>> Таверна "Бычья печенка"

Комната вышибалы оказалась и правда довольно просторной, в общем-то  ничего лившего, все самое необходимое: постель, достаточная чтобы размечтаться на ней как угодно, пара тумбочек для мелких предметов, небольшой шкаф, стол для еды с парой стульев и достаточно уютный камин. Картину довершал старенький, но весьма опрятный коврик на полу, и темные занавески на небольших окнах, где одно выходило во двор таверны, а другое открывало вид на город.
Рай считал свою комнату весьма удачной, прекрасный обзор, две стены комнаты - фундамент (комната была самой крайней, угловой), рядом ровная сточная труба, по которой можно сбежать в случае чего. Пол одним из окон располагалось стойло коня дроу, что обеспечивало легкий побег в окно сразу на круп скакуна. Плюс бесплатно, так что одни плюсы. Минусы проявлялись в холодное время года, когда в комнате зазывали ветра и было жутко холодно, ну и старые рамы сквозили так, что упаси посидеть подле низ хоть десять минут. Но это мелочи.
- Располагайся, сегодня это наш дом. Спать можешь спокойно, тут никто не тронет и обидит, я тоже постараюсь удержаться от такого соблазна. А ванну можно принять здесь же на вором этаже, не ошибешься, если заглянешь в соседнюю дверь, откуда идет пар и тепло.
Предложив такую перспективу, сам дроу занялся приготовлением комнаты для долгой ночи без сна, по крайней мере он точно будет на стаже. Ну а пока можно и немного запастись на грядущие часы, так что пока брат ушел мыться, Рай успел договориться на кухне о легком вине, чае и большой тарелке разных бутербродов. Почему-то казалось, что брат точно захочет перекусить еще чуть позже.

Комната не блистала размерами, так что приготовить ее для сна двоих неприхотливых братьев не составило труда. В целом, все что требовалось: организовать место для еды и выпивки, ну и постель разложить, а постель одна, спать придется вместе. Слава богам, нашлось еще одеяло, более теплое, так что Рай его свернул в подобие подушки для себя.
И вроде все было хорошо, но как-то очень неспокойно. Не то чтобы Рай всегда с таким подозрением относился к ощущениям, но когда в нем бушевала тревога, а рядом находился брат, то ответ был только один: что-то случилось. Или случается. И стоит лишь прикрыть глаза…

И его накрыла с головой вода. Дроу не успел ничего понять, отрывки и картинки мелькали необычно ярко и быстро, не давая сосредоточиться. Палуба. Огромная волна. Вода в лицо. Облик брата. Его накрывает. Странная невесомость и ощущение полета, падения. Он не умеет плавать, так и не научился. Он понимает, что сейчас утонет.
«Один…не собираюсь». Шум воды в ушах перекрывает слова и глушит фразу, но смысл ее понятен и без того. Дроу ощущает необычайно сильный обхват рук, сильный, но такой…нежный? И гулом сливается с водой смех.

Его вытаскивает из скомканного видения рывок, словно его кто-то за грудки встрянул. Потеряв равновесие, Райззен не удержался и упал на постель, с удивлением поняв, что видел сон стоя, наяву.
- Чертов недоучка… - выдохнул скорее удивленно, чем со злостью, - Идиот! – осознание, что вода виделась неспроста и что брат там уснул, накрыло внезапно и резко.
Он подорвался с постели, вылетая из комнаты и врываясь вихрем в банную, ошарашенно осматривая комнату, находя брата и кидаясь к нему, мешая одеваться.
- Идиот! Придурок! Ты что творишь?! Ты не мог подождать?! Спать в воде! Кто бы мог подумать...! – за шкирку он потащил брата в свою комнату, напевав на сопротивления и возмущения.
- Идем, тебе надо успокоиться. И мне тоже. Нив, принеси успокоительного! – проволок брата по коридору и на ходу бросил шедшей к ним служанке.
Последняя оценила ситуацию сразу, живо разворачиваясь и убегая за успокоительным настоем, а дроу вволок тифлинга и буквально швырнул на постель, садясь рядом и вглядываясь в его лицо. В его глазах четко читалось беспокойство и страх.

