«Холодный ветер пустыни треплет одеяния девушки, что идёт исполнять демонические желания»
Ксавиус в роли Екатерины Аккерман, а я в роли ГМа
«Гах Тум Сари был построен триумвиратом мастеров вдали от Лайнидора, дабы облегчить боль безумцев, исцелить их от недугов разума. С тех пор пустынные миражи усугубили положение недужных. И без того больные были схвачены и брошены в катакомбы собственной печали, собственных видений, собственных демонов. А мастера и их слуги, те, чьи руки были созданы чтобы лечить... стали истязателями душ.
Боль наполнила Гах Тум Сари. Минареты запели в ночи, свет возжёгся, лампадами заманивая в паутину боли любого, кто отчаялся найти дорогу в пустыне. Никто из них никогда уже не вернётся в этот мир. Видения увели их в чертоги сумасшествия. Если ты ищешь Равву Ат-Табари, то знай - там ты её найдёшь. Всё что осталось от былой мастерицы - найдёшь.
Вот что я могу сказать тебе, путница... о миражах, стоящих поутру над пересыпающимися хребтами бархан. О бедуинах, которые плохо спят по ночам, опасаясь слуг Гах Тум Сари. О саванах, что приходят с нестройной музыкой флейт, желая похитить твой разум»
«Ныне год то какой? Уже пять лет как Бахман сын Сухраба ходит по пустыне от вади к вади, выискивая с кого бы поживится, и пока ещё не встретил себе соперника из доблестных фарисов. И Таласкара никто не убил, пусть проклят будет этот отец шакалов, червивая голова, мешок струпьев. И фонари Гах Тум Сари сияют всё чаще на севере - саваны встречаются там на козьих тропах и в барханах, не заходи туда девка, не говори с бедуинами что идут оттуда. Ни с кем здесь дел не имей, пока мрак такой густой. Это я тебе говорю, и всё моё племя вместе со мной.
Года три спустя может кто и сыщется очистить эту краину, но пока со слов маханди будет дурной год. Так кости упали, так жар песка нам шепчет прямо в черепа. А я знал, что хорошую пору 603 годом не назовут... »
«Я видел как повторял своё имя Исхак, уже тогда говорил будто в нём что-то сидит. Мальчик ростом тебе аккурат в пояс. Сын моего брата, его отдали саванам в обмен на горсть серебра. Теперь светящиеся минареты сделали из него Аль-Маут, малаика, если ты знаешь об этом хоть что-то.
Был ещё Сахель. Его руки тряслись, он часто выходил под тень виноградных лоз к достойным людям, чтобы вновь попытаться себя сжечь. Всё после того, как он нашёл в пустыне свой чайник и начал испивать из него всё то, что было внутри. Жадно, как гули пьют кровь. Саваны забрали его, он умолял не отдавать, но старейшина отдал. Мой друг Хаким рассказал, что теперь в пустыне бродит ещё один саван, с горящим в ночи синим чайником. Где появится, куда ступит - в том племени приплод весь выпадет из чресел. Так я тебе говорю… безумные мастера сделали ужасные вещи. Богами проклятые вещи. А ведь когда-то у них были имена и они сами ими назывались.
Хасад Кхарахья - первый из мастеров. Мой прадед говорил о нём как о достойном муже, что служил господам. Его рука касалась священных камней прежде многих, таково было уважение народа к Кхарахье. А теперь его губы черны, а в глазах ничего не сыщешь. Кто знает, что творит этот безумец в катакомбах Гах Тум Сари? Это не моё дело - говорят многие. Не моё, ведь безумцы не так важны. Ведь никто из достойных не пострадал.
Ещё был Муху Адаб, он пришёл с юга, обожжённый кипящим морем и теми тварями, что в нём. Я не знаю ничего, видел лишь как подражают его маске саваны. На чеканных серебряках, что они дают - его маска.
И Рамма Ат-Табари, благородная и прекрасная как лань. Спроси любого, и они скажут, что их роду руки её были полезны. Она знала о том как подчинить воду, кровь и иные ихоры исцеляющей воле. Не было у нас лучше алхимика много столетий. Но и она ушла туда, став частью ужаса, который навеивает Гах Тум Сари… как поняли уши мои, именно её ты и ищешь, белая цапля, Ектарина Акхераман»
ГолосИ всёhttp://upforme.ru/uploads/0001/31/13/2298/487928.jpg
-
Отредактировано Гоц (20-02-2021 22:25:26)
Шрифт:
#main-reply, .punbb .post-content { font-size: ${value}px; }