Аделинда продолжала наслаждаться совместной жизнью со своим супругом, пока у нее была такая возможность.
После прездника их жизнь вошла в прежнее русло. Лоренцо проводил много времени в своем кабинете, а Линда занималась собственными бумагами в отведенной ей комнате.
Был и момент, когда палаццо снова заполнила ее игра на клавесине... Когда баронессе сказали про инструмент в ее импровизированном кабинете, она осознала, что находится в той самой комнате, где судьба позволила им встретиться с Арадией. Точнее было сказать, заговорить в первый раз. От воспоминаний этой встречи захватило дух.
Линда никогда бы не подумала, что после их первого разговора, полного ревности и обид, она обретет лучшую подругу.
- Интересно, как она там? - С улыбкой подумала де Шоте, играя на инструменте спокойный легкий мотив, в противовес той песни, что она играла при встрече с тифлингом. Она скучала по Арадии и хотела скорее обнять ее, но через секунду девушка задумалась.
Она не знала, как они будут уживаться под одной крышей все вместе... Ада не знала, что произошло между полукровкой и ее супругом, Дия никогда не говорила об этом.

Танси пригласил ее на прогулку, учтиво сказав, что недолжно баронессе сидеть в закрытой комнате и следует прогуляться на свежем воздухе.
Он рассказывал ей истории о себе и герцоге, о своей семье, о забавных случаях из своего прошлого...
- Рафаэль, Ваши рассказы подходят для какой-нибудь книги. Вы никогда не думали написать мемуары? - Добродушно рассмеялась Линда. И все же она прервала его, задумчиво спросив. - М-могу Вас спросить? Почему Вы проводите со мной так много времени? ...Лоренцо сказал за мной присматривать? ...Это из-за подозрений? Или из-за того, что произошло там, в темнице?
Но тут их окликнул голос де ла Серы.
Линда обернулась к родному голосу и тут же расплылась в улыбке, когда губы супруга коснулись ее кожи:
- Что ты, я совсем непротив его компании. - Шутливо ответила Линда, взяв мужаза руку и переплетая с ним пальцы.
Это и правда было так, пусть баронессу иногда и насторживало такое присутствие лекаря. Ада невольно ощущала себя беспомощной или немощной, и это немного беспокоило девушку. В любом другом случае, особенно до происшествия в Аримане, Линда бы подумала, что у Танси есть альтернативный мотив, что он преследует какие-то свои темные, низменные интересы... Но сейчас ее паранойя молчала, а сама де Шоте считала его намерения истинными... Ведь так?
Она прильнула к груди Лоренцо и счастливо улыбалась, слушая его слова. Как же она была рада, что герцог решил поддержать ее решение. От этого ее пальцы дрогнули, сжимая его ладонь в своей.
- Пара-тройка месяцев? Так... быстро? - Удивленно спросила девушка, не скрывая удивления от этого вердикта. Ее разум в очередной раз зацепился за то, что муж вновь говорил о наследниках. От этого ужас на секунду вновь пронзил ее душу. Она опустила голову и затихла, видимо напрягаясь от животного, инстинктивного страха. Линда гнала от себя эти мысли - она ведь хотела подарить наследников Сальгари, она любила его... Тогда почему каждое напоминание о возможной беременности пугало ее так сильно?
Она согласно кивнула:
- Я с радостью приступлю к этому, Лоренцо... - Уткнувшись лбом и носом в шею супруга, начав думать вслух - Нужно столько решить... А выгодное место..? А титул..? Если объединить герцогство или баронство... Это получается... Королевство?
Тут она осеклась и отстранилась от Сальгари, перестав шептать:
- Ой, простите, я опять заболталась... - Де Шоте смущенно опустила голову, а потом заволновалась глядя на Лоренцо. - Мы будем... использовать портал? А... - Она замялась снова и повернула голову к лекарю. - Рафаэль... Простите за беспокойство, но... Вы не знаете средство, чтобы мне не было плохо от этого перехода?
Ада повернула лицо обратно к Сальгари и обеспокоено произнесла:
- И я все еще боюсь за тебя... Лоренцо... После того, что было..? Разве это не опасно? Я не хочу, чтобы ты подвергал свое здоровье опасности. - Она вспомнила свой разговор с Н'игго, и от этого девушке стало не по себе.

- Я понимаю... Я просто беспокоюсь за тебя. - Прошептала Линда, склонив голову на плечо Лоренцо. Она вздохнула, пока ее руки оплели плечо мужчины, подверждая ее слова. - Я так боялась, что ты... меня покинешь.
Ты ведь почувствовал это вчера... Я ощущала твою тревогу. А ведь моей жизни ничто не угрожало. - Девушка подняла голову, "глядя" на Сальгари своими бельмами в озадаченном выражении. - Представь, каково было мне..?
Вспомнив даже на миг, как герцог умирал в ее руках, заходясь кровавым кашлем в беспамятстве, де Шоте передернулась. Это был самый страшный день со смерти Генриха и Ариманского разгрома.
Она повернула голову к Танси, когда тут заручился сохранностью герцога, даже кивнула на эти слова.
Голос супруга звучал где-то фоном... Она различала слова, но, наверное, впервые за все провоеденное рядом время, не слушала их.
Все же, баронесса решила проявить настойчивость, пусть ее голос и показывал ее волнение:
- Я понимаю, но тогда дорога займет две недели. У меня нет столько времени. Потом, ничего же не случилось, я просто не хочу чувствовать слабость после перехода, как в прошлый раз... - А потом он заговорил о ее состоянии, и Аделинда замерла, широко распахнув слепые глаза, прошептав, - ...Что?
Лоренцо, кажется, не заметил новости и продолжил свои рассуждения насчет феодальной иерархии. Ада молчала, глядя на герцога глазами Рафаэля, и вот... Их разговор был прерван удивленным возгласом, что девушка аж вздрогнула.
Танси подтвердил свой вердикт, и уже через секунду мог заметить, как ее сердце забилось чаще и чаще. Страх снова начал охватывать ее тисками, даже ее дыхание стало прерывистым и нервным...
Когда Сальгари отстранился и встал с места, Линда забеспокоилась еще больше, словно и вовсе оставшить в одиночестве...
- Лоренцо? - Обеспокоенно окликнула его баронесса.
Это ощущение не осталось с ней надолго - уже в следующий миг она ощутила, как супруг упал в ее ноги, обнимая ее тело.
Аделинда застыла испуганной ланью, толком не понимая, что произошло. Ее руки поднялись к собственной груди, а затем опустились к Лоренцо... Оказалось, это были его плечи и спина.
- Ло-Лоренцо..? - Неосознанно заикнулась девушка. Де Шоте склонилась к супругу, опустилась, обнимая его и коснувшись губами его макушки. Душа правительницы засветилась теплом и светом. - Лоренцо... Ну что ты..? Вставай...
Страх исчезал под напором эмоций мужа, Линда была рада... Нет, она была счастлива. Видеть герцога таким живым, сияющим... Она была счастлива исполнить его мечту. На слепых глазах навернулись радостные слезы, и, улыбаясь, девушка прижимала герцога к себе, принимая его целиком и полностью.
Осталось только подавить собственный ужас перед возможностью умереть во время беременности, как ее мать, или при родах. Уже не говоря о том, как сильно ее пугали будущие перемены в ее теле...

Когда наступил вечер, и они остались наедине, Аделинда прильнула к мужу.
Она положила голову на его плечо, потеревешись щекой о его кожу:
- А что если и правда сделать наш новый дом королевством? Оставить Ариман и Ниборн баронством и герцогством? - Линда улыбнулась и шутливо заявила. - Да и потом... Тогда ты станешь королем... не только для меня.
От этой фразы она тут же залилась краской и тихо засмеялась, ощущая себя немного неловко, но в этот момент Линда не могла противиться этой фразе. Она потянулась к нему, легла на него сверху и нежно поцеловала Сальгари:
- Прости за этот каламбур... - Вздохнув, баронесса склонила голову на бок, подложив ладонь между его грудью и своей щекой. - Можно я все же отправлюсь порталом? Я не хочу терять время... - Ее лицо отчего-то стало грустнее. Она затихла, а потом все же тихо поделилась. - Я не хочу оставаться одна надолго...
Вторая рука коснулась щеки супруга. Ее тонкие пальцы щекотала щетина на его лице, но Линде это нравилось. Не так давно она вспоминала, как герцог напоминал ей о формальности их союза, как осаждал ее, что никогда не сможет полюбить ее подобно женщине из сна... Она вспоминала, как отрезвляла себя этими фразами, когда начинала скучать по Лоренцо, когда она не могла противиться своим чувствам.
Но сейчас его чувства были такими же искренними, как и ее собственные. Их сердца стучали в унисон, комната была наполнена теплом и нежностью...
Встретившись с ним, когда Сальгари бродил в лесах Аримана под прошлым именем, Линда почувствовала в нем свою родную, пусть и потерянную душу, и, встретившись с ним вновь во время разгрома, узнала и стремилась помочь и вылечить его от прошлых бед...
Она хотела быть с ним, такова была ее судьба:
- Лоренцо..? Ты мог представить, что все будет вот так, когда спас меня тогда... в лесу? - Задумчивым шепотом спросила баронесса. Она тепло улыбнулась, предаваясь ностальгии. - До сих пор помню, как ты подшучивал из-за того, что я строила из себя взрослую...