Чрезмерно довольный тон брата бесил, мало того что этот увалень напился, так еще и уснул, чуть не утоп, а теперь сидел с довольной рожей и еще и издевался! А проверять, что будет после смерти брата ой как не хотелось, мало ли что там случиться? Пожить все любят.
- Придурок ты, - досадливо протянул, осматривая критическим взглядом эту мокрую рыжую нечисть.
Но что толку распинаться перед тем, кто и так все знает? И получает удовольствие от таких ситуаций. Нет, конечно Рай и сам иногда ловил кайф от из связи, всё-таки иногда он "подсматривал" за братом в весьма пикантные моменты, а это дорогого стоило. Но и кошмары приходилось делить.

Это была одна из первых ночей после ухода Шуга из родного дома. Непривычно сильное волнение за брата накрывало с головой, сны были сбивчивыми и странными, дроу вертелся в постели постепенно намокая сильнее, шипя кошкой и судорожно сжимая в пальцах простыни. Он пробивался через череду кошмаров вперед, его туда что-то влекло. И вот его буквально выбросило на поляну. Мертвую пустошь, выжженную и вытоптанную. Лучшего места для ночного кошмара не найти. И на мили и лиги вокруг ни кустика, ни камушка, ни просвета. Только серый туман и запах пыли и гари.
Сердце бешено стучит в ребра и норовит вырваться на свободу, глаза заливает пот и руки предательски дрожат,  но лишь сильнее сжимают мечи. В голове бьется только одна мысль: "Брат, где ты, брат?"
Туман начинает клубиться, поднимаясь выше и образуя гору, постепенно приобретая более четкие формы...паука. Огромного паука, у которого вместо головы верхняя часть тела человека. Гибрид паука и человека. Темная отвратительная сущность (учитывая, что пауков Рай боялся больше смерти и шарахался от них, как черт от ладана). И тут, увидев плод воспаленного сознания в полный рост, воплощение всех своих страхов прямо перед собой, рука дроу впервые дрогнула от ужаса. Немой крик и выражение полнейшего смертельного страха отразилось на лице. Мечи с гулким звоном упали на выжженную землю.
Ужасное творение, чувствуя страх жертвы, уверенно и слишком медленно двинулось вперед, выставляя передние длинные тонкие лапы вперед, словно собираясь обнять дроу. Под животом зверя четко виднелось огромное жало, которым вот-вот пронзят тело темного эльфа. А он стоял как истукан не в силах даже пошевелиться...

Рай вздрогнул от этого воспоминания, поежившись и покрываюсь испариной. Тогда не случилось страшного, тогда он ощутил сильный удар сбоку, удар, выбивший его из сна. Он только много после осознал, что это был брат, просто нашедший его во сне и сбивший с места прежде, чем это сделал паук. Кто знает, что случилось бы, если бы не брат... Почему-то Раю казалось иногда, что погибли брат и один из таких кошмаров заберет его вскоре после смерти Шуга. И никто ему не поможет. Или один из таких кошмаров просто воплотиться наяву, ведь никто не знает пределы магии брата и силу того проклятия. Последствия могли бы непредсказуемыми.
- Я не хочу проверять, что со мной станет после твоей смерти, -мрачно буркнул себе под нос, - Как-как, никак. Работаю, ем и пью, иногда вожусь с девками или парнями. Часто тут устраиваются драки, так что и кулаками помахать удается. Иногда я просто ухожу на несколько месяцев в какие-то походы, если вдруг заглядывает караван и им нудны охранники. Это дополнительный заработок и смена обстановки. Хозяин таверны отпускает, знает, что я вернусь назад.
Дроу пожал плечами, как-то сникнув и ссутулившись, даже немного "постарев". Этот разговор его угнетал, ему давно надоело влачить жалкое существование в роли охранника, видеть одно и тоже изо дня в лень. Он скучал по предам временам, когда всегда был накал страстей, было ощущение опасности всегда за спиной. Скучал по временам, когда мечи не уставали мокнуть от крови, не уставали петь и проситься из ножен в руки. Мирная жизнь не для дроу, но выбора особо не было.
- Я здесь остался тебя ждать. Знал, что рано или поздно тебя занесет сюда, - он тяжело вздохнул, - И вот ты здесь. Сволочь!
Он больно ткнул пальцем в бок брата.
- Ууу, Рыжик!

