|
|
~ Альмарен ~ |
|
Новости форума 
|
|
12.12.2023 Обновлены правила форума.
02.12.2023 Анкеты неактивных игроков снесены в группу Спящие. Для изменения статуса персонажа писать в Гостевую или Вопросы к Администрации.
|
|
Форум находится в стадии переделки ЛОРа! По всем вопросам можно обратиться в Гостевую |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Забытые » Зима слишком близко.
Где?
Карид
Кто?
Александра & Малрик Ван Кроули
Про что?
Про преследование и отрыв. Бегство слишком давит, оно притупляет внимание, обезоруживает даже самого умелого воина.
Про то как бывает судьба, а случай коварен.
История о невезении с одной стороны и удаче с другой.
Отредактировано Александра (28-12-2020 10:05:29)
Суровые времена, суровые нравы …
Не сказать, что жизнь наёмницы была наполнена исключительно приятными неожиданностями и прекрасными встречами. Скорее наоборот, водоворот страстей захватывал её всё реже, зато трудности и проблемы преследовали по пятам. Вот и в этот раз, когда недоброжелатели начали преследование, Теневая должна была принимать быстрые, а самое главное, отчаянные решения. Погоня за ней длилась уже несколько дней. Оторваться от хвоста было практически невозможно. Преследователи загоняли её ближе к северу, туда, где можно было бы схватить уставшую бежать и прятаться женщину. Но всё это была лишь иллюзия. Недаром в народе упоминают, что худший враг ты сам. Чертовка хоть и была обучена многому, но всё же ничего не смыслила в искусстве бегства. Примерно определяя свою фору как двое суток, она прорисовала свой лик близ Карида, в Зарецких землях. Карты на руках у неё не было. Последняя лошадь, которой она была вынуждена воспользоваться, была загнана. Поздняя осень, накладывала свой след на искусство бегства. Чертовка понимала, выбранное место, и время не играло ей на руку. Спешившись, Лекса потрепала усталую животину по гриве и огляделась по сторонам. Не слишком дружелюбные места, никогда не знаешь чего от таких ждать. Полумрак вечера уже почти перешёл в ночную тьму, но редкие, встречающиеся на пути прохожие похоже не испытывали абсолютно никакого дискомфорта не от поздней прогулки, не от щекочущего дыхание морозца. Особое внимание к себе привлекала стайка подростков чуть поодаль от неё. Будь она чуть менее уставшей или более внимательной, возможно и разглядела бы в пацанах кого-то знакомого, но нет, не в этот раз. Привязав лошадь возле первой попавшейся питейной, Чертовка выудила из сумки перчатки. Беглый взгляд по сторонам, тёплое дыхание опалило продрогшие ладони. Ей и невдомёк, что стайка всё ближе, что круг настолько стремительно сужается, что пора бить тревогу…
Очередная неприятность настигла её быстро, практически молниеносно. Грубая мужская рука зажала рот смоченной тряпицей. От неожиданности девушка резко вдохнула спиртовой аромат, а дальше земля будто ушла из-под ног, сознание выключилось, ноги подкосились, перчатка выпала из ладони в подмёрзшую грязь. Тёмная пелена, пустота, ничего, но даже из этого можно было бы вынести какой-то урок, правда для начала надо бы осознать, что на этот раз и почему…
Когда силы вновь вернулись к ней и Лекса смогла открыть глаза, взору предстала не слишком радужная перспектива. Во рту мешался внушительный кляп. Ногами и руками она упиралась в замкнутое пространство, а редкие кружки света, разбавляющего тьму позволяли понять, что она в ящике, причём в довольно тесном. Паника уже зарождалась в её сознании, когда на заднем фоне послышались голоса. Чертовка пока не могла разобрать слов, но задорные нотки выдавали в беседующих весёлость, триумф и подобие гордости.
Неужели попалась?
Мысль пронеслась в её голове со скоростью звука. Инстинкт самосохранения сработал ещё быстрее, девушка ощупала грани сдерживающего куба, в поисках бреши или слабого места, но, увы… С досады она ударила каблуком сапога в одну из стенок, но тут же затихла. В комнату с ящиком открылась дверь, скрип петель, потом половиц пола. Уверенная мужская походка. Что дальше?
- Так это наш главный приз?
Раздался мужской голос, всего несколько слов и раскатистый смех, не больше, но даже от этого Лексе стало не по себе.
- Да перестань ты, хватай и потащили.
Звук шагов второго мужчины был совсем другим, суетным, нетерпеливым. Голос тоже не выдавал уверенности в себе, присущей первому. Скорее всего, второй старался поскорее расквитаться с делами.
- Ты как обычно, никакого с тобой веселья!
Ящик пошатнулся, наёмница старалась не шевелиться, практически не дышать, чтобы не выдавать себя.
- Как думаешь, что там в этом году, м?
- У тебя всё равно нет столько денег или таланта. Вспомни, что было в прошлом году, когда Сайман дошёл от коробки к мешку, от мешка к ящику.
Вся эта беседа была больше похожа на её разговор с самой собой. Вон тот она, а вот этот голос здравого смысла, противный, скучный, бездарный, но от этого он не становится менее нужным или важным.
- Ну да…
С явной ноткой разочарования буркнул весельчак.
- Он даже в мишень не попал!
Произнёс более благоразумный мужской голос.
- Мало того, что не попал, так ведь ещё умудрился задеть плечом лука стоявшего рядом наместника!
Задорный смех в два голоса Заразная весёлость, но определённо не для неё. Ящик то и дело кренился то вправо, то влево, Лекса со всей силой упиралась в его стенки, старательно минуя участки с отверстиями. Гулкие шаги, коридор, длинный и тёмный.
- Постой. Неудобно!
Удар ящика о пол и тихое женское шипение, пара грязных пальцев протиснулась в одну из дыр, благодаря которым она должна была дышать и не сдохнуть. Но самое противное, тот факт, что до её лица оставались считанные миллиметры и если бы мужчина выпрямил и чуть углубил проникновение, уж точно нашёл ответ на свой вопрос. Перемещение её импровизированной, глухой клетки продолжилось. На сей раз оно было непродолжительным. Холодок буквально окутал со всех сторон, ветерок с примесью первых снежинок залетал внутрь ящика.
- И так дамы и господа. Первые три приза разыграны! Встречаем четвёртый!
Десятки голосов, смех, ликование, аплодисменты. Александра с трудом понимала, что происходит вокруг.
- Наши ящики!
Ведущий действа мужчина громкий, даже слишком, но последовавший следом за его словами свист был ещё громче! Толпа жаждала зрелищ! Ящик, в котором находилась Чертовка наконец был поставлен на землю, в щель она разглядела ещё один, стоящий рядом. Развернуться внутри было почти нереально, да и выдавать движение было нельзя, оставалось только ждать.
- Наполнены все три и все три будут разыграны между нашими частниками. Но об этом потом, не станем же мы начинать обед с десерта, правда?
Толпа ответила хором, словно репетировала с ночи до утра.
- В этом году, заданий будет три или два, а может всего одно. В этом году всё будет зависеть исключительно от вас. Но…. Первое, и не самое простое!
Ведущий выдержал паузу, до тех пор, пока из толпы не начали выкрикивать предположения.
- Снова будем бить по ободу колеса?
- Нет, давайте в этот раз это будет в движении!
- А может белка? А? так сложно в неё попасть!
Предположения сыпались, как из рога изобилия, мужчина не прерывал поток фантазий.
- Друзья, ну разве можно так сразу? Нет же! Мы не станем пугать наших участников, мы просто уменьшим мишень в три раза, а расстояние оставим прежним. Пусть наконец начнётся наше дейсто! Все желающие выстраиваются к барьеру из бревен. Хочу напомнить, на этом этапе нам абсолютно не важно, чем вы воспользуетесь. Будет то лук, арбалет или праща, копьё, да хоть топор метайте, цель одна – поразить мишень!
Восторженные возгласы сменялись воплем негодования, но спустя несколько минут к трём дубам с мишенями всё же стали выстраиваться очереди из мужчин и даже женщин, желающих проверить своё мастерство и заполучить главный приз сезона, предусмотрительно, убранный в деревянный ящик!
- Не толпитесь только, нам не нужна давка, каждый сможет испытать себя.
Лекса поёжилась, становиться чьим-то призом желания не было, правда, выбор тоже отсутствовал. Прикрыв глаза, она вздохнула.
Мишень была больше похоже на большую тарелку, выполненную из ткани, плотно набитой соломой. Множество таких импровизированных целей были разбросаны или закреплены на ветках трёх массивных дубов, стоящих в ряд. Испытание было довольно сложным, особенно если учесть высоту ( расположение мишеней начиналось с четвёртой ветки и доходило до самой вершины кроны, первым стрелкам должно было быть на порядок проще, если, конечно попадут), силу ветра (блуждающего по открытой поляне) и холоду, сковывающему пальцы стрелков. Был и еще один фактор, пожалуй самый интересный, но абсолютно нечестный – четверть из мишеней была надёжно приколочена к веткам, и отвёрнута от прямого взора, поразить такие было попросту невозможно.
Отредактировано Александра (04-11-2020 23:24:50)
Густой туман накрыл оголённые ветви древ, раскалывающих прозрачных воздух миллионом трещин опустевших ветвей. Последние, уже пожухлые листья, один за другим отрывались от заскорузлых размашистых рук своих безмолвных хозяев, с каждым часом приближая холодное дыхание предстоящей зимы. Казалось, что покровительница заснеженных горных пиков шла охотнику по пятам, одаривая его холодных дыханием, которое то и дело норовило укусить его за шиворотом. Мороз по коже… Одинокий наездник на спотыкающемся о кочки, изнуренным долгим путём коне нахохлился как воробей, зарываясь носом за ворот плаща. На платке паук-мороз уже сплёл паутину инея. А под копытами гнедого некогда влажная почва стучит также звонко, как каменная кладка далёких столиц. Над лесом стояла глухая тишина. Будто бы все птицы и звери замёрзли заживо. Ловчий бы тому не удивился, ведь в такую погоду хозяин собаку во двор не выпустит, а ему ещё идти и идти, дрожать от холода и пытаться рассмотреть ориентиры в молочной пене воздушной вуали, поднимающейся из глубин влажной почвы. На глазах белая дымка, в ноздрях – запах перегноя, а в голове одна лишь мысль – у природы нет плохой погоды.
Неумолимо быстро темнело, сгущались тучи. Мороз крепчал, и только хитрый плут-туман всё также висел в воздухе, закрывая путнику обзор. Пришлось спешиться – загнанный вусмерть конь следовал за своим хозяином, который вцепился мёртвой хваткой в задубевшие поводья. Бедное создание едва волочило копыта до тех пор, пока не рухнуло наземь. Такая досада, такой стыд отразился на его морде, блистал в помутневших, выпученных глазах… Всё, что ему оставалось – жалобно взирать в тонкую линию между воротом и остроконечным бортом шляпы немногословного господина. А в них такой же холод и ни единой эмоции. Лишь осуждающий, пронзительный взгляд. Именно он уже добил животное, избавив его от мук и страданий, в ожидании неторопливого прибытия гремящей костями старухи с косой. Рука охотника не дрогнула, но сердце обливалось кровью. Прощай, верный друг.
Опять один на один с матерью природой, суровым наставником сильных духом. Но сейчас она испытывала его тело, и этот экзамен был изнурителен. Нет, пешком до родного края не добраться – нужно схорониться, зализать раны. Острый взор обитателя дремучих дебрей пронзал шелковый смог не хуже острой стали, в надежде на ориентиры. Уповать на звёзды не было смысла, уж слишком толстую шкуру на себя натянуло небо, не продраться взгляду. Однако, был у Малрика ещё один туз в рукаве. Слух у бастарда был чуткий и безотказный, а в такой тишине опытный охотник мог услышать, как за два полёта стрелы в сухой траве пробегает мышка, как усердно она старается снять шкурку с задубевшего от мороза желудя. Припав ухом к многолетнему дубу – местному старожилу – он отчётливо услышал разносящийся по земле гул, и он приближался неумолимо, всё ближе и ближе. Всадники. Трое. Груженные! Кто эти полуночные странники? Такие же охотники, что решили поймать удачу за хвост? Разбойники, успевшие настигнуть первых, или солдаты, нагоняющие отставание? Ответ оказался прямо под ногами – Ван и не приметил, как стоит на вытоптанной лошадьми и примятой колёсами телег дороге. Большак, не иначе! Уж слишком широк был путь, уходящий за покатый холм, ощетинившийся желтизной увядающей травы.
Чужаков никто не жалует, особенно на опустевшей дороге, куда бы она не вела. Отчаянный странник спрятался за дубом, отчётливо улавливая вибрацию в почве под ногами. Всадники уже близко. Они пронеслись мимо как ветер, разметав ещё не прилипшие к замерзающей земле листья, палочки и травку, укрывающие дорогу дивно пахнущим ковром уносящейся прочь осени, по которому ступала тысяча сапог и тысяча подков. Спешат при сумерках, спешат к городу, не иначе! Кроули чувствовал это и хотел слепо верить. Жажда сдать изнурительный экзамен строгому наставнику – природе, он будто отрастил крылья у себя за спиной и полетел по дремучим чащам, сверкая в глазах огнями желания жить, дабы охотиться снова. Кровь вновь закипели в жилах.
Отпустив попутный ветер, охотник замечает, что некогда множественные древа заметно начали редеть, а дорога выпрямляться, как кобра, бросающаяся на свою добычу в молниеносном, смертельном укусе. И укус её приходился на знатных размеров хутор, с деревянными домиками и дымящимися трубами очагов. Меж них ещё плутали местные, даже в такой поздний час. Отчетливо виднелись вдали покачивающиеся рыжие огоньки – факелы, которыми вооружились сонные, промёрзшие до мозга костей дозорные.
Последние капли сил странник потратил на путь до большого сруба с соломенной крышей, из окон которого так маняще струился рыжеватый свет горящих внутри него огней, согревающих хозяев. Всего лишь немного тепла – многого ли просил усталый с дороги мужчина? Благо, в двери стучаться не пришлось, ведь как оказалось, дорога привела идущего в придорожную корчму, успевшую растерять всех полуночных посетителей. Охотнику было невдомёк, что двери заведения собирались закрыть с минуты на минуту. Он устало завалился через порог, осмотрел пустующий зал и с чистой совестью рухнул на ближайшую скамью, ещё дыша паром с мороза. Глаза обманчиво закрылись, завлекая окутанного теплом очага скитальца дорог в крепкий сон.
- Дядя, дядя! – послышался недовольный писк где-то неподалёку, но охотник даже усом не повёл. Уж слишком сладок был пойманный им мимолётный сон – Тут какой-то чудак прибыл, сидит на скамье и кажется… спит!
- Чудак? – донёсся грубый голос откуда-то с кухонь, будто застрявшей во временной петле – несмотря на поздний час, в ней горело огонь, кипела работа и дышали паром медные кумганы с водой, обрастая чёрной как ночь копотью – Этот господин представился?
- Нет, дядя. Я же говорю – он спит!
- А как он одет? – после длительной паузы ответил голос с кухни. С ним говорил стук тяжелого мясницкого ножа – хозяин заготавливал продукты на завтрашнее утро.
- Как… шут какой-то...- молодка едва сдержала звонкий смешок, едва не слетевший с её уст - ...Шляпа треугольная, дурацкая такая!
- Так гони этого оборванца в шею!
- Дядя, я боюсь! У него оружие!
- Ну всё… - не выдержал голос с кухни и явил себя опустевшему залу. А между тем от бревенчатых стен звонко отражался едва уловимый слухом храп незваного гостя, припавшего к тёплой древесине резной лавки. Трактирщик угрожающе крутанул тесаком в своей здоровенной лапе и гремя полами дотопал до нарушителя спокойствия – А ну вставай, нахлебник!
Полусонный путник наконец задёргался. Неужели все эти неприятные слова не принадлежали его совести, а были здесь, наяву? И как после такого прикажете спокойно спать? Ван поправил шляпу и взглянул на хозяина – первым он приметил угрожающий блеск стали мясницкого ножа. Потом его взор упал на недовольного трактирщика и барышню, спрятавшуюся за широкой спиной своего дяди.
- Мёртвого разбудишь… - буркнул охотник, нехотя поднимаясь со скамьи с воистину старческим кряхтением. Разве что поясницу не начал разминать для пущего антуража так подходящей его персоне роли – старого, ворчливого деда, угрюмого и вечно недовольно всем, что происходит вокруг – Ухожу я, ухожу! И незачем так кричать, хозяин. Мне проблемы не нужны.
- А ну-ка, обожди! – и корчмарь довольно угрожающе тыкнул в воздух тесаком, якобы бросая ворвавшемуся соне вызов – Представься!
Минутное недоумение и молчание. Несколько секунд спустя его были готовы пинками вышвырнуть за пороги, а тут на тебе – называй имя, кланяйся и будь любезен, по скорее. Девушка явно почувствовала некий подвох и бросила удивлённый взгляд на гору мышц в засаленном сыромятом фартуке.
- Малрик Ван Кроули, - острый предмет в руках хозяина таверны намекал собеседнику поторопиться с ответами – Я охотник. Не местный.
- Ах охотник значит? – мужчина сложил руки на груди, о чём-то задумавшись, а его племянница посмотрела на него с неприкрытым испугом, сразу же спрятавшись за его спину. Ван почуял что-то не ладное;
- А деньги у тебя есть, охотник?
Ван уверенно кивнул. Запустив палец за борт своей шляпы он извлёк из неё золотой Элл-Тейнский чекан.
- Этого хватит?
Блеск золото заставил корчмаря наконец улыбнуться, но тоже как-то не добро. Взяв плату с гостя, он опробовал золото на зуб, и удостоверившись в том, что монета настоящая, передал её девушке, всё это время сжимающей в своих руках веник, примотанный к обтесанной от прутков палочке.
- Вполне. Герда! – обратился он громогласно к девушке, отчего та невольно вздрогнула и выпрямилась по струнке – Принеси господину Кроули что-нибудь поесть и выпить. Садись, охотник! Будь как дома.
Мужчина показался Кроули очень странным – уж слишком быстро тот сменил гнев на милость. Охотник не мог себя убедить, что одна несчастная монета могла пробудить в последнем гостеприимного хозяина. Ещё и не представился как подобает… В сердце закрались сомнения, а живот предательски заурчал. Если бы не голодный желудок, то и ноги бы Малрика тут не было. Но тот сидел смирно, дожидаясь, пока Герда принесёт ему поесть. Она возилась недолго, и в скором времени перед ним стояла миска булгура, пару ломтиков ржаного хлеба и кувшин с кислым молоком. Не самое щедрое угощение за золотой чекан, но когда хочешь есть припираться нет желания. Начав трапезу, охотник только и делал, что наблюдал за крутящейся неподалёку девушкой. Какая-то она суетная – подметала пол так усердно, что того гляди протрёт в нём прореху. Да и сама то и дело кидала взгляд в сторону гостя, решившего поужинать так поздно.
Что может быть лучше, чем терпкий вкус табака после сытной пищи? В этом Кроули знал толк, посему, покончив с ужином, отправился на крыльцо. Забил трубку, чиркнул огнивом и задымил, прохаживаясь вокруг. Тиш да благодать. Местных и след простыл, а румяные щёки кусает ночной морозец. Следопыт, по своему обязательству, привык внимательно смотреть под ноги. Когда тот огибал очередной круг возле таверны, он заметил на земле тёмное пятно. Кожаная перчатка! Тоненькая, лёгкая, явно дамская, из искусно выделанной кожи животного, вид которого Малрик определить не сумел. Ему нравилось досконально изучать подобные находки и в скором времени он обнаружил, что внутренняя часть перчатки оббита ещё один слоем кожи, гораздо более мягким, когда обратная представляла из себя плотный материал с вшитыми металлическими шариками на каждой костяшке. Наверняка принадлежала дамочке, умеющей постоять за себя. Да всё сходится – мягкая подкладка, чтобы рукоять орудия не скользила, плотный слой поверх, чтобы иметь хоть какую-то защиту для руки, и стальные шарики, если придётся кому-либо почесать мордашку. За такую вещицу можно было выручить пару медяков, и охотник, ничего не чураясь, спрятал находку себе в карман.
Докурив, он намеревался отправиться к себе в комнату. Время позднее, а мороз крепчал с каждой минутой. Ему стоило задуматься о том, каким образом следует возвращаться обратно в Элл-Тейн, но утро вечера мудренее. Так он рассудил, неспешно зашагав обратно к крыльцу. Вдруг, его дорогу преградили несколько стражников с факелами в руках – двое спереди, подвое по бокам и судя по звукам, сзади ещё пара. Охотник опешил и огляделся по сторонам – стража сомкнула кольцо, отрезая ловчему путь для отступления. Дело запахло жареным, и Кроули потянулся к ремню за топором.
- Вот только не надо глупостей. – донеслось откуда-то сзади. Кроули повернулся в пол оборота и заприметил господина, облаченного в турнирные латы. На его голове красовался пышный шаперон, а на груди – рыцарский крест.
- Так значит ты тот охотник, о котором говорил корчмарь?
Следопыт молчал, продолжая окидывать взглядом окруживших его ратников. Они были вооружены до зубов и не походили на городскую стражу, скорее, на пеших воинов. Об этом говорило их обмундирование;
- У тебя проблемы, охотник. Большие проблемы. Когда стражники узнают о том, что ты шлялся по угодьям местного господина, то они скоренько отделят твою голову от тела.
- Что за вздор? – огрызнулся окруженный солдатами бастард – Меня никто за руку не ловил, понял?
- Конечно понял! – наигранно возгласил человек в роскошных латах, взявшись за меч на поясе – Я тебе верю, охотник. Но виконт не поверит. Ему лишь на забаву обезглавливать таких проходимцев как ты. На потеху народу. Будто сам не знаешь, как такое бывает? Но тебе повезло.
- Повезло?
- Да! Ты, мой друг, большой счастливчик. Оказался в нужное время, в нужном месте, и говоришь с нужным человеком. Имя мне – Бедевир, сын Бьёрна. Я приехал из Греса и ищу одну гадкую особу, голова которой достойна плахи гораздо больше, чем твоя.
- Так значит ты наёмник? – хмыкнул охотник, повернувшись к господину голубых кровей – Сдаётся, везёт мне как утопленнику. И что тебе нужно от простого охотника?
- Не совсем… - замялся Бедевир на какое-то мгновение, отдав своим людям приказ разомкнуть кольцо по шире – Наёмники работают на кого-либо. Я же стараюсь ради себя. Видишь-ли, охотник, местный виконт очень любит зрелища. Пока мы чешем языками, он занимается организацией турнира для стрелков, что проходит в окрестностях Карида. Победителю достаётся индульгенция, денежное вознаграждение и тайный, особый приз. Счастливчик забирает всё, а проигравший уходит ни с чем.
- А покороче можно? У меня сейчас уши от мороза отваляться, пока ты мне на них лапшу вешаешь.
- Сразу к делу? Ты мне нравишься! – засмеялся знатный господин – Хорошо, сквернослов. Дело в том, что для получения полномочий на поиски той гадкой особы, мне нужна индульгенция. Но вот незадача – стрелок из меня посредственный. А ты, как охотник, уж должен попасть по неподвижным мишеням. Давай заключим сделку – ты выигрываешь турнир, получаешь награду, которую мы поделим, а я свою очередь держу рот на замке о том, что ты гулял там, где не следует. Идёт?
- Что за награда? Что я получу за то, что выиграю?
- Моё почтение. – усмехнулся тот, переглядываясь со своими людьми – Деньги и тайный приз можешь оставить себе, но индульгенцию придётся отдать.
Рыцарь отпустил руку с гарды клинка в ножнах, сделал пару уверенных шагов в сторону охотника и оказался прямо напротив него. Он снял стальную рукавицу и протянул Кроули длань.
- Ну что скажешь? По рукам?
- Надеюсь ты умеешь держать слово. – Ван ответил на рукопожатия, соглашаясь на сомнительную сделку. Следующим утром он приступил к выполнению уговора.
К месту проведения турнира охотник прибыл вместе с достопочтенным Бедевиром. Видимо, он был довольно известным человеком в узких кругах, так как каждый напыщенный индюк в пестром наряде норовил подлезть к рыцарю с незатейливой беседой. Стоит отдать господину должное – он мастерски умел сменять тему и завершать диалог таким образом, чтобы его собеседнику казалось, что все нужные слова уже были оглашены. Поэтому долго топтаться вокруг да около ни охотнику, ни Бедевиру не пришлось. Единственное пугало Вана – огромная очередь, собравшаяся вокруг стрельбища, что была сооружена в прямом смысле слова «в чистом поле». Пасмурное утро ещё дышало прохладой ушедшей ночи. Свинцовые облака неспешно плыли по бескрайнему небу и того гляди рухнут наземь с каплями дождя и хлопьями первого снега. Но ветер, такой же пронзительный как глас турнирного глашатая, усердно старался сдуть клочки серого пуха прочь за линию горизонта, то и дело открывая в небесном одеяле прорехи, сквозь которые струились золотые лучи яркого, но утратившего своё былое тепло солнца.
Время неустанно бежало вперёд. Стрелки уже успели забрать три приза из четырёх, а терпение Бедевира постепенно иссекало. Быть беде, если бы не последнее, самое изощрённое испытания меткости. К тому же, поднялся сильный ветер, отчего летящие к целям снаряды то и дело меняли свою траекторию. Сборищу проходимцев и разного рода дилетантов становилось ясно, что простая с первого взгляда задача благодаря проказам матушки-природы обрастала множеством нюансов, учесть которые мог только мастерски обученный стрелок, имеющий за плечами богатый багаж практики.
Очередь дошла до Кроули только тогда, когда стоящий впереди гном промахнулся всеми метательными топорами, которые у него были в запасе. Разозлившись, метр со стальным шлемом на голове выхватил двуручный топор и со всей прыти понёсся срубать злосчастный дуб, на котором находились мишени. Остановить это разъярённое чудо удалось с трудом – бедные стражники, преграждающие путь гному до заветного дуба, валились кубарем и хватались за его короткие ножки, волочась за горе-дровосеком по земле, под аккомпанемент безудержного смеха, свиста и рокота толпы и начальника стражи, проклинающего день, когда заступил на свою должность.
- Очередь господина в треугольной шляпе, посчитавшего нужным не называть своего имени, покуда не собьёт все мишени. К черте, сэр! Позвольте этим добрым людям узнать имя победителя! – сладкоречиво оглашал глашатай, перекрикивая всех и каждого, собравшегося на поле, простирающегося вокруг трио ветвистых старожилов в заскорузлом панцире коры. Один шанс на победу, но и его опытному стрелку хватило с лихвой. Зрители могли лицезреть все манипуляции, производимые охотником ради того, чтобы просчитать траекторию полёта снаряда и направление ветра. Именно за этим Кроули снял с правой руки перчатку, облизал палец и поднял над своей головой.
Первая мишень находилась примерно в половине полёта стрелы – смехотворная для стрельбы дистанция. Какого было удивление толпы, когда вместо лука в руках охотника оказался обыкновенный нож, которым последний снимал шкуры с убиенных животных. Острое лезвие со свистом рассекло прозрачный воздух и вонзилось прямо в мишень – соломенное блюдце сорвалось с ветви под возгласы восторга толпы и самого виконта. Такого зрелища он давненько не видел! Вторая мишень находилась на самой высокой точке – на макушке кроны дерева. Интересно, каким образом организаторы умудрились залезть так высоко? В прочем, это совсем не так важно, как выстрел охотника. На этот раз он был произведён из длинного лука, тисовые плечи которого расправились, отправляя стрелу в свободный полёт. Попал, прямо в «яблочко»! Но на удивление для стрелка мишень лишь качнулась на кроне дерева, оставшись на своём месте. Было бы счастье, да несчастье помогло – порыв ветра поднялся над кроной дуба, и пошатнувшаяся мишень, якобы став для могучей стихии парусом, упала наземь под её дуновением вместе с вонзившейся в неё стрелой Малрика. Народ буквально взорвался ликованием, требуя следующего, гораздо более зрелищного выстрела.
Последняя, самая сложная мишень находилась посередине, закрытая в гуще ветвей старого дуба. В чём же заключалась сложность? А в том, что соседствующая ветвь закрывала красную точку, находящуюся в центре мишени, покачиваясь на ветру, якобы дразня стрелка и бросая ему вызов. Малрик принял его и был уверен, что и в этот раз выбьет яблочко. Но как бы подлезть под эту злосчастную ветку?
- Мне нужна алая шелковая лента. – выкрикнул охотник, демонстрируя толпе арбалетный болт. Люди пришли в изумление, бросив взгляд на виконта, чей интерес был подогрет до запредельных температур. Господин кивнул и направил указательный палец в золотых перстнях на безымянного стрелка в треугольной шляпе.
- Дать этому господину ленту! – величественно огласил господин – Я хочу знать имя столь искусного стрелка.
Стража засуетилась. Ленточку пришлось позаимствовать из кос одной дамочки, чьи косы были заплетены в шелк. Когда же кусочек ткани, так ярко выделяющийся на фоне красок пасмурного дня был передан в руки стрелку, тот повязал его на болт арбалета и зарядил своё орудие. Толпа замерла, воцарилась звенящая тишина. Ван вскинул арбалет и Бедемир, стоящий рядом с ним, ужаснулся.
- Безумец! – окликнул он – Куда ты целишься!? Мишень находится выше! Ты промахнешься!
- Положись на меня. – уверенно буркнул охотник, прищурившись. Он целился не в крону дерева, не в ветку, которая закрывала желанную цель и даже не в мишень. Хитрец метил в стёсанный под острым углом замшелый булыжник, стоящий на пол пути к дереву. Лязг механизма, поворот шестерни, и арбалетный болт стремительно несётся к камню, оставляя за собой чётко различимый хвост из алой ленты. Все присутствующие могли ясно видеть, куда именно полетел арбалетный болт. Он ударился о край камня и взмыл вверх, рикошетом! Толпа ахнула, а красная лента, медленно спускающаяся с середины дуба из-за ветвей, летит назем вместе с пораженной мишенью. Не было предела восторгу в этот день и вино текло рекой, застывая на устах празднующих победу вместе с именем стрелка – Малриком Ван Кроули!
Бедемир, сын Бьёрна получил обещанную бумагу, а охотнику вручили кошель набитый золотом и здоровенный, буквально ростом с него ящик с тайным, заветным призом, который доставили прямо в комнату его таверны вместе с прибитым к нему письмом от самого виконта, выражающего свой восторг от увиденного представления. Пир в свою собственную честь Малрик не посетил – постеснялся – посему с кружкой медовухи направился к себе в комнату, вскрывать приз. Вооружившись топором, он легонько поддел крышку ящика, и та со скрипом отворилась. Качнулась, упала на пол, поднимая пыль. Охотник взглянул во внутрь и потерял дар речи…
Температура на улице всё падала. Лекса, хоть и была завёрнута в плащ подбитый мехом, но всё же замерзла. Сейчас бы стать, выпрямиться, попрыгать немножечко, ну или просто пробежаться по округе, но нет… Сиди здесь, согнутая в три погибели и жди, чем дело кончится. Девушка сосредоточенно наблюдала за происходящим. Слышала она и крики толпы, и рокот, и фанфары в честь победителя . Не остались без внимания реплики глашатаев. Упустила она лишь одно. Ящик едва заметно пошатнулся, его явно собирались куда-то нести. Эдакое чувство невесомости замешанное на продрогшем сознании и вот она уже по пути в комнату таверны, в которой расположился то ли спаситель, то ли полуубийца, то ли ещё непонятно кто. Те двое, что перемещали ящик, меж собой не беседовали, даже наоборот, недовольно шипели друг на друга. Правда Алексе было уже всё равно. После того, как ящик с ней внутри внесли в тёплое помещение девушка, наконец пригрелась, а благодаря тишине вокруг и вовсе уснула.
- Идиоты! Как такое могло случиться?
Рассыпался проклятиями Бедевир . Его понимание ситуации сейчас складывалось из сотни разных бранных слов увенчанных короной недоумения, скипетром злости и державой раздражения. Не одной позитивной эмоции. Мужчина размашисто вышагивал по комнате одного из постоялых домов. Напротив него стояли четверо в ряд. Они уже десятки раз были поруганы, получили в свой адрес миллион проклятий и теперь только считали, сколько шагов делает Бедевир от одного угла до другого.
- Я вам, уродам, объяснял тысячу раз, что вы должны были сделать!
Мужчина остановился прямо напротив первого в шеренге и беспощадно тыкал пальцев ему в солнечное сплетение.
- Нет, всё можно понять, самодеятельность, но ты… Ты куда смотрел?
Головы всех четырёх повинных в провале были опущены, ниже просто некуда. Молодежь молчала, пока более опытный и намного более страшный человек искал выход из сложившейся ситуации.
- У нас времени было в обрез! Что непонятного в словах «Следить за ситуацией»? Что? М? Вы все дышите ещё, только потому, что в этих землях нельзя убивать. Но, хочу вас заверить, как только мы покинем…
Он на миг замолчал, переводя взгляд в сторону двери, но тут же продолжил.
… Как только мы окажемся у кромки границы вам лучше не стоять рядом. Хоть это понятно? Я избавлю землю от таких паразитов как вы.
Крикнул он, а после чего махнул рукой, мол пошли вон. Вся честна четвёрка вышла из комнаты под громогласный аккомпанемент приказа.
- Найти её, к утру! Из-под земли достать! Живой нужна мне, живой, олухи! Живой, я сказал!
Дверь мягко захлопнулась за спинами четырёх нерадивых счастливчиков. Шутка ли, и бабу нашли, хоть все говорили, что эта женщина подобна тени, поймать можно лишь в поле в полдень и то, если только она сама этого захочет. Ведь и подошли, и пленили,и спрятали настолько надёжно, насколько вообще можно спрятать. Оплошность была только в одном – не успели сообщить главному, куда именно и как спрятали девицу. Но даже так, даже это не должно было стать причиной неудобств, если бы не договор с охотником. Ко времени очередной аудиенции четырёх у Бедевира уже было понятно, ящик с женщиной достался именно ему. Можно было бы пойти и забрать, объясниться, но забрать. Можно откупиться, ну или в крайнем случае просто украсть, но договор есть договор, лучше бы сам отдал подобру-поздорову.
Наёмник метался по комнате даже тогда, когда оставался один. Взрывной характер никак не хотел униматься. Цепляло его даже не то, что девка почти уплыла из его капкана, но важнее то, что он сам стал тому виной. Мужчина решительно шагнул к столу, схватил со стола кружку и с разворота швырнул её в входную дверь. По дереву тут же побежали винные багровые полосы.
- Недаром говорили, что её свободу оберегает древний демон. Ведьма! Когда же ты уже ошибёшься…
И ведь невдомёк ему, что Александра так наошибалась уже, что хоть вой. Пришло время раскрывать собственные карты, жаль, что желание это было не её. Крышка ящика вскрыта, а внутри девушка, в полусознательном состоянии. Сразу же и не понять, что просто придремала. Свет беспощадно ударил в глаза. Теневая поморщилась, приоткрывая глаза. Поначалу она даже не поняла кто пред ней, сознание рисовало странные образы то ли дракона в полуформе, то ли зверолюда немыслимой расы. Прошло с несколько секунд, когда она поняла, что пред ней человек, мужчина, поняла, что он абсолютно не ожидал её увидеть здесь, а значит не при чём.
- Ты кто?
Резко спросила она, стараясь всё же подняться на ноги. Все мышцы затекли настолько, что каждое движение отдавалось болью. Беглым взглядом она пробежалась по убранству комнаты и вновь упёрла оный прямиком в глаза охотнику. Мысли о побеге бежали впереди всех остальных. Надо спешить, пока не пришлось убивать спасителя. За дверью уже слышалось шебуршание, крепкие мужские шаги и голоса двоих, беседующих о том, как хорошо было бы покончить со всем именно сегодня, ведь ночью должна будет состояться вечеринка в одном из домов для свиданий. В мужских словах не было весёлости и задора, они сказаны были так, словно прочитаны для зрителя. Стук в дверь, настойчивый и уверенный.
- Охотник! Открывай, дело есть!
Послушался глухой мужской голос. Лекса огляделась по сторонам. Теперь она уже могла понять, кому довелось вызволить ее из ящика. Там, на поле, как раз после награждения каждый восхвалял какого-то охотника, сразившего три мишени настолько искусно и задорно, что турнир был тут же прекращён, а приз выдан единственному, несравненному стрелку-шуту, стрелку легенде… И вот, похоже, что эта мифическая личность стоит перед ним, стягивая с ладони перчатку, пару которой потеряла. Указательный палец Лекса недвусмысленно прижала к своим губам, пока выбиралась из эдакого загона тонких досок. Ей нужно было время подумать. Можно было накрыться одеялом невидимости, но сто-то ей подсказывало, что это лишнее. Взгляд в сторону окна, стремительно сближаясь с ним.
- Не выдашь меня?
С усмешкой произнесла девушка, раскрывая створки. Комната тут же наполнилась колючей прохладой. Ещё мгновение и она уже висит в нескольких метрах от земли, но зато скрыла свой облик со сцены, на которую вот-вот выйдут самые бездарные актёры.
- Ты что, оглох? Мне дверь выбить? Тебе тут привет …. Работа есть!
Дверь распахнулась легко, даже ей было сложно выдержать удар с ноги.
- Через час ждём тебя у трёх дубов… Собирайся…
Произнес один из гостей, демонстративно прогуливаясь по комнате.
- Приведи её и разойдёмся! Ведь она у тебя, ведь правда? Скажи, правда хороша Чертовка? Ладно ли сложена, характером вышла ли?
Вопросы звучали настолько категорично и резко, что вполне можно было впасть в ступор. А тем временем мужчины уже обошли владения бедного охотника, попавшего под горячую руку уже во второй раз за прошедшие два дня.
- А ты мне нравишься парень!
Вдруг, не с того не с сего произнёс второй из парочки, кажется он даже хотел потрепать охотника по плечу, но в самом конце, после сближения, передумал.
- Не делай глупостей!
Бросил он напоследок и оба покинули комнату.
Висящая за окном Алекса уже думала отпускать краешек подоконника и прыгать вниз. А под ней как минимум два метра свободного падения. Быть может и обойдётся, а может неудачное падение, даже двойное. Особенно неудачно было бы рухнуть на одного из преследователей. Мысли тянулись, девушка старательно пыталась не издавать не единого звука. Пока мужчины наконец не покинули комнату. Выдохнув с облегчением, Чертовка решила перехватить край подоконника чуть удобнее, но заледенелый камень под пальцами предательски скользил. С губ Теневой сорвался тихий писк, мыски сапог также заскользили по узкому выступу не слишком надёжного строения.
Отредактировано Александра (07-11-2020 17:07:50)
С того момента, как остриё топора поддело крышку ящика, начали происходить странные вещи. Охотник увидел внутри… девушку? Следопыт, привыкший доверять своим глазам, усомнился в достоверности передаваемой органами чувств зрительной информации, посему потерев их кулачками надеялся, что фигура внутри деревянного ящика развеется как дурное видение. Подогретый парами алкоголя и гораздо более опьяняющим вкусом победы на устах, он полностью выпал из реальности на какое-то время, находясь в ступоре. Сквозь смятение, он даже не обратил внимание на громкие шаги за дверью, последующий стук и голос, доносящийся из коридоров. Но он отчётливо услышал сквозь звенящую какофонию женский голос, спокойный и рассудительный.
- Ты кто? – Эти слова… Были ли они реальны, или просто отразились в опустевшей от потрясения черепной коробке мимолётным видением, мгновением хаотичного бреда? Нет, глаза не обманывали охотника.
- Не выдашь меня? - Как бы последний ни старался, он не мог развидеть то, как женская фигура в экстравагантном костюме с присущей ей грацией и плавностью движений, сравнимой с танцем кобры под мелодичные напевы флейты заклинателя змей, выправляется во всю стать и направляется к окну. Открыв створы, женщина перекинула ножки через подоконник и тут же скрылась из виду сбитого с толку взгляда Кроули. Дверь за спиной разразилась глухим треском и Малрик, застигнутый врасплох, повернулся на источник звука, сжимая в руках топор, которым открывал крышку ящика. Кто эти люди? Что им нужно? Эта женщина? Она же уже… Вопросы роились в голове, как пчелиный рой. Ван только и мог, что с недоумением разводить руками, бросая взгляд то на ящик, то на ворвавшихся в его комнату людей, то на раскрытые створы окна. Посоветовав «не делать глупостей», троица покинула пороги также быстро, как и перешла через них, настоятельно рекомендуя привести «её». Речь определённо шла об незнакомке из ящика, это единственное, в чём был уверен бастард в этот момент. Подлетев к окну подобно ветру, он огляделся по сторонам и уронил взор вниз. Эта чертовка не выпрыгнула и не убежала, как он подумал сначала, а тихо-мирно повисла на краю окна, дожидаясь, пока нетерпеливые посетители уйдут восвояси. Схватив незнакомку за воротник, обладатель тайного приза затянул хитрую даму обратно в комнату, закрыл створы и украдкой глянул на выбитую дверь.
- Что во имя предков здесь происходит?! – выдавил из себя охотник, переходя с едва уловимого шёпота на крик. Девушка даже не подозревала, что ей пришлось наблюдать довольно редкое явление – Кроули был застигнут врасплох, и последний желал знать незамедлительно, было ли это виной случая или какой-то иной вещи, что так упорно скрывалась из виду. Если спросить господина Вана «что может быть хуже кота в мешке?», то он с уверенностью ответит – незнакомая баба в ящике, за которой следует выламывающая двери компания.
- Тебе лучше начать говорить. Сейчас! – череда событий не на шутку разозлила обладателя треугольной шляпы. Его налитые яростью глаза сверкали в тонкой линии между высоким воротом и острым кончиком борта его головного убора, устремляясь прямо в глаза незнакомке. Словно с цепи сорвавшись, он какое-то время вытряхивал дух из незнакомки, вцепившись руками в её одежду. Но и это было мгновенным помешательством – вскоре он отпустил её и попятился назад.
Тот шум, что поднялся с приходом неизвестных людей, выдвигающих некие условия, не остался незамеченным. Немногочисленные постояльцы соседних комнат (а именно те смельчаки, что набрались духу выглянуть и изучить источник звука) выяснили, что похоже одна из дверей была выбита. К счастью или к сожалению, внизу, в залах таверны, пара стражников после смены караула решили промочить горло в уютном заведении. Когда постояльцы попросили их осмотреть место происшествия, то слуги закона, пусть и не охотно, но согласились. Ещё бы! Когда трактирщик узнал о акте порчи личного имущества, то он принялся бить в набат. Уж кого, а разного рода проходимцам или ворам не было места в его заведении.
Отредактировано Малрик Ван Кроули (09-11-2020 22:55:31)
Госпожа Неизветность? Здравствуйте!
Все происходящие события были похоже на бред, страшный сон, невероятное стечение обстоятельств. Лекса умудрилась замереть, несмотря на дубеющие на глазах пальцы. Пронизывающий северный ветер то и дело болтал её тельце, пока она пыталась не рухнуть вниз. Собственные кости Чертовке были очень даже дороги, да и куда ты убежишь со сломанными ногами? В плен? Совсем другого склада был бы расклад, если бы сломала спину или шею. Автоматически проваленная компания для господина, преследовавшего её, правда и для неё самой провал, но зато не плен.
Рядом с ней, по другую сторону от окна свершалось представление. Конечно же, она слышала и удар в дверь и слова, сказанные парню, который, похоже, стал случайным участником, а может и вовсе свидетелем. Логические цепочки строились сложно, в голове абсолютно не укладывалось, кто эти люди, зачем они её ищут. Полёт мыслей прервала неудачная попытка сменить точку опоры. Мысок сапога, заледенелый край, она висела уже на одной руке и придумывала, куда лучше падать, когда уверенная, а главное сильная мужская рука втащила его обратно в комнату. Так что? Новый акт той же пьесы? Мысли цеплялись одна за другую. Чертовка бегло оглядела невольного спасителя, потом осмотрелась. Мужской крик, граничащий с визгом вновь, выбил из-под её ног твёрдую почву. Теневая закатила глаза, приложила ладонь ко лбу и отшагнула от мужчины. Нужно было дать ему время, ей казалось, вот-вот этот странный парень начнёт соображать и складывать кусочки пазла, а там и гляди, она отхватит свою часть информации. Однако, как обычно, что-то пошло не так. С виду довольно спокойный, пусть и шумный мужчина шагнул к ней, взял за кромку плаща и стал трясти, словно яблоню в период урожая. Глупость граничила на грани с фантастикой. И ведь не единая мысль не коснулась ума парня с топором. Ведь не одна дельная мысль не посетила его, кроме как трясти её. Шум мог привлечь внимание и, безусловно, сделал это. Из соседних дверей, кто в чём начали выбегать полуодетые люди и нелюди. Каждый так и норовил сунуть свой нос в чужие дела.
Чертовка, в отличие от обескураженного охотника была в ясном уме и твёрдой памяти. Желание огреть мужчину чем-то тяжёлым росло на глазах, раздражение множилось. Она многое могла понять, но такого отношения к себе потерпеть не могла. Слова прозвучали сквозь стиснутые зубы, тихо, но так чтобы парню с топором, упирающимся ей в бок, стало понятно, что она не шутит.
- Руки убери!
Резко перехватив мужские запястья, Чертовка дёрнула их вниз, заставляя парня выпустить её из своей хватки.
- Встречала на своём пути истеричек, но чтоб такого.
Прошипела она, отшагивая от охотника. Небрежно поправив плащ, она снова огляделась. Отовсюду, тут и там слышались шаги. Если бы кто-то спросил у Алексы в этот момент, что за топот, она бы ответила, что так звучат самые большие неприятности.
- Какого чёрта ты орёшь? Мог бы просто скинуть меня из окна.
Выпалила она, стараясь сдерживать собственный тембр и не переходить на повышенные тона. Комичная ситуация, ничего не скажешь. Ссора двух супругов, не меньше. Что ж, почему бы и нет?
А внизу уже готовилась целая операция по устранению шума, последствий разрушений и остальных неприятных последствий чужих необдуманных действий. Голос трактирщика был слышен даже отсюда, верещал он почище нового знакомого Чертовки. Недовольно закатив глаза она подумала о том, как всё же нестабилен стал Альмарен, насколько мелкими кажутся мужчины на его земле. Шаги за выбитой дверью остановились. Теневая отсчитала ровно три секунды, пока один из амбалов не пересёк порог чужой комнаты.
Александра цепляла его взглядом, и в тоже время разворачивалась спиной к новым гостям. Шаг навстречу охотнику и хлёсткая пощёчина обожгла мужскую щёку.
- Как ты мог позволить им забрать всю награду? Что, даже топор не помог? Что мы теперь скажем детям? Что отец, победитель турнира был оставлен в дураках ворами?
Чертовка вгоняла нового знакомого в угол, она понимала, если он сейчас откроет рот – быть беде. Безустанно барабанив в грудь мужчине, старательно делала вид, что не замечает застывших в недоумении стражников. Один из служивых деловито сложил руки на груди, второй же облокотился на дверной косяк. Поистине интересное действо, да и смешно же. Несколько смешков и в коридоре вновь послышался шум шагов. Постояльцы вновь разбредались по своим комнатам. Трактирщик, на глазах теряющий интерес к происходящему уже тоже думал уходить и даже развернулся спиной к выбитой двери. Пара шагов.. Остановка… Мужчине будто пришло что-то в голову, мысль была молниеносной. Он вновь ринулся к стражникам, наблюдающим за женской истерикой.
- Пойдёмте, уважаемые, пусть голубки сами разберутся. А то у меня так на всех свечек не хватит, ведь сейчас успокоятся и придётся наблюдать совсем другой спектакль.. Вы же понимаете…
Казалось, трактирщик был одним из самых умных в комнате. Он явно смекнул, какую удачу поймал за хвост. Лекса всё же была не так аккуратна, как казалось с первого взгляда. Свой лик в профиль она всё же успела явить троице незваных гостей. В отличие от стражников, этот деловитый мужчина знал кому, что и как нужно докладывать, чтобы озолотиться, получить благосклонность сильных мира сего, а главное остаться при постоялом дворе и таверне. Подцепив обоих служивых под руки он вывел их прочь оставляя двоих актёров в тишине, за тяжёлым занавесом непонимания. Чертовка прекратила игру в бешеную фурию только когда шаги утихли.
- Только давай больше не ори, ладно? Заставляешь меня вытаскивать обоих из выгребной ямы.
Она прошагала по комнате обратно, к окну. Украдкой глянула, как оба стражника уходят прочь, у каждого в руке зажала бутылка горячительного, оба они чуть покачиваются, явно окрылённых неожиданным подарком.
- Меня зовут Ирана. Я оперативник тайной канцелярии города Кельмира. Слышал о такой? Эти люди ищут главу организации. Знают, что мы близки… Ещё есть вопросы?
Произнесла девушка, не отрывая взора от происходящего за окном, минутная пауза, язычком цыкнула недовольно, лицом развернулась к нему.
- У нас пять минут, чтоб убраться до того, как трактирщик донесёт до Бедевира или виконта. Ты, если хочешь можешь остаться, но, поверь мне, теперь в твою непричастность никто не поверит.
Вновь взгляд устремлён сквозь стекло, на тоненькую женскую фигурку, удаляющуюся от порога таверны. Уж явно не по ягоды малышка собралась.
Мужчина ждал новостей, вышагивая в тысячный раз по комнате, он ждал вестей. Две пары соратников уже вернулись не с чем, оставалась последняя. Бедевир с особенным нетерпением ждал. Простая математика, три ящика, два пустых, значит третий… О это волшебное чувство окончания погони, невероятно сладкий вкус победы, нетерпение буквально сжигало его изнутри. Он уже успел отдать приказ седлать коней, собирать провизию. В его разуме существовал только один итог и имя ему «Я тебя поймал, тварь!». Именно такие слова должна была услышать Александра, когда предстанет пред ним, великим и ужасным, идеальным наёмником. Какого же было его негодование, когда и последняя пара пришла не с чем. Ярость окутывала сознание некогда холодного и расчётливого мужчину. Разворот, удар в дверь, прямо у лица одного из соратников. Тонкая деревянная преграда была просто не в состоянии вынести удар. Россыпь проклятий посыпалась на головы всех и вся вокруг.
- Сукины дети! Я вам плачу за то чтобы вы позорили меня? Карту мне, быстро! Если эта баба нас снова обведёт вокруг пальца, вам всем светит виселица!
В комнате воцарилась суета, казалось, каждый из нерадивых работников хочет помочь, лишь бы сохранить собственную шкуру. На столе была раскатана карта, двое обсуждали с главным основные пути отхода, по которым может последовать женщина. Ещё тройка спешно собирала раскиданные вещи. И лишь один из прислужников загадочно улыбался, глядя на Бедевира.
- Тебе смешно? Нет, скажи, ты действительно думаешь, что смешно, когда одна баба водит вас шестерых за нос, а вы и ухом не ведёте?
- У меня есть идея! Кстати, забыл, этот, острошляпый трётся возле неё. Не знаю вместе ли они или врозь, но когда мы пришли, её не было, а он не слишком торопился выдать девку. Я думаю….
- От твоих идей только дети родятся, голова работает, да не та, явно.
Мужчина был непреклонен, скепсис наполнял каждое слово, каждую интонацию.
- Скажи виконту, что она шпионка! Угроза смертной казни и награда за голову – что может быть эффективнее?
Выпалил прислужник и главный тут же замер, медленно приподняв голову, он смерил паренька удивлённым взглядом.
- А ты чертовки прав Виз. Я так и сделаю! Приумножим наши усилия!
Бедевир отошёл от стола, потрепал по плечу идейного вдохновителя и тут же вышел прочь. Оставляя за собой лишь лёгкий прохладный ветерок.
Всё происходящее скорее походило на страшный сон. Шум, крики, люди, удары, пронизывающие насквозь осуждающие взгляды… И пустая ровно тот злосчастный ящик голова. Та, что явилась как тучи в ясный день, закатила драму на глазах у всех постояльцев, сбежавшихся на шум выбитой двери. Право, охотник начинал понимать суть сия действа только после того, как женская ладонь оставила на его щеке раскалённый след. Это всего лишь спектакль! Отчаянная попытка отвести взгляд от того, что здесь произошло на самом деле – злодейка судьба сыграла очередную шутку. Любители чёрного юмора наверняка бы взяли эту историю в оборот. Ей суждено было стать анекдотом, пойти по устам, а после – обрасти бородой. Мысли, слоняющиеся в разуме в хаотичном танце, разом встали на место, давая знать своему хозяину – дело дрянь. Кажется, он начинал понимать людей не любящих сюрпризы…
- Только давай больше не ори, ладно? Заставляешь меня вытаскивать обоих из выгребной ямы. – разум нащупал под собой почву реальности со слов незнакомки. В череп ударил поток мыслей такой силы, что последний того гляди был готов треснуть. Он взялся за голову… в прямом и переносном смысле. Даже эта чертовщина подвергалась анализу, и результат ничуть не утешал ловчего.
- Ошибаешься. Я ещё на самом дне этой ямы и до поверхности очень далеко. – подумал Ван, глухо прокряхтев, массируя виски пальцами, якобы пытаясь избавиться от головной боли. Если бы всё было так просто… Головная боль, в свою очередь, решила, что сейчас самое время представиться;
- Меня зовут Ирана. Я оперативник тайной канцелярии города Кельмира. Слышал о такой? Эти люди ищут главу организации. Знают, что мы близки… Ещё есть вопросы? – Кроули будто током пробрало. Кельмир!? Неужели эта прогнившая дыра, ставшая пристанищем для пиратского отребья, будет преследовать его даже за её границами? Именно оттуда следопыт и бежал сломя голову, попрощавшись с тем рыжебородым гномом по имени Готрек Гурнисон! Итог их злоключений язык не поворачивался назвать «хорошим концом». Пиратские бароны были готовы заплатить кругленькую сумму любому, кто доставит им убийцу дочери барона Блоффа. Убийцу, которого вовсе не совершал убийства, владельца треугольной шляпы…
- Оперативник? Тайная канцелярия? Как я мог о ней слышать, если она тайная? – вопросы сжимали голову тисками, будто вытесняя действительно полезные в данной ситуации мысли, и пожалуй, самый главный вопрос – как теперь следует действовать?
- Малрик Ван Кроули. – представился он, на этот раз, полушёпотом, оглянувшись на выбитую дверь. Подойдя к окошку, он украдкой выглянул, заприметив знакомый силуэт Герды, спешно убегающей прочь со двора. Адресант подсуетился и уже направлял хорошие новости своим покровителям;
- У меня ещё много вопросов, но сейчас на них нет времени. – наконец благоразумие вернулось к следопыту в полной мере. Пока он молвил, беспорядочный танец роящихся мыслей стал подобен стае перелетных птиц, держащих единственный верный курс.
- У нас пять минут, чтоб убраться до того, как трактирщик донесёт до Бедевира или виконта. Ты, если хочешь можешь остаться, но, поверь мне, теперь в твою непричастность никто не поверит. – на этот раз её мысли будто были сняты с языка Кроули. К моменту, в котором эти двое высматривали удаляющуюся со двора таверны Герду, охотник уже понимал, что остаться здесь равноценно самоубийству, и не только потому, что он якобы промышлял браконьерством в охотничьих владениях виконта или, того хуже, скрывал какую-то там оперативницу. Он успел натворить дел задолго до этого злосчастного случая и за его седую голову была назначена крупная сумма. Единственное, что оставляло сомнение, так это возможность того, что информация так быстро разлетелась по округе, охватив столь обширный радиус. Так или иначе, их будут искать и любезные гости, привыкшие отворять двери столь экстравагантным способом, вернутся снова.
Казалось бы, всё просто как варёная морковь – ноги в руки и побежал. Однако обычные с первого взгляда вещи на практике являются довольно комплексными. Благо, у следопыта был опыт в определённых делах. Право, нужно отметить, на месте догоняющих он оказывался гораздо чаще. Какие-то недоумки ограбили бакалейную лавку и скрылись в лесу? Любовная парочка заблудилась в дебрях? Ребёнок затерялся в чащах, когда решил, что дорос до собирательства грибов и ягод? Все эти вопросы решал охотник, который прослыл отменным следопытом, познавшим все тонкости своего рода искусства. Во время службы на баннерета заниматься поисками тех или иных негодяев вообще стало чуть ли не каждодневной рутиной. Посему, в данной ситуации Малрик, прекрасно знающий граничащие с Элл-Тейнскими лесами местности, мог построить верный маршрут для отступления. Оставалось только добраться до лесов. Вот они, рукой подать – верхушки первых деревьев были видны буквально из окна придорожной таверны. Что для него надёжные и верные тропы – для другого непроходимые, дремучие дебри. Но и решить всё на бегу было просто-напросто невозможно, посему выигрывать время следовало не в стенах таверны, а там, в непроглядных чащах, где кусачий мороз, лукавый мрак и дикие звери были заклятыми врагами одних и верными союзниками охотника.
- Уходим сейчас. Все вопросы потом. – уверенно ответил владелец треугольной шляпы, снимая последнюю со своей головы – Подержи-ка. – он передал головной убор Иране, открывая оконные створы. Нужно прыгать – покидать таверну иным способом, через коридоры и главный зал было рискованно. Там могла остаться стража, а за выходом наиболее вероятно следил корчмарь. Внимательно оглядевшись по сторонам, он без промедлений выпрыгнул в окно, сгруппировавшись при приземлении с помощью переката. Не самое мягкое приземление, но лишь потому, что его старые раны, оставшиеся сувениром из Кельмира, заныли с большей силой. Через боль приходится переступать если на кону стоит собственная жизнь. Поднявшись с обледеневшей земли, следопыт отряхнулся, стиснув зубы от переполняющей тело боли былых ран.
- Прыгай, - полушепотом, сквозь сдавленную от боли челюсть прошипел он, поднимая взор к раскрытым створам окна, из которого струился тёплый свет огней таверны, обрамляющий силуэт сюрприза из ящика;
- Я поймаю.
***
Турнирные латы рыцаря гремели застёжками и ремешками, покуда он нарезал круги вокруг ящика, стоящего в центре комнаты. Его подчинённые жались у дверей вместе с корчмарём на достаточном расстоянии от господина голубых кровей, ощущая угрозу в каждом скрипе деревянного пола под его поступью. Бедевир сорвал прибитую к ящику записку от виконта и его выражение лица скривилось в гневе. Несчастный клочок бумаги с каллиграфическим подчерком придворного писаря попал под горячую руку, превратившись вскоре в смятый кулёк бумаги. Импульсивный наёмник выбросил его в открытое окно, наполняющее комнату свежестью наступающего утра. По линии горизонта разлилась золотая полоска восходящего небесного светила;
- Ваше благородие! – жалобно роптал грузный корчмарь с поникшими плечами и опущенным в пол взглядом, отчего походил на старого волкодава, не получившего кость от хозяина – Клянусь, они были здесь и никуда не выходили! Я смотрел за выходами и…
Его речь была прервана треском дерева – нога рыцаря в латных поножах пнула ящик с такой силой, что дощечки разломились ещё до того, как коснулись пола;
- И теперь они ушли! – от его вскрика содрогнулись стены, а подчинённые съежились, вдавив головы в плечи – Тебе следовало смотреть за окном, болван! Кто-нибудь убирал комнату после их исчезновения? – хозяин таверны мотнул головой, а Бедевир, в свою очередь, недовольно вздохнул. Подчинённые принялись переворачивать комнату кверху дном в поисках хоть каких-то зацепок.
- Хорошо. Собери моим людям еды в дорогу, а мне достань лучшее вино, что есть у тебя в погребах.
- В этом нет надобности, господин Бедевир. – отозвался один из проводящих обыск, демонстрируя хозяину свою находку и слащаво улыбаясь – кожаную дамскую перчатку, которая лежала на полу неподалёку от подоконника. Рыцарь выхватил её из рук подчинённого, замахнувшись ею же;
- Сотри эту гнусную ухмылку со своей рожи или клянусь домом своего отца, это сделаю я!
- Но сэр! – бедолага отскочил от рыцаря как от огня, закрыв лицо руками;
- На кой чёрт мне эта хренова перчатка?!
- Наши гончие смогут отыскать её по запаху. – встал на защиту товарища один из людей Бедевира, обращая внимания господина на себя – Они не могли далеко уйти.
- Молите богов, чтобы это было так, идиоты. Вы проверили конюшни?
- Само собой. Лошади всех постояльцев на месте, и никто не заявлял о пропажах.
- Значит пошли пешком… - Бедевир подошёл к окну и кинул взгляд на восходящее из-за горизонта солнце, зажигающее огонь нового. В стальном кулаке послышался скрип сдавленной тисками правосудия кожаной перчатки – Игры кончились, чертовка.
Гончая поймала след, и Бедевиру казалось, что он сам чует её запах. Сжимая рукоять клинка в ножнах, он был наготове, следуя за поисковым отрядом. Пёс завёл преследователей в густой лиственный бор. Иней одел деревья в белоснежные наряды, переливающиеся на солнце, отчего деревья казались хрустальными, а воздух прозрачным, как стекло. Спокойное утро, догорающие дни уходящей осени. Даже ветер притих, якобы не желая мешать наёмнику выполнять свою нелёгкую работу. Вдруг пёс остановился около дерева, начав лаять и соскребать иней когтями с заскорузлой коры, устремив морду к небу. В недоумении, Бедевир уподобился четвероногому и задрал голову к кроне голой лиственницы. Несчастный был готов завыть от увиденной картины – почти на самой макушке он увидел вторую, такую же перчатку, прибитую арбалетным болтом к стволу дерева.
- Ах ты засранец! – прошипел он стиснув зубы, буквально сгорая от переполняющей его ярости. Самоуверенного наёмника обвели вокруг пальца как ребёнка.
Отредактировано Малрик Ван Кроули (14-11-2020 20:52:50)
Каждая случайность таит в себе оттенки абсолютно логичных событий. Не так ли?
Происходящее заворачивалось в воронку смерча. Лекса, приподняв бровь, наблюдала за новым знакомым. Всё её естество говорило об удаче, путём нехитрых манипуляций удалось втянуть незнакомца в омут неприятностей. Теперь они в одной лодке и надёжно повязаны между собой по рукам и ногам. Друзья? Враги? Соратники? Как не назови, придётся быть заодно. Основная сложность такого тандема была лишь одна: ничто не помешает парню сдать её, будучи пойманным. Отчасти поэтому профессия обязывала оставаться один на один с собственными проблемами. Характер и жизненная позиция так же не слишком уж тяготели к доверию. Чертовка могла усомниться в словах купленных людей, любовников, друзей. Что уж говорить про человека, которого она видит впервые в своей жизни? Что сможет предъявить, если будет поймана? А ничего! Абсолютно! Защитится нечем, если только не подставлять его под всё и вся. Незавидная учесть, зато каков эффект, с её то даром убеждения. Настал миг триумфа разума и миг беды для нового знакомого. Над ним только что сомкнулся капкан из женской хитрости, коварства и острого ума. А ведь был шанс откреститься от всего, прикинутся умалишённым, в конце концов связать её и бросить обратно в ящик. Намного проще было бы отдать беглянку тому, кто ищет, просто поднять ладони и сдаться. Так почему же обладатель незнакомого имени решил поддаться на провокацию?
Мысли в голове играли в чехарду, каждый раз перепрыгивая через звено логической цепочки. Отчего же он так быстро согласился? Что, даже простить не придётся? Умолять? В ногах валяться? Истеричный смех внутреннего голоса был ответом на собственный сарказм. Да, она могла сомневаться во всех и в каждом, но никогда не сомневалась в себе. Мнение о мужчине складывалось сомнительным и противоречивым. Алексе было никак не понять логику его мыслей, а значит, где-то были упущены довольно важные кусочки мозаики личности. Нет времени разбираться, сейчас, остаётся только наблюдать, ждать и надеяться, что н всерьёз готов. Все действия, поведения, гримасы на лице, Александра не видела не толики фальши. Неужели ещё остались люди не умеющие врать в глаза? Или её глаза стали подводить?
- Малрик Ван Кроули.
Сознание повторило имя незнакомца отрывисто, по слогам, словно стараясь впечатать в память. Чертовка мимолётно кивнула, то ли в знак приятного знакомства, то ли подтверждая, что времени мало, то ли и вовсе собственным мыслям.
- Знатный род?
Практически шепнула Теневая, заставляя собственный взгляд блуждать по комнате. Чертовка не суетилась, да и заданный вопрос скорее смахивал на великосветскую беседу, нежели на разговор парочки людей вне закона. Она, как и он, прекрасно понимала, выход есть лишь один и он не самый безопасный. Правда можно ли говорить о безопасности, когда тебя пасут по всем фронтам? Хотелось бы, конечно, отыскать в комнате верёвку, ну или ещё что-то подобное, но, увы мужчина явно не готовился к бегству. Выводы напрашивались сами по себе. С каждым мгновением Теневая вычёркивала по одной профессии, ремеслу, которое могло быть освоено новым знакомым. Таким нехитрым образом, она сразу откинула всё, что не подразумевало владение оружием. Дальше в ход шли уже сложные конструкции. Наёмник? Убийца? Военный? Прислужник? Охранник? Ей пришлось вновь проехаться по охотнику взглядом, прежде чем в сознании всплыли хвалебные возгласы там, у дубов.
- Охотник? Ловчий?
Подсказывало подсознание, но даже ему сейчас не стоило доверять. Промедление играло с ними злую шутку и пусть внизу, в таверне их ещё не хватились, но это всего лишь временная удача, блажь, возможность, которую не стоит упускать.
Чертовка всё ещё надеялась, что прыгать не придётся, когда мужчина всё же снял шляпу. Его категоричные слова звучали для неё тихо, уверенно, но обеспокоенно. Возможно, это было собственное терзание, но сейчас так сложно распознать. Приняв в ладони шляпу, Александра пронаблюдала за мужчиной. На языке вертелись бранные слова, она только что чуть не упала вниз из-за своей глупости, неужели сейчас придётся сознательно перемахнуть через подоконник? Медлить было уже нельзя…
- Чёрт, только не окно, это никогда не кончалось хорошо.
Шептала она, уперев свой взгляд в перекат охотника. Надо сказать, он был хорош, будто тренировался, будто каждый день, примерно в это время прыгал, так, от безделья, в ожидании звёздного часа.
- Выпендрёжник!
Пронеслось в её голове, когда едва знакомый ей мужчина поднялся, и они вновь встретились взглядами. Уходить и быстро. Но для того чтобы уходить, следует обезопасить собственную дорогу. Всего три секунды потребовалось ей на то, чтобы наложить на комнату чары тьмы. Всего три секунды и под ногами мелькнула царица ночи, усыпанная звёздной пылью. Теперь, все, кто ступят на этот пол, станут для самой Теневой ощутимыми, она сможет прочувствовать приближение осколков собственного заклинания. Магия простая, примитивная, но пару дней форы даст двум нерадивым беглецам.
Для того, чтобы решится на прыжок ей потребовалось ещё несколько мгновений. Жаль, что вариантов нет, упирая ладони в подоконник, Чертовка с лёгкостью преодолела его преграду. Миг свободного падения показался ей вечностью, пред глазами промелькнул последний опыт подобного прыжка, тот самый, после которого она полгода пыталась восстановиться. Отдельными картинками мелькнула повязка на глазах и запах крови. В то время Чертовка с полгода не выходила из крепости без сопровождения. Да и куда, когда не видела, когда хромала с каждым шагом. Минимальная группировка и вот она уже приземляется, цепляя плечо охотника, скорчившись от жёсткого глухого удара.
- Чёртова осень…
Прошипела Алекса поднимаясь. Всучив в руки мужчины шляпу, резко выдохнула, сдерживая весь поток бранных слов, всплывающих в сознании.
- Боюсь высоты! Как бы смешно это не звучало.
Произнесла, растягивая уголки губ в улыбке. Взгляд по сторонам и вот она уже хватает за руку охотника и тащит его в узкий лаз меж постоялым двором и конюшней. Куда? Зачем? Для чего? Почему в сторону от спасительных лесов? Одна надежда и опасность одна. Ей нужны свои вещи и посему она тащит горе напарника за собой след в след. Несколько поворотов, пустых закоулков и наконец , то самое место, где она спешилась, когда приехала в селение. Прошло почти два дня, коня как не бывало.
- На что ты рассчитывала, дура? Времени столько убила, для чего?
Внутренний голос заставлял нервничать, пока сама его хозяйка осматривалась в практически глухой тьме, испещрённой несколькими квадратиками света, льющегося из окон.
- Мисс?
Голос со стороны оказался мужским, грубым, но отчего-то знакомым. Из тьмы на тусклый свет вышел незнакомец. Лекса обернулась, выпуская ладонь Кроули из своей.
- К утру здесь будет жарко! Удачи вам.
Мрак словно разошёлся в стороны, расступился, мужчина протянул в её сторону сумку, дождался, пока Теневая заберёт её и тут же скрылся во мраке ночи.
- Беги, не стой… Беги!
Пронеслось в её голове, прежде чем обернулась к новому знакомому.
- Я надеюсь, что права, ты в состоянии ориентироваться в лесу, Кроули, потому что...
Прерывая собственные слова, Теневая прислушалась к отголоскам магии, не присущей этим местам.
- … потому что у нас нет больше вариантов!
Резко добавила. Кромка леса была рядом, возможно даже ближе, чем там, у постоялого. Слишком явно, так никто не делает, но другого варианта не оставалось. Ненавистная осень с её морозцем сейчас играла им на руку, по крайней мере, так казалось ей. Замёрзшая по верху земля не позволяла оставлять следов, а снег был настолько редким, что просто не мог указывать направление. Пронизывающий до самых костей ветер просто-напросто гонял крупицы льда из стороны в сторону.
За спинами беглецов закрывались створки леса. Чёрные, пики деревьев выстраивались в глухую шеренгу, скрывая обоих во тьме ночи. Что ж, не такой уж неудачной выдалась ночь. Здесь, на лоне природы казалось, что и ветер не так хлестал по щекам, и тишина внушала толику уверенности в том, что хвост за ними образуется не так быстро. Время текло совершенно не так, неторопливо, размерено, в сравнении с перемещениями мечущихся меж голых кустарников беглецов.
Остановившись после внушительной пробежки, Теневая склонилась к земле, стараясь наладить сбитое дыхание. Как не крути, но они оба не големы, им свойственна усталость.
- Так что, знатный род?
Шорох, где-то в стороне, заставил девушку повернуть голову. Ответа на вопрос ей, похоже всё же не услышать. Не одно, так другое, не другое, так пятое, десятое. Негодование накаляло обстановку. Так что же? Догнали? Глубокая ночь не располагала к прогулкам по лесу. Так кто или что там? Шебуршание повторилось, потом снова и снова, Лекса могла поклясться, что с каждым разом звук слышался всё ближе.
- Говорят, в Кариде разводят собак, способных убивать медведей. Видал таких?
Шепнула она, пригибаясь ниже.
Надо ли рассказывать, что вся свита наёмника смогла затоптать зачарованный пол? Стоит ли говорить о том, что в каждой шайке наёмников должен быть свой маг?
Бедевир был опытным наёмником и прекрасным воякой, но магия была для него настолько чуждой, что даже если бы пришлось идти на дракона, он никогда не призвал в свой отряд того, кто хоть чуть разбирается в плетении стихий или узоре заклинаний. Это была основная его ошибка, ведь Теневая могла управляться с иллюзией настолько искусно, что проходя рядом с ней, окутанной чарами он не смог бы понять, что это она. Так можно было прятаться целую вечность, но, у магии были свои минусы. Маг высшего уровня мог отследить собрата ниже рангом быстрее, чем гончие смогут взять след. Найти по обрывкам плетения можно было, не выходя из дома, что уж говорить о храме или башне. Несколько пасов ладонями над картой и тонкий уголёк уже способен прорисовать пунктиром место нахождения, маршрут движения и остальные не менее важные детали.
Парочке повезло и абсолютно не повезло одновременно. В отличие от Бедевира у Виконта были собственные, верные ему маги. Дело оставалось за малым, призвать их на службу.
- Надо было взять хоть одного!
Недовольно играя перстнями при свечах, шипел немолодого и не слишком свежего вида мужчина. Подобие трона в поместье было роскошью, но виконт всегда думал о будущем, представлял себя на престоле, а посему обустраивал для себя всяческого рода декорации своих фантазий. Вот и теперь, он восседал на стуле, специально исполненном на манер трона. По напряжённому мужскому плечу скользила тонкая женская ладонь. Успокаивающие ласки не действовали.
- Ты слишком напряжён. Что может сделать одна девка? Оставь её.
Мужчина повернул голову в сторону недопустимого в его понимании писка. Пальцы в перстнях резко сомкнулись на тонкой женской шее, а властное движение к себе и тоненькая ладонь соскальзывает с плеча, а пространство вокруг озаряется женским хрипом. Он глянул в глаза своей случайной жертве.
- Пошла вон!
Скрепя зубами процедил виконт и сбросил, теперь уже бывшую фаворитку на отполированный пол.
Совпадение? Дверь в залу распахнулась сразу, как только девчушка смогла собраться с мыслями и подняться с пола.
- Ваша Милость, сэр Бедевир!
Произнёс один из прислужников, после чего послышалась тяжелая поступь, обрамлённая металлическим лязгом. Спустя несколько мгновений, пред Виконтом предстал сам виновник шума. Высоко поднятая некогда голова была опущена. Эти двое не были знакомы лично, но уже имеют возможность иметь общие дела.
- Ты в курсе, что я не позволяю открывать охоту в своих владениях?
Рыкнул виконт, не дожидаясь, пока наёмник начнёт петь ему дифирамбы.
- Ты вообще понимаешь, что происходит?
Похоже, властитель земель решил пойти в атаку на безродного. А посему и голос его звучал особенно жестко.
- Ты считаешь нормальным, что я узнаю последним о всех делах, что творятся вокруг? Чёртова баба! Как же так, Бедевир? Твой заказчик, надо сказать очень уважаемый и влиятельный человек, передал, что ты мастер своего дела и никогда не наводишь суету.
Голос виконта смягчался с каждой фразой, мужчина упивался своей властью, своим положением, своей властью над тем, кто стоит напротив.
- И что же я вижу? Кто тебе давал право загонять в мои земли свою дичь? Кто разрешил гоняться за ней?
Мужчина поднялся с импровизированного трона, пара шагов и он уже смотрит на наёмника, как на шкодливого щенка, утащившего кусок мяса из кухни. Бедевир не смел молвить и слово. Сейчас, пред виконтом, он был такой же пешкой, как его соратники там, возле ящика в постоялом дворе. Виконт буравил взглядом наёмника с пару минут, после чего обошёл его стороной, направляясь к дверям.
- Виктор.
Произнёс он, чуть повысив голос.
- Виктор! Где тебя черти носят?
В голосе ясно слышались металлические нотки недовольства, граничащего с яростью.
- Господин?
За приоткрытой дверью послышался голос, другой, тоже мужской, обеспокоенный.
- Всю свиту неудачников на хлеб и воду.
Выпалил виконт, а уже чуть позже добавил, обернувшись к наёмнику.
- Запри каждого из них в поместье! Пока не приедет Лия, за ней посылай прямо сейчас, к утру она должна быть здесь! Шли гонцов во все концы земель, пусть ищут бабу и охотника. Везде, где можно расставь глашатаев, чтобы трубили, виконт даст двести золотых за живых и полсотни за головы!
- Но, Ваша Милость…
Наконец отозвался Бедевир.
- Заткнись! Твоё время упущено. Будешь опозорен на всю жизнь, тем, что хрупкая магичка будет тобой командовать!
- Но они уйдут ещё дальше, если не преследовать…
Теперь слова наёмника были полны горечи и разочарования. Виконт имел власть, имел вес и ресурсы, но распоряжался ими так, будто это были.
- Спускай каридских мастифов. Лес они знают намного лучше тебя, меня и ловчих.
Спокойно добавил виконт.
- Они же убьют обоих!
Вновь взмолился Бедевир.
- В наших землях запрещён шпионаж, убийства и другие непотребства. Ингвар будет доволен.
- Держи нос по ветру. – произносил вслух народную мудрость охотник, то и дело оглядываясь назад. Попутчица по воли случая следовала прямо за ним, след в след, не сворачивая ни на единый шаг. Значит, знала, как важно сейчас не оставлять следов? Как важно следовать за тем, кто не только знает путь, но и умеет прокладывать дорогу таким образом, дабы остаться незамеченным? Видимо, извечные бега от длинных рук закона стали эдаким колесом для столь проворной белки. Удача играла на руку: ветер дул беглецам в спину, подгоняя прохладным дыханием и сбивая псов со следа, а голые камни, утопленные в толщу замерзшей земли, выстраивали мозаику пути. Шагая по этим островкам можно было не опасаться за то, что сапог оставит на земле отпечаток, присутствие которого могло поспособствовать сойти дюжей форе на нет. А она, по расчётам Малрика, у них была – день или даже пара при благоприятном стечении обстоятельств. Помимо оглядок по сторонам света, ловчий успевал взглянуть на небо. Чистое бирюзовое полотно небосвода медленно но верно затягивалось пуховыми клочками облаков, изодранными ветрами. На контрасте синевы голые ветви деревья облачались в хаотичное сплетение кружев инея. Все красоты природы как на ладони… Но разношёрстный дуэт не состоял в кружке для художников, посему простирающиеся вокруг живописные пейзажи интересовали путников не так сильно, как пара десятков алчных псов, не наступающих на пятки лишь потому, что были заняты гонкой за собственным хвостом. Однако, как бы не был короток поводок и туг ошейник, как бы не был строг хозяин и горька собачья доля, рано или поздно почуявший мясо друг человека срывается с цепей. Дело оставалось лишь за временем…
Скорый шаг не ускоряет путь. Охотник обязан действовать быстро, но когда дело касается дороги, то спешка ни к чему. Однако, стоит заметить, что в силу обострившихся невзгод Ван решил шагать шире, заставляя новую знакомую поспевать за ним.
- Я знаю этот лес как свои пять пальцев. – молвил он в ответ её вопросу, заданному в близости к цивилизации – Когда-то давно мне было дозволено охотится и здесь. Слава моего отца шла впереди меня, но… - следопыт сделал небольшую паузу, осмотрелся по сторонам. Поправив шляпу, он скривил некое подобие улыбки, но в силу натянутого на нос ворота собеседнику было не суждено её увидеть – …Никто не вечен.
Развернулся и пошёл дальше, не взирая на то, что мог сказать многое и хотел спросить гораздо больше. Всему своё время, и всея расчётливость в треугольной шляпе выжидал наиболее подходящий момент. Опасность – извечный спутник, и когда на сотни метров вокруг нет ничего, кроме прозрачного воздуха, жухлой травы и снега, наибольшую опасность для Малрика сейчас представляла именно Ирана. Призрачную опасность… Дабы её развеять, следовало остановиться и расставить все точки над «и». Видимо, у девушки присутствовала черта, присущая тем, кто провёл добрую половину жизни в бегах – ловить момент она умела искусно. Что-то отчётливо зашуршало вдали. Охотник сбавил шаг, позволяя своему слуху приоткрыть завесы тайны. Источник шума подбирался всё ближе и ближе…
Так что, знатный род? – прозвучавшая речь отвлекла полукровку и он, несколько недовольный складывающейся ситуацией, намеревался глухо буркнуть ей в ответ, пока струящийся пар, срывающийся из уст оперативника канцелярии, устремлялся прямо наземь, заставляя зарождающиеся кристаллики льда мерцать в новых оттенках. Наконец и она уловила звук приближающейся “опасности”. Девушка насторожилась, пригибаясь, а охотник с наигранным недоумением смотрел на её реакцию;
- Говорят, в Кариде разводят собак, способных убивать медведей. Видал таких? – оглашено ею за секунды до того, как источник звука явил себя настороженным гостям хрустального леса. Между ними, срывая длинными коготками на лапах промёрзшую землю и редкую травку, пробежал заяц. Косой обогнул стоящее на пути дерево и нырнул в очередные кусты, ставшими для обезумевшего от погони животного очередным укрытием. Кажется, что сама природа подкидывала Кроули недвусмысленные аналогии. С уст бастарда слетел смешок, который был предательски выдан клубом вылетевшего из-под ворота пара.
- Только по маминой линии. – тонкий намёк побудил его отвести взгляд от собеседника, жадно глотающего воздух сбитым дыханием. Одна из призрачных опасностей миновала, спасая лапы, хвост и длинные уши;
- Каридсие мастифы? – уточнил следопыт, скрестив руки на груди – Это псы для травли медведей. Жуткое зрелище, должен признать. Но мы с тобой не медведи, а они – не охотники. Гончих нам следует бояться гораздо больше, а поэтому… - обладатель пышного плюмажа сравнял взгляд со своим собеседником, акцентируя важность оглашённого факта поднятым к небу указательным пальцем – Шагай за мной и не задавай глупых вопросов.
Упиваясь моментом собственного превосходства, мужчина укладывает талию сапога на очередной каменный островок и якобы впадает ступор. Мысль молниеносно пронеслась в его голове;
- Если в лесу есть заяц, который убегает, то в лесу есть и тот, кто за ним бежит. – Уроки философии от собственного разума не прогуляешь. Но то была не многогранная наука вовсе, сколь побудительный жест, знак тревоги. Малрик тут же срывается с места, хватает недоумевающую девушку за плечи и резко прижимает к стволу дерева, выглядывая из последнего в сторону кустов, из которых явился трусливый лесной житель. Острый слух понесся вслед за не менее острым взглядом, и вскоре внимательный слушатель улавливает стуки двух пар сапог, хруст сухих веток и шелест травы. Вот засада! А вокруг ничего не даёт надёжного укрытия, окромя заскорузлых стволов древ и лысых кустиков на уровне колен. Стрелку пришлось бесстыдно прижаться к спутнице, дабы скрыть себя и её от посторонних глаз. Палец к губам приставляя, издаёт характерный звук и давая знак – сейчас нужно быть тише всего, что их окружает.
- Куда этот шельмец делся? – разодрал в клочья тишину голосок, ещё не сломавшийся в периоды становления мальчика мужчиной. Рядом с ним послышался глас с хрипотцой, уставший и утомлённый.
- Господин Седрик, смилуйтесь, ваше сиятельство! – мольба, хвала и сладкоречие – кто как не покорнейший слуга мог уместить так много смысла в столь короткой фразе? – Оставьте этого зайца в покое, его не догнать без собаки!
- Поэтому я взял тебя с собой, старый пёс! А ты только и делаешь, что скулишь. – ощетинился молодой человек – С третьего раза я уже не промахнусь.
- С четвёртого, мой господин.
- Что ты сказал?!
Покуда стар и млад бранились, охотник украдкой выглядывал на мирно шагающих по следу зайца, то и дело возвращая взгляд к девушке. Никогда негодование не казалось столь материальным…
- Давайте уйдём домой, господин, а? Уверен, вы уже загнали этого бедного зверя, и он упал замертво в одном из кустов…
- Вот если я лично обнаружу это собственными глазами, то мы пойдём домой сейчас же!
- Взываю к мудрости! – Кроули выглянул ещё раз и увидел, как старик пал ниц в прямом и переносном смысле – Если ваш отец узнает, что мы самовольно ушли в лес, то нашим спинам грозят розги.
- Это ещё почему? – богато одетый юноша с кривым луком за спиной уткнул руки в боки – Лес моего отца – мой лес. Я охочусь там, где пожелаю.
- Но почему именно сегодня, ваша милость? Неужели вы не видели солдат у подходов, живодёров? Они будут прочёсывать лес, наверняка ищут вас, не обнаружив в комнате!
Действо ещё продолжалось по мере удаления голосов в глубь лесной чащи, под светом горящего дня. Но некто Седрик был непреклонен. Он всем сердцем стремился изловить изворотливого зайца. Яблоня от яблони…
- Что-то мне подсказывает, что нам улыбнулась удача. – пробормотал охотник, с прищуром оглядывая спины удаляющихся незнакомцев – Пойдём дальше или испытаем удачу?
Отредактировано Малрик Ван Кроули (24-11-2020 00:27:22)
Обстановка в поместье Виконта накалялась с каждой минутой. Сначала это было появление дурных новостей. Присутствие шпионки в его землях выводило мужчину из душевного равновесия. Но, всё же не так сильно, как вести о том, что ей помогает кто-то их охотников. Слишком необычная, а от того и опасная смесь даже для тех, кто в состоянии быстро справиться с такой острой ситуацией. Виконт понимал, время упущено. Теперь, сидя на своём импровизированном троне, он смотрел в пустоту тьмы за окном. Мысли в обременённой мигренью голове перескакивали одна другую, а подпёртый кулаком подбородок то и дело ходил ходуном от сыплющихся с губ проклятий. Бедевир вместе со всей свитой в заточении, но это не принесло и толики удовлетворения. С улицы слышался бас собачьего лая, но и это отчего-то не позволяло мужчине расславиться. Большая пустая зала давила на него всеми четырьмя стенами, заставляя нервничать всё сильнее.
Из омута беспокойства мужчину буквально выдернул шорох за дверями. Двое слуг, переговаривавшихся только шёпотом, не могли даже подумать, что их беседа вызовет у Виконта интерес. Хотя, почему интерес? Простое раздражение. Он был зол настолько, что любая мелочь могла стать последней каплей в котле терпения. Мужчина выпрямился и прислушался к шёпоту. Упоминание каких-то охотничьих операций, замешанное на зайцах и прочие мелочи, о которых сейчас ему крайне неинтересно знать. Неторопливо соскользнув со стула, он направился к дверям. Прокашлявшись, прежде, резко распахнув обе двери, Виконт оголтело уставился на двух пацанов, переминающихся на пороге.
-Какого чёрта вы здесь делаете?
Гаркнул он, суматошно переводя взгляд с одного на другого.
- Виктор! Ты хочешь получить пинка под свой худой зад? Надоело работать на меня?
Всем своим видом мужчина показывал незваным гостям, что им сейчас наступит конец. И вот уже в глубине коридора слышаться торопливые шаги, обрамлённые стуком каблуков мужских ботинок. Шаги всё ближе и ближе, пауза нависла над тремя мужчинами и давила до тех пор, пока один из ребят не бухнулся на колени перед своим господином.
- Простите нас! Простите! Мы не причём. Мы пытались найти, это от нас не зависело, он сам. Он просто исчез, куда, зачем, почему, никто не может сказать!
Взмолился он, слова звучали почти неразборчиво, на манер скороговорки. Понять по ним суть было почти невозможно. Виконт слушал этот бред, с нескрываемым раздражением. Руки у него буквально тряслись от злости. Стук каблуков меж тем замедлился. Виктор отлично знал, сейчас появиться на глазах и сказать, что не о чём не знает сродни смертной казни. Минутная задержка и вот он, преданный прислужник, вооружённый заботой о своём господине. Мужчина хватает горе работника за шиворот и приподнимает.
- Ты снова потерял того мастифа? Да ты в своём уме? Сколько ж можно с вами бороться!
Театр одного актёра, по-другому не назвать. Виктор буквально трясёт бедного паренька, удерживая за грудки. Он верещит и наиграно злится, понимая, что сейчас случится страшное. Резкий разворот в сторону пустого коридора, освещённого лишь тусклыми точками факелов по обеим стенам, и честный, хороший слуга летит спиной в отполированный до зеркального блеска пол.
- С глаз моих, оба, я разберусь с вами позже.
Крик Виктора тут же переходит на визг, но в следующую минуту он уже шагает к Виконту и ласково цепляет его за локоток.
- Господину не стоит переживать, у него и так слишком много потрясений за один вечер. Быть может, вы желаете принять ванну с лепестками жасмина или пригласить для вас ту самую красавицу, способную унять любое напряжение? Прошу вас, скажите, как я могу облегчить ваше ожидание?
Щебет с мужских уст звучит слишком неестественно, Виктор очень старался перебить мысли и не позволить Виконту рассуждать здесь и сейчас. И тот действительно заглотил наживку. Сжимая ладони в кулаки он утянутый слугой вновь зашёл в подобие тронной залы.
- Не надо ничего, узнай, что там произошло и тут же доложи.
Виктор активно закивал, выпуская из своей хватки локоток господина. Мягко закрыл распахнутые двери и сломя голову бросился в сторону двух удаляющихся фигур простых работяг. Казалось, он в одно мгновение догнал парочку, протиснулся между ними и тут же вызвал одного из охранников, дабы проводил обоих куда следует.
Спустя час Виктор уже держался за голову и покачивался на стуле, как умалишённый. Ему предстояло принести Виконту не просто дурную весть, предстояло оповестить, о побеге его единственный в лес, а в след за которым псарни открыли свои двери. Подобрать слова в данной ситуации практически невозможно, ярость будет сокрушительна и направлена именно на его бедную голову. Ещё через несколько минут он уже стоял напротив Виконта, рассказывая о том, что Седрик пропал и на дворе уже ночь.
- Мы ищем его с особым усердием, но пока безрезультатно.
А вот теперь он тих и взгляда поднять не может, теперь он, как те, кого швырял по коридору. Виконт напряг кулаки так, что розоватая до этих пор кожица ладоней в миг, окрасилась белым, перстни стукнулись друг об друга.
- Не найдёшь – повешу! Понял? Тебя первым, на главной площади, перед всеми. Можешь начинать отмаливать грехи. И прикажи пусть подготовят помимо виселицы столб, пусть сложат вокруг него хворост.
Виконт, конечно же был в ярости, но из ума никак не выходил тот факт, что спустить мастифов была его идея и его приказ.
- Три сотни за живых и полторы за головы.
Процедил мужчина сквозь зубы.
- Вытаскивай Бедевира и всех его людей, пусть ищут все. Весь городишко на уши поставь. Пусть жгут костры, пусть прочешут лес частым гребнем, но найдут всех троих!
Приказ был понят и принят. Отряд наёмников пустился на поиски троих, ещё не понимая, что все они могут быть в одном месте. Бедевир был настолько воодушевлён идеей, что после того, как отправил людей в лес, сам направился, в сторону псарни. Незатейливая беседа со сторожем, несколько монет, сверкнувших золотом в плохо освещённой каморке и в след за мастифами были спущены гончие.
- Всего несколько часов, они не могли далеко уйти!
Проговорил он, растягивая на половину лица самодовольную улыбку. Он знал её, знал скорость, с которой она способна перемещаться, знал, что лошадям в лесу делать нечего, а ещё знал, от неё можно ожидать всего, чего угодно.
Особого выбора Александре случай не предоставил. Следуя за незнакомцем след в след, она прокручивала в голове всю комичность ситуации. Это же где такое видано, чтобы она доверилась первому встречному?
- Ну да, дура, по-другому и не назвать.
Бурчал внутренний голос. Шаги, охотника казались ей даже слишком широкими, там, где он делала пару, ей приходилось перебирать землю в несколько раз чаще. Смотреть по сторонам было особо не зачем, впереди всё равно охотник. А позади глухая стена деревьев, подобием иллюзии. Слова, сказанные новым знакомым, девушку не цепляли. Мало ли что может сказать безродный, чтобы добавить себе значимости или иного веса. Однако запомнить их девушка всё же запомнила, быть может, пригодятся в будущем.
- Хорошо, если как пять, а то можно остаться без некоторых…
Шепнула она сама себе ответом, услышал или нет, её, не слишком интересовало. Сейчас важно отдышаться, остановиться и всё же унять своё дыхание, быть может, даже оглядеться или поговорить, а может приметить, где они, оставить ложную метку, так же, как было совсем недавно с перчаткой. Шебуршание всё приближалось и приближалось, а охотник всё ещё молчал. Лекса глянула на его тёмное очертание, на фоне ночного леса. Если бы луна сейчас осветила её лицо, то мистер ловчий распознал на её лице все оттенки недовольства . Хотелось бы, что бы этот сухарь всё же поучаствовал в её тревоге, но у него были явно другие планы. Он смотрел в сторону, совсем не в ту, откуда ей думалось, должна была явить себя опасность. Негодование растекалось по её сознанию тёмной, липкой каплей. Она уже готова была познакомить с ним нового знакомого, как между ними промелькнуло что-то маленькое, белёсое и быстрое.
- Не мастив? Не мастив! Расслабься!
Шелестел внутренний голос, но её уже было не остановить. Резко метнув взгляд сначала в сторону кустов, а уже потом в обратную, туда, откуда показался заячий хвост.
- На кой мне теперь твои ответы?
По её мнению слова были сказаны как минимум не вовремя, как максимум ответы потеряли актуальность на стадии выдержанной паузы. Недовольно цыкнув язычком, Чертовка перевела взгляд от охотника. Как так вышло, что она придала значение зайцу, в ночном лесу, а охотник нет? Ей бы сейчас встряхнуть этого, явно неторопливого мужчину, ещё раз ткнуть пальцем в улепётывающего зайца, но нет. Удивление настолько сковывает её, что даже слова застряли в горле. А после того, как он посчитал её вопросы глупыми, Теневая и вовсе ощутила на языке неприятную горечь от чужого, неоправданно раздутого самомнения.
- Хей…
Успела произнести она, до того, как здравая мысль всё же коснулась не слишком шустрого ума нового знакомого. Его пирует, и танцевальное па было встречено быстрым перебором ногами по мерзлой земле. Кто же мог подумать что этот, не слишком разговорчивый товарищ вдруг не с того не сего решится прижать Чертовку к дереву. И надо же такому случиться, что в этот самый момент лунный диск покинули пушистые облака. Пространство вокруг озарилось пускай тусклым, но всё же светом. Суета настолько смазала посторонние звуки, что Алекса не успела услышать то, что услышал Малрик. Для неё жест выглядел недвусмысленно, а значит и реакция на него могла быть только одной. Места для разворота не было, а значит, и мужская щека останется невредимой. А вот остальное… Рефлексы Теневой отменить было невозможно. Охотник прижал её сильнее, чем только раззадорил злость. В момент, когда его палец прикоснулся к губам, Чертовка приподняла колено прямиком между чужих ног, одаривая мужчину ударом по самому дорогому из мужских частей тела. Удар был не сильный, не стремительный. Нанесён был, скорее по эго, но всё же. Требовалось немного сбить спесь с сильно разгорячённого напарника. Молчать то она молчала и даже можно сказать замерла на месте. Колено вновь выпрямлено и девушка, пользуясь случаем, дёргает за ворот, приоткрывая тайну внешности. Пусть теперь он помолчит, сдержит стон, усмирит подкатившую боль, распробует свою же решительность на вкус. Как? Вкусно? А какой букет? Что за дивные эмоции, не так ли?
Голоса, донёсшиеся со стороны стали для Чертовки откровением. Наверное, если бы она обладала совестью, ну или стыдом, сгорела бы прямо на месте. Жаль, Теневая не была сильно наделена такими качествами. Скривив уста в подобие ухмылки, взгляд скосила в сторону парочки невесть откуда взявшихся горе охотников. Такая милая, живая беседа, не могла остаться без внимания. Лекса мотнула головой, переводя взгляд на охотника. Встреча взглядов вышла, довольно интересной, отблеск лунного света в мужских глазах. Или это была искорка азарта? А может просто слёзы, стоящие в глазах после неожиданного удара и «головной боли».
- Что-то мне подсказывает, что ты выжил из ума, но ход твоих мыслей мне нравится.
Шепнула Чертовка, отодвигая от себя мастера дурацких ситуаций.
- Паренька предлагаю взять с собой, престарелого отправить восвояси. Пусть принесёт господину новости, тот разозлится, велит его высечь или забить насмерть. Или ты не про это? Я бы предложила разделиться, припугнуть обоих, чтобы сами выбежали из лесу. А Виконту не хотелось вдвое усерднее прочёсывать лес. Кто знает, может, ещё денёк форы сможем отыграть. Хотя…
Лекса сощурилась в след за охотником, глянула в спины удаляющихся бездарей. Пора решать! И она решила … Направиться за ними, придерживая небольшое расстояние в несколько шагов. Идея была проста и незатейлива, забрать обоих и выпустить чуть раньше, чем всех их найдут. Фон магического плетения был спокойным, нежным, тьма говорила о покое и безмятежности вокруг. В какой-то миг до слуха донеслись странные звуки похожие не то на вой, не то на свист ветра, а может и то, и другое одновременно. Ведь в этот самый момент в лицо действительно ударило лёгкое морозное дуновение, заставляющее замедлить шаг. Сотрясение воздуха, порыв, не больше того. Принёс он ей не только прохладу, принёс аромат горящего на факелах масла. Игры разума? Плавный разворот назад, словно желая углядеть, где там охотник. А за его спиной, меж частых тёмных полосок стволов деревьев уже виднеются малюсенькие огоньки, похожие на блуждающие свечки. И так их много вокруг, что если соединить по точкам выйдет довольно крутая дуга преследующая беглецов. Далёкие намёки на факелы сначала прошлись по самому верху раскидистых крон деревьев, а потом словно стали спускаться всё ниже и ниже.
Минутное промедление закончилось, девушка вновь повернулась к горе охотникам. Опустив ладони в сумку, она подцепила один из своих вееров и потянула его на себя… Быть крови? Или новый план?
Довелось лицезреть сорвавшуюся с небосвода звезду – загадывай желание. И будет счастье - главное успеть поймать момент до того, как летящая в небытие искра не погаснет в глубоком омуте вечной пустоты. Но коли звёзды загораются на земле… Это всегда не к добру. Не нужно быть звездочётом, дабы понять почему именно.
Бедевир наблюдал подобную картину – множество рыжих огней опоясали редкий подлесок, норовя сомкнуть кольцо вокруг мрачной чащи, которая подобно чернильной кляксе растеклась на подмерзающем пергаменте земли. Каждая минута знаменовала рождение новой звезды – ярко вспыхнув, она присоединялась к палящему ожерелью скопления созвездий. Эти танцующие огни, горящие на топливе пахучего масла и не менее смердящей людской алчности, отражались в разбитых осколках луж, блистали в отражении рыцарских лат знатного господина. Тот горделиво восседал на коне, обремененном весом длинной попоны и комплекта турнирной брони наездника. Тот озирал своих слуг с угрозой, а присоединяющихся искателей лёгкой наживы – с презрением. Где-то под копытами гнедого рычали и лаяли псы, разнося по морозному воздуху эхо, знамение предстоящей охоты.
На кусающих морозом губах запекалась горькая хина провала. Наёмник не мог спутать сей вкус ни с чем иным, ведь он преследовал бравого рыцаря без преувеличений долгих два месяца. Погоня затянулась… Сейчас, наблюдая множащееся столпотворение дилетантов, на лицо Бедевира наползала скептическая ухмылка - эти безумцы рассчитывают сделать за одну «ходку» то, что проваливалось с треском раз за разом у опытного военного? Вся эта акция походила на ловлю дырявой сетью. Нет, никакие сети не удержат столь крупную добычу. Однако, отчаиваться сын Бьерна просто-напросто не умел. Упорство и труд – ключ от множества дверей.
- Прикажете отогнать местных, господин? – отозвался один из подчинённых, перехватив в руках копьё. В огнях народного гнева сталь блистала особенно ярко – Они собираются прочёсывать лес вместе с нашими людьми с левого фланга.
- Отогнать? Зачем? – улыбка на устах господина стала редкостью за эти несколько месяцев. Наверное, поэтому солдаты, находящиеся под его командованием, насторожились даже пуще, чем если бы знатный муж сейчас сорвался на присущие ему громкие тона. В ответ на поставленный вопрос ратник растерялся, оглянувшись по сторонам. Он якобы пытался найти ответ в глазах своих сослуживцев, но натыкался на эмоции того же рода, якобы всех его товарищей заменили безмолвные зеркала.
- Но, господин… - начинал издалека владелец острого копья. Жизнь и служба на Бедевира вбила под его шапель убеждение, что на рожон иной раз лучше не лезть -… Она ведь нужна вам живой, верно? Местные же гонятся за лёгкой наживой. Что если они опередят нас?
Взор с седла – как взмах клинка. Материальный, холодный и острый настолько, что последний вполне мог обезглавить солдата. Молчание хозяина и строгость взгляда подогревали атмосферу напряжение до тех пор, пока нестабильная материя не разразилась звоном его смеха. Отряд Бедевира переглянулся между собой с ещё пущим недоумением;
- Болван! – выплеснул благородный господин, наигранно смахивая слезу стальной перчаткой – Ты правда веришь, что эта кучка проклятых смердов сделает за нас всю работу? Не надейся.
Рыцарь спешился, уткнув латные кулаки в стальные бока. Грузные доспехи глухо лязгнули, а солдаты, будто бы ведомые одним разумом, дружно отошли на шаг назад. Осмотрев всех бравых воинов, Бедевир дёрнул рычащего пса за поводок, заставив животное на крепкой привязи заскулить от ноющей боли.
- Мы не пойдём в лес сегодня. – уверенно заключил он, делясь хитростью во взгляде с наёмника. Они же, в свою очередь, продолжали пребывать в недоумении. У знатного господина, видимо, появился некий план – Псов не спускать. Они понадобятся нам у берегов Белого…
***
Незнакомка строго очертила допустимые расстояния одним выверенным движением. Равновесие ловчего – психологическое и материальное, пошатнулись мгновенно. Мужчина согнулся, не ожидая столь коварного удара по мужскому достоинству… В прямом и переносном смысле. Его шляпа слетела с головы и ударилась острым бортом в замершую землю, укладывая на оледеневшую корочку льда пышный плюмаж. Сквозь сжатые зубы испустилось тихое, хрипящее возмущение. О чём она, рилдир побери, вообще думает? Они были на тончайшем волоске от провала, ведь их могли заметить. Благо, удар не был столь сильным, а охотник, скорее больше беспокоясь за собственную шкуру, додумался помалкивать громче, чем крик мыслей в голове, побуждающих обрушить бранную хулу.
- Что-то мне подсказывает, что ты выжил из ума, но ход твоих мыслей мне нравится. – В её голосе не присутствовало ни единой нотки сожаления… Леденящее, сковывающее душу спокойствие, будто бы всё так и должно быть. Подобные слова не внушали Малрику уверенности, даже наоборот – обостряли боль и некую горечь от столь низкого, необдуманного поступка. Он искренне надеялся, что сие действо вызвано импульсивностью или на крайний случай следствием обыкновенного испуга от неожиданных телодвижений в сторону Ираны. Но её голос будто бы говорил об обратном. Сжав кулаки – не то от боли, не то от ярости, он потянулся за шляпой, вновь водружая головной убор, прикрывая постыдную на его взгляд седину. В ответ лишь молчание и осуждающий взор вслед представителю тайной канцелярии.
- Паренька предлагаю взять с собой, престарелого отправить восвояси. Пусть принесёт господину новости, тот разозлится, велит его высечь или забить насмерть. Или ты не про это? Я бы предложила разделиться, припугнуть обоих, чтобы сами выбежали из лесу. А Виконту не хотелось вдвое усерднее прочёсывать лес. Кто знает, может, ещё денёк форы сможем отыграть. Хотя…
- Ты… - тихо прошипел пропустивший удар следопыт сквозь зубы, наконец выпрямляясь во всю стать – Совсем рехнулась? Они чуть не заметили нас!
Кроули почувствовал, что оказался на грани, ступил на тонкий лёд, который предательски затрещал под его сапогами. Есть моменты, когда волю чувствам давать нельзя и, пожалуй, этот момент стоит считать таковым. Сейчас не лучшее время, дабы выяснять отношения, однако, подобное псевдо-благоразумие не избавило мужчину от неприятного осадка произошедшего недоразумения.
- В ящике ты уже была. Осталась яма глубиной шест футов… - подумал он, затевая что-то не ладное. Лес – его стихия. В нём он чувствовал себя в безопасности, зная механизмы и принципы, по которым строилась непростая жизнь в столь суровых краях.
- Нам нельзя брать с собой никого их них. – вымолвил он, проглотив горечь обиды. Чуть прихрамывая, стрелок поравнялся плечом к плечу со своей попутчицей, пристально наблюдая за действиями сынишки виконта и его верного слуги. Когда первый бесцельно обшаривал покрытые инеем кустики, то и дело пиная попавшиеся под ноги ветки и камушки, последний будто привязанный на поводке следовал по пятам;
- Подумай сама – этот щенок при всём желании не сможет следовать за нами, не оставляя следов. Если желаешь заработать обуз, то тебе стоит дальше махать ногами, а я хочу уйти отсюда живым. У меня другие планы на этих двоих…
Покуда Кроули строил молву, пестрящую его явно недовольным настроем, он перехватил в руках тисовый лук. Стрела покинула колчан и через мгновение оказалась между натянутой тетивой и глухо потрескивающими, промасленными плечами грозного оружия, почитаемого всеми охотниками. Ловчий прицелился и отпустил пальцы, позволяя снаряду отправиться в полёт. Рассекающий воздух свист пронёсся над щиколоткой надутого индюка в роскошных одеяниях, сбивая последнего с ног. Взвыв как ошпаренный кипятком пёс, он заскулил, раздирая тишину в клочья.
- Господин Сэдрик!? – взвыл в унисон стонам боли старик, подлетев к хозяину с явным испугом. Обнаружив в его ноге торчащий прут с оперением на обратном конце, он подобно хамелеону окрасился в холодные оттенки окружающего пейзажа. Не удивительно, если бы его испещренное морщинами лицо тут же покрылось инеем. Однако, произошло нечто другое, нечто гораздо более непредсказуемое – некогда верный слуга, понимая, чего сулит подобный эксцесс, уподобился блаженным и резко сорвался прочь, оставляя господина. Охотник недовольно хмыкнул, готовясь к следующему выстрелу. Нескольких мгновений для профессионального стрелка было достаточно, чтобы рассчитать траекторию, прицелится и произвести точный выстрел. Подобно порыву ветра костяной наконечник промахнул меж стволов деревьев, настигая свою цель. Удостоверившись, что трус получил по заслугам, Малрик вновь перевёл взор на корчащегося от боли парнишку, кувыркающегося по земле.
- Пойдём. Львиную долю людей мы уже отвлекли на раненного и убитого. Наша задача – сократить численность преследователей. Отсюда зашагаем в темпе, есть один серьёзный разговор.
Охотник немедля сорвался с места, конечно, ещё едва прихрамывая. Однако, это не помешало ему оставаться тихим и быстрым, несмотря на свой дюжий рост и неуклюжие с первого взгляда одежи. Прокладывая путь сквозь тёмные ветви и ухабистые, заросшие пожухлой травой тропы, он то и дело смотрел по сторонам, оглядывался назад. Порой несётся вперёд как ветер, а после – остановится, замрёт, вслушиваясь в окружающие лес звуки. Суровая и беспощадная стихия никогда не могла похвастаться тишиной: сигналы птиц и зверей, журчание морозных ключей, собирающие по кромкам воды звенящие льдинки, гул пронизывающего кроны ветра… Лес пел симфонию жизни, а внимательный слушатель мог разобрать по нотам то, что происходит в округе.
Спустя какое время беглецы остановились у явно редеющей опушки, поднявшись на крутой холм. Всё его подножье было здраво затянуто льдом и присыпано инеем, а виднеющиеся впереди сухие, павшие древа намекали на дикость местных краёв. Нога человека ступала тут редко, а если и ступала, то вероятнее всего здесь и оставалась.
- Надо кое-что прояснить. – наконец вымолвил за долгие часы молчания Ван, обращаясь к ведомой. Бастард опустился на один из пней, вгрызающийся корнями в замороженную почву. Поглядывая на девушку с явным недоверием из-под борта своей шляпы, он протянул левую ногу и извлёк из ремня сверкающий холодным блеском шкурник, ловко раскручивая его в руке;
– Сейчас мы находимся в пятидесяти полётах стрелы от реки Белая. Не надейся на то, что она замерзает в это время года. Однако, есть одно место – мелководье, что позволит нам пройти на другую сторону. Дальше – леса Элл-Тейна, и никакой Бедевир со своей свитой туда точно не сунется. Но… - ликбез по географии на какое-то мгновение был прерван – спикер огляделся по сторонам, щурясь от кусающего глаза мороза - … Не дойдём, если не поедим. Нужно сделать привал. Как видишь, еды с собой у нас нет, но и это не суть проблемы. Дальше я пойду лишь при одном условии…
Малрик замялся надолго, якобы выжидая мимолётный момент, который вот-вот должен проскочить в ускользающем сквозь пальцы времени. После, схватив за хвост уверенность, он потянулся во внутренний кармашек плаща и извлёк из него кусочек пергамента… Тот самый, что висел на каждом смердящем нечистотами углу Кельмирского края. На нём его портрет «анфас» и кругленькая сумма – двадцать тысяч серебряных за седую голову в треугольной шляпе.
- Ознакомься. Это плоды моего визита в этот ваш… Кельмир. Дыра проклятая… Я помню, что ты говорила, мол, состоишь в какой-то там канцелярии, что у тебя есть связи. Я хочу, чтобы барон Блофф и каждая блоха на местных псах знала, что меня, якобы, поймали и заплатили деньги тому счастливчику. Если сумеешь устроить – пойдём дальше. А коли нет… - охотник раскинул руки, усмехнувшись - …Вокруг болото! Надеюсь, ты умеешь плавать в тине.
Отредактировано Малрик Ван Кроули (02-12-2020 11:44:50)
Беда никогда не приходит в одиночестве, обычно она приводит с собой целую свиту из череды неприятных моментов, неловких ситуаций и неприятных встреч с ненужными людьми. Лекса знала об этом не понаслышке. В её жизни подобного было столько, что можно было с лихвой разделить не только с охотником, но и с половиной тех самых людей, что сейчас блуждали по лесу в поисках. В этот раз беда водила Чертовку кругами, она не отставала и не перегоняла, не выбирала себе нового спутника, она просто была рядом, с каждой минутой напоминая о себе.
Бурчание охотника вызывало на лице улыбку. Он был ошарашен и обескуражен, но не сломлен, как могло бы быть. Его слова звучали и звучали, но тут же растворялись где-то между устами и пластом морозного воздуха. Алексе было всё равно, она шагнула вперёд, полностью уверенная в своей правоте. Беда, хоть и шагала за ней слет в след, но пока не догнала, именно это предавало уверенность в безнаказанности. Покуда сознание в паре с острым умом составляли новый план сама Чертовка сделала первый шаг, цепляя веер. Оставалось совсем чуть-чуть, какие-то доли секунды, но мужчина был быстрее. Свист спущенной стрелы и девушка обернулась к стрелку оголтело глядя прямо в глаза. На её лице читалось восхищение разбавленное недовольством. С одной стороны он был прав, все первоначальные суждения были ошибочны, а планы неприемлемы, с другой же, он собственной рукой подписал им обоим смертный приговор.
- Идиот!
Промелькнуло в её голове. Мысль прорезала сознание со скоростью той самой стрелы. Лекса приоткрыла рот, желая прокомментировать только что проделанный финт, но просто не успела. Писк отпрыска виконта отдавался музыкой в её душе, но музыкой пред их похоронами. Вторая стрела оказалась намного более стремительной и сокрушающей. Чертовка замерла на месте, глядя, как фигура прислужника, мелькавшая поверх кустов, вдруг рухнула на отвердевшую от мороза землю. Пальцы невольно выпустили веер из собственной хватки. Слуга не корчился, не стонал, выстрел охотника поразил цель настолько искусно, что кроме страха мужчина не успел почувствовать ничего. Лекса не повела и бровью, у неё сейчас были совсем другие приоритеты. Как не крути ситуацию, такой расклад даст им ещё немного времени. Приходилось признать, новый знакомый всё же знает, что делает. С уст сорвалось лёгкое шипение, взгляд метнулся к пареньку, потом к бездыханному телу. Теневая прекрасно понимала, что сейчас хорошо бы сломить оперение у стрел, забрать с собой, ну или просто варварски выдернуть, чтобы не оставлять следов, но времени на то просто не было. Недовольство множилось с каждой секундой, минутная слабость перерастала в негодование от шероховатости решений.
- Пойдём…
Произнесла она шёпотом и тут же сорвалась с места вслед за ним. Лес, увы, не был её стихией, ориентироваться здесь Чертовке было не просто сложно, почти невозможно, приходилось, как никогда полагаться на провожатого, только что связавшего их судьбы ещё крепче. Она то и дело озиралась по сторонам, в поисках блуждающих свечек факелов, но всё же не отставала.
- А ведь ты и сама собиралась сделать нечто подобное.
Шелестел внутренний голос, обрамлённый быстрым ритмом стучащего по вискам пульса.
- Признай, он как ты! Если этот мужчина не читает твои мысли, то ему явно нашёптывает тот же самый внутренний голос, что и тебе. Не согласна? Он взял на себя вину, и теперь будет вынужден нести этот крест до конца.
Чертовка покривилась от собственной мысли, примечая - сейчас совсем не время для восхищений чужими глупыми поступками. Да и к чему восхищаться тем, как другой закапывает себя вместе с ней в могилу?
Немногословная в этот раз, Лекса следовала за охотником, набрасывая на голову полог капюшона. Доказавший свои способности мужчина теперь вёл её за собой совсем не так, как было до. Его остановки заставляли вспоминать чертей, а резкие срывы с места, вздыхать, будто барышня на приёме у знатного господина. Однако теперь всё поменялось, приходилось доверяться ему и его навыкам. Пришлось считаться со всеми странностями, что он чудил до новой остановки.
Ночная прохлада медленно, но верно сменялась морозцем. С уст всё чаще срывались облачка пара, а пальцы без перчаток предательски не слушались хозяйку. В сумке у Александры была ещё одна пара перчаток, но доставать её она не спешила. Кожа настывает слишком быстро, что уж говорить о тонкой, оленьей, выделанной мастером и пропитанной мятным маслом. Вот только, мороз уже беспощадно кусает кончики пальцев, заставляя трижды задуматься о тех самых перчатках, которые лежат на всякий случай. Теперь, когда позади не видно свечек факелов, а точка обзора позволяет просматривать со всех сторон, можно было бы и подумать о холоде. Чертовка поднесла ладони к губам, одаривая их едва тёплым дыханием, и тут же убрала под полы утеплённого плаща. Пока охотник устраивался поудобнее, Лекса прислушивалась, но совсем не как он. Она тянула к себе незримые магические нити, желая всё же понять, следует ли за ней главный преследователь? Уста озарила ухмылка. Чертовка была довольна, как никогда. Их не преследовали, по крайней мере тот, кто мог поймать.
На волне собственного позитива и безнаказанности Лекса даже не обратила внимания на то, что беда привела с собой ещё одного приятеля и имя ему – шантаж. Новый знакомый вдруг, не с того не с сего разговорился, чем заставил Теневую насторожиться. Читать мысли она не умела, а вот читать людей, их эмоции, боль и отчаяние у неё выходило довольно неплохо. Весь этот экскурс, вся эта раздутая значимость дальнейшего пути, весь этот балаган, разыгранный перед ней, убивал в сознании радость от успеха, а заодно, стирал улыбку с её губ. Алекса приняла из рук нового знакомого пергамент и нехотя перевела взгляд на прорисованный лик спасителя с подписанной стоимостью головы. Мимолётным взглядом пробежалась по немногочисленным строчкам и тут же посмотрела на охотника. Злость граничила с пониманием, а ярость с негодованием. Шантаж и просьба, просьба и шантаж. Дурной коктейль, особенно в такой сложной ситуации.
- Ты хорошо подумал, прежде чем говорить такое?
Приподняла взгляд, устремляя его прямиком в глаза, сидящего пред ней мужчины.
- Это ультиматум? Если да, то знай, поймают не те, так эти. И, поверь мне, даже с того света я смогу испортить тебе жизнь. Но я буду считать, что это просьба, плата за спасение моей шкуры. О тине я не слышала, правда же?
Теневая говорила тихо, даже слишком тихо. Несвойственная ей задумчивость пронизывала каждое слово, каждую точку в окончании фразы. Она опустила ладони в сумку. Выуживая из неё свёрток, остатки припасов, которые она собирала перед тем, как двинуться вперёд. Льняная ткань скрывала в себе пару лепёшек хлеба и остатки сыра в виде нескольких смятых ломтиков, каждому по два, не больше.
- Костёр выдаст нас, тем более так высоко. Но меня больше интересует ночлег. Температура падает, мы не так хорошо одеты, чтобы провести целую ночь в лесу. Нужно укрытие, хотя бы на пару часов.
Её тон стремительно менялся, заинтересованность скрылась за холодностью. Всего несколько минут назад они были беглецами, связанными одной погоней, а теперь вдруг стали деловыми партнёрами. Присаживаясь на корточки. Девушка всучила мужчине в руки свёрток с остатками еды, а поверх его уложила тот самый документ, предложенный для ознакомления.
- Не хочу знать, что ты сделал. Ты понял меня? Считай, что мы договорились. Буду считать, что твоё отчаянье настолько велико, что ты готов цепляться даже за самый худший вариант.
Поднявшись с места, Теневая выудила из сумки вторую пару перчаток. Спустя мгновения они уже скрывали оголённые ладони, а морозец и лёгкий ветер разносили аромат мяты. Она смотрела куда-то вдаль, прислушиваясь к отголоскам звуков, но спустя несколько мгновений вновь повернулась к охотнику. В её взгляде читалось явное разочарование. Все мысли о том, что она смогла связать мужчину с собой общей проблемой, все старания вдруг рассыпались, она проиграла тому, кто смог просто выждать нужное количество времени. Досадная оплошность, но пути назад нет. Оглядевшись в последний раз по сторонам, девушка стала спускаться с холма вниз явно желая продолжить путь.
- Сколько до рассвета? Два часа? Три? Пять? Если ты знаешь про мелководье, значит, и они будут нас там ждать…
Время словно песок сквозь пальцы. В поместье оно отсчитывало минуты слишком долго. Всем его жителям было не до сна этой ночью. Каждый от виконта до поломойки ждал, когда же прибудут гонцы с новостями. А вот в лесу всё было с точностью до наоборот. Минуты рассыпались в секунды, а те меж тем в мгновения. Особенно остро это ощущалось, когда, спустя примерно час послышался громкий басистый лай одного из псов.
- Неужто нашлись, голубчики?
Задумчиво произнёс один из свиты Бедевира, оборачиваясь на чуть приглушённый расстоянием звук.
- Да Бог с тобой, Хель, ты сам в это веришь?
Произнес Бедевир, похлопывая по плечу одного из лучших своих людей. Но Хель был неумолим. Он неторопливо шагнул в сторон звука, заставляя ладонь в тяжёлой перчатке буквально соскользнуть со своего плеча.
- Готов поклясться, что мастиф что-то нашёл и на лучше поторопиться.
Мужчина стрельнул взглядом в одного из своих и тот побежал на звук.
- Нам нужно отыграть своё. Подождёшь здесь?
Командир удивлённо приподнял брови, но возражать не стал, даже когда Хель со скоростью ветра оседлал коня своего господина.
- Ты куда?
Бросил ему вслед Бедевир и тут же сжал ладони кулаки, заставляя стальные пластины отозваться скрежетом. Хель и не думал отвечать, ему сейчас, как никогда было важно показать себя пред командиром, ведь никто больше не распознал звук в какофонии царящей вокруг. Цель находилась поодаль, но конь нёс наездника вперёд, пусть заставляя то и дело уворачиваться от встречных веток. Мужчина был умелым наездником, хорошо знал здешние тропы. Именно это заставило его расстроиться. Вытоптанная по лету тропа просто не могла быть выбрана для побега опытными беглецами, здесь что-то ещё. Наконец, ещё через полчаса он разглядел две тёмные фигуры лежащие на земле, собаки рядом уже не было. В душе похолодело. Спешился Хель, похоже, ещё раньше, чем конь остановил свой шаг. Первым он подбежал к слуге. Луна как назло скрыла свой светлый диск и разглядеть кто где было почти невозможно. Три шага, сделанные им до неподвижного тела казались вечностью. Мужчина присел на корточки, взялся за плечо и одним рывком повернул тело лицом к себе. Его взгляд упёрся в отблеск безжизненной гримасы ужаса.
- Дьявол!
Воскликнул мужчина, отпуская плечо, заставляя бездыханное тело упереться лбом в промёрзшую землю. Торчащая стрела была беспощадно выдернута. Хель уже присматривался к её оперению, когда со стороны послышался тихий стон.
- Помогите…
Хрипло шептал Сэдрик. Хель подбежал к пареньку настолько быстро, насколько мог.
- Что? Кто? Где? Скажите.
Тараторил он, пока глаза отпрыска виконта не прикрылись. Слабак не смог сказать и слова. Лишь беглый взгляд смог дать ответы на поставленные вопросы. Стрела такая же, но эту мужчина выдёргивать не стал, ему хватило всего одного взгляда на широкий костяной наконечник первой, чтобы понять, виконт не пожалует награду за излишне причинённую боль или шрам на теле сына.
- Терпите, уже всё хорошо, обещаю… Терпите…
Шептал он, аккуратно обрезая стрелу, присваивая себе час с оперением. Спустя считанные минуты Хель уже вёз отпрыска в сторону командующего. На сей раз гнать было нельзя, будет слишком обидно потерять такую поклажу. Конь бодро перебирал мёрзлую землю под собой, не так тяжела ноша.
Прождав почти два часа Бедевир уже начал злиться на Хеля. Мало того, что придумал себе что-то, так ведь ещё и коня украл. Мужчина уже намеревался отправиться в обратный путь, когда мимо него со спины пронеслись несколько факелов. Местные всё же настигли их и пошли вперёд. И ведь не собирался сегодня на поиски, но…
- Бери двоих, следи за этими охламонами, как бы не начудили. Увидите Хеля, скажите, что он может быть свободен на все четыре стороны.
Он выдернул у одного из своих факел из рук, и уже развернулся было уходить, как впереди послышался победный клич.
- Мой господин…
Окликнул Хель, спрыгивая с коня.
- Надеюсь, вас за это вознаградят.
Мужчина вручил поводья Бедевиру. Через спину несчастной лошади был перекинут виконт младший, больше похожий сейчас на мешок с чем-то неприятным, нежели на члена знатного рода.
Улыбка растеклась по устам командира. Недолго думая он вскочил в седло и погнал в сторону поместья. За ним, но уже не спеша последовали и все его люди.
Толпа крестьян, вызванных на поиски, и вовсе посчитала, что всё закончилось, сгрузив тело прислужника Сэдрика в повозку, почти все позволили себе вернуться по домам. Всё же поздно, темно, кто знает, что водится в том лесу помимо волков и медведей.
В поместье новости прибыли вместе с сэром Бедевиром. Он лично принёс к тронной зале тело мальчишки с остатком стрелы. Небрежный удар ноги в дверь и та послушно распахнулась, являя старому виконту лик двоих. Одного хитреца и парнишки у него на руках без сознания.
- Лекаря! Срочно…
Воскликнул виконт, подрываясь с места.
- Что с ним? Бедевир? Неужто того?
Лепетал взволнованный отец, пока не приблизился к спасителю взбалмошного мальчишки. Взгляд его тут же упёрся в торчащий остаток стрелы.
- Да всё в порядке, немного замёрз, я думаю, ну и рана не серьёзная. Ему повезло больше, чем его слуге.
Виконт покривился, перстни резко стукнулись один об другой, покуда он сжимал ладони в кулаки.
- Брось его на пол, не держи. Надеюсь, только ты знаешь о моём позоре? Замёрз в лесу? Это непостижимо. Какой чёрт понёс его туда в такое время?
Родитель сокрушался. А Бедевир еле сдерживал улыбку.
- Можете не беспокоиться, никто ничего не узнает, там было темно, мы нашли его и привезли. Думаю, через часок прибудет и повозка с трупом.
- Надо было оставить его в лесу на растерзание, теперь придётся удвоить награду за головы этих двух.
Отозвался виконт, потирая указательными пальцами виски, а попутно наблюдая, как его сын был опущен на пол. На лице мальчишки отобразился весь омут боли и страдания, виконт вновь глянул на наёмника.
- Не думаю, что у охотника отравленные стрелы.
Уверенно произнёс мужчина.
- Я могу идти?
- А ну погоди! Виктор! Ты идёшь или мне надо посылать посыльного за посыльным?
Разразился криком мужчина, а посла взял наёмника за локоток и повёл за одну из гардин, скрывающую дверь. Когда двое вошли внутрь, к Сэдрику уже подбежал Виктор и пара кухарок в сопровождении лекаря. Паренёк был вскоре уложен в кровать и окутан всем возможным вниманием.
- Знакомься…
Прошипел виконт, склоняясь к Бедевиру. Напротив двоих в просторном кабинете стоял массивный дубовый стол, поверх него была раскатана огромная карта земель, самая подробная карта из тех, что в принципе могли быть в наличии. Но всё это мелочи, почти не стоящие внимания. У того стола стояла девушка, изящным пальчиком она прослеживала одну из дорог, по которой можно было попасть в соседние земли. Серьёзное личико озарила улыбка, она перевела взгляд синих глаз на наёмника и едва заметно склонила голову.
- Лия. Твой главнокомандующий, как я и обещал. Поступаешь в её полное распоряжение. Слушайся беспрекословно, иначе будешь висеть на виселице уже к вечеру следующего дня.
Девушка, одетая в довольно скромное платье цвета индиго, позволила себе лёгкий смешок. Она заложила за ушко, увенчанное массивной золотой серьгой, прядь пшеничных волос и снова обратилась к карте. Бедевир тут же опустил взгляд в пол. Его раздражению не было предела.
- Я понял.
Произнёс он сквозь зубы.
- Вот и славно…
Виконт перевёл взгляд с наёмника на девушку, игриво подмигнул ей, а после добавил.
- Чтобы к обеду нашли!
После чего покинул комнату, оставляя наедине наёмника и мага.
- Мне это тоже не по душе, не люблю, когда выдёргивают из кровати и требуют что-то сделать.
Её речь струилось подобием весеннего ручья, в ней не было не толики раздражения. Не глядя на мужчину она достала из мешочка тёмный, отблёскивающий порошок и рассыпала его широким кругом.
- Ты знаешь, что она владеет магией?
Бедевир молчал, сказать ему было нечего. Конечно же он знал о способностях Алексы, но обсуждать свои знания с Лией явно не собирался. Девушка меж тем положила в центр круга найденную некогда перчатку. Похоже всё готово. Несколько шагов назад, пас ладонями и два слова сказанных на ином языке, понятном только ей. Круг тёмного порошка тут же вспыхнул огнём, отсекая остальную карту, позволяя ненужные края упасть на пол. Кольцо огня медленно сжирало перчатку и пергамент под собою, оставляя нетронутым только небольшой клочок. Всё шло по плану до того времени, пока окантовка карты не рухнула на пол. Лия наблюдала за магическим компасом внимательно, но в какой-то миг догорающие обрывки карты вспыхнули с новой силой и вдруг разошлись подобием лучей по полу кабинета. Их было много, больше десятка, большинство просто ударились о стены и погасли и только один незримой стрелкой указал на наёмника. Девушка недовольно охнула, прикрыв ладонью уста. Магический след тьмы нашёлся быстро, слишком быстро. Лия подхватила клочок карты с прорисованным местом брода через реку и протянула его наёмнику.
- Поедешь ты и охрана виконта, остальные меченые, она почувствует ваше приближение.
Наёмник был не из робкого десятка, но даже на него подобное огненное шоу возымело своё действие. Он кивнул в ответ на слова девчонки, демонстративно затушил ногой магическое пламя.
- Ещё есть указания или остальное на мой вкус?
Хрипло отозвался он.
- Не верь глазам своим, когда имеешь с ней дело. Её иллюзии очень натуральны. Ступай, ты знаешь своё дело.
Мужчина сложил вчетверо кружок оставшейся карты и молча вышел прочь. Остаток ночи у него ушёл на построение плана поимки, к утру у реки должно быть всё готово, даже если нужно загнать коней, обойти беглецов кругом или приехать на место встречи не полным составом. Ловчие должны припасти несколько ям с кольями, замаскированных хворостом, подвесить пару-тройку заточенных брёвен, устроить на всей кромке людей, сидящих на деревьях с сетями. Никто не в курсе, насколько близко сейчас охотник и наёмница от реки, но каждый понимал, лучше их самих этот лес никто не знает.
Порой даже железная уверенность может быть сломлена ударом сокрушительного аргумента. Осколки убеждений рассыпаются в мелкую крошку, способную располосовать руки в кровь, тем самым заставляя их вздрогнуть. Попавшие в глаза осколки способны ослепить на продолжительный промежуток времени. Для каждого факт собственной неправоты открывается по-разному, но для Малрика приведённая выше метафора прекрасно отражала весь спектр ощущений, не скупясь на краски.
- Ты хорошо подумал, прежде чем говорить такое? – С этих слов уверенность охотника дала трещину. Он насторожился, а самодовольная ухмылка стёрлась с его румяного от морозца лица.
- Что? – будто получив разряд тока, мужчина вздрогнул и отпрянул, крепко сжав рукоять ножа. Тот холод, что сковал тело, не был следствием температуры окружающей среды - то был мороз по коже от слов попутчицы. И вроде бы, с первого взгляда, не было в них ничего особого, окромя провокационного вопроса, но интонация вкупе с её выражением лица, пронзительным взглядом и отрывистой паузой делали своё дело. В ожидании объяснений, владелец треугольной шляпы замер;
- Это ультиматум? – глаза Ираны угрожающе блеснули, словно тот шкурник в руках ловчего - Если да, то знай, поймают не те, так эти. И, поверь мне, даже с того света я смогу испортить тебе жизнь. Но я буду считать, что это просьба, плата за спасение моей шкуры. О тине я не слышала, правда же?
Ни единого слова не сорвалось с уст провокатора. Ему оставалось лишь с недоумением наблюдать за каждым движением собеседника, борясь с каким-то необъяснимым чувством, вгрызающимся острыми как бритва клыками в его душу, несмотря на то, что на столь тонкой материи и вовсе не осталось живого места.
- Костёр выдаст нас, тем более так высоко. Но меня больше интересует ночлег. Температура падает, мы не так хорошо одеты, чтобы провести целую ночь в лесу. Нужно укрытие, хотя бы на пару часов.
Остальные слова Чертовки будто скрылись в тумане, охотник опешил и потянулся пальцами к стреляющему виску, отодвигая борт шляпы. Следопыт прекрасно слышал её посыл, разбирал слова и интонации, но над тишиной спокойствия и уверенности навис некий гул, оглушающий звон. Ощущение, якобы взмывшее на крыльях условных фактов собственного превосходства резко спустили с небес на твёрдую землю. Даже тогда, когда девушка вручила в его руки свёрток с отголоском прошлых невзгод, выведенных в канавках пергамента чёрными нитями чернил, он молчал, пронзая взглядом строго отчерченный в холодном свете бледного полумесяца силуэт женщины.
- Тебе стыдно? – в голове пронёсся шквал эмоций, подхвативший риторический вопрос. Он, словно сухой лист на ветру, сорвался с голых веток опустевшего разума, уносясь куда-то в даль. Но то даль не забвения, то глубина вопроса, будто ответ на него все же скрылся в гуще тумана сего наваждения. Охваченные лёгким тремором руки спрятали прочь пергамент обратно, украдкой, скрывая от глаз всего мира как самую страшную тайну. Льняная ткань предательски раскрылась, давая охотнику знать – с ним делились последними крохами хлеба, невзирая на то, что он недвусмысленно намекал женщине о топкой тине вокруг, усугублял ситуацию. Если кто и оказался в зыбком болоте сейчас, так это охотник.
- Не хочу знать, что ты сделал. Ты понял меня? Считай, что мы договорились. Буду считать, что твоё отчаянье настолько велико, что ты готов цепляться даже за самый худший вариант.
- Ошибку… - глухо буркнул он, тяжело вздохнув. Ведомо, что речь шла далеко не о деяниях в Кельмире. Ровно до этого момента Ван был уверен, кого ведёт сквозь тенистые чащи лесов. Наёмница? Убийца? Канцелярия? Охотник стал жертвой собственной уверенности в том, что для этой личности лишь деньги и идеи стоят на первом месте. Лишь фатум держит их вместе по одну сторону, на ровне со страхом за собственные шкуры. За смогом условностей мы часто забываем, что в первую очередь перед нами стоит человек. И стоит благодарить случай, что последний протянул руку, невзирая ни на что.
Правда – горькая пилюля, и Кроули следовало её проглотить. Она встала комом в горле, да так, что стало не до еды. Бастард натянул шляпу на глаза, завёртывая пищу в ткань, прочь от своего взора, будто пытаясь отмести факт благородного поступка. Но память и очи не будут врать охотнику, как бы искусно он не обманывал себя сам.
- Сколько до рассвета? Два часа? Три? Пять? Если ты знаешь про мелководье, значит, и они будут нас там ждать…
- Подожди. – бросил он Иране, устремляя взор ей вслед. Свежий ветер, блуждающий по теням мрачных чащ под холмом, донёс до ловчего аромат мяты. Прокряхтев как старик, мужчина спешно зашагал за попутчицей и опустил длань ей на плечо, заставив тем самым повернутся;
- Я… Кхм, должен идти первым. Впереди болото. – неловко отводя взгляд в сторону, охотник выдвинулся вперёд и дал Иране сигнал следовать за ним. На то была веская причина – топи при надвигающихся заморозках особенно опасны и коварны. Застилающий поверхность земли лёд сковывал тину, а выпадающий снег скрывал от глаз неопытных путников места, которые следует сторониться. Последний, к несчастью, выпал с изодранных ветрами клочков туч над головой мелкой крошкой, медленно кружась хаотичным хороводом в прозрачном, хладном воздухе. Сей морозный порошок прилипал к скованным инеем ветвям, отчего вскоре деревья будто обросли новой растительностью – белоснежным мхом, бледно сверкающим в свете луны. Даже желтизне пожухлой травы было суждено скрыться за тонким слоем пушистого ковра.
Сейчас задумываться о том, что непогода играла не на руку (а точнее не на ногу) не приходилось – путники достигли той точки леса, в которой было некритично «наследить». Не каждый следопыт в здравом уме решит работать в скованном льдами болоте, а у Малрика же и вовсе просто не было выбора, как проложить маршрут сквозь таящую природные опасности местность. Это короткий, лишённый нежеланных встреч путь. Да – тернистый, да – рискованный, но не настолько, чтобы опытный охотник не мог его пройти даже с попутчиком, для которого лес не был чуждой стихией.
- До рассвета примерно четыре часа. – глухо буркнул следопыт, прокладывая путь сквозь редкие деревья. Устеленное льдом плато звонко потрескивало под поступью идущих, а проводник, вооружившись топором, простукивал древком каждую кочку и выступ в земле, перед тем как ступить дальше. Попутно, он то и дело останавливался, дабы наклониться и подобрать с земли сухую ветку или сорвать иссохшую кисточку рогоза, якобы намекая попутчику, что костру все же быть этой морозной ночью.
- Бедевир военный, а виконт знает свои владения как пять пальцев. – рассуждал несущий в подмышке целую охапку дров и кисточек рогоза для растопки костра охотник, то и дело оглядываясь в сторону ведомой. Пока в бархате ночного неба зияли проталины в обрывках облаков, открывая взору усыпанные звёздами осколки небосвода, путники подбирались к каменистому плато. Малрик нарочно проложил свой маршрут через него, ведь поросшие мхом булыжники, поваленные друг на друга, являлись отличным укрытием от морозного ветра и снега. Да и огонь в таких местах можно разводить без боязни быть замеченным. Когда сапоги беглецов застучали по похожим на гальку камешкам, зарывающихся в хладную землю, Малрик осмотрелся и обнаружил укрытие – усыпанные снегом булыжники образовывали под собой просторное пространство, некое подобие пещеры. Именно там он и решил развести столь необходимый сейчас источник тепла. Набранный по пути хворост был собран в шалашик, в центре которого расположился сухой рогоз. Искусно высекая из огнива искры, следопыт подпитывал зарождающийся огонёк своим дыханием, распаляя его до костра.
- Я вот что думаю, - вымолвил он, утирая глаза от кусающегося сизого дыма – Они прекрасно знают о мелководье и буду ждать нас там. Но для того, чтобы развернуть людей в той местности потребуется много времени. Объехать лес не самое скорое дело, знаешь ли. А в чащи верхом не сунешься – себе дороже.
Кроули неустанно подбрасывал хворост в костёр. Сухие веточки быстро превращались в трещащие угли и опадали золой, становясь пищей всепожирающего пламени походного костра. Под его теплом мужчина согревал руки, продолжая делится своими наблюдениями и планами;
- У нас есть большое преимущество – мы выиграли много времени. Достаточно, чтобы проскочить до тех пор, пока мелководье не осадят наши доброжелательные товарищи. Хвороста хватит минут на сорок, не больше, так что грейся, пока есть возможность. И кстати… - неожиданно полуэльф поменялся в лице и уронил взгляд наземь, замявшись. Одарив Ирану беглым взглядом, он положил рядом с костром данный ею свёрток с парой кусков сыра и хлеба. Сняв свой плащ, он поднялся и накрыл им плечи женщины;
- Спасибо тебе. Я был не прав там, на болотах. В смысле… Тина там конечно была и очень много – я был не прав на счёт тебя. Мне следует спросить тебя как подобает, ведь мне нужно разобраться с этим недоразумением. – проводник задумчиво выглянул во тьму, якобы опасаясь, что кто-то станет свидетелем акта признания собственной неправоты – У меня нет денег или чего-либо ценного, чтобы дать взамен, но я буду очень признателен, если ты мне поможешь…
***
Очередная ночь в седле. Стук подков по коркам льда разносился на десятки километров звенящей тишины. Лишь мрак и мороз стали спутниками группы всадников, спешно объезжающих мрачную чащу вокруг. Бедевир прикидывал – извилистая дорога приведёт его и новых «помощников» до места назначения через полтора часа. Каждая минута на счету. Но ускользающее сквозь пальцы время лишь усиливало мороз и непогоду – вскоре на некогда блистающей турнирной броне рыцаря сплелись узоры стужи. Сама зима расписывала на броне наёмника проекции далёких лесов, принесённых вместе с морозным ветром дыханием новой покровительницы всего сущего. Пока тело окутывал хлад, разум сковывали думы. Такие же холодные и безрадостные, как мрачные, лишенные красок пейзажи, открывающиеся взору сыну Бьёрна. Навязанная свита не была его подчинёнными, а следственно, срывать на них всю горечь сложившейся ситуации он не мог и не хотел. Зачем? То не даст авторитета железному кулаку, ведь не на горле людей виконта ему суждено сомкнуться. Помощь, оказывается, может быть вредной. На кой ляд ему сие проходимцы, или главнокомандующий, по своей сути являющийся никем иным, как первой вертихвосткой знатного владельца местных земель? Такую свиту Бедевир и Чертовке бы не пожелал – настолько он был на измене, и на то была веская причина. У них был отличный шанс поймать беглянку и охотника заодно, успевшего попортить жизнь бравому рыцарю, но что с того? Поймают, но не видать ему добычи. Виконт не за что не отдаст столь опасного преступника, какова бы не была высока сумма. Он найдёт, где продать её гораздо дороже. У господина была хватка в подобном деле.
- Она нужна мне живой. Точка. – думал он, недоверчиво оглядываясь на своих попутчиков. Пара стрелков, пара рыцарей и придворный ловчий, исполняющий обязанности псаря неслись впереди целой колонны конницы. Лишь где-то позади неспешно поспевали повозки военных инженеров и местные охотники.
Наёмнику срочно нужно что-то предпринять, и госпожа фортуна подкинула рыцарю сей шанс. На пол пути ведущие колонны приняли решение перегруппироваться, встав на кратковременную остановку. Бедевир метался из стороны в сторону в тщетных попытках предпринять что-либо, но как на зло ясный ум бравого наёмника глухо молчал.
- Всё в порядке, сэр? – обратил внимание на поведение Бедевира придворный ловчий, беззаботно рассиживаясь на колесе крытой телеги. Рядом с ним виляла хвостом собака – не мастиф и не гончая, а с виду обыкновенная безродная дворняга, взъерошенная и тощая, как и её хозяин. Последний привязал дворняжку шлейкой поводка к колесу;
- Вы прямо сам не свой. Не волнуйтесь, мы эту бабу тотчас поймаем, вот увидите! Куда её, кстати? На плаху аль на виселицу? – худощавый мужчина хрипло засмеялся, вызывая у наёмника отвращение.
- Не твоё собачье дело… - едва слышно прошипел рыцарь, отвернувшись от наглого посягателя на покой его дум. Устремив взор к сгущающимся теням чащи, он будто пытался пронзить взглядом тьму, кружащиеся в воздухе хлопья снега и заросли голых деревьев, как рыцарским копьём. Они где-то там, рядом, он чувствовал, но не мог ничего поделать…
- Ты в предвкушении? – рыцарь вздрогнул. Обернувшись, он заметил на латном наплечнике изящную руку Лии. Её касание было столь пронзительно тёплым, что мужчина почувствовал, как некая энергия просочилась сквозь толщу брони и ткань стёганки;
- Лия?! – удивлённо отпрянул он, лишая себя женского касания. На стальной пластине наплечника остался след её длани, растопившей морозные узоры стужи. Несколько капель влаги скатились по блестящей поверхности стали и упали наземь. Охотник, который держал на привязи дворнягу, и вовсе вскочил, оправившись как по струнке. Рыцарь точно помнил, что «главнокомандующий» остался во владениях виконта;
- Думал, что я отпущу тебя одного на это дело? – на её лице скривилась ухмылка. Не тая смеха, женщина протянула рыцарю кружку с горячей ароматной настойкой из трав.
- Что это? – принимая гостинец, Бедевир покривился, принюхавшись. Запах трав был слишком резким, буквально бьющим в ноздри. Любой благой посыл для наёмника становился ящиком с двойным дном, посему к напитку он отнёсся с опаской.
- Это травяной отвар, не более, сын Бьёрна. Мята и шалфей. Согрей себя сам, хорошо? Мы вскоре двинемся дальше к мелководью.
То было насмешкой! По крайней мере, господин голубых кровей воспринял сию фразу как таковую… Сжав стальные кулаки, он выругался и выплеснул напиток прочь, метнув деревянную кружку себе под ноги.
- Сука! – выругался он, не тая своих эмоций. Всё, что могло пойти не по плану сейчас играло как по нотам, и эта мелодия отнюдь не была музыкой для ушей наёмника. Охотник, что был напротив, и вовсе решил отойти от греха подальше. Уж он то знал – знатные чины отнюдь не милосердны в гневе. И лишь дворняга собрала в себе всё спокойствие, принюхиваясь к лужице разлитого травяного отвара. Лизнув бурое пятнышко со снежного ковра, пёс на какое-то мгновение замер, а после и вовсе принялся вырываться из ошейника, рыча и лая в сторону леса. Бедевир отвлёкся от гневной брани на пса, взглянул на пятно, осмотрел, как тает снег под выплеснутым напиток вместе с листочками пряных трав...
https://docs.google.com/uc?id=1ZzmbfU2RSneMZY0Oy0Pdf7EHmeammKMf
...Как вдруг его будто разразило молнией, и всё стало ясно в один прекрасный момент. Фортуна даровала ему неимоверно дорогой шанс. Не мешкая ни мгновения, рыцарь выхватил клинок и обрубил поводок. Пёс с оголтелым лаем ринулся в сторону леса, а Бедевир, хватаясь за последнюю соломинку шанса, забрался в седло и понесся вслед за дворнягой, понимая, чей аромат поймало собачее обоняние.
- Взять его! За ним! – била в набат Лия, поднимая на уши всех своих всадников. Вскоре за беглым дворянином неслась целая свора рыцарей Виконта, свистели стрелы. Бедевир был искусным всадником, а турнирные латы, что он носил постоянно, были неким доказательством его мастерства. Несмотря на пронизывающий, свистящий ветер и мелькающие стволы деревьев, господин маневрировал и не отставал от поймавшего след пса. Стук копыт позади вскоре утих, а крики и проклятия сдул гонец Аквилона. Теперь на белом полотне хрустального леса остались две фигуры – отчаянный всадник и ринувшийся за добычей пёс. 
Езда по ветру вывела всадника на плато, усыпанное редкими деревьями. Застилающее снегом забрало рыцаря обманчиво рисовало пред ним столь желанные силуэты беглецов, но в какой-то момент они перестали быть просто оптической иллюзией. Бедевир знал, что как бы далеко не зашли дела, рано или поздно рыцарь может полагаться только на себя, свои навыки, крепкую броню, быстрого коня и острое копьё. Беглецы были застигнуты врасплох – охотник и Чертовка услышали гул гремящих доспехов и стук копыт задолго до появления силуэта скакуна в витающих морозных крошках. Копьё рыцаря было направленно на следопыта, явно готовящемуся к выстрелу из лука, а разъяренный погоней пёс отчаянно продолжал охотится за ароматом мятного масла…
Отредактировано Малрик Ван Кроули (11-12-2020 13:59:48)
Могло случиться всё что угодно, а вышло именно то, что вышло.
Ситуация, окутанная облаком непонимания, нависла над беглецами. Похоже, неуютно чувствовали себя оба. Чертовка, знающая цену усилиям и пониманию, вдруг, по-другому взглянула на мужчину, которого без его воли сделала своим сообщником. А ведь могла бы поступить совсем иначе.
Пользоваться другими было у неё в крови. Так было с друзьями, с союзниками и с мужчинами, что жаждали её тела и души. Хотя есть ли там душа, в том самом, желанном многими теле? Теперь, когда холодный ветер особенно безжалостно хлестал по лицу, казалось, что есть. Сомнения, стыд за собственные поступки, спектр эмоций настолько огромен, что Теневая с каждой минутой обречённой недосказанности всё сильнее убеждалась в неправоте своей несдержанности. Кроули ничего ей не сделал, даже наоборот, хотел он того или нет, помог ей с самого начала, ещё тогда, когда она сидела в ящике в ожидании собственной участи. Судьба играла с ней, но с его появлением она словно сделала два шага назад, предложила отыграться. И что же? Вышло?
Чертовка прятала собственный взгляд, полный недоумения. Она думала, что мужчина будет злиться, кричать, так делали все, кому довелось грозить расправой, но здесь.. Сделав несколько шагов вперёд Александра пыталась понять, что же только что произошло и почему вместе с горечью поражения она ощущает невероятный подъём. Странное двойственное чувство душило её до тех самых пор, пока попутчик не окликнул её. Мужская ладонь легла на плечо и Теневая действительно обернулась, несмотря на то, что все инстинкты предлагали поступить совсем по-другому. Молчание ударило её очередным порывом ветра, и россыпью колких снежинок. Усмешка тронула девичьи уста.
- Передумал…
Пронеслось в голове. Внутренний голос недовольно цыкнул.
- Не знаю, как ты это сделала, но эффект просто поразительный. Так что, как будешь исполнять? Или держать слово в этот раз совсем не по тебе?
Вопросов масса и Александра задавала их по кругу, но ответа так и не находила. Она могла сказать мужчине всё что угодно, от этого зависел успех побега. Могла просто ляпнуть, и забыть сразу же, как только они разойдутся на перекрёстке жизненного пути. Однако в этот раз обещание было дано не мужчине, а самой себе. И ведь действительно придётся вытаскивать его из тех передряг, в которые он угодил хотя бы в благодарность за предложенную помощь.
Он шёл впереди, а она плелась за ним, аккуратно ступая по промёрзшей, но всё ещё опасной болотистой почве. Шажки не такие уж и большие, остановок много. Провожатый то и дело притормаживал, подбирая ветки. Лексе было не понять. Лес для неё враг, здесь она не протянула бы больше двух дней. Выстроенная череда деревьев, занесённые снегом тропы и мороз не могли быть её союзниками, только врагами. Не видела она во тьме ночной не романтики, не красоты. Не могла оценить должным образом паутинки сложенных в узор морозных кристаллов поверх выглядывающей из-под снега травы. Чистый, прозрачный, почти невесомый воздух, который она вдыхала полной грудью, тоже не мог быть воспринят как нечто волшебное. И только бледный оттенок лунного света, проходящий сквозь чёрные ветви деревьев, мог быть чем-то ценным сейчас.
Очередная остановка выдалась похожей на все предыдущие и не похожей не на что. Задумчивость и поток мыслей Алексы разрушил мужской голос, обращающийся к ней. Он упоминал о рассвете, а она кивала, вновь возвращаясь к построению очередного плана побега, на этот раз его. А охотник всё говорил, думал, рассуждал, даже не подозревая о том, что Лекса уже доверилась его чутью и знаниям. Шаг за шагом они пробирались сквозь болото, долго, муторно, а главное опасно, одно невыверенное движение и можно остаться здесь на веки.
- Как ты относишься к магии? М?
Неожиданно даже для себя спросила Александра. Она смотрела прямиком в спину охотника и ждала ответа до тех самых пор, пока под задубевшими сапогами не послышался шелест мелких камушков. Чертовка знала, на Альмарене есть такие места, где люди, да и не люди игнорируют законы природы, презирают магию, как явление, а кое-где даже боятся любого из её проявлений. Знания и умения Бедевира Теневая прочувствовала на свой шкуре сполна, теперь ей хотелось всё же сбросить это преследование раз и навсегда. Козырь в рукаве в виде иллюзорного плетения и чёрного, как ночь карающего шара прожигал до самых глубин сознания. Она устала бежать, нужно отдохнуть и осмотреться, быть может, чужая погибель сможет дать шанс?
- Ты не убийца, а он как ты… Помнишь?
Попутно думалось ей. Ведь, в принципе, Бедевир и впрямь как она. Ему платят, а он несёт чужую голову. Ему платят снова и вот уже живая мишень в подземелье заказчика.
Смену декораций Чертовка приняла с облегчением, намного приятнее, когда под ногами камень, а не топкое, коварное болото, покрытое льдом. Оглядевшись по сторонам, она вновь следовала по пятам за охотником, не сразу обращая внимание на охапку хвороста у него подмышкой. Тень удивления скользнула по её лицу. Последние полчаса она даже не смотрела на него, просто выпала из этой реальности и погрузилась в ту, где правит лицемерие, золото и знания о других. Пещера была хорошей идеей, им явно повезло наткнуться на неё, хотя, может и не повезло, может он специально вёл к ней? Чертовка зашла в подобие укрытия и тут же поёжилась. Да, здесь не было колкого снега или коварного ветра, способного посчитать её рёбра, но здесь было другое… Неизвестность! Подобие трёх стен перекрывало обзор для преследователей, но и они с охотником ничего не видели. Лекса повернула голову к провожатому и уже хотела что-то сказать, но тот опередил её. На ветках уже плясали маленькие, неокрепшие язычки пламени, когда он начал рассуждать о времени, что у них есть. Алекса кивнула, вздыхая. На лице у неё была непроницаемая маска озабоченности, несмотря на слова мужчины. Девушка подставила ладони к огню и перевела взгляд на приближающегося к ней мужчину. Свёрток с остатками еды был опущен рядом с очагом тепла, а сам он сбрасывал с плеч плащ к великому удивлению Чертовки.
- Что он делает, дурак…
Недовольно буркнул внутренний голос как раз в тот самый момент, когда чужая вещица легла на её плечи. Девушка удивлённо глянула на мужчину, придерживая за краешки тонкой материи. Плащ был настолько невесомым и тёплым, что Теневая сразу распознала в нём как минимум чары, как максимум магическую вещь. Взгляд её требовательно проехался по мужскому стану сначала снизу вверх, до синевы глаз, а потом обратно, до самых мысков сапог. Сковывающие словно в тиски слова заставили её опешить. Пальцы бесстыдно соскользнули с краешка плаща, и тот повис на одном женском плече, подхваченный только в последнее мгновение. Лекса стянула с плеч творение магии и протянула обратно мужчине. Она почему-то подумала о том, что понимает его. Все эти слова и оттенки заботы, всё так скомкано воедино. Хочется думать, что он это специально, что каждый может хвататься за соломинку, даже надломленную, но интуиция подсказывала совсем другое.
- Я же сказала, помогу тебе, никакие деньги не потребуются. Мне нужно будет отплатить за свое спасения и отплачу.
Голос её дрогнул, а на кончиках пальцев вдруг, ни с того ни с сего заиграли тонкие иголочки магии. Чертовка глянула в сторону выхода из импровизированного укрытия, потом снова на мужчину рядом.
- Боюсь, у нас нет и сорока минут, Малрик. Он нашёл нас!
Протянула она, наспех стягивая перчатки с ладоней, а в следующую секунду они уже были брошены в объятия огня. По импровизированному укрытию пронёсся резкий аромат жжёной кожи в объятиях мятного масла.
Ласковая, заботливая тьма тянулась к её сознанию, заставляя прикрыть глаза и окунуться в её стихию. Тёмные нити собственного заклинания незримо касались хозяйки, заставляя ту искать направление движения. Сердце бешено заколотилось, когда слуха коснулся задорный лай одинокого пса. Времени было совсем мало, но оно всё же было, им следовало распорядиться, как следует. Лекса резко соскочила с места, покидая укрытие. Снова снег и снова ветер и будто не было тепла костра рядом. Она закрыла глаза и медленно потянула темные нити на себя, наматывая те на собственные пальцы. Лицом уже стояла к звуку копыт, доносившемуся издалека тонким цокотом.
- Ах ты ж шельма, как такое вообще могло случиться?
Что ж, времени совсем нет, а посему и действовать стоит более решительно. Чертовка возвращается в укрытие и хватает охотника за руку, практически выволакивая из пещеры.
- Беги и не оглядывайся, понял меня? У нас нет четырёх часов до рассвета, уже через час нас могут схватить, причём прямо здесь.
Она выпустила его запястье из рук.
- Не удивляйся ничему, понял?
Резко фыркнула она, а после окунулась в себя, в собственный поток магии. Иллюзия опасная, не с чем несравнимая сила и сейчас, когда требовалось решительно действовать, она медленно укрывала местность вокруг двоих беглецов. Чертовка стирала с лица материального мира и груду камней и импровизированное убежище. Много ума для этого не требовалось. Ночь, тьма, и лунный свет вдруг заиграли новыми красками, а пред глазами у неё лишь чистое плато, покрытое все теми же топями и кочками, не больше.
- Пошли, теперь уже точно пора…
Оба они сорвались с места, медлить было никак нельзя. Отступление было таким стремительным, что Теневая даже не оглянулась, чтобы в последний раз насладится собственным творением. На том самом месте, где раньше груда камней вновь переходила в заледенелую землю, уже возникли де фигуры, издалека напоминающие их с провожатым. Её двойник со сложенными на груди руками и его, с готовностью стрелять в закованного бронёй всадника.
Расчёт был прост и незатейлив. Копьё, турнирная броня. У Бедевира не так много места для обзора, да и для манёвра маловато, как не крути. Столкновение должно было быть фееричным, а нападение стремительным. Но разгорячённому вояке невдомёк, что хитрость правит бал, что Лекса отодвинула двойников за каменные горки.
Бедевир был буквально одурманен, был ослеплён победой. Никогда ему не приходилось подбираться так близко к Чертовке. Каждый раз, ему казалось, что она чувствует приближение за версту, успевает скрыться, сбежать, оставить в дураках.
- Что, не ожидала? Я тебя поймаю, клянусь богом, поймаю, ты себе даже представить не можешь, на что я способен.
Вояка никогда не чувствовал себя настолько превосходно. Его не страшило ничего не топь под копытами верного коня, не ветер, сковывающий соединения в броне, не свита Лии, несущаяся ему в след. Он был слишком близко к той, за кем гонялся и упустить сей шанс значило изменить самому себе. Кто бы мог подумать, что разгорячённый наёмник несётся навстречу неопределённости и опасности, а преследующие его прислужники виконта прямо в неаккуратно тронутое копытами болото.
- Ну наконец-то, вот они, оба, стоят и ждут и дождутся.
Причитал рыцарь, разглядывая сквозь пелену идущего снега де фигурки, выставленные словно ловушка. Как жаль, что в этот раз разум не возвысился над инстинктами. Он гнал коня и тот нёсся навстречу врагам со всем присущим ему рвением. Вот только оба они не рассчитали, что под копытами уже скользит галька, лошадиный напор несёт всадника к острым, камням. Миг разделяет его и удар. Брошенное копье пролетает сквозь иллюзорного охотника и со звоном ударяется о землю. Бедевир в тот же миг тянет поводья на себя, желая притормозить коня, но уже поздно. В глазах мужчины промелькнул ужас, в сопровождении слов Лии, сказанных там, у карты…
- Не верь глазам своим… Её иллюзии слишком натуральны.
Удар об каменную груду принял на себя сначала конь, оглушительный шум, грохот, булыжники буквально взмыли в воздух. Всадник был выброшен из седла. Наёмник сделал переворот в воздухе, прежде чем долетел до порога пещеры, в которой некогда скрывались двое беглецов. Град камней завершил начатое разрушение. Словно каратели они ударялись об неустойчивую конструкцию, сначала лишая сознания, придавливая бывшего всадника, а потом и вовсе скрывая его от взглядов.
Вот она, цена спешки, а может плата за собственную самоуверенность?
Остальная свита во главе Лии разделилась надвое. Тяжёлые повозки остались в лагере вместе с мастерами, искусно расставляющими сети и умельцами, способными отколупывать промёрзшую землю. Волшебнице было не понять, отчего Бедевир так торопился схватить Чертовку. В её глазах успех охоты был уже предрешён, но разве она знала Теневую так хорошо, как знал наёмник?
Вторая же часть отряда последовала за третьим беглецом, который в несколько мгновений превратился из нападавшего в преступника. Погоня замедлилась, несмотря на быстрых коней и рвение, приказ. Природа, будто сама встала на защиту беглецов. Из пятёрки служивых охранников Лии до груды камней, укрытых иллюзией добрались лишь двое. Первой жертвой собственной неосмотрительности стал тот, что вёл вперёд весь отряд. Луна всего на несколько минут скрылась за облаками, но даже этого времени было достаточно для того, чтобы всадник вывалился из седла, повстречавшись с веткой массивного дуба. Удар был не таким сильным, но под боком оказался старый, проржавевший капкан. И надо же было ему именно сейчас сомкнуть свои клыки, на предплечье бравого вояки…
Лунный свет вновь озарил лесных хранителей, выстроенных в хаотичном порядке, деревья поредели, а под копытами лошадей то и дело слышался треск корки льда, наросшей над болотной тиной. Охотник был прав, слишком опасно в этих местах для тех, кто ничего не знает. Конь второго из пятёрки встал, как вкопанный у самой кромки одной из кочек. Всадник прислушался к животине, единственный из всех, кто смог понять и осознать всю сложность ситуации.
- Здесь нельзя верхом!
Крикнул он остальным, но те лишь посмеялись. Они ещё не успели скрыться из виду, как одна из лошадей истошно взвизгнула и в миг провалилась по самый круп в тягучую, засасывающую тину.
- Может поможете?
Раздался голос, но вокруг уже гулял лишь ветер…
- Что думаешь?
Обратился один вояка к другому, покуда они стояли и смотрели, как испускает дух конь самого Бедевира. Никто из них не спешился, не глянул на животное вблизи. Никто не сумел взять грех на душу, а заодно и дать шанс беглому рыцарю на спасение.
- Думаю что надо возвращаться и держать язык за зубами. Я не готов сгинуть так же…
В глазах раненого коня Бедевира мелькнул последний отблеск лунного света, неестественно дёрнувшись в последний раз, он замер, оставляя на совести служивых чистое пятнышко с одной стороны и тёмное с другой.
- Я знаю дорогу к мелководью отсюда.
Всё не унимался молодой вояка.
- Оно того не стоит. Пусть бегут. Отпрыск дома, виконт смирится. Рисковать своей шкурой по ночи не слишком благородное дело. Вернёмся в лагерь, скажем, что не нашли и будем придерживаться изначального плана.
Где-то в далеко послышался собачий лай, но оба вояки не придали ему должного значения… Вернувшись в лагерь на грани ночи и первых утренних лучей всадники рассказали о том, что видели. История была больше похожа на пьяный бред или нерасторопную ложь, но была принята как должное. Спустя некоторое время весь обоз продолжил свой путь к мелководью, даже не предполагая, что это окажется лишним…
Во мраке укрытия загорелась звезда лагерного костра. Не к добру, казалось бы, если рассуждать по логике предшествующих слов. Однако… Покачивание огня в дыхании морозного ветра, столь бледное и хрупкое, даровало тепло и свет, отдалённое ощущение ложной безопасности. Как и холодные стены валунов вокруг, как и безмятежно кружащийся снег за чертой пещеры. Меж тем от серых скал убежища гулко отлетал хруст прогорающих веток в танце пламени, а рыжие отблески его плавных движений едва-едва освещали эмоции на лицах двух разношёрстных попутчиков.
- Я же сказала, помогу тебе, никакие деньги не потребуются. Мне нужно будет отплатить за свое спасения и отплачу. – вымолвила Чертовка, стягивая со своих плеч предложенное охотником укрытие от холода. Малрика будто что-то кольнуло в бок – не то обида, не то досада. Но за что именно он и сам понять никак не мог. Хмыкнув недовольно, да так, будто сам себе делает одолжения, он потянулся за своим плащом и сжал в своей руке.
- Нужно будет отплатить, значит? – на устах явно вертелось продолжение фразы, слов для которых не нашлось, собственно, как и времени. Внезапно Ирана встрепенулась и подскочила с места, бросая в огонь собственные перчатки. Охотник отшатнулся от удивления, понимая лишь опосля, что она почувствовала приближение опасности. Опасности, которую Ван должен был избежать, но не увидел и не услышал. Не справился со своими прямыми обязанностями.
- Боюсь, у нас нет и сорока минут, Малрик. Он нашёл нас! – последний гвоздь в крышку гроба спокойствия. Женская длань вихрем подхватила запястье охотника, и они побежали прочь, не оглядываясь. Следопыт ни о чём не думал в сей страшный для него момент. Момент, знаменующий упущенную из глаз приближающуюся опасность, отдающуюся эхом в прозрачном воздухе замерзающей чащи. Наконец и оглушённый смятением слух проводника уловил звон вот-вот нагрянувшей беды, несущейся с оголтелым лаем и грохотом копыт меж голых древ и белой скатерти, укрывающей сброшенное лесом одеяние. Как ни с того, ни с сего, попутчица останавливается в нескольких метрах до безопасной границы, где ветви деревьев и кустов образуют безопасное укрытие от чужих взглядов.
- Что у неё на уме?!
- Беги и не оглядывайся, понял меня? У нас нет четырёх часов до рассвета, уже через час нас могут схватить, причём прямо здесь. – У Кроули аж шляпа на макушку съехала от удивления. Что за нонсенс? Неужели эти слова не означают, что сейчас ей нужно перестать говорить загадками и сверкать пятками на пару с ним самим?
- Не удивляйся ничему, понял? – разум отказывался понимать сокрытое и неизвестное, но острый слух охотника чувствовал неумолимую уверенность в словах попутчицы. Кроули лишь отшатнулся назад, как вдруг почувствовал нечто странное – едва уловимая, пронизывающая тело подобно морозному воздуху энергия возникла вокруг девушки, охватывая всё больший и больший радиус. Кроули чувствовал, что эпицентром сей невидимой материи является Ирана. Воздух вокруг будто потяжелел, покрылся рябью и колебаниями как потревоженная брошенным камнем водная гладь. Ван осмотрелся по сторонам и видел лишь то, как полупрозрачные фигуры камней и гальки поплыли маревом. Не удивляться в такие мгновения особенно сложно, учитывая то, что охотник доселе ничего подобного не видел и уж тем более не испытывал. На устах крутился вполне ожидаемый вопрос, но ему было не суждено стать оглашённым, вырваться с губ вместе с паром сбитого волнением дыхания.
- Я… Я понял! – продолжая медленно пятится назад выдавил он, изображая отдалённое подобие уверенности на скрытом воротом лице.
- Пошли, теперь уже точно пора… - только с этих слов Кроули начинал ощущать то, что в жизнь воплощались логичные действия. Побег сорвал с их пят морозную крошку, которая щедро окутывала лес пуховым одеялом. Бежали почти без оглядки, сквозь колючие ветви и крутые кочки. Черти буквально надирали ловчего обернутся и устремить взгляд на место, с которого им пришлось уносить ноги в безумной спешке. Кроули всегда мог похвастаться острым взором и посему всё действо открылось ему в нескольких мимолётных мгновениях. Он увидел… Себя? Там, где стоял несколько минут назад? Полученная зрительными органами информация воспринялась мозгом с отторжением, но как? Охотник заметил, что опасность в лице закованного в латы рыцаря с раскатами грома несётся на его расплывающуюся в воздухе фигуру. На мгновение даже показалось, что он оставил собственную душу на том проклятом плато, до тех пор, пока и без того нарушенную тишину леса не разразил куда более громкий звук – звук разбившейся в дребезги судьбы.
Тишина опустилась наземь вместе с тёмными перьями воронов, взмывших с соседних деревьев. Лишь где-то в дали слышался вой собаки, пытающейся когтями откопать источник мятного запаха, сожжённого в пламени костра. Всё стало ясным в одно единственное мгновение для следопыта. Вернувшийся из пят здравый смысл занял главенство на троне разума и понёс охотника вперёд – показывать попутчице единственный верный путь – путь к свободе.
***
- Мы ничего не обнаружили, госпожа. – раздосадовано отчитывался сотник, приклонив колено перед окутанной мехами женщиной. Лия редко смотрела в глаза своих подчинённых, ведь она прекрасно знала, что помимо страха, восторга и зависти в них ничего нет. Банальные и скучные картины для искушенной вниманием виконта фаворитки;
- У моего отряда есть потери – двое ратников ворвались в топи и нам не удалось их вытащить. Ещё трое не вернулись, когда остались позади, но я уверенно…
- Довольно. – прервала она рапортующего, будучи абсолютно незаинтересованной судьбой нескольких пешек из целой сотни. Нет такой игры, на поле которой остаются все фигуры, и по размышлениям придворной волшебницы партия была окончена задолго до её начала. Она поднялась с укрытой медвежьей шкурой телеги и осмотрела всех своих подчинённых, роняющих взгляды в замерзшую землю. Лишь стихии остались неумолимы перед её суровым взглядом – мороз продолжал дышать крошками льда, лагерные костры выпускали на волю догорающих светлячков, а тишина нависла над лесом как эпитафия всему организованному действию по поимке двух беглецов.
- Вам не удалось найти Бедевира, верно? – вопрос подкреплял молчание. Склонившийся сотник лишь мотнул головой, не поднимая взгляда с земли.
- Значит, он ушёл. Поймал свою добычу и скрылся. Разве это не очевидно? – воцарившееся молчание, скорее, отрицало очевидность сказанного Лией. В сердца людей закрались сомнения, а сотник наконец оторвал взгляд и направил его на своего командира. Та вальяжным жестом приказал ему встать.
- Госпожа, не сочтите за дерзость, - скомкано бубнил командир, якобы подбирая нужные слова – Но эта теория… Кхм. Не может такого быть!
- Вот как? – хитро улыбнулась волшебница – А как по мне все факты на лицо. Он нашёл то, что искал и отправился в сторону Греского Герцогства. Если я не ошибаюсь, один из ключевых мостов для переправы в ту сторону света контролировали именно его люди? Это был путь для отхода, друзья. Очень жаль, что мы додумались до этого в самый последний момент.
Все, кто находился рядом с Лией в эту морозную ночь и внимал её речам были уверенны – в её рассказе ярко пестрили нотки сарказма и лжи. Но она убеждала не себя, а своё окружение, имеющее наиболее длинный язык, который невозможно держать за зубами, так ещё и при дворе, окутанном атмосферой заговоров и лжи.
- Виконт будет недоволен. Но я уверяю, что об этом нам более не следует беспокоиться. Поручите настроение нашего могущественного хозяина мне. Собирайтесь, мы разворачиваемся обратно. И пошевеливайтесь! Я хочу всё решить до того, как по небу разольются краски рассвета…
***
Гиблые топи остались позади, наряду с самым ярым преследователем. Крепчала ночь, горели звёзды, а снег, орошающий макушки древ, продолжал безмятежно опускаться. Ветер утих и, казалось, улетел далеко ввысь, гонять изодранные острыми краями серебряного месяца тучи. Чуткий слух охотника не улавливал ничего, окромя хруста тонкого слоя снега и ледяной корки под поступью идущих к береговой линии. А лес и не стремился заканчиваться, знаменуя своё убытие расчёсанной ветрами косой голых древ. Казалось, что безмолвные жители с заскорузлой кожей, ютящиеся бок о бок друг с другом, стали чем-то постоянным и бесконечным, как струящийся меж их ветвей свет луны – бледный и холодный, как прозрачный воздух. По обязательству, обладатель треугольной шляпы прокладывал путь, а провожатая следовала за ним след в след, не оставляя цепным псам виконта дополнительных зацепок. И всё-таки кое-что в побегах она знала – была предельна аккуратна и осмотрительна, также смотрела по сторонам и оглядывалась на подозрительный шорох где-то неподалёку. Ван не волновался более за её навыки, так как видел, что попутчица прислушивается к его негласным советам.
- Не успел ответить… - разразил тишину спокойный и уверенный голос охотника, когда он остановился в очередной раз, присев на корточки. Его внимание увлекли следы странствующего по своим владениям хозяина, собирающегося сбросить свои рога по сезону;
- …Я не знаю, что это такое. Точнее знаю – читал, видел и слышал, но не умею… Не срослось. – следопыт вновь отводил взгляд со следа, поднимаясь во всю стать. Повернувшись к своему собеседнику, он долго молчал, задумавшись о чём-то своём;
- То, что ты сделала там, на плато, это ведь тоже магия, да? Я никогда ничего подобного не видел. Не знаю, что ты сделала, но это сработало.
Полуэльфу, прослывшему пребывать в безмолвии продолжительное время, явно пробило на некую беседу, что обычно являлось для последнего не свойственным. Аккуратно огибая очередное сваленное наземь дерево, он то и дело оборачивался, дабы проконтролировать, как это исполняет его попутчица. Он наблюдал за ней, ведь каждое поспешное действие, каждая мелкая ошибка могла стать роковой. Ирана же, в свою очередь, будто проецировала на себя движения охотника, тем самым даруя уверенность в её безопасности. О которой он невольно начал задумываться ещё там, в пещере с догорающим костром…
- А ведь если бы ты его не заметила, то быть беде. Спасибо. Я понял, как он нас выследил – твои перчатки пахли мятой. Дам тебе совет – старайся избавляться от вещей с резкими запахами, когда на тебя охотятся. В лесу они могут привлечь хищников. Кстати, как ты узнала, что Бедевир нас нашёл?
Безвозмездный кладезь советов по эффективному, но крайне унылому простому обывателю выживанию вновь окинул взглядом простирающиеся просторы чащи, вслушиваясь в окружение.
- А ведь я должен был услышать... – Досадно вздохнув, бастард ткнул пальцем позади Ираны – ...Ель сзади тебя, под самой шапкой. Слышишь чирикают? Это корольки. Они такие маленькие, что их практически невозможно увидеть. Но можно услышать. А там, - Ван будто стрелка часов повернулся на пол оборота и указал в противоположную от Чертовки сторону – На клёне сидит дятел. Пол полёта стрелы, не меньше. Я знаю, где и на какой ветке вокруг сидит каждая птица, но как я не заприметил этого рыцаря? Ума не приложу…
Предрасположенность к неспешной беседе явно не несла с собой общего характера, посему Ван вновь вздохнул, оправился, и устало побрёл дальше. Сколько уже часов они были на ногах, под дыханием царствующего мороза? Шесть часов? Восемь? Порой проще просчитать временной промежуток по урчащему от пустоты желудку, чем устремлять взгляд к звёздам, заведомо зная час, который становился точкой отсчёта.
- Делу время. Нужно идти дальше. До берегов осталось всего ничего, но… - Охотник вновь остановился, поворачиваясь к попутчице – Мы дойдём до рассвета. Пересекать мелководье стоит лишь по утру, а нам срочно нужно поесть и согреться. Тут неподалёку есть заброшенный рыбацкий хутор – он сгорел несколько лет назад, но там осталась пара нетронутых домиков. Когда виконт запретил местным ловить в реке рыбу сетями, люди бросили свои шалаши и уплели в деревни, на соседние хутора. Предлагаю двинуть туда.
Отредактировано Малрик Ван Кроули (16-12-2020 23:14:52)
Круговерть событий захватывала беглецов. До рассвета не так далеко, а вот идти… Идти как раз далеко, да и в у Александры уже давно онемели ладони. Без перчаток даже в лёгкий мороз не слишком комфортно, что уж говорить о той стуже, что таится перед самым рассветом, как раз тогда, когда ночь и утро бьются за право властвовать. То самое время, про которое говорят, будто нет темнее, страшнее и безумнее. Чертовка оглядывалась по сторонам не так часто, как охотник. Её мысли сейчас занимал холод и усталость. Она была не готова к таким приключениям. Одета не так уж и плохо, но всё же. Наёмник ведь так и не дал ей шанса подставить к огню заледеневшие мыски сапог в импровизированном укрытии грота. Теперь, когда вся её тьма шептала об отсутствие хвоста, а внутренний голос твердил об убийстве, Чертовка, наконец, окунулась в собственные ощущения. Холод, урчащий живот и остальные прелести двухдневного пребывания черт знает, где давали о себе знать. Но это было ещё не всё. Теневая вспомнила выражение лица охотника. Момент был очень показательным, но девушка пустила слова и мимику по ветру, оставила на потом. Вероятно вот оно, то самое мифическое потом…
- Нужно будет отплатить, значит?
В голове мелькали слова, сказанные мужским голосом, новый знакомый их не придумывал, не искал, он повторил их на ней. В сознании мелькнула искра недопонимания. Лекса оценивала интонацию, раз за разом прокручивала в голове сказанное. Вывод был не самым утешительным.
- Обидела… Расстроился… Может он думал, что вот такой герой, помогает беззащитной женщине, а ты… Не беззащитная, циничная стерва не способная принять простейшего жеста заботы? А всё почему? Чтобы не было даже намёка на привязанность? Потому что тебя рано или поздно предают все, кто занимался такой неблагодарной дребеденью? Помнишь, да? Кузнец? Мардух? Алекс? Кто дальше? Он?
Внутренний голос нашёптывал ей мысли, мелькающие одна за другой. Плащ, слова, костёр, забота… Миллион факторов оставленных на потом теперь беспощадно давил на логику вкупе с холодом, заставляющим дрожать. Охотник шёл впереди, он был спокоен и тих до каких-то ему одному понятных пор. Чертовка совсем не была готова к беседе. Но мужчина оказался настойчив. Опустившись на корточки он смотрел на землю и в тоже самое время по-детски рассуждал о тех чудесах, которые успел приметить.
- Я же сказала тебе не оборачиваться!
Произнесла она, отводя взгляд в сторону, подставляя лицо под танец снежинок, кружащихся в воздухе. И пусть смысл фразы не был таким уж позитивным, однако интонация была выбрана нейтральная. Улыбка тронула её уста, тонкая, почти незаметна, но она всё же разрушила хоть часть проблем, с которыми так резко пришлось столкнуться. Усталость давила на плечи, а мысли и вовсе клонили к земле. Наконец, на третьей фразе, Алекса всё же встретилась взглядами с охотником. Не сказать, что она смогла что-то разглядеть. Покрывало предрассветной тьмы пологом накрывало землю, удерживаясь на кронах самых высоких деревьев. Мужчина явно хотел обуздать в собственном сознании увиденное, интерес и его любознательность буквально толкала его к беседе.
- Может и хорошо?
Задумчиво ответила она на один из его вопросов, после чего выдержала мимолётную паузу и только потом добавила.
- Что не срослось? Блажь всё это, Малрик. Когда-то давно я жила без неё… Без магии, и знаешь, не могу сказать, что очень уж страдала.
Девушка вышагивала позади охотника, следовала за ним след в след, как ей казалось, хотя реальность говорила совсем о другом. С виду не слишком сильное заклинание хлестануло по ней откатом. Сложно сказать, отчего могло становиться хуже, от мороза, многочасовой гонки и спущенной с кончиков пальцев магии. Он всё говорил и говорил, а Александра всё шла и шла. Бесконечная вереница событий, бегства, проблем и их решений. Снежинки кружили перед глазами в несколько раз медленнее, чем раньше, но путь всё не заканчивался. Наконец, спустя некоторое время, Чертовка тронула плечо мужчины ладонью сжатой в кулак. Лёгкая дрожь била её уже давно, но сказать об этом попутчику она считала неправильным. И только когда стало не в моготу, она позволила себе указать на факт невозможности адекватно оценивать не то чтобы чужие, но и собственные слова и действия. Приподнимая уставший взгляд в глаза мужчине, Лекса трижды похлопала по мужскому плечу кулачком и тут же продолжила шаг.
- Там, в постоялом… Заставила их вляпаться в магию, ты просто не мог услышать, как шепчет тьма.
Тихий шёпот, словно не желая акцентировать его внимание. Никогда не знаешь, как тот или иной индивидуум отреагирует на четыре буквы сложенные в великую силу. Для кого-то это может быть радость, ибо во имя Рилдира делается множество дел. Для кого-то шок, потому как в Альмарене не так много практикующих магов, так просто на торговой площади не встретишь. А для кого-то… Лекса остановилась, выпрямила плечи, спрятала ладони под плащ.
- Тебе не страшно? Вдруг смогу превратить в жабу или вроде того?
Едко переспросила она, проходя мимо мужчины. Ей нужен отдых и тепло, нужно уже присесть и восполнить баланс тьмы и иллюзии, постоянно конфликтующих между собой.
- Хутор это хорошо…
Девушка огляделась по сторонам, Тьма внутри неё в миг взметнулась и задрожала, словно мёрзла так же, как и хозяйка.
- Не поняла…
Выпалила Теневая останавливая мужчину.
- Малрик, а хутор случайно не там?
Она указала куда-то в сторону, между двух пожухших кустов орешника. Именно оттуда она ощущала явный магический шлейф. Тьма меж тем визжала от недовольства, словно впереди, за несколькими рядами стойких столбов деревьев её ждал мощный источник светлых сил. Ждать ответа охотника наёмница не стала. Опустив голову, неожиданно для себя, девушка увидела целую вереницу следов, отсвечивающих магическими силами. Найти источник тёмного раздражителя теперь дело времени. Несколько шагов вперёд и вдруг обернулась к своему провожатому.
- Ты это видишь?
Ткнув пальцем в одно из округлых углублений, она обратилась к охотнику, абсолютно не принимая в расчёт тот факт, что на недавно выпавшем снегу не было не единого намёка на след. Чуть нахмурившись, Лекса снова запрятала продрогшие ладони под плащ. Шаг за шагом, след за следом. Она была очень далека от навыков следопытов, да и сейчас они, похоже, совсем не требовались. Мощная аура буквально манила её. Неплохо было бы предупредить провожатого об опасности, но нет, не слова, не звука. Хруст снега под мысками сапог, конечно же, был не в счёт. Спустя несколько минут следы из ровных окружностей начали преображаться, превращаясь в тонкие спирали, ещё через некоторое время аккуратные женские шажки и вовсе прекратились. Чертовка в недоумении потёрла глаза, впереди виднелся едва различимый полупрозрачный купол, больше похожий на огромный мыльный пузырь. Она была готова поклясться, это было иллюзорное плетение. Миражей посреди леса, зимой просто не могло быть, а голод был ещё не настолько силён, чтобы наделить её галлюцинациями. Лекса ещё раз потёрла глаза озябшими пальцами. Стойкая иллюзия, работа мастера. В голове тут же мелькнули слова, сказанные некогда драконом… Управление иллюзорным плетением настолько сложный навык, что воспользоваться им может далеко не каждый. Так может это он и есть? Хотя, к чему эти идиотские шуточки в предрассветный час? Что ж, видимо, пришёл час повторить все выученные в ту пору уроки.
- Ты уверена, что нам туда нужно?
Шелестел внутренний голос, однако сила мысли оказалась подвластна не ей одной.
- Да, ты уверена, что вам туда нужно?
Повторил вслух голос откуда-то со стороны. Лекса резко повернула голову к источнику звука. В нескольких шагах от беглецов стояла не по погоде одетая пожилая женщина. Вздохнув, наёмница застыла на месте, нащупывая запястье нового знакомого. Магическая аура была настолько велика, что при каждом слове воздух будто вибрировал, выбивая вместе со звуком тихий, не с чем несравнимый звон. Влияние звука было настолько велико, что девушка даже мотнула головой, зажмурившись на несколько мгновений.
- Вам нужно укрыться… Но я не уверена, что смогу пустить туда обоих. Может быть кого-то одного?
Лекса раскрыла глаза, удивлённо наблюдая за женщиной. Она была одна? Или может таких здесь целая орава? Откуда столько сил в таком хрупком тельце? Вопросов было больше, чем ответов. Но больше всего было интересно другое? А видит ли эту прекрасную, заботливую стражницу охотник?
- Пойдём…
Протянула она в сторону Малрика, не сводя взгляда с фигурки напротив. Шаги возобновились даже тогда, когда тропа из следов вдруг исчезла, а пред глазами беглецов снова выстроилась целая шеренга чёрных стволов. Казалось, иллюзия просто погасла. Что бы это ни было, но первый рубеж был пройден ими. Ряды деревьев остались позади, когда они вышли на импровизированное плато бывшего селения. Александра интуитивно выпустила из хватки мужское запястье. Холод всё ещё властвовал над её разумом, а впереди, в серебренном лунном свете уже виднелись остатки некогда процветающего хутора. Она видела перед собой как минимум одну покосившуюся, но всё ещё стоящую халупу. Соблазн бежать туда сломя голову был огромен, но она медлила. Можно и даже нужно было бы отправить первым мужчину, но и эта идея казалась ей дурной. Через кромку, отделяющую лес и плато они перешагнули практически синхронно, однако ничего не случилось. Под ногами всё так же хрустел снег, с неба, всё так же сыпались белые хлопья, со стороны, всё так же дул пронизывающий холодом ветер. А была ли иллюзия? Чертовка усмехнулась, выдохнув с нескрываемым облегчением.
- Если есть бывшая деревня, значит, и переправа должна быть.
Отрывисто произнесла она, озираясь по сторонам, прислушиваясь к доносящемуся издалека шороху быстрой воды. Поёжившись, девушка зашагала дальше по бывшему пепелищу, присыпанному свежим снегом. Вокруг никого и тьма вроде даже притаилась в самых дальних уголках души. Остановка обещала быть спокойной, несмотря на встречу с потусторонним.
- Ты веришь в духов? М?
Загадочно произнесла Чертовка, ухватываясь за ручку покосившегося домика, расположенного на самом краю, в стороне от всех остальных, похожих на горстки пепла и углей местечек, некогда расчищенных под укрытия.
История этих мест пестрила разнообразными историями. Кое-кто из коренных жителей хутора рассказывал о небывалых уловах и удаче, которая сопутствовала рыбакам именно в этой части земель. Кто-то поговаривал о том, что люди здесь настолько преданные, что после запрета виконта и пожара всё ещё ходили поклоняться родной земле и благодарить за всё то, что она дала им вместе с великой Белой. Но, самой занятной, пожалуй, была история местного юродивого. Он, якобы, делился со всеми, кто может и умеет слушать тем, как часто наблюдал в этой части леса, а именно в самом селении странные голубовато-зеленоватые следы, больше похожие на спиральки. Что вроде как видел бабушек или прабабушек, которые были захоронены далеко отсюда. Но самое странное, это необычные картинки, больше похожие на миражи. Эдакие открытые окошки в другие земли. И похоже, мол, они на огромные прямоугольнички с картинками, там люди и нелюди, животные и колышущиеся травинки на ветру, горы, моря. Всё так необычно. Вот только не каждому дано разглядеть сцены миров и земель, да что там не каждому, только один, этот самый юродивый и в состоянии увидеть и пересказать, что же там показывают незримые мастера.
И всё же женщины странное племя…
Лия, будучи довольно умной и бесконечно авторитетной в определённых кругах не могла даже и подумать о том, как её может встретить виконт. Волевое решение об отмене операции ей далось слишком легко, но за него тоже придётся отвечать, так же как и за потерянных без должной доблести его людей.
- Думаешь это смешно?
Нервно выстукивая пальцами по подлокотнику, выпалил мужчина, оголтело глядел на девушку. Лия стояла пред ним, склонив голову. Её план рухнул ещё не успев начаться. Невыполнение приказа, сплеталось воедино с ленью и откровенным безразличием. Виконт злился не на то, что девка и охотник сбежали, он был зол на собственную фаворитку.
- Не думаю…
Тоненьком голоском протянула Лия прикрываясь краешком снятого на самом пороге платья. Её расчёт был настолько прямолинеен, а посыл понятным, что даже не слишком умный виконт, любивший поразвлечься с этим миленьким, хрупким телом негодова. Это ж вон чего удумала. Зайти, раздеться, шагнуть к нему, вложить плётку в ладонь. Всё как обычно с одной стороны и совершенно необычно с другой. Мужчина всегда был жесток с ней, но любил её именно за то, как она кричит и корчится от боли, умоляет перестать после каждого хлёсткого удара… К чему ему эта покорность?
- Тебе лучше больше не попадаться мне на глаза, до утра. Там, на улице уже почти закончили виселицу. И знаешь…
Мужчина бросил плётку в лицо теперь уже бывшей фаворитки.
- Она не должна оставаться пустой! Или ты всё же предпочитаешь костёр?
Прошипел виконт, выходя из подобия тронной залы. Спустя пару минут в залу вошли трое из свиты Бедевира… До самого раннего утра из комнаты доносились мольбы о помощи. Но разве кто-то их услышит?
«Снег скроет все следы» - фраза, которую следопытам приходилось слышать или держать на устах довольно часто. Благоволила ли стихия или наоборот – суть оставалась одинаковой. Белому покрывалу подвластно укрыть даже самые яркие отпечатки тех или иных действий – морозная скатерть ложилась ровно и на кровавые сечи, и на древние руины и опалённые пожарища. Именно поэтому путникам, добравшимся до покосившихся от непогод обгорелых остатков хибарок, открылась вполне ожидаемая картина.
Когда-то давным-давно здесь были протоптаны множество тропинок, ведущие от одного домика к другому, соединяясь у самого центра поселения – каменного колодца, от которого остались лишь расколотые кусочки кирпичей. Если не властвующий вокруг снег, то беглецы смогли бы лицезреть все следы событий, которые привели процветающий и тихий уголок цивилизации к разрухе, горю и запустению.
Подвластна ли рыба, что плещется в водах соседней реки, счёту? Спросите любого рыбака что-либо подобное, и он без угрызений совести рассмеётся вам в лицо. Однако, виконт, которому птичка на хвосте принесла новости о том, что его нагло обворовывают средь белого дня, никогда не держал в руках удочку, никогда не латал прохудившуюся в очередной раз рыболовную сеть, и в целом был далёк от рыбалки настолько, что видел рыбу только на блюдах за обеденным столом в сугубо жаренном или варёном виде. Всё имеет счёт, когда это «всё» принадлежит именно тебе. И делится с простыми рыбаками правитель сия клочка земли отнюдь не собирался.
Те, кому было куда уйти, не стал рисковать собственной жизнью. Остальным же, у кого за душой не было ничего кроме халупы, погреба и снастей, остались жить на земле, которую они считали своим родным домом, тщетно надеясь на милость светлой головы мудрого и рассудительного правителя. Если бы… Теперь снежная скатерть укрыла все отголоски чужого горя от глаз проходимцев, пусть всего на один сезон. Будто самой природе было стыдно за действия тех, кто поклялся защищать слабых и страждущих, а в итоге был готов лишить семейство главы за пару жалких рыбёшек, пойманных им для прокормления детей и хранительницы очага.
Тишина здесь стояла особенная – не такая, что царит в лесных чащах. Знающий люд кличет такую «гробовой», такой, в нотках звона которой будто ещё витают отголоски прошлого. Здраво занесенные снегом покосившиеся крылечки пожарищ взирали на прибывших гостей кривыми гримасами скорби по ушедшим хозяевам, плача гуляющим сквозняком там, где уже давным-давно не было смеха детей, звуков работы, умиротворяющих потрескиваний углей в очагах, что согревали бревенчатые стены и их былых обитателей. Гуляющий по опустевшему поселению холодный ветер стал единственным полноправным владельцем этой земли, встречая пришедших кусачим порывом хладного воздуха в лицо, якобы прогоняя. После, не чающий гостей хозяин скомкался, зашуршал множеством поднятых с земли снежинок и унёсся на крыльях недовольства в один из сгоревших домиков, запирая за собой прогнившую дверь с характерным скрипом проржавевших петель.
Охотник созерцал местный пейзаж с неким прищуром, так, будто одна из множества мыслей о былом вновь попадала ему в глаза, заставляя последние высечь слезу. Натянув острый бортик головного убора почти до носа, он скрыл свой взор и осмотрелся по сторонам, дав своей спутнице знак вытянутой рукой с раскрытой ладонью – «подожди». Кое-что сильно настораживало Малрика… Например то, что Ирана нашла путь к этому месту сама, устремив взор наземь так, якобы видела на них некие следы. На зрение следопыт никогда не жаловался и даже почти в кромешной темноте тенистых чащ мог разглядеть присутствие тех или иных следов, но сейчас… Девушка вела его по девственно чистому снежному холсту. Но и на этом странности не заканчивались – спутница, явно замёрзшая и изнурённая голодом, что-то явно наблюдала помимо призрачных отпечатков на абсолютно ровном снежном одеяле. Она то и дело всматривалась по сторонам, задерживала свой взгляд столь сосредоточенно и внимательно… Но когда по линии её взора следовал ловчий, то совсем ничего не замечал. Теперь ему было страшно отнюдь не за то, что Ирана, якобы, могла превратить его в жабу – теперь он боялся за неё. Мужчина не исключал, что возможно из-за голода её разум несколько помутнел, но как объяснить её чётко выверенный путь до самых границ сгоревшего хутора? Чудеса, да и только, впрочем, почти как всегда. Рисковать именно сейчас было лишено какого-либо смысла, поэтому Кроули уверенно решил, что им нужно остановится на ночлег, поесть и согреться. Даже прослывший отпетым бродягой по лесным просторам в любой из сезонов мужчина начинал ощущать неблагоприятные воздействия низких температур на своё тело.
- Верю. – уверенно ответил мужчина, внимательно озирая дома-погорельцы. Один из них выглядел более или менее целым, почти не тронутым огнём – лишь одна из четырёх бревенчатых подборок хибарки выглядела так, будто языки пламени откусили от него небольшой кусочек, оставив обугленную, тёмную рану. Подав следующий сигнал жестом, означающий «идём за мной», он продолжил делится мыслями о своей вере в потусторонние силы.
- Как же я могу не верить или отрицать существование своих предков? Они были реальными людьми и занимались своим ремеслом. Некоторые были охотниками, как я, а некоторые нет… Так или иначе, они всегда смотрят за мной, следуя за моей спиной. Я их не вижу, но это не значит, что их нет. Даже сейчас я чувствую, что будто кто-то из них за мной наблюдает…
Ван осмотрелся по сторонам. Действительно – взгляд, который он ощущал, не принадлежал Иране, но представлял из себя нечто гораздо более материальное. Охотник в силу условностей развил в себе подобный навык, и ответственно мог заявлять, что чувствует на себе чужие взгляды. Это не один раз спасало его шкуру, посему, ощущением Кроули привык доверять. Медленно подбираясь к уцелевшей халупе всё ближе и ближе, бастард начинал пристальнее вглядываться в уцелевшее строение. К его удивлению, покосившиеся на бок крыльцо, якобы, было очищенно от выпавшего недавно снега, а пусть и трухлявая, но залатанная дощечками дверь была крепко закрыта с обратной стороны.
- Переправы тоже не осталось, Ирана. Солдаты уничтожили стратегически важную точку в первую очередь. Кто-то даже говорил, что они пришли со стороны реки, а не леса. Якобы для того, чтобы поймать рыбаков с поличным…
Дёрнув дверь на себя, последняя не отворилась заперто. Вдруг острых слух охотника уловил то, что кто-то встрепенулся внутри халупы и подскочил к двери, на пол пути сменив резвый шаг на преодоление оставшегося расстояния гуськом. Скрипучие полы невольно намекали – у этого дома явно был хозяин.
- Вот тебе раз! – шепнул он тихонько, повернувшись к стоящей напротив собеседнице. Постучав по двери кулачком, он поинтересовался, есть-ли кто дома. Конечно Кроули уже осознавал, что внутри дома кто-то находится, но проверить точно не помешало бы;
- Хозяева? Есть кто дома? – в ответ лишь шелест поднятых с земли снежинок, вихрем пролетевших где-то за спиной. Лишь через несколько минут, когда Малрик от безысходности принимал очень поспешное, но вынужденное решение, отходя от двери на определённое расстояние, послышались звуки открывающегося засова. Дверь отворилась, а из-за тоненькой, приоткрытой щёлочки выглянула молодая девушка с заплетённой косой. Уставившись на незваных гостей зелёными как изумруды глазами, блестящими от кусачего морозца, она посмотрела сначала на незнакомца в причудливой шляпа, а опосля – на его спутницу с посиневшими от холода губами. Хозяйка оказалась, мягко говоря, удивлена приходу людей – в такую глушь доселе никто не забирался.
- Вы кто такие? Что вам здесь нужно? – испуганно бормотала она, бегая взглядом по странно одетым пришельцам. Малрик от неожиданности отшатнулся и спустился на одну ступеньку ниже;
- Мы держим путь в Элл-Тейн, - начинал издали Ван, явно собираясь навешать лапши девушке на уши – Пешими. Лошадей загонять в такой мороз мы не стали, но не рассчитали со временем. Пришлось срезать через лес, а провизии уже не осталось…
- Пешими? – с прищуром уставилась девушка с длинной косой на Малрика, скрестив руки на груди – И откуда вы путь держите?
- О таком, обычно, беседуют за столом… - скомкано ответил ловчий, тонко намекая на цель своего визита. Девушка скептично хмыкнула, приподняв бровку. Она уже догадывалась, что напрашивающийся за пороги гость тщетно пытается лгать.
- Это ты верно подметил, шляпа! – засмеялась она, облокотившись об дверной косяк – Так уж и быть, впущу… Но только её. Мужчинам не место в моём доме. Ты ведь охотник, не так-ли?
Покосившийся на Ирану Малрик с недоумением похлопал глазами, проглотив язык на какое-то мгновение. Дерзость обернулась адресанту обоюдоострым клинком, о который тот и порезался;
- Шляпа? – переспросил он с явным оттенком недовольства в своей речи – Что же ты мне предлагаешь, на крыльце ночевать?
- Почему на крыльце? – с неподдельным удивлением ответила девушка – Будешь ночевать как всегда – в лесу. Он тебя кормит и одевает. Что же ты за охотник, если по домам чужим шляешься? Я тут хозяйка и разных проходимцев вроде тебя не потерплю!
Удивлению Кроули не было предела! Сейчас его отчитывала какая-то живущая в глуши вертихвостка, да так, будто бы они были супружеской парой уже добрый промежуток времени. Стоило ему заготовить свою колкую остроту на устах и приподнять к небу палец, как начинающая замерзать от стужи хозяйка опередила следопыта;
- Мне холодно, понимаешь? И этой женщине тоже. Пусть остаётся до утра – я её накормлю и дам ночлег. А ты приходи поутру, охотник, и можете шагать дальше. Идёт?
Поставленный вопрос был адресован явно не охотнику. Хозяйка покосившейся халупы взглянула на Ирану и обращалась именно к ней. Более Малрик ничего не решал в данный момент.
Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Забытые » Зима слишком близко.
.
Шрифт:
#main-reply, .punbb .post-content { font-size: ${value}px; }