Линда «смотрела» на своего супруга, ощущая отголоски его воспоминаний…
Ее лицо сменилось в выражении, став более задумчивым и хмурым.
- Я… не это имела в виду… - Тихо ответила баронесса, поднимаясь с груди Сальгари. Она легла рядом, под его боком, взяла его руку в свою, переплетая их пальцы и склоняя ее вокруг своей шеи в объятья. Она все так же нуждалась в его заботе и тепле, но душу де Шоте неприятно кольнуло возникшее недопонимание. - Видимо, Руцци нарушил твою память больше, чем я думала… Спокойной ночи.
Поцеловав ладонь мужа, Линда закрыла глаза и приготовилась ко сну, пытаясь задавить обиду, зародившуюся в ее душе.

В эту им обоим снилось их прошлое. Правящая чета стараниями переживающей баронессы вновь встретилась в ариманском лесу. Линда вновь беспомощно кричала от насмешек зажавших ее среди деревьев и своих отвратительных туш. Лоренцо вновь стал Альваро, бесцельно бегущим от потерянной жизни, умершей любимой, жизнь которой он оборвал собственноручно по приказу Таллинора… Их разумы были едины, и они снова встретились впервые - испуганная девочка и одичавший изгой. Леса Аримана вновь запахли кровью троих мужиков, позарившихся на слепого ребёнка… Коста жадно ее черствый хлеб, сидя на свежем трупе в его же, ещё не изношенных, сапогах.
Он проводил ее обратно к перепуганным слугам, даже не зная о статусе своего найденыша, не принял ее помощь, а Аделинда не хотела уходить и слепым взглядом молила мужчину взять ее с собой, коснувшись лица Волкодава впервые в своей жизни… И с тех пор их жизни побежали быстрее - и пусть они были столь разными, оба их существования были преисполнены пустотой.
Линда отвергала ухажеров, лелея себя мыслью найти свою мечту вновь, Лоренцо стал герцогом и управлял Ниборном, заполняя свою пустоту алкоголем и женщинами.
Обе их души болели, и сейчас, во сне, они могли видеть друг друга в круговерти воспоминаний… Ада пыталась тянуться к образу супруга, неспособная вырваться из рамок, выстроенных своим отцом и собой, Сальгари мог видеть повзрослевшую баронессу в ее золотой клетке, окружённой меркантильными женихами.
Они оба были до боли одиноки… Но стоило им оказаться на секундных балах и званных ужинах, как что-то мешало им подойти даже вблизи друг другу - де Шоте так и не понимала, почему Лоренцо не желал их новой встречи, но прекрасно помнила свой страх перед Сальгари, исходя из рассказов о жестком правителе… и слухов о его неблагородном происхождении.
Тот вечер в лесу, да и «несчастный случай» с первым женихом все же наложили след на наследницу вплоть до Ниборнской хижины. Настолько она боялась стать жертвой мужчин и так же породить на свет бастарда.
И все же сон закончился на их воссоединении, спустя нашествие демонов, порталы, пребывание Лорренцо в другом измерении, где тот лишился глаза и руки… Только сейчас Линда увидела эти пытки и как долго они длились прежде, чем де да Сере удалось перенестись назад, во времени и в пространстве… и вот все подошло к концу, когда Лоренцо предложил баронессе руку и сердце, а она коснулась его лица вновь, прозрев его силами впервые в своей жизни.

Она ждала его всю свою жизнь, она любила его всю свою жизнь... С самой. Первой. Встречи.

Проснувшись, Аделинда повернулась к супругу и горько, но все же беззвучно заплакала, прижавшись к его груди, не желая беспокоить его покой… Видит Имир, она не желала раскапывать боль их прошлого, не желала бередить прошлое…

Баронесса занималась своими делами и бумагами весь день, будто скрываясь за работой от Лоренцо из-за стыда, что она испытывала с прошлой ночи. Ее силы вновь вышли из-под контроля, объединяя их разумы во сне… Ее работа прервалась только когда слуги возвестили о скором отбытии, герцог приказал им собрать вещи своей жены для их переноса в портал…
Линда позволила им помочь себе, но все же организовала, что и куда должно быть убрано, чтобы потом девушка смогла найти свои вещи без труда.
Когда же все было готово, она присоединилась к мужу и мягко взяла его за руку. Ощутив объятья Сальгари, де Шоте ощутила облегчение… Он был здесь, с ней, держал ее в своих руках. Злился ли он на ее несдержанность? Либо понимал, что она не хотела вторгаться в память мужчины?
- Я тут вспомнила про одно место... Разрушенный город недалеко от озера, там до сих пор должны остаться руины храма. - Как бы невзначай заметила де Шоте.
Перейдя порог портала в его руках, Линда все же пошатнулась и пожелала посидеть в кресле, чтобы прийти в себя.
Ее не тошнило, она не теряла сознание, - Линда постаралась сразу заверить Танси в том, что все в порядке:
- Я всегда так реагировала на них, Рафаэль. Все хорошо. - Тихо говорила де Шоте, держа Лоренцо за руку. Подождав, пока они с супругом останутся наедине, де Шоте потёрла его ладонь большим пальцем, привлекая к себе внимание и тихо прошептала, не в силах держать чувство вины ни минутой больше. - Прости меня… Я должна держать свои переживания в узде. Я не хотела...

Аделинда держала Лоренцо за руку, опустив голову и слушала его.
- Я не боялась… твоих методов… Я была благодарна. - Мягко ответила баронесса. Ее голос был настолько тихим, что его можно было принять за шёпот. - Ты спас меня… Ведь… Если бы не ты, то они бы… Они бы… - Тело Линды заметно напряглось, будто все старания герцога в той хижине испарились.
Она зажалась, ее ноги сцепились вместе в коленях, а свободная рука сжала подол платья у лона. Сейчас было ясно, как никогда, насколько де Шоте доверяла супругу, если ей удалось переступить через этот страх, чтобы не только чувствовать себя спокойно в присутствии мужчины, но и быть его любовницей.
Ей потребовалось какое-то время, чтобы отринуть болезненные воспоминания и расслабиться вновь:
- Я так и не сказала отцу о том, что случилось… Как ты и попросил тогда. - Усмехнулась девушка, а потом вздохнула, задумчиво «глядя» в пустоту перед собой. - Но мне так и не ясно, почему ты не сказал, кто ты… до Ниборна. Неужели ты думал, я забуду тебя..? Боялся, что я не приму тебя, когда ты стал герцогом?
Тон Сальгари стал жёстче, и плечи Аделинды инстинктивно поднялись, а шея виновато втянулась. Она даже отвела слепой взгляд, давая герцогу выговориться, а потом все же возразила:
- Я понимаю, но я не видела твои воспоминания... в полной мере нет… Они быстрые, безликие, без смысла для меня… это как облако вокруг тебя… Туман… поэтому единственные соразмеренные воспоминания были нашими общими… Ты же тоже не в-видел… - Осеклась Ада, вспоминая то, как заставила своего первого жениха шагнуть через балконные перила при попытке опорочить ее. Пережитый страх заставил ее заякнуться. - Т-только туман вокруг... может какие-то образы... на с-секунду.
Она уже молчала о втором ухажере, что стал безумцем в отместку за издевки…
Тогда Линда посчитала, что лучше ее будут считать проклятой, и она всегда будет одинока, нежели станет жертвой своего незадачливого муженька, подобранного бароном. И этот план сработал.
Девушка подняла голову и осторожно сжала его ладонь в своей, умоляюще «глядя» в глаза супругу:
- Последнее, чего я хочу - потерять твоё доверие, Лоренцо…
Несмотря на то, что обычно прикосновения герцога успокаивали де Шоте, когда он сердился, девушка хотела исчезнуть с лица земли. Она отпустила его руку, поднялась и подошла к окну, наслаждаясь теплом лучей на своей бледной коже.
- Я подумала, твоим людям, геральдистам и картографам стоит посмотреть это место… Я предоставлю доступ к своим архивам… Просто предложение. - И тут Лоренцо возвестил о подарке. Ада обернулась, застыв в непонимании. Иногда она не понимала, чем руководствовался ее супруг, задаривая ее новыми и новыми вещами… Линда не понимала, чем заслужила их, не понимала, как он мог баловать ее столь часто. - Подарок..? За что? - Подошла к мужу баронесса, ощутив поцелуй на своей ладони.
Она послушно спустилась с де да Серой во двор и подозрительно ощупала сахар в своей ладони, когда Лоренцо вложил кусочки в ее пальцы, а услышав тихое фырчание, взглянула на кобылку глазами мужа, оторопев от восторга.
Легендарные ниборнские скакуны…
Эта лошадка была сказочной, она будто сошла со страницы историй, которые Линда так любила в детстве…
- Лоренцо..? Она… волшебная… - Баронесса медленно подошла к лошадке, и протянула ей руку с угощением. - Привет, Сноу… - Ощутив, как губы животного стали щипать ее кожу, забирая лакомство, она тихо засмеялась и погладила второй ладонью нос и щеку кобылки. Та довольно фыркнула в ответ.
Общение с новым животным всегда было волнительным для Линды.
Повернув голову обратно к мужу, она заулыбалась, будто дитя на ярмарке:
- Лоренцо… Я не заслужила… да и… Я же не смогу ездить верхом… - Лицо девушки вновь стало задумчивым, но через секунду баронесса заулыбалась снова, снова поглаживая щеку и нос Сноу. Казалось, верховая езда не сильно волновала Аду по сравнению с возможностью просто провести время с такой лошадью. - Но... она так прекрасна...