На бормотание и недовольства брата Рай уже давно не обращал внимания, даже более того: сейчас это приносило определенного рода кайф, как будто ничего не случалось и они как в старые добрые... Ностальгия сильная штука после долгой разлуки. Он даже терпеливо снес издевку про средний род с таким видом, мол чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.
- Не волнуйся, то, что я с кем-то вожусь, не означает что я со всеми сплю. Это вообще не означает ничего конкретного, разве что в твоем извращенной умишке.
Он на время задумался, сам брат ведь тоже гулял. Наверное. Иногда. Но это Бог с ним, ведь Рай уже допустил роковую ошибку, которая могла стоить ему многого.
Ткнув брата пальцем и назвав рыжиком, что брата всегда безумно бесило, Рай невольно нарвался на его агрессию, пожалуй, и правда подзабыв, каким бывает брат даже во вроде спокойном состоянии. Да и время как-то стерло из памяти причины, по которым раньше могли начаться драки. Вернее, просто не до того сейчас было. Но брат остался прежним, а его рефлексы стали более отточенными. И вот уже расслабившийся Рай летит под напором брата на пол с постели, больно и не вполне удачно приземляясь на спину. Миг и он понимает, что что-то не так...
- Что... Твою же мать!!! - откровенный мат посыпался рекой на всех языках, какие он сумел выучить только за годы работы в таверне, - Я убью тебя собственными руками! Расчленю! Порву на кусочки! Заставлю пройти все круги всех адов что есть только!!!
Боль от удара головой разлилась медным звоном по всей черепушке,  отдаваясь глухими стонами в теле и неприятной темнотой перед глазами. Боль до слез и стона. А воздух вернее наполнятся запахом жженых волос. Шикарная длинная коса, которую дроу так ревностно растил все долгие годы своей жизни, так легко горела и тлела, поймав искры и всполохи каминного огня. И скорее голые рефлексы толкнули дроу к действиям, нежели здравый рассудок, затуманенный сейчас болью.
Один рывок направлен на брата, чтобы за рыжие патлы отодрать его от себя второй рывок на то, чтобы пере катиться и вырвать косу из огня, туша её голыми руками. Ему повезло, кожаные ремни не дали волосам вспыхнуть моментально и по всей голове, а оставили гореть только "хвостик" что оставался свободным от косы. Ну и кожа ремней попортилась. Но ярость затопила дроу, только что любившего брата до ужаса.
- Убью, - сказал как припечатал кулаком, спокойно и без лишних эмоций, только взгляд горел опасным огнем, - Беги.
В следующий миг сталь бодро звякнула, покидая ножны, удобно ложась в руку темного эльфа. Он был готов драться, но эта готовность была исключительно рефлекторный, никакого здравого смысла в ней не было, тем более никакого желания. Если в эту минуту кто-то его тронул и объяснил, что он творит хрень, то он бы успокоился. Но он видел перед глазами только лицо брата, пылавшего той же яростью.
Тело само оттолкнулось от пола, мягко пружины и бросая дроу вперед. Легкий взмах, его меч стал продолжением его руки, стремящейся дотянуться до чертова тифлинга. Воздух упруга свистнул, рассекаемый острой сталью, если бы было время присмотреться, то модно было бы увидеть воздух, белый росчерк. Но по счастью, меч Пассек только воздух, и лишь самую малость задел тифлинга, оставляя на щеке тонкую царапину и каплю крови.
Наверное, Рай продолжил бы дальше буйствовать, только ничто не проходит бесследно, и удар головой дал о себе знать: дроу пошатнулся, теряя равновесие и ощущая приступ тошноты в горле, после чего перед глазами потемнело и все, что он успел подумать "Падаю...". И рухнул на пол грудой костей и лат. 

От чего-то он снова был в том старом сне, перед лицом огромного паука-человека, собиравшегося его убить на месте. Он снова ощущал тот страх, и снова он ощутил толчок сбоку. Только в этот раз он успел заметить рыжую прядь братовых волос, успел понять, что брат его и правда спасает, вернее "спасает". Почему? Потому сто в этот раз Рай четко осознал, что он ударяется головой с силой о камень и не просто теряет сознание, а лишается жизни, обретая невероятную легкость полета. И все это благодаря именно брату и никак иначе.

Шумный вздох. Головная боль и холод камея пол спиной. Но сознание вернулось ли?

Он уже начал приходить в себя, когда его обожгла яркая вспышка боли на щеке. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто сделал ему такое одолжение и от души огрел по лицу. Но он ответил только сдавленным рыком вперемешку со стоном. Нехорошие мысли и образы того, как он будет медленно и с удовольствием расчленять брата по кусочкам - единственное, что тогда его ласкало и успокаивало. По губам даже поплыла блаженная улыбка, прежде чем её стерло разлитое вино...
С-с-сука...- выдохнул шумно, стирая влагу с лица ладонью и облизываясь почти так же, как брат, - Я тебя заживо закопаю и буду наслаждаться твоими мучениями, сидя на твоей могилке.
О да, он мог бы так сделать, если бы не отдавал себе отчета, что может сразу отправиться следом за братом, как только тот задохнуться или свернет себе шею. Но местам суждено остаться мечтами, ничего тут не поделаешь. Разве что....
Говоришь, вышибалой ли я работаю...? Ну, ты сам хотел.
Усмехнувшись злобно, он из позиции лежа замахнулся, насколько позволял пол, кулаком "ласково" проходясь по скуле брата. Почти одновременно с другой стороны, второй кулак впечатлился с силой под дых тифлинга, выбивая воздух и такую наглость из неблагодарного брата.
С новым утробным рыком, дроу пере катился на колени, прежде ревностно, хоть и бегло, осмотрев драгоценную косу, а удостоверившись, что с ней все в порядке, он уже рванул к брату, сметая его и заваливаю на спину. Придавив негодника всем своим весом, эльф перехватил тонкие запястья, вжимая в пол над головой.
- Сволочь, ты что это творишь?! Давно по Роже не получал?! - почти что пошипел.
Его почти отпустило, надо ли говорить, что ярость лучше всего приводит в чувства и придает сил? Так что злость и желание надавать по заднице новообретенному брату были сильнее каких-то там ударов головой и неприятной слабости.
- Я могу напомнить тебе как это, хочешь? - и не дожидаясь ответа раскрой ладонью "приласкать" его наотмашь по щеке, возвращая ему его же удар, только в несколько раз сильнее.

Никто никогда не может сказать точно "Что было бы, если бы я поступил иначе?", эта тайна остается покрытой тайной и мраком. И неизвестно, как мог бы развиваться вечер. Философствовать можно очень долго, только времени на это сейчас не было ни какого из двоих, валявшихся в комнате. Странная возня двух злящихся котят - вот на ВТО это было похоже. Ни драка, ни свара, а банальная возня. По крайней мере она была таковой ровно до того момента, как Рай отвесил хлесткую пощечину брату. И он уже даде начал раскаиваться, увидев невинное недоумение в глазах брата, но слава всем богам, что делать он этого не стал. И причина проста.
Легкая боль, набиравшая обороты подобно снежной лавине, потекла по рукам на все тело. Чем дальше, тем гуще краски, тем ярче ощущения, тем сильнее желание орать. От легкого покалывание за секунду до нестерпимого ощущения вгоняемых иголок везде, где можно и нельзя было дотянуться. И понимание, от недоумения до шока: неужели брат таки освоил магию и научился сносно её применять? Неужели годы жизни на поверхности научили его кривые руки быть ровнее и тверже в бою? Неужели их возня может теперь обернуться откровенной и серьезной ссорой? И насколько разумно теперь лезть с мечом против магии? Ведь брат мог освоить заклинания и сильнее, тогда меч будет бесполезной тяжестью в руках.
Но пока что Рай мог только связно орать благим матом от вспышек боли, резко отказываясь от брата в сторону и напряженно изгибаясь, корчась на полу от сводивших мышцы судорог вкупе с ножами под кожей. Нет, он никогда не был слабаком и мог вытерпеть боль и посильнее, но он слишком расслабился, слишком мягким стал за голы службы в таверне. И теперь даже такая боль приносила мучения. Едва ли не до скупых мужских слез.
Сколько он провел так извиваясь? Совет пару секунд, а может минут. И он в эти мгновения слабо слышал все сказанные слова, плохо воспринимал реальность, сосредотачиваясь на себе, замыкаясь вокруг себя. И всё же постепенно, но боль стала проходить, стала отпускать, хоть тело и продолжало содрогаться, размягчавшие мышцы отказывались собираться и противостоять судорогам, посылая дополнительные позывы.  И всё же волнами, как пришло, так и уходило это ощущение, дроу успокаивался. В голове словно набатом повторно зазвучали сказанные братом слова.
- Что... Как девка... О роже печешься..? - равно, на выдохе выплюнул эльф, скатываясь на один бок, лицом к брату, чтобы хоть через пелену, но видеть его, - А где же сумка... С краской?
Руки еще подрагивание, так предательски, от пережитого, но опираться на них дроу уже мог и он упрямо пытался заставить себя встать. Пусть лежачего не бьют, но это цивилизованные существа, а кто сказал, что Шуг к ним относился? Рай в этом вовсе не был уверен.
- Остынь, родной, ночь уже, порядочным девочкам пора спать, - с усилием подняв себя на ноги, дроу шатнулся к постели, сдергивая легкое одеяло и одним ловким движением набрасывая на брата. Через секунду после с новым усилием бросая себя в выпали следом, чтобы снова повалить его, спеленать и, желательно, заткнуть ему рот, просто чтобы он не сумел выдать очередное заклинание и разрушить мирную идиллию грядущей ночи.
Ещё бы тебя вырубить, сознание тебе не нудно, чтобы выспаться...
Руки его почувствовали тело брата, обхватывая в кольцо, стремясь удержать этот кулек в одеяле, лишая зрения, запахов и частично слуха. Дроу под тяжестью собственного веса начал падать, прямо на брата, грозя придавить того, как беспомощную слабую бабочку.

Отредактировано Райззен (13-11-2014 18:18:52)

Он ждал. Он рассчитывал. Он надеялся. Как же сопротивление? Как же возмущение? Где справедливость? Он не получил ни-че-го. Потому что брат самым наглым и банальным образом уснул!!! Вырубился, как младенец!
- Что за...? – уставился на притихший комок одеяла, - Шуг, ты жив? – на миг Рай даже перепугался, когда брат, так больно пнувший его в бедро при падении, внезапно замер и перестал подавать признаки жизни, - Шуг?
Дроу осторожно распутал одеяло там, где была голову брата, рассматривая его. Несколько недоуменных минут потребовалось ему для того, чтобы понять и убедиться: старший спит сном младенца, налакавшегося вина младенца. Бессовестно и без задних ног.
Увы, еще эпитетов подобрать Рай не сумел, не сейчас, в конце концов он устал не меньше, тоже выпил и вообще, время позднее, работа окончена, люди разошлись и спать пора. Пожав плечами, дроу сделал единственное верное, что мог: просто лег позади брата, обнимая рукой и согревая. Да и вскоре сам вырубился.

Ночь прошла спокойно, по счастью даже без снов. Рай толком и не помнил, что было, но точно знал, что брат спал крепко и не особо дрался.
Утро же началось для него гораздо веселее. Например, начать с того, что под утро ему приснился весьма пикантный сон, в котором он наслаждался уединением с кем-то весьма жарким в постели, молодым и красивым, определенно с корнями дроу, потому как Рай четко запомнил серую кожу и…рыжие волосы?! Н-да, наверное, ему показалось. Но жар, исходивший от тела, взаимное удовольствие и глубина чужого тела, чужих проникновений, собственной силы и слабости… Непередаваемые яркие ощущения.
Еще веселее стало потом, когда дроу плавно стал выплывать из своего сна. В этот момент он непроизвольно прижался к теплому телу брата, крепче обнимая за талию. Носом Рай зарылся в мягкие рыжины тифлингда, жарко выдыхая и щекоча кожу своим дыханием, сразу глубоко вдыхая такой родной и приятный запах, навевавший мысли о мечты о доме. Стоит сказать, что дроу был немножечко так возбужден (утренний стояк, тут ничего не поделать), а желая оказаться еще ближе к родному, дроу и вовсе закинул ногу на бедро брата, что все еще спал спиной к нему. И новое положение оказалось весьма выгодным: член дроу аккурат перся в задницу брата, такую упругую и привлекательную. Стояк стал увереннее и тверже, в паху сладко заныло, тело словно само намекало, что пора, уже пора получить желанную разрядку, ну хотя бы одно маленькое прикосновение! Не в силах отказать себе в своем порыве, он потерся бедрами по доступной выпуклой части тела, вжимаясь сильнее, словно бы их не разделяла гора одежды.
На выдохе выдав какой-то полу-стон, дроу во сне же с удовольствием очертил брата по груди, а после… а после он от чего-то резко проснулся и, осознав, что он делает, отшатнулся в сторону. Учитывая небольшие размеры кровати, не вмещавшей полноценно двух мужчин, Рай с грохотом свалился на пол, матерясь сразу на двух языках. Но, к своему удовольствию, прежде чем упасть Рай четко видел под сползшим одеялом подозрительный бугор промеж ног брата. Значит, тот тоже видел и хотел?
Ах, ты засранец, и не стыдно мои сны подсматривать?! – фыркнул про себя, забираясь обратно на постель, чтобы заблаговременно спеленать тифлинга снова, ведь тот наверняка начнет возмущаться и трепыхаться как проснется. Особенно если он поймет, что Рай к нему приставал. А быть кастрированным в расцвете лет никому не хочется.

Ну, конечно же, брат был предсказуем и, конечно же, он вместо благодарности там или молчаливой просьбы продолжить и повторить, просто развернулся и вмазал ему, не очень сильно, совсем не больно, но безумно обидно! Оставляя на лице выражение незаконно обиженного ребенка с немым вопросом «За что?». А второй удар заставил его, чуть ли не губы надуть, хотя от второго удара было ощутимо больнее, все же по уху то это не по челюсти, там места ой какие нежные!
Возбуждение стало уже проходить, драка, конечно, возбуждает, но совсем в ином направлении, однако брат все поправил. Рай даже подивился, мол, вот умница, сам напортачил, сам же поправил, быстро, просто, эффективно. И вот уже он снова чувствует твердость под штанами, и снова она упирается в задницу брата.
Да он прямо-таки подставляется намеренно!
Сам брат был растерян, Рай даже было подумал, что тот впервые вообще испытывает возбуждение и не знает, как с ним бороться. С одной стороны это умиляло и даже вызывало безобидный смех, с другой это было печально, ведь надо же помочь созданию в столь тяжкой ситуации! А с третьей он был братом, а с братом вроде как не комильфо.
А пока дроу размышлял над тяготами жизни, брат не терял времени и действовал, судя по всему, на чистом автопилоте, сжимая медленно и даже нежно горло эльфа, то ли лаская, то ли прибегая к депривациям («Ничего себе, братик, ну ты даешь…»), то ли пытаясь все же задушить. Впрочем, вскоре, по настойчивому давлению, Рай понял, что его таки хотят задушить.
Так даже интереснее… о, да…
Почти что тоже не соображая, что делает, эльф накрыл и крепко сжал ладонями бедра брата, заставляя силой сесть на себя, а не просто нависать, давя, прижимая теснее к своему телу. Желание нарваться,  просто желание, интерес и банальное любопытство толкали его дальше, заставляя с напором очертить узкие бедра, ногтями через ткань одежды, пытаясь оцарапать, сначала ниже по ногам, до коленей, а после резко вверх, на зад, сжимая в пальцах и от души мацая. Терять было нечего, он уже был почти придушен, медленно и сладко.
Хоть перед смертью наслаждение получу, - криво усмехнулся, хватая ртом клочки воздуха, жадно и судорожно.
Перед глазами начинало темнеть, то ли сон, то ли явь, то ли обморок, то ли смерть. Кто там разберет? Но сопротивляться он и не думал, зачем. Вечное сопротивление так надоедает, оно так банально.
По телу прокатилась первая судорога, от чего пальцы на заднице сжались сильнее, стискивая округлости, дергая на себя, вперед, невольным порывом срываясь выше на нагую спину, царапая по горячей гоже и оставляя явственные, пусть и не красные, следы. Как метка собственника, своеобразная и быстро сходящая.
Ну же, тебе же нравится это… - подумать подумал, а прошептать не смог сразу, набирая прежде больше воздуха в легкие.
Да и вместо слов он беспрепятственно вел ладонями по спине, с силой заставляя прогибаться. Словно это был баш на баш, где за допуск к одному платят другим. Возможно, так и было.
- Пусти… - просипел, - Продолжим… мирно… - в горле стало болеть, слишком сильно и четко, в том месте, где лежали пальцы брата.

Раю было почти, что все равно, что будет дальше, потому что для себя он видел только вариант мирной смерти от рук брата. Что может быть романтичнее?
Ты начинаешь повторяться…
Пытаться подраