Дракон перевыполнила уговор. Дильшат просила одного немертвого, но получила двух. Очевидно их сотрудничество превзошло ожидания Морваракс и теперь она закладывала своего рода фундамент для дальнейших побед. Что может быть удобнее, чем оставить девушку даже немного в должниках?
Кровь скрепила "преданность" Михеля, руны на ошейнике загорелись на несколько мгновений, сковывая волю нерушимым законом: "Воля Хозяйки - закон".
- С этой минуты ты пьешь кровь только ту, что дадут тебе добровольно слуги дворца, - Первый приказ звучит мгновенно, его вновь скрепляет сияние ошейника и Римма удовлетворенно кивает увиденному. Всё ровно так, как нужно. И это кажется ей крайне любопытным. Она разворачивается к Касиму, кивая тому в знак признательности и одобрения.
- Полагаю, моя работа выполнена. - Резюмирует старик, потирая бородку, - Будь осторожна с таким подарком, бийим.
В голосе старика сквозит уважение, но вместе с тем он не упускает момента учить её. Касим всегда был прирожденным наставником, многие твердили что дело в опыте, но в иные моменты Дильшат могла спорить - он уже родился таким. Готовым оберечь и наставить.
- Я всегда осторожна, - Она принимает совет к сведению, но остается при своем, - Благодарю за помощь, Касим.
Поклонившись, чаровник разворачивается, покидая дворец с чувством выполненного долга, тогда как девушке предстоит разбираться с новым приобретением. Вампиры - источник ингредиентов для зелий. Все их существование пронизано магией, и их кровь сможет открыть множество границ, особенно теперь, когда её не требуется покупать в тридорога, а можно взять в любой момент. К тому же женщина не собиралась останавливаться на том, что уже имела. Она стала первой, кто сумела отравить немертвого и теперь намерена завладеть первенством в совершенно другом вопросе. Ей было любопытно - сумеет ли алхимия вернуть жизнь. И пара образцов была именно тем, чем нужно. Ведь никто не давал гарантий, что в процессе один из вампиров не погибнет...
Впрочем, пока ещё она даже не знала с чего начать. Книги, что писали о вампирах казались источником ненадежным. А потому сейчас Дильшат имела редкую возможность -изучить новую игрушку. И, возможно, разобрать одну из них.
- Называйте меня "Госпожа", или "Бийим". - Она пожимает плечами. Гульрамское наречие может быть в новинку, а её устраивает и общее. Жестом она приглашает вампиров следовать за собой, раздумывая над тем, стоит ли тратить комнаты дворца на новые вещи. Взгляд ледяных голубых глаз бегло оценил вид и состояние новоявленных рабов. Они были ухожены и даже по-своему красивы, а красивые вещи всегда признак статуса. Двери дворца услужливо распахнули слуги, пропуская эмира и рабов, вперед вышла красивая женщина. В ней изящно сочетались корни севера и востока. Бледная кожа, коралловые уста, черные глаза и волосы. Её одежда очевидно отличала её от другой прислуги - красивое платье, расшитое бусами из тонкого шелка струилось до самого пола.
- Хасеки, выдели им комнаты в крыле для рабов, - Произнесла Римма, вновь обращая внимание на вампиров, - Вы будете слушать Хосеки и останетесь в комнатах, пока я не приду.
Теперь она не обращала внимания на мерцание ошейников, быстро привыкнув к новому положению вещей.  Ей нужно ещё перемолвиться парой слов с драконом, а потому она уходит, оставляя мужчин Хасеки.
Распорядительница, если и недовольна новыми жильцами не показывает своих эмоций. Она только требует следовать за ней молчаливо движется по множественным коридорам, вглубь первого этажа. Эти комнаты остались не тронутыми со времени, когда ещё была жива Мириам. Сама Римма прежде не держала рабов, находя это неподобающим. Но вампиры в её глазах оставались мертвецами, с магией в крови, а потому это давало возможность пренебречь устоявшимися правилами.
Комнаты, выделенные мужчинам были не велики. В них находились одноместные кровати, широкие шкафы и небольшие столики - рабы едят отдельно. Впрочем в случае с конкретно этими рабами едва ли потребуются столы.
Хосеки не говорила с ними, не стала и прощаться, только закрыла за собой двери оставив некогда забытое крыло чуть менее пустым. Она доложила бийим о том, какие комнаты отвела рабам, но более не тревожила эмира, что говорила с драконом довольно долго, выслушивая историю поимки кровопийц. Морваракс была щедра на предостережения, очевидно она не желала, чтобы новообретенный союзник стал жертвой нелепости, что косила многих и переоценил свои силы. Римма слушала, кивала, делая лишь ей доступные выводы. Она ещё не знала, насколько всерьез относится к той тьме,что впустила в свой дом, но уже понимала,что и дракон, и Касим правы. Этот ресурс может быть большим, чем кровь. И изучить все их возможности будет крайне увлекательно.
Когда наконец Дракон покинул территории дворца сама бийим направилась познакомиться с новыми вещами. Джори, еда понимающий речь и ориентирующийся на интонацию напоминал ей пса. Он, кажется, вообще не понимал собственной роли, но был послушен и удобен. Дильшат с удовольствием отметила, что это позволит ей проводить эксперименты без лишних осложнений. Когда же она распахнула дверь в комнату Михеля, цепкий взгляд блуждал по рабу изучающе. Он обладал разумом, дракон же предупреждала о том, что вампир хитер и изворотлив. И Римме было крайне интересно узнать сколько черт она сумеет перейти, прежде чем этот вампир будет готов грызть ошейник, рискуя умереть, лишь бы не служить ей.
- Как твоё имя, раб? - Она подчеркивает последнее слово, а в её голосе сквозит безразличие, словно бы в секунду это имя может оказаться ничего не значащим и заменено на, скажем, номер. И смилостивятся светлые  боги, если номером будет "первый".

Нет в жизни более тонкой лжи, чем улыбка. И никто не знает это лучше, чем те лицедеи, которые за ней прячутся. Некоторые лучезарно улыбаются, чтобы не расплакаться; кто-то глупо ухмыляется, чтобы скрыть свой страх; а сейчас для обоих собеседников улыбка способ показать зубы или даже клыки, чтобы вежливо предупредить своих врагов. Тонкая изящная игра на грани. Вот только у одного из играющих была очевидная фора. И стоя в комнате один на один с вампиром только она держала в руках его жизнь.
- Михель Хан Елисей, госпожа. - Тон приобретения от Риммы не ускользает, но он вызывает только улыбку. Что остается её игрушке? Скованный чужой волей теперь немертвый напоминает мелкую лающую собаку, которая, впрочем, не сумеет укусить из-за длинны поводка. Так стоит ли тратить время на то, чтобы произносить своё "фу"? - Вы можете называть меня просто Михель.
- Да, так меня вполне устроит. - Резюмировала бийим, обводя небольшую комнату притязательным взглядом. Дильшат уже и забыла что у неё во дворце есть столь маленькие и нейтральные помещения. Никакой мозаики, лепнины, ярких цветов. Нет ни картин, ни иных акцентов на стенах. Даже меблировка представляет собой обязательный минимум из весьма посредственного светлого дерева.
- Римма. Римма Дильшат. - Произносит женщина, проходя мимо вампира к окну. Оно единственное не выбивается из привычного ей вида. Вот только именно здесь видится неуместным. Кроме того вампиры когда спят практически беззащитны, а у неё полный дом людей, которые существ его природы ненавидят. Давать им возможность просто одернуть шторы, чтобы уничтожить столь дорогое приобретение не хотелось. - Тебе подберут другую комнату после. И подготовят необходимое для спокойного сна днём. В Гульраме тёмных не любят. В последние несколько месяцев особенно остро, так что на твоём месте я бы не привлекала к себе лишнего внимания. А что до твоих обязанностей, - ледяная улыбка замирает на её устах, - тебе понравится. Идём.
Поворачиваясь на каблуках Римма выходит из комнаты, направляясь на второй этаж дворца в свой рабочий кабинет, представляющий с собой огромное светлое помещение с всевозможными стеллажами камней, трав и эссенций. В центре у окна большой стол с множеством бумаг, отдельно собраны рецепты, у входа стоят странного вида сосуды на столах. Всё это несомненно важно и ценно, но молодая госпожа желала не просто покрасоваться. Дверцу одного из шкафов она открыла беззвучно, доставая сосуд с рубиновой мерцающей жидкостью для демонстрации.
- Единственный в своем роде яд убивающий немертвых. И это моя работа. - Она с некоторой ностальгией скользит по бутылочке взглядом, - Как думаешь, на ком я ставила эксперименты? - Вопрос ответа не то, чтобы требует. - И для подобного рода изысканий мне нужен материал. Кровь вампиров дорого обходится. Как и плоть, клыки и прочие необходимые время от времени ингредиенты. Куда как проще держать парочку под рукой с возможностью получить необходимое. - Она убирает яд на законное место, тут же отдавая приказ, на который ошейник реагирует сиянием, - Никогда без меня не входи в эту комнату и не допускай никого постороннего.
Оборачиваясь блондинка облокачивается на рабочий стол. Ей крайне любопытно, какого этому мужчине осознавать то, что он стоит в этом дворцу не из-за того, что вампир под рукой может оказаться опасным рычагом давления, а завели его сродни скоту. И не факт, что в результате изысканий этот скот не закончит так, как закономерно заканчивают коровы или козы. Не факт, что останется живым.
Хотя Дильшат вовсе не намеревалась разбрасываться его посмертием. И говорить об этом не собиралась тоже.
- Но не считая этого назначения: мне требуется распорядитель. Надеюсь с законами организации торжеств ты знаком, Михель? Знаешь традиции востока и ритуалы обязательные к исполнению?