Линда стояла перед кобылкой, смущенно слушая своего супруга:
- Мне достаточно того, что ты рядом... - Раздался в голове герцога мягкий голос де Шоте. Она могла бы сказать это вслух, но их окружала прислуга, и баронесса предпочитала поддерживать этикет и свой образ в их глазах.
Такие слова предназначались для него и только для него.
Она все еще мягко гладила шею лошадки, когда ее пальцы коснулись ладони герцога. Ада вздрогнула, но все же не прервала прикосновения, перенося свое внимание, ласку и незрячий взгляд на де ла Серу:
- Спасибо тебе большое, Лоренцо. Что я могу подарить тебе в ответ?
Я начинаю чувствовать себя виноватой со всеми этими подарками. - Вот что услышали другие. Баронесса все-таки замялась, не в силах сдержать интерес, и неуверенно улыбнулась. - Я все же не представляю, как я смогу ездить верхом... До этого я ездила только тогда, с тобой... Или... Ты можешь научить меня?
Лицо баронессы на миг стало мечтательным и безмятежным, будто она снова была подростком, витающим в облаках. Она была спокойна и счастлива. Ее разум на секунду посетили картины, как Лоренцо уделит ей время и научит ее держаться в седле и управлять этим большим сильным животным.
Сноу сама отвлекла баронессу от собственного воображения, требуя больше угощений. Де Шоте вздрогнула и заулыбалась кобылке, подавая ей еще один кусочек сахара. Ее кожу снова защекотали мягкие лошадинные губы, и девушка тихо рассмеялась.
Их спокойствие нарушил встревоженный голос Танси.
Линда обернулась к лекарю, и ощутила, как ее сердце чуть не ушло в пятки... Она прекрасно понимала, что он собирался сказать... Но Рафаэль сдержался, и баронесса выдохнула, благодарно улыбнувшись мужчине, когда тот подошел, описывая Сноу.
И все же, что-то в душе целителя не давало девушке покоя... Что-то встревожило его с их последней беседы, а, учитывая причину, по которой он теперь находился при дворе, Линда нахмурилась, а ее ладонь инстинктивно легла на свободный корсаж ее "домашнего" платья.
Она не любила напущенных нарядов, и ее повседневная одежда не отличалась ни сложным кроем, ни стесняющими корсетами, ни кричащими цветами. Плюс ко всему, теперь, мнение Лоренцо значило очень много. И Линда помнила, как ему нравилась такая простота.
На этом тревоги баронессы не закончились - ее супруг внезапно поцеловал ее ладонь и покинул их.
- Что случилось? Куда ты? - Де Шоте толком не понимала, что произошло.
Ей всегда становилось неспокойно, когда Лоренцо исчезал вот так, без предупреждения и объяснений, а сейчас - особенно... Она училась доверять мужу, даже несмотря на его поступок после свадьбы. Но такие внезапные исчезновения не приносили ей уверенности.
Все происходило слишком быстро...
Проводив взволнованным незрячим взглядом Сальгари, Линда замерла в растерянности на пару секунд, а затем погладила Сноу вновь.
- Рафаэль, я не планировала кататься на ней, я не умею. - Добродушно улыбнулась де Шоте, пытаясь сохранить спокойствие на своем лице на глазах у слуг. Услышав голос конюха, Ада подозвала его к себе и попросила отвести кобылку в ее новый дом. Погладив нос лошадки, правительница мягко попрощалась с ней. - Я скоро навещу тебя, не скучай.
Отдалившись с лекарем от любопытных ушей, Аделинда все же проявила волнение, не в силах сдерживать свою тревогу:
- Вы так спешили сюда... Вас что-то беспокоит?
Что-то... что-то не так? - Ее голос сошел на шепот под край фразы от страха, а на глазах девушки проступил намек на слезы.
Последнее время она была чересчур эмоциональной. Чаще всего ей было и самой неловко за свою несдержанность, ведь всю жизнь ее учили держать лицо, ведь именно Линда с подростковых лет стала лицом своего города при общении с подданными, пока отец был занят политикой.
Сейчас же она была готова расплакаться от самой вероятности, что что-то могло пойти не так... Уже не говоря ее выходку накануне...
Откуда ее подсознание возомнило, что напоминать им с Лоренцо о прошлом будет хорошей идеей?
- Прошу, ничего от меня не скрывайте...

Аделинда следовала за лекарем, держа его под руку.
Ее все ещё беспокоило то, что ей мог поведать Рафаэль, и она ждала с замиранием сердца, пока тот озвучит свои мысли.
- Нет-нет, что Вы. Это было опрометчиво… - Заверила его баронесса. Она не стала бы седлать Сноу в любом случае, даже без умения верховой езды, девушка знала, как опасны необъезженные кони.
Она наблюдала за конюхами и другой знатью ранее. Из любопытства и любви к прекрасным животным.
Отец всегда считал, что его дочери было опасно находиться рядом с лошадьми, потому она могла лишь наблюдать в стороне.
Лоренцо же опять показал ей, что слепота не была ее пороком, не была причиной сидеть в золотой клетке.
Но стоило де Шоте услышать о своих страхах и матери устами Танси, баронесса заметно напряглась, поворачивая голову к целителю. Она не перебивала и слушала его объяснения, хотя ее пальцы и вцепились в руки мужчины.
- Нет, они не были. Моя… мать была дочерью советника дедушки… Они с отцом… Они полюбили друг друга ещё подростками… Так она мне говорила. Но... я не помню многих историй. - Опустив голову, Линда медленно улыбнулась уголками губ, но все же ее лицо омрачила тень прежней скорбью. - Она всегда была слабой… если так вспомнить. Мы много проводили времени вместе… Я просто не могла сделать многого, да и не хотела… Мама читала мне книги, научила меня играть на клавесине…
Дальше девушка не решилась вспоминать. Слишком больно… Ведь она видела абсолютно все глазами слуг, когда ее не стало.
- Когда ее не стало, отец направил меня в Элл-Тейн, я провела долгое время с дочерью Гваихира. Она была хорошим лекарем. Я тогда  отказывалась от еды и… чего уж там таить… Я хотела уйти за мамой, так больно мне было… Она смогла поставить меня на ноги и укрепила меня… Может, в этом тоже были свои эффекты?
Ада подумала, что, раз уж Танси теперь смотрел за ее здоровьем, ему стоило знать об этом отрезке своей жизни.
Она слушала его рекомендации и планы, ещё раз повернув голову лишь раз, когда речь зашла о переливании крови… Эта фраза насторожила де Шоте, и девушка боялась предположить, какими средствами он хотел это проделать, но потом речь зашла о том, что Линда ожидает не одного, а целых двух наследников Сальгари.
- Ч-что? - С ее век сорвались слёзы, на лице девушки появилась неверящая, растерянная улыбка. - Нет, не говорили…
Я… Я должна сказать Лоренцо… - Девушка обернулась, пытаясь ощутить присутствие супруга. От волнения по телу девушки пробежала дрожь. - Он не говорил Вам, куда он ушёл?
Повернувшись обратно к Танси, Линда все же остановила свой порыв:
- Рафаэль… К слову о Лоренцо… Угрожает ли его здоровью что-либо сейчас? Меня волнует, как часто он использует порталы… Не выжмут ли они его силы?
Теперь, когда они ожидали пополнения, здоровье герцога волновало баронессу не меньше своего. Ей нужно было выполнить просьбу Н’игго.

Аделинда заметно успокоилась, когда Танси рассказал ей о состоянии ее супруга.
Ее юное лицо вновь стало безмятежным, а осанка расслабилась.
Она училась доверять Танси.
После всего, что случилось в ее загородном доме, доверять человеку, мешающему травы и настои было сложно. Но мужчина все же показывал своими действиями, что он действительно не желает вреда правящей чете. Он носился за герцогом и баронессой, при любом возможном случае справлялся об их здоровье - осматривал Аделинду, спрашивая ее о своем здоровье, каждое утро проводил время с Лоренцо...
Паранойя на задворках ее сознания все же иногда шептала о том, как легко ему будет предать правителей, заручившись их доверием после такой показательной службы, но Линда старалась гнать эти мысли прочь.
Посидев и побеседовав немного с Рафаэлем, сидя с ним на одной лавке, Аделинда даже положила голову на плечо мужчины, тихо спросив, чтобы их не слышали посторонние:
- Рафаэль, я... - Замялась де Шоте, буквально ощутив на себе озадаченный взгляд проходящего мимо пажа. Юноше казалось странным, что его госпожа настолько приблизилась к другому мужчине, нежели ее мужу. Девушка проигнорировала этот взгляд, не показала этого своим видом. Стихла на несколько секунд, но не дернулась с места. - Вы сможете сопровождать его в случае необходимости? Я очень боюсь за него... После того, что было... Боюсь... Я не выдержу такого вновь...
Если дело дойдет до порталов, Вы сможете отследить его состояние? Предостеречь, в случае необходимости? Лоренцо, он... - Мягко улыбнулась де Шоте. - Упрямый... Он не послушает моих советов... Ваши же рекомендации будут куда... весомее.
Я знаю... он сказал следить за моим здоровьем... Но его жизнь для меня... важнее всего. Я не могу.... н-не могу.... пот-т-терять его...
Заикание Ады было хорошим показателем ее переживаний. Раньше, когда она была подростком, она заикалась почти всегда. Теперь, окрепнув и лишившись прежних страхов, она заикалась только тогда, когда вопрос волновал ее до глубины души.
- Я... з-знаю... Т-тогда я сама буду б-без Вас... Но... У Вас же есть помощница... Е-если Вы д-доверяете ей... я буду в порядке.
Подняв голову, Линда мягко улыбнулась лекарю и уже спокойным будничным тоном спросила:
- Вас не затруднит проводить меня до замка?

Оказавшись в тронном зале, Линда остановилась, изучая развернувшуюся картину глазами присутствующих здесь людей.
- Лоренцо..? - Мягко окликнула его девушка, подходя ближе. Взяв его за руку, де Шоте уже привычным жестом погладила его ладонь большим пальцем. На ее лице появилась легкая озадаченность. Затем она все также тихо, без доли претензии спросила. - Что происходит...?
И все же она и без ответа понимала, что здесь разворачивалось планирование их новой столицы... А это значило, что Сальгари все же скоро покинет ее. И все же далеко не все знали о способностях баронессы, они не знали, что их глаза становились ее собственными, пока Ада была рядом. И этот образ стоило поддерживать, оттого она и задавала подобные вопросы.
После этого она все же заговорила вновь:
- Я пойду поработаю... Не буду отвекать. Сможешь зайти за мной перед обедом?

К обеду часть замка заполнила спокойная, ласкающая слух, мелодия.
Сделав дела и отдав бумаги, Ада села за клавесин в своем кабинете.
Она распорядилась перенести его туда, когда кабинет стал ее по праву, однако уже давно у нее не оставалось то времени, то сил, то желания поиграть на инструменте. Сейчас же баронессу наполняла легкая тревога, но вместе с ней всеобъемлющая нежность и тепло... Она любила своего супруга, и, как бы ей ни было страшно от предстоящего ей испытания, она ждала близнецов, о которых ей сказал Танси.
- Вы слышите, как я играю..?
Это были их наследники, воплощение их союза, апофеоз их единства. Эти маленькие существа, зародившиеся в ее чреве, были ее подарком Лоренцо и этому миру. Доказательством ее любви... Либо же ее смертью. От этого страха сердце стучало все быстрее...

Дождавшись Лоренцо, девушка закончила свою мелодию и потянулась к нему, касаясь губами его щеки.
- Лоренцо... Ты уедешь, да? - Робко спросила Линда. Она приблизилась и обняла его, закрывая глаза и опуская голову на его плечо. Стук его сердца унимал все ее тревоги. - Лоренцо... - Ласково, с улыбкой прошептала Линда. Ее голос наполнился волнительной дрожью. - Рафаэль сказал, у нас будет... двое детей... - Ее пальцы сжались, держась за мужа крепче. Все еще улыбаясь, она подняла голову, с счастливыми слезами на глазах "глядя" Сальгари в глаза. - Близнецы... Ты м-можешь... можешь поверить в это?

Аделинда купалась в любви Лоренцо, смаковала каждую секунду, проведенную в его объятьях, человеческом тепле. Как прекрасна была на вкус его нежность в контрасте с жесткостью, непоколебимым характером и, порой, дурным нравом.
О да, Линда была довольна собой, своими усилиями...
Она, беззащитная, хрупка баронесса де Шоте смогла приручить самого Сальгари, который славился своим упорством и приемами, порой шагающими на грани тирании, пусть он и умел применять их оправданно.

И все же темные мысли осекались добрым голосом внутри ее головы, что с детства твердили искать свет и добров этом мире. Она любила его, и любила искренне. Девушка хотела подарить этому, сломленному в глубине души, человеку шанс на вторую жизнь, полную счастья. И она имела это в виду, она правда очень этого хотела. Глядя в его сны, изредка, из любопытства, Ада видела то, что не давало супругу покоя, съедало его изнутри... Пусть он и забывал эти кошмары на рассвете, стоило его глазам открыться, де Шоте знала, как часто ему снились кошмары, всплывшие на поверхность подсознания воспоминания. Они всегда меняли то, как незрячая "видела" герцога.

Аделинда проводила своего супруга в дорогу, наставляла беречь себя и свое здоровье. Она погрузилась в работу все то время, пока он отсутствовал в Аримане, а затем и после не смея тревожить в столь важное время. Лоренцо желал построить им новый дом, и де Шоте всеми руками также желала, чтобы этот момент настал скорее.
- Синьора, не перетруждайте себя. - Твердила ей ученица Танси. - Вам нужен покой...
Синьора, не пропускайте обед. - Напоминала ей целительница. - Вам ни в коем случае нельзя терять сейчас силы.
Но в чем-чем, а в своем упрямстве баронесса могла посоперничать и с мужем. Она работала бок о бок со своим советником, лучшим другом своего покойного отца, что помогал ей с заполнением бумаг и наставлял ее, руководствуясь своим опытом. Не зная о состоянии юной госпожи, он был приятно удивлен ее рвением погрузиться в дела государственные. Казалось, Линда хотела отыграться за все упущенное в ее отдыхе время.
Как бы ни так...
Она бежала от своих кошмаров.
Оказавшись без Сальгари, Ада отчего-то вновь утратила веру в себя, как в женщину. Ее заверения о том, что она здорова, а ее тело - достаточно крепко теперь казались ей шуткой... И дело было не в тошноте или головокружениях, нет. Более того, голова у нее закружилась лишь раз за все непосредственное отсутствие герцога подле де Шоте.
Страх заполнял ее душу, переливаясь через край.
В своих снах она слышала испуганные крики слуг, что в панике бегали по загородной резиденции... Металлический запах крови был слышен в соседних комнатах...
- Имир всемогущий! Врача! Врача! - Доносились возгласы из спальни правителей. - Боже, да принесите хотя бы полотенца! Остановите кровь!
Аделинда лежала в своей кровати, как вкопанная, глядя на происходящее глазами слуг...
Ее мать умерла, вот только... Что-то было не так.
Она лежала уже не в своей детской комнате, и не в той маленькой по меркам родительской кровати... Линда не была ребенком, нет.
Слуги окружали ее, а она, взрослая, нынешняя, лежала бездыханной в руках разбитого горем Лоренцо...

С тех пор она не могла заснуть спокойно и решила, что будет отправляться в покои только тогда, когда ноги будут отказываться нести ее дальше, чем из кабинета в спальню. Иначе она сойдет с ума еще прежде, чем собственные дети смогут стать даже маломальской угрозой ее здоровью. И она преуспела в своих начинаниях за эти несколько дней, потеряв счет времени, отделенная от мужа.
- Так, хватит на сегодня. Ада, иди спать... Ты уже бледнее обычного. - Мягко сказал советник, коснувшись длинными пальцами ее плеча.
- Еще пару минут...
- Ты говорила это час назад... Пойдем, я провожу тебя. С тобой точно все хорошо?
- Да, да... Просто... Кошмары вернулись. - Нехотя призналась Аделинда. В конце концов он был ей как второй отец.
Он знал ее с рождения и понимал, о чем может переживать баронесса:
- Кошмары..? О... матери? - Осторожно спросил советник.
Линда немного нервно кивнула, вжав шею в плечи.

- Аделинда, что Вы творите? - Ворвался в кабинет Танси, прервав их с советником тихую беседу.
За ним в кабинет последовало пара настороженных слуг и даже стражник, что наперебой твердили лекарю о приказе баронессы не беспокоить и не отрывать ее о работе.
Она и Ричард, старый советник, вздрогнули от неожиданности в унисон, молча глядя на целителя. Тот поспешил к столу, по-хозяйски взял де Шоте за запястье прощупывая пульс. В этот момент советник взволнованно перевел взгляд на Линду и обеспокоенно спросил:
- Все... точно... в порядке? - Полушепотом спросил мужчина.
- Да... - Устало ответила Ада. - Не о чем беспоко...
- Не о чем беспокоиться? - Возмущенно прервал ее Рафаэль. - Вы должны находиться в покое.
- Линда, дорогая, ты... ты не заболела? - Вся эта ситуация явно испугала советника.
- Нет.
- О нет, она не больна, в этом не сомневайтесь. - Заверил его Танси. - Но если так продолжится, она точно не будет здорова.
Аделинда, мне нужно, чтобы Вы следовали моим рекомендациям.
- Рафаэль, понимаете, ее мучают кошмары. - К стыду и ужасу Линды тут же выдал ее секрет Ричард.
- Кошмары? - Задумчиво спросил Танси. - Что ж Вы ничего не сказали? Аделинда, цекарь я или нет?
Я сделаю Вам успокоительное, они пройдут.
Аделинда хотела было ответить... Она только-только стала радоваться своей самостоятельности, но Рафаэль не давал ей покоя, заставляя баронессу вновь ощутить себя беспомощным ребенком, птичкой в золотой клетке, которую всю жизнь из нее делал отец. Она даже хотела возразить, что не нуждается в его лекарствах, предпочитая им работу, но тут дверь открылась снова и в кабинет вошел Лоренцо, держа в руках свитки.
Слушая мужа и глядя на чертежи и планы его глазами, девушка ощущала гордость. То, что Сальгари прислушался к ее ремарке, многого стоило для де Шоте. По правде говоря, она и не думала, что он прислушается к настолько мимолетной фразе. Отчего-то Линде казалось, что Сальгари все продумал наперед и не требует ее совета... ведь обычно так было всегда. Де ла Сера отличался знатной расчетливостью. В добавок к своей упрямости. Дурной характер... Но это было одной из вещей, за которые она любила этого мужчина с такой силой.
Поглаживая руку герцога в объятьях, Линда нашла в себе силы улыбнуться, хотя он мог почувствовать и даже увидеть усталость своей супруги. Буквально ощутить эту вязкую поволоку, девушка явно давно бодрствовала и нуждалась в отдыхе с десяток часов сна.
- Прекрасный план. - Мягко ответила Линда, замечая на переферии Лоренцо, как одобрительно кивает советник.
В конце концов он был чуть ли не первым, кто узнал об их плане объединения. Этот союз, это новое государство было выгодно для всех.
- Наши праздники проходят в конце зимы... Как раз, когда в Аримане проходит ежегодный бал. Помнишь, ты был на нем несколько раз? - Робко напомнила девушка, в очередной раз позабавившись мысли о том, как они каждый раз избегали друг друга на этом празднике. - Его мы празднуем, когда зима почти миновала, чтобы отметить окочание тяжелых времен. А второй праздник здесь проходит в конце весны, перед самым летом, в пору цветения...
- Надеюсь, ты не сбежишь из замка в этом году? - Ненароком перебил ее Ричард, беззлобно расхохотавшись к смущению баронессы.
Та повернула голову в его сторону, сощурив слепые глаза. Советник все никак не мог простить ей своего волнения за тот поход на ярмарку в компании Арадии, после которого и зародился закон, подобный тому, что был в Ниборне, о равенстве прав и судимости всех рас.
Обернувшись обратно к Лоренцо, Ада положила голову на его плечо.
Находясь в компании самых близких ей людей баронесса могла позволить себе опустить формальности и показывать свое состояние более открыто.
Да и объятья мужа носили в себе буквально целительный эффект, мгновенно успокаивая юную де Шоте. Она знала, что, если они вновь разделят ложе, засыпая в объятьях, кошмары не тронут ее и без настоек Танси.
- Да, я поддержу твой план. Не вижу причин, почему я могла бы отказаться. Новый город будет глотком свежего воздуха для граждан Аримана и Ниборна вместе взятых.

Аделинда была рада возвращению герцога.
Как она и полагала, стоило супругу оказаться рядом, ее страхи и тревоги унялись. Ее сон стал спокойным, Линда больше не видела собственной смерти, не слышала запаха крови, и все же ночью, когда они с Сальгари вновь лежали в объятьях друг друга, она вскочила, резко села, держась за свой живот, издав тихий сдавленный крик:
- Прости... Я тебя разбудила? - Обернувшись, прошептала Ада, ложась назад. Ее лоб покрывала испарина. Поцеловав плечо герцога, она прижалась к нему и прошептала. - Мне приснилось, я потеряла их...
Несмотря на страх беременности, того, как вскоре изменится ее тело. Несмотря на ужас даже представить на секунду тот момент, когда ей предстоит рожать, и от осознания, что этот момент действительно наступит, Линда боялась потерять ту жизнь, что зародилась внутри нее недавно.
В каком-то смысле Линда начинала признавать тот факт, что предложенные Танси успокоительные были ей нужны.
Плавно, день за днем в ее сердце зарождались новые чувства... Если сначала она думала про себя, что она носит в себе что-то чужеродное, теперь она приходила к мысли, что ей хотелось поговорить со своими нерожденными детьми, что ей хотелось скорее обнять их...

Больше, чем за себя, она боялась лишь за Лоренцо.
Когда он стал настаивать на путешествии с помощью портала, Танси увидел напряжение баронессы и вступился за ее интересы еще за пару секунд до того, как этому стала противиться сама де Шоте. После того, что произошло в их загородном доме, и их разговора с Н'игго, Линда очень переживала за своего супруга... Одно хорошо, она еще ни разу не слышала о той затее с порталами, о которой упомянул полукровка, от самого Сальгари... Она не отрицала того, что муж просто мог не говорить ей о своих делах. Все же это было обычным делом для правителя Ниборна...
Не в силах побороть его решительность, Ада опустила голову, стоя перед ним, просто взяла его за руку и прошептала:
- Береги себя.

Предложение мужа о поездке на предполагаемое место их новой столицы удивило Линду.
Ричард был во всевнимании, выслушивая слова герцога. Вероятно, он все еще опасался за здоровье баронессы. Она не могла его в этом винить, но о своем состоянии все еще не говорила. Но, наблюдая за тем, как де Шоте копалась в бумагах с утра до ночи последние дни, он ценил ее вклад и поддерживал де ла Серу, с нескрываемым умилением глядя на нежные жесты заботливого супруга.
- Я закончу наши дела здесь, пока Вас не будет.

Оставшись наедине с мужем, девушка слушала его речь. Она лежала рядом, держа его за руку, но в какой-то момент их спокойствие было нарушено. Боль Лоренцо была настолько сильна, что кольнула что-то глубоко в ее душе, заставив сначала положить руку на свое сердце, а потом - на щеку Сальгари:
- Лоренцо, я понимаю... Я не смогу заменить ее, но наши с тобой дети скоро придут в этот мир. Они будут с тобой, и я сделаю все, чтобы ты никогда больше не ощутил этой боли... - Это было то, что она хотела сказать, но язык не повернулся... Конечно, можно было понадеяться, что, теоритически, душа его погибшего ребенка найдет путь обратно в этот мир... Но Ада посчитала это простой отговоркой, а все другие, приходящие на ум слова, опять же говорили об их нерожденных близнецах, как о некоей замене утраченного дитя. Для баронессы они не были таковыми.
Они были ее детьми. Ее первенцами. Ясно, что потеряв мать, она испытала свою боль, но она не была близкой с той, которую ощутил ее муж и, когда-то, отец. Она помнила слова Генриха о том, что негоже родителям хоронить детей.
Она боялась этого... Линда, как и прежде, боялась смерти в целом.
- Если только...
Обыграть смерть было невозможно, и все же баронесса не хотела умирать. Не хотела оставлять дорогих ей людей, не хотела зачахнуть старухой, пока Арадия была вечно юной, а Сальгари даже в свои годы выглядел статно и зрело благодаря своему дару. Опасалась, что ее смерть нанесет такой же удар по ее детям, как это произошло с самой баронессой.
Вот если бы ей только могли помочь... И порой в ее голову даже закрадывались мысли, к кому она могла пойти с подобной просьбой...
Но, отбросив лишние переживания, правительница вернулась в реальность, к своему мужу, нерожденным потомкам и уюту их спальни:
- Может... споешь им? Уверена, они услышат. - Робко предложила де Шоте, предпочитая повернуть беседу в более позитивное русло.
Она обнимала мужа, наслаждаясь их покоем. Сейчас ничто не могло помешать этому мирному чувству. А когда Сальгари предложил имена, Ада и вовсе смущенно заулыбалась, положив тонкую ладонь на свой живот:
- Я думала о созвучных именах... Оливия и Оливер или Кристофер и Кристина... А еще, эти мне нравятся больше всего, -  Элиза и Эллиот. - Она вздохнула, глядя куда-то вперед незрячим взглядом. - Я понимаю, что они могут вырасти совершенно разными... Но, по-моему, если у них будет что-то общее, не считая нас, это может укрепить их связь друг с другом, что скажешь? - Голос баронессы был спокойным и безмятежным. - Но да, мы можем посмотреть в архивах. Только не проси пока никого другого это сделать, давай это будет наш секрет...
Лоренцо? - Положив голову на его плечо, спросила Линда. - Когда мы отправимся в наш новый город? Не терпится увидеть его зарождение.
Она находила в решении отстроить новую столицу что-то символичное. Рождение нового государства, а точнее строительство города в унисон с развитием его наследников в ее чреве...
Происки Имира были и впрямь неисповедимы.

Жизнь, что зародилась в Аделинде, была еще слишком мала, чтобы откликаться своим родителям.
Аделинда знала по рассказам и историям из книг, что иногда дитя могло шевельнуться, отозваться на голоса или музыку извне, она слышала, что часто нерожденные дети радовались своим родственникам, что говорили с их матерями, будто уже могли побежать навстречу и обнять их, как это делали подросшие малыши.

Лоренцо замолк, и де Шоте виновато отвела лицо в сторону. От ответа супруга ее охватило чувство стыда за свое предложение...
Лицо девушки омрачили собственные мысли о том, что ее дети были лишь заменой утраченной семьи для герцога... От этого отчего-то становилось горько.
Она все еще была готова защищать свою позицию, но глубоко в душе понимала, что вряд ли Сальгари когда-нибудь воспылает теми же чувствами к ней и ее детям. Эта мысль никогда не оставляла ее... Даже когда Лоренцо был рядом.
- Спокойной ночи, Лоренцо... - Тихо прошептала Ада, отворачиваясь от него и ложась на бок. Она надеялась заснуть быстрее, чем эти обидные эмоции возмут вверх, а мерзкий шепот снова захохочет над ее разумом, потешаясь над ее надеждами.
Где был тот счастливый Лоренцо, что упал ей в колени, восхваляя свое скорое отцовство? Неужели это было простой игрой, и триумф Линды был напрасен? Учитывая, каким змеем иногда был ее супруг, это вполне могло быть так...
Как больно было даже подумать, что искренними чувствами здесь питала только она. Ведь в отличии от де ла Серы, Ада любила его искренне, за простое его присутствие в ее жизни, а не за красоту, политическую выгоду или способность выносить наследников.
Зажмурившись, де Шоте постаралась скорее уснуть.

Девушка расслабленно сидела в карете, читая пальцами одну из своих книг. Солнце пригревало ее руки и колени, пробиваясь внутрь кареты.
После того вечера она так и не пришла в себя...
Линда не язвила, не избегала Лоренцо, не отмалчивалась. Она отвечала ему, кротко улыбалась уголками губ, отзывалась на его проявления заботы и нежности своими, но сейчас она была похожа на засушенный цветок, что подвесили вниз бутоном на несколько дней. Она лишь имитировала покой и счастье, как подобные цветы - цветение, при полном отсутствии эмоций.
Будто после смерти Генриха она вновь увядала... Не физически, но ментально.
К тому же последнее время пару раз ей отчетливо виделся разум полукровки. Всего на секунду или две, но разум дроу сильно отличался от ее привычного окружения, она знала всего один такой. Но баронесса не задавала вопросов, не раскрывала Н'игго своих карт, в какой-то мере из уважения к нему, в какой-то мере ради уверенности своего супруга.
Чувства баронессы были оскорблены, она была обижена, но сейчас, в отличие от их первой брачной ночи, она не могла сказать, было ли ее доверие подорвано вновь, либо за нее говорили перемены в ее теле. Отсутствие эмоций она предпочитала списывать на лекарства, данные Танси.
Сальгари был весь в своих планах. Линда не двигалась, но и ее пальцы перестали бежать по строкам. Муж выглядел радостным, и де Шоте впервые за долгое время улыбнулась ему более искренне, захваченная его эмоциями.
- Давно не видела тебя столь воодушевленным... - Тихо ответила Линда, поворачивая голову к Лоренцо. - Все идет по твоему плану... Мне даже интересно, что тебя так привлекло в этом месте. Я знаю о нем только по летописям моего предка... Помню, речь шла о каком-то... очищении...
Вздохнув и устроившись поудобнее, она выслушала и тираду про мастера из Гресса, но где-то в глубине души у Ады проскользнула мысль о том, что это был лишь подкуп, чтобы занять и задобрить баронессу. Линда не хотела игрушек, опережающих мир... Она хотела, чтобы у ее детей был любящий отец... А у нее любящий супруг, по-настоящему любящий.
Она заметно усмехнудась его объяснениям и заверила Лоренцо:
- Я понимаю, о чем ты. Ты же не можешь все время заменять слова. Я тоже говорю, что я вижу...
Она не хотела кидать камень в огород герцога и упрекать его в том, что последнее время он позволял ей видеть лишь своими глазами, не давая ей радость видеть самой... Этот их секрет хорошо сблизил правящую чету. Аделинда скучала по тем дням, когда Лоренцо давал ей возможность смотреть на мир своими собственными глазами, снимая с них пелену. В то же время она не хотела требовать подобного, понимая, что это все же нагрузка на тело Сальгари... В конце концов, если запрещать ему ходить сквозь порталы, то какая логика в мольбах дать ей глаза на время?

Когда карета остановилась в назначенном месте, Линда вышла наружу, держа пажа под руку. Воздух здесь был... совершенно другой.
Аделинда взглянула глазами слуг на руины храма и медленно направилась к нему. Что-то, нет... кто-то... звал ее.
Она не слышала голос, но ощущала, будто что-то невидимое, неощутимое потянуло ее за руку... Сквозь тьму она видела призрачную тропинку, что вела ко входу в храм.
Она была похожа на струйку дыма от трубки или же единственного прутика в костре, и баронесса последовала за этим феноменом, игнорирующим ее изъян. Вскоре эта дымка стала кучнее и четче, и уже напоминала чью-то руку... Возможно, ей стоило испугаться этого, но Ада просто... не могла бояться. Ее душа пребывала в каком-то загробном спокойствии, ощущая острую необходимость последовать за знаком.
Разве что в действительности вместо призрачного входа в храм, который теперь на удивление видела слепая, остались лишь руины арки.
- Госпожа..? - Раздалось где-то вдалеке, словно сквозь воду. - Госпожа, где Вы?
Аделинда не оступилась и не издавала звуков, она будто и сама была призраком, плывущим вперед, она не слышала голоса, тихо скрываясь в руинах.

- Идем, идем скорее, служба вот-вот начнется... - Твердил ей голос рядом, что вел ее внутрь.
Аделинда зашла внутрь, ощущая покой и тихую радость. Она была... счастлива, держа за руку своего... мужа? Она не видела лица... Точнее, видела, но будто сквозь туман. И то был не Лоренцо... И все же слово "муж" приходило на ум без ошибки, настолько уверенным было это осознание. Более того, Ада ощущала неподдельную любовь к этому мужчине, ощущая такое же тепло в ответ.
И все больше и больше фигур и туманных лиц начинали окружать их, следуя вместе с ними на вечернюю мессу.
Но стоило ей зайти, как двери храма закрылись, а прихожане испуганно ахнули. Аделинда смотрела по сторонам, глядя на зарево за толстыми стеклами цвета янтаря. Прихожане стали ломиться наружу, кто-то полез на лестницу к колокольне. Тень, что привела ее сюда, крепко обнимала ее, как обнимают лишь родных...
Девушке было так страшно, что она просто застыла на месте, широко распахнутыми глазами глядя на вход в храм, умоляя о спасении...
Она не видела истины, глядя на то, как дверь в храм сотрясалась под напором тарана в своем наваждении.

Отредактировано Аделинда де Шоте (15-12-2020 18:38:44)

Послышался звон разбитого стекла - самые отчаяные стали спешить, чтобы выбраться из храма, сбежать из этого пекла, но уже вскоре снаружи раздались истошные вопли. Их окружили, а беглецов отлавливали как скот.
- Держитесь подальше от окон! - Раздался крик одного из мужчин, что выглянул на улицу и в последний момент увернулся от влетевшей со свистом стрелы, что теперь торчала из колоны храма.
Аделинда прижималась к своему любимому и смотрела на разворачивающийся перед ее, внезапно зрячими, глазами...
Правда она могла видеть всю жизнь... И ощущала себя другим человеком... Сейчас она и была другим человеком, не отдавая себе в этом отчет.
Он решил отстраниться, и деушка мертвой хваткой вцепилась в его руку.
- Куда ты?!
- Останься здесь, я должен помочь. - Сделал рывок мужчина, глядя на то, как другие люди сдерживали дверь закрытой.
- Нет! - По ее щекам текли слезы. - Ты можешь...
Он обернулся и со всем теплом взглянул в глаза девушке, потом положил ладонь на ее щеку и мягко поцеловал ее:
- Если я и умру, ты должна жить... - Он положил руку на ее округлый живот. - ...Ради нас всех. Ну же, иди к жрецу. Он должен знать, где выход.
Аделинда смотрела, как любовь ее жизни, пожертвовав собой... Таран пробил дверь через пару мгновений, как мужчина прижался к многим другим, сдерживающим эту внезапную осаду. Он пережил первоначальный удар, но ворвавшиеся солдаты вскоре перебили выживших... И она видела тот миг, когда меч с хлюпающим, чавкающим звуком вонзился в плоть ее мужа.
Девушка застыла на месте... Среди криков, паники и пламени она видела мощный, медленно и вольяжно приближающийся силуэт...

На самом же деле вместо фигуры к ней приблизился де ла Сера.
Когда Лоренцо коснулся Аделинды, из ее глаз полились слезы, а лицо переполнил отдаленный, но вполне реальный, животный страх, она будто хотела кричать, но издала только слабый выдох, пока женщина, чьими воспоминаниями она была поглащена кричала от ужаса, понимая, что не сдержит слова, данное своему избранному перед смертью.

Она была в руках барона, что пришел очистить земли, на которые он претендовал уже давно...

Де Шоте не отзывалась. Она не слышала и не видела Сальгари...
Но вдруг ее видение застыло, а откуда-то снизу раздалась секундная вспышка теплого золотистого света.
Герцог, держа супругу в руках, тоже ощутил этот импульс. Это было похоже на те спонтанные вспышки эмоций, что редко исходили от нее, волнами покрывая пространство и людей внутри него вокруг.
И хоть он исходил от баронессы, по ощущениям он был так далек от ее сил. Да и его источник был каким-то неопределенным, будто и не от нее вовсе... Это было что-то простое, примитивное. Оно на секунду дотронулось до Лоренцо, ощутив в нем защиту и поддержку, перепуганное тревогой девушки. Оно тянулось к нему, хваталось, просило защиты... Что-то слабое, оно откликалось герцогу нуждой и непомерной, необъяснимой любовью...
И вдруг Аделинда вдохнула полной грудью, будто вынырнула из глубокого ручья, унесенная течением. Она опала в руки мужа, пытаясь проморгаться... Ее слепота, наверное, впервые в жизни застигла ее врасплох, но уже вскоре мягкие ладони стали "озираться", ощупывая де ла Серу. И когда пальцы девушки нащупали такое родное лицо, Линда облегченно выдохнула, приникла к нему и покрыла щеки герцога мягкими поцелуями, всхлипывая и роняя тихие слезы. Она дрожала, обнимая его так, будто они стояли посреди урагана, и только крепко обхватив его шею, она была в безопасности.
- Лоренцо... - Дрожащим голосом прошептала баронесса. - Л-лоренцо... Ч-что... произошло...?
Ада была белая, словно призрак, а ее лоб покрыла испарина, она все еще переживала страх своего видения.
И пусть возвращаться туда у нее не было ни малейшего желания, что-то внутри баронессы клокотало внутри, желая узнать, что было дальше, чем это закончилось...
Кем она была? Пережила ли она ту ночь?

Линда прижималась к супругу. Сначала у нее не было даже малейшего желания отрываться от него, а потом уже и желания.
Ей удалось успокоиться достаточно быстро, когда в ней утихли эмоции тех образов, что она видела, поэтому, когда со всех сторон замаячали слуги, они уже не видели слезы на лице баронессы - ее лицо было таким же мирным и ясным, как и обычно, а тихий свет, что излучала ее душа, вернулся, совсем недавно поглощенный этим сумбурным воспоминанием из прошлого...
Она держалась за рубашку Лоренцо руками и осторожно потянула ткань на себя, привлекая к себе внимание мужчины:
- Все хорошо, не кричи... Я в порядке... Перестань, пожалуйста... - Пыталась перебить его Де Шоте, а когда она услышала угрозу в адрес служанок и их тревожные возгласы, она заявила громче и уже более настойчиво, кончиками пальцев коснувшись щеки мужа и повернув его лицо к себе. - Никто не виноват.
Что-то в последней фразе было несвойственно в ее голосе. Он перестал быть мягким, а лицо баронессы стало решительным и серьезным.
Девушка снова ощутила себя тем немощным ребенком, которого делал из не Генрих.
Она не понимала, зачем Сальгари учил ее самостоятельности и закалял ее хилый характер, если теперь он кричал о повсеместных опасностях, в прямом смысле носил ее на руках и оберегал ее от любой потенциальной угрозы? Нет, конечно, сейчас она носила их наследников под своим сердцем... Но это не было то внимание, которого так жадно желала Линда.
Аделинда с горечью наблюдала за тем, как герцог был далеко в своих воспоминаниях, амбициях и страхах... Тот человек, что недавно, казалось, наконец открылся ей и ступил на новый этап своей жизни, признав свои чувства и ответив на ее любовь, будто исчез.
Это ранило баронессу... Ведь ей казалось, что они наконец стали настоящей семьей.
Ее расположили на мягком пуфе, и уже вокруг нее завился Танси. Рафаэль был явно взволнован, но не настолько, чтобы поднимать панику.
- Хотя бы лекарь у нас всегда в здравом уме... - Подумала про себя баронесса, думая про их с Лоренцо эмоциональные всплески.
Реакция полукровки, однако, застала Линду врасплох... И она бы соврала, если бы отрицала, с каким трудом смогла подавить усмешку. Даже она не смела говорить таким тоном со своим мужем, а тут целитель. Хотя, может, оно и к лучшему - Сальгари явно не ожидал этого, а потому сразу затих.
Линда склонилась ближе к лекарю, чтобы не повышать голос за руганью герцога и мягко положила ладонь на его руку у своего запястья:
- Все хорошо, честно... Это просто... видения... - Задумчиво ответила Рафаэлю де Шоте. - Я, наверное, просто испугалась... - Она на упреждение заверила. - Я помню, помню, мне нельзя переживать... Я же не специально.
Сверху, совсем близко раздалось злое шипение Сальгари, от которого Аделинда аж вздрогнула, от неожиданности приникнув к Танси:
- Я не помню... Я вышла из кареты, а потом увидела... храм..? Пока он был... цел..? - Она оглянулась в сторону храма, сквозь тьму замечая то заманчивое мерцание вновь. - Я видела... Видела...
Линда притихла, наконец осознавая, что с ней произошло.
Она видела человека с полотен в своем дворце, барона, своего прапрапрадеда... Или сколько поколений назад он правил Ариманом... Только сейчас Ада понимала, что этот ужасный, в глазах той женщины, человек был ее предком.
Почему он так поступил? Чем это все закончилось?
Одно прервало ее размышление... Та вспышка. Она выманила разум баронессы из этого морока. Словно путеводный луч, привело обратно к Сальгари, став связующим звеном для потерявшейся в видении девушки... Ладонь де Шоте мягко легла на низ живота, такой странно плоский после наваждения...
- Неужели..? - Но они были еще так малы... - Я напугала вас..? Вы побоялись, что с нами что-то будет..?
Могла ли это быть защита крошечных детей, еще недавно зарожденных в ее утробе? Могли ли они ощутить какую-то опасность в этом видении? Или может это была естественная и животная реакция на что-то неизведанное, а оттого пугающее?
Пока мужчины отошли, вокруг нее захлопотали перепуганные служанки. Честно говоря, сейчас баронесса еле замечала их присутствие, хотя, по правде говоря, они ее раздражали... Особенно сейчас... Госпожа то, госпожа это... Теперь, после угроз Лоренцо, они вились вокруг нее, будто пчелы над цветочным полем.
Но отчего-то на губах Линды появилась усмешка. Что сейчас, что тогда в лесу у Аримана, когда правители встретились впервые, все произошло из-за безолаберности слуг и "побега" Аделинды.
Девушка повернула голову в сторону беседующих мужчин.
Не желая сидеть на пуфе, де Шоте встала и прошла к супругу и целителю, ориентируясь на их голоса. Она мягко коснулась их рук, быстро определяя Сальгари на ощупь, чтобы приобнять его.
- Лоренцо... Я знаю, что я видела. Это было то... "Очищение", о котором я говорила в дороге.

Аделинда слушала развернувшуюся дискуссию, но не перебивала ни одного из мужчин.
Находясь в объятьях мужа, ее тревоги утихли.
Лишь когда Лоренцо раздосадованно стал задавать вопросы Танси, она мягко погладила его руку:
- Не надо об этом думать в подобном ключе... Может, все не так плохо..? - Она повернула голову на голос Рафаэля и спокойно заявила. - Все в порядке, я нормально себя чувствую и не хочу уезжать. Не стоит менять планы из-за меня.
Она не ожидала подобной заботы со стороны Лоренцо, учитывая, как герцог всегда ставил в приоритет себя и свои планы. Ей было приятно знать, что супруга все же беспокоит ее благополучие.
Повернув голову обратно к Сальгари, она тихо попросила:
- Можешь проводить меня обратно в карету? Я хочу поговорить с тобой... наедине.

Расположившись на мягких сидениях, Ада "взглянула" на мужчину и прошептала ему:
- Посиди со мной? Немного... - Девушка села рядом с Лоренцо, положив голову на его грудь. - Не хочу отвлекать тебя.
Сейчас, находясь в его объятьях вновь, баронесса приникла к его груди, держа его за руку. Ее ладони все еще были холодными от пережитого, но сама Линда была спокойна. Она чувствовала себя в безопасности, слушая родное сердце мужа.
Наконец Аделинда разорвала тишину, пусть ее голос и остался шепотом:
- Я видела барона, но я не была им. Я видела глазами одной из... жертв..?
Это была женщина... И она тоже... была... - Рука баронессы легла на свой живот. Внезапно она подняла голову, бельмами "глядя" в глаза супруга. - Я не знаю... Может ты видел это? Или... чувствовал? Меня вывела вспышка.
Я видела вспышку из живота. Она остановила видение и показала путь назад... И... Я почувствовала, будто держу тебя за руку... - Опустив голову, она усмехнулась, на ее лице появилось удивленное выражение, будто девушка увидела чудо. - Я не понимаю... Неужели..? Но ведь... Они так малы...
Могли ли они вывести меня за руку..?
Подняв голову, Линда было отстранилась, но просто села удобнее, чтобы обвить руками шею мужа одной рукой и положить вторую ладонь на его щеку. Закрыв глаза, баронесса уткнулась своими лбом и носом в его:
- Я до сих пор боюсь их... Но... Я уже так их люблю... - Еле слышно прошептала девушка, нежно поцеловав Сальгари. Она обняла его крепче, прошептав ему на ухо. - А еще больше я люблю тебя... Не забывай об этом.
- Не забывай об этом... - На самом деле хотела сказать де Шоте. - Твое равнодушие ранит меня куда хуже видений или призраков... Неужели ты так и не переступил через себя? Неужели тебе все равно? Ты правда не понимаешь, как много ты для меня значишь?
Но Линда сдержалась... Она решила, что так будет лучше для всех. Она боялась расстроить де ла Серу своим "занудством".
Слишком часто она давила на эту рану... И Лоренцо, и себе.
Отстранившись от мужа, она погладила его щеку большим пальцем:
- Иди, не буду тебя отвлекать. - Спокойно проговорила баронесса, располагаюсь удобнее на подушках кареты. - Тебя, наверное, заждались... Я немного посплю. Все это... немного меня утомило.

Ада слушала его предположения и сама терялась в догадках. Она не знала цели этих видений, не понимала, почему их видела именно она. Единственной ее догадкой, на данный момент, была кровная связь с собственным предком... Вот только девушка терялась в догадках, что мог натворить барон после того, как он схватил несчастную.
Она понимала переживания Лоренцо и что-то внутри всколыхнулось в разуме баронессы, когда от супруга изошла волна тревоги и злости. Эмоции Сальгари на миг захватили саму девушку, от этого ей стало немного страшно.
В этом они были похожи с герцогом, - люди тянулись к свету и покою, которые проецировала де Шоте, но бежали, будто лесные звери от пожара, ощущая ярость де ла Серы. Аду всегда забавляла эта одновременная идентичность и контрастность. До встречи с ним, она думала, что образ мягкой королевы при жестком короле, что правили своими краями в гармонии, было возможно только в ее детских книжках.
- Лоренцо... - Мягко прошептала Ада. Пальцы девушки легли на кулак супруга, а ее вторая ладонь коснулась щеки герцога, поворачивая его лицо к своему. Уткнувшись своими лбом и кончиком носа в его, она поделилась своим теплом, пытаясь укутать душу герцога заботой. - Я никогда тебя не покину... Я поклялась, что всегда буду с тобой... Я... Мы никуда не денемся... - Старалась успокоить его баронесса, мягко поцеловав его губы. Ее ладонь нежно гладила щеку супруга, пока внутри нее на миг вспыхнул страх смерти, а с ее щеки сорвалась единственная слезинка, переживая за слова де ла Серы.
Как она могла быть всегда с ним, если он в свои годы выглядел, наверное, лишь на десять-пятнадцать лет старше ее? Она боялась, что увянет на его глазах, станет глубокой старухой, пока Сальгари сохранит тело, подходящее его нынешнему возрасту. Она не хотела этого... Не хотела, чтобы ее дети наблюдали за тем, как один из их родителей превращается в обузу, пока второй продолжает дышать прежней силой.
- Я всегда буду рядом... Слышишь? - Еле слышно прошептала де Шоте. Услышав стук снаружи, Линда мягко отстранилась, кивнув мужу. - Иди... Все хорошо.

Она спала в карете, когда ее сны вновь вернули ее в храм...
Она пришла в него уже сама, окруженная силуэтами прихожан. Девушка слышала отголоски песен и молитв, и даже села на целую скамью, оглядываясь по сторонам величественного храма.
Рядом с ней сидела та беременная женщина, воспоминаниями которой еще недавно прожила Линда. Ее лицо было мирным, она поглаживала свой округлый живот, напевая мотив, окружающий их:
- Зачем вы пришли сюда? - Спросил ее призрак.
- Мы хотим построить новый дом...
- Вам здесь не будут рады. Он тоже хотел это сделать...
- Он..? Барон..?
- Барон... Ты его ребенок?
- Я его далекий потомок, я его не зна...
- Ребенок... - Прошептала женщина, будто не замечая ее объяснений. - Ты тоже ждешь ребенка?
- Да. - Сказала Аделинда, решив не говорить о том, что она ожидала близнецов.
Женщина кивнула, погладив свой живот. Ее взгляд налился горечью.
Аделинда повернулась к ней и коснулась плеча погибшей:
- Что он сделал с тобой? - Осторожно спросила де Шоте. - Я видела, как барон схватил тебя... Что произошло потом?
- Ты любишь его? Человека, который пришел с тобой?
- Чт... - Расстерялась де Шоте, отпрянув от нее. - Да.
- А он тебя?
Этот вопрос застал Линду врасплох. Она не смогла ответить на него... Не потому, что не хотела отвечать за чужие чувства, а потому что не знала точного ответа.
Их с Лоренцо отношения никогда не были однозначными - он мог быть самым заботливым и любящим мужем в одну неделю, отстраненным и равнодушным в другую...
- Скоро узнаем...
Аделинда раскрыла глаза в этот же миг.

Она поднялась, стирая слезы со своего лица... Почему она плакала во сне?
Позвав служанок, Ада попросила отвести ее к герцогу. Глазами слуг она смотрела на то, как теперь люди вокруг раскапывали землю то тут, то там...
- Господин Сальгари..? - Окликнула его служанка, передавая руку баронессы в его ладонь.
Нащупав руку мужа, Ада взялась за него немного крепче обычного, будто она боялась чего-то, но не хотела в этом сознаться:
- Лоренцо..? Что происходит?
Линда ощущала, как приближалось что-то... плохое... Что-то пугающее...
Она хотела быть с мужем, быть под его защитой. Слова призрака действительно тревожили ее. Она слышала отголоски осады, эхо криков, пламени и лязгающего металла.

Аделинда приникла к супругу, облегченно вдохнув аромат его кожи. Когда Лоренцо обнимал ее вот так, закрывая от всего мира вокруг, баронесса не сомневалась, что ее решения были верны. В такие моменты он был настолько ласков и заботлив, что она даже забывала о тех временах, когда муж был с ней холоден.
- Все хорошо... - Полушепотом отозвалась баронесса, мягко улыбнувшись. Она не решалась говорить ему о сне, который она увидела. И пусть Линда все еще выглядела несколько встревоженно, но она не казалась уставшей или утомленной, как прежде. - Да, мне намного лучше, не стоит волноваться... Прошу...
Ее пальцы провели по щеке Сальгари в ласковом жесте.
- Шатер звучит замечательно, но спешить не стоит, все хорошо.
Де Шоте ценила эту заботу, особенно после того, о чем ее спрашивал призрак... Она продолжала спрашивать и убеждать себя в том, что Лоренцо все же любил ее.
От ее переживаний девушку отвлек голос их гостя. Сначала Линда по привычке напряглась, но вскоре улыбнулась и кивнула Винченцо:
- Все хорошо, не стоит себя винить... - Баронесса была дружелюбной с этим юношей. Казалось, смущение и заминка гостя не то что, обидели, а скорее позабавили ее. - Ваше предложение звучит весьма интригующее, но оно подождет шатра. Я не хочу оставлять Лоренцо. Прошу располагайтесь, переведите дух после портала... Побеседуйте с Рафаэлем. Вероятно, Вы давно друг друга не видели.
Когда Винченцо ушел в сторону Танси, лицо де Шоте вновь стало серьезным, она повернула голову к супругу, подняв обеспокоенное лицо:
Она увидела глазами мужа на собственных жрецов, что обеспокоенно смотрели на свою госпожу. Аделинда закивала словам герцога:
- Думаю, стоит устроить нормальное кладбище для этих останков... Но еще, я считаю, нужно устроить им некое... святилище? - Она опустила голову и разочарованно покачала ей. - Мне кажется, одной молитвой не отпоешь эту бойню и все время, пока они пролежали тут... вот так.
Подняв голову снова, она повернула голову к служителям Имира. Сделав несколько шагов к ним, Линда протянула руку к ближайшему из них, все еще с досадой разглядывая полотно с костями глазами Сальгари.
Священник мог ощутить боль, горечь и, вместе с ним тепло и свет де Шоте. Она озарила этими эмоциями и остальных своих подданных:
- Прошу Вас отнестись с пониманием, - эти люди не заслужили того, что произошло на этих землях. Мы должны почтить эти жизни, они были прерваны несправедливо. И теперь мы в ответе за поступки наших предков.
Как и раньше, воодушевлять и внушать подданным свои мотивы у Аделинды выходило лучше всего. Будучи лицом своей родины в глазах граждан Аримана с ранних лет, баронесса хорошо подбирала слова и могла внушить нужные мысли, не применяя своих способностью, но состраданием и милостью.
Однако, что-то омрачило лицо правительницы. Она видела множество останков глазами де ла Серы, но ей казалось, что они упускали что-то важное... Ни один из скелетов не обладал той энергией, что потянула ее в храм.
Оглядываясь по сторонам, она пыталась понять, чем же закончилась встреча той женщины с ее предком... Было трудно понять, где лежали ее кости, не зная, чем закончилось то видение.
Обернувшись в сторону Лоренцо, девушка с замешательством смотрела в его глаза своими бельмами, пока ее уха не коснулся отголосок знакомого крика. Вздрогнув, Ада вновь обернулась в сторону храма, застыв на месте:
- Мне нужно вернуться... Ее здесь нет... - Раздался ее голос в голове супруга. - Ни один из мертвых здесь не рассержен настолько же сильно, как она... И я ее понимаю.
Аделинда смогла сделать только пару нерешительных шагов в сторону храма и застыла на месте, нервно держа подол своего платья мертвой хваткой. Та несчастная была где-то там...
- Госпожа? - Застал ее врасплох вопрос служанки. Она осторожно взяла баронессу под руку и вернула ее к герцогу, обеспокоенно глядя на озадаченное лицо девушки. - Вы в порядке?
- Да, да... - Расстерянно ответила Линда, повернув встревоженное лицо обратно к мужу.