдать с самым невозмутимым лицом. В своем доме она могла бы уповать на права хозяйки, но в чужой стороне почитала терпение добродетелью, а потому внезапная искра веселья и капля безумия  в смехе леди Ирии стали для нее , скорее, полезной деталью в картине Мирдайна, чем оскорблением.И она тем более была вознаграждена, когда имя ментора прозвучало под сводами залы второй раз. Да еще как прозвучало! Церера, точно первогодка-ученица, навострила уши и едва заметно дернула бровью. Было сложно поверить, что всегда улыбчивый, отзывчивый, инициативный мастер Ом мог ввязаться в подобный вульгарный спор, да еще и в столь резких выражениях. Не этот ли человек обхаживал герцогиню Шеретт, да так, что их письмами зачитывалось пол кафедры?! Цера словила себя на том, что старательно сдерживает смех, прикрыла рот рукой и воззвала к своему благоразумию: не стоит поддерживать старые счеты и не стоит реагировать на дрязги, которые тебе не принадлежат. Но о почтенной леди Ирии она мастеру непременно расскажет. И посмотрит на его лицо.
- Пути богов, как известно, путаней, чем паутина,- только и сказала она, пожав плечами,- Уверена, ментор оценил бы всю иронию этого положения.
- И оценил, надо сказать, в нецензурных выражениях..
А вот чего сиора не терпела, так это когда с ней обходились так, будто ее не существует. конечно, существовали и принятые правила, и особенности чужих нравов, но сказать "аэ" и не сказать "най" при постороннем было горькой ошибкой. Поначалу, южанка хотела было тактично напомнить о себе, затем- вовсе не тактично, но лишь только молчала, переводя взгляд с кузнеца на мастерицу эфира. и все запоминала. Что есть это загадочное Древо Жизни, к которому, если судить по словам ее визави, проход возможен лишь ценой собственной жизни, в каких-таких делах маэстро Инланар был замечен и почему мадонна Ирия столь непримирима в этом вопросе? Церера почувствовала себя песчинкой, случайно оказавшейся в жемчужнице, но ей вовсе не хотелось уходить во мрак небытия и незнания на долгие годы. Жемчужиной хотелось стать сразу.
От всех этих переживаний она даже как-то подзабыла о недомогании. А потому очередной порыв эльфийки встретила холодком, лизнувшим руки и испариной по спине. Плоть слаба и человек слаб.
Словно тренировочный манекен, Аматониди бесстрастно проводила свою новую наставницу взглядом, хотя и напряглась от того, что пропускает постороннего за спину. При ней из оружия - разве что она сама, а этого чудовищно недостаточно. Не против сумеречной эльфийки. И хотя все это были лишь пустые теории, инстинкты так просто со счетов не сбросишь.
- В конце то концов, вы не могли бы препарировать меня тет-а-тет,  монна?
Наверное, эта мысль была слишком материальна. Цера хоть и закрыла глаза, и попыталась сконцентрироваться на чем-то кроме собственного внутреннего потока, но почувствовала напряжение, такое, что впору было беспокоиться. Словно весь позвоночник стянуло стальной тетивой и вот-вот выпустит стрелу, но что это была за стрела, и в кого она полетит? Шипение эльфийки подсказывало, что такой жертве южанка будет не рада.
Впрочем, как и ее комментариям. на щеках женщины выступил румянец злости и она опустила ресницы, пряча за ними взгляд. Не хватало еще ненароком ввязаться в дебаты о различиях тонкостей этикета и понятия личного пространства. Сейчас это больше напоминало  осмотр лекаря, и тем не менее, каждый раз Аматониди было ужасно сложно переступать через свою гордыню и страх. Она не слабая. Боль - это пустяк в сравнении с бессмысленностью существования.
- Ма...леди Ирия, давайте не так,- она воспользовалась этой паузой, точно шансом на побег, но бежать было поздно.  Женщина, прикинув и в конце концов предпочтя пользу приличиям, осторожно оставила туфли на полу, подтянула ноги к себе и перекрестила в лодыжках. Запястье левой руки уперлось в тыльную сторону правой ладони и Цера сделала несколько медитативных глубоких вдохов, стараясь сделать так, как ей сказали: не сопротивляться, подумать о хорошем, провалиться...
Да, пожалуй, провалиться было самым недурственным вариантом, учитывая, что спина все равно была напряжена так, будто пытается восполнить недостаток доспехов. Это была весьма непростая просьба - думать о чем-нибудь хорошем. О летнем зное, о журчащем фонтане в саду, о темных водах бассейна в тени, отражающих пурпурные и розовые облака пролетающего по закатной орбите особняка Аматониди. В конечном итоге, где бы она ни находилась, как бы далеко не уезжала и какие дела не занимали ее время, Церера всегда стремилась домой. Спасительная темень материнской утробы и надежность, которую никто не сумел преломить ни интригами, ни покушениями.
Ей показалось, что прошла целая вечность, а потом кто-то словно выдернул нитку из полотна, и та с тонким звоном порвалась. Цера поняла, что упустила какую-то часть разговора, потому что повалилась слишком глубоко в то, что называла "медитацией разума".
- Маэстро, леди, я все еще здесь,- только то, что она была не совсем в своем привычном состоянии позволили ей такую фамильярность. Аматониди медленно подняла глаза, больше приличествующие  ленивой сытой кошке, чем человеку, и наконец расслабила руки,- Если мне будет позволено сказать, то я не имею ничего против того, чтобы мастерство противостояло мастерству. В конце концов, очевидный проигрыш  магистров Отта Ро'Рук является причиной моей визита в Мирдайн. Но позвольте мне внести предложение не превращать это в фарс. Леди Ирия,- южанка скосила глаза на эльфийку и дернула темной бровью, склоняя голову в знаке уважения,- Делайте , что считаете нужным. Сомневаюсь, что это будет страшнее того, что мне уже известно о моем положении, простите мне мою дерзость. и с вашего позволения, я сохраню вашу историю о...диспуте с мастером Омом для...личного удовольствия. Мастер Инланар,- Цера медленно, словно опасаясь, спустила ноги с дорогого кресла и вернулась в изначальную свою позу, с невозмутимым спокойствием возвращая своим ногам обувь,- Не стоит из-за меня  менять вашу изначальную задумку. Мне было бы крайне жаль не увидеть ваш гений в его полном исполнении. глина здесь я, мне и подстраиваться. Можете пустить мои кости на растопку, если это поможет решить хоть десятую часть той головоломки, с которой в Эмильконе безуспешно бьются столько лет.
- Преуспеете, я вам лично диферамбы посреди кафедры пропою.

Церера не  выжила бы даже в Отта Ро'Рук, если бы ее можно было так легко смутить. Слова леди Ирии она восприняла, как подробнейшие рекомендации целителя и  лишь кивнула, показывая, что приняла все весьма близко к сердцу и к сведению. По правде говоря, что бы она могла возразить У не просто не было выбора и отчасти это было...весьма неприятно. Цера терпеть не могла, когда от не зависело столь мало. Хотя, тут ведь как посмотреть: тщательная подготовка порой была половиной успеха всего дела. Но праздное безделье? Помилуйте, это никак не про Аматониди.
Южанка кивнула маэстро Инланару, показав, что она в его полном распоряжении и уходить не собирается. День только начался и спешить было совершенно некуда. Правда, теперь сутки грозились ползти в разы медленнее, заставляя эмильконку не отдыхать, а маяться, носится из угла в угол, точно ошалевшую в клетке собаку, привыкшую к охоте.
- Поставить на место? Помилуйте, маэстро, за кого вы меня принимаете?,-  женщина дернула уголком губ в кривой усмешке и покачала головой, роняя прядь волос на лицо,- Леди Ирия очаровательна, как горячий ирифи в пустынях близ Сарамвея. Прямолинейность - добродетель, особенно в сложившейся ситуации. Мне крайне неловко, что вам пришлось быть свидетелем некоторых личных подробностей, но это, полагаю, было неизбежно. В любом случае,  мне не выразить, насколько ценно для меня и мнение леди, и ее время, которое она согласна потратить на..мою проблему,- да, только законченный циник назвал бы смертельные судороги  всего лишь "проблемой",-  Надеюсь, она столь же беспощадна, сколь и искусна, раз вы так говорите. Меньшего я не приму. Признаюсь, она поставила меня в трудное положение и лишила всех любимых занятий, но дареному коню, знаете ли...
Цера рассмеялась, на сей раз не сдерживаясь и потерла запястья, забыв, что на них сегодня нет браслетов, которые она могла бы крутить, заполняя неловкие паузы или скрашивая неуместные эмоции иллюзией внезапного происшествия. С кем не случается - защемил кожу замок украшения? Во всяком случае, с людьми это работало безотказно.
А к Мирдайну она все еще приспосабливалась.
- Не знаю, разочарую или принесу вам облегчение, но подобным вопиющим самоуправством моя семья заниматься не будет. Они прекрасны осведомлены как, зачем и куда я отправилась, а так же уже не раз изучали все сопутствующие риски. Помнится, одной из идей патрона было нанять мне в учителя дракона. К несчастью, с ментором мы не сошлись не только характерами, но и силами. Мы разнесли половину гостевого крыла, сломали мне тридцать семь костей и в довесок прибили трех отличных псов. И к маэстро никто претензий не имел. Все, что касается только моей жизни регламентируется мной и исключительно мной. Кровная вендетта здесь неуместна. Если, конечно, вы не решите убить меня намеренно. Здесь могут возникнуть проблемы, соглашусь.
Эльф был прав, вопросов у нее было масса, в том числе и тех, что напрямую касались ее положения. Но Церера, в свойственной ей манере оставлять самое интересное на потом, решила, что расспросы о том, что сулит проблемы и от Лорда и еще бог весть от каких сил - это не то, что может наладить отношения с кузнецом, а потому лишь учтиво улыбнулась и мотнула головой, показывая, что Лерандис ошибся. Промахи случаются со всеми.
Разумеется, это была ложь. Не откровенная, и тем не менее. Но и рыть за спиной она ничего не будет. Просто для этого разговора между ними не пришло время. Ей было очень интересно увидеть работу леди Ирии в действии.
- Вы хотели мне что-то показать, мастер,- она любопытно взглянула на принесенные эскизы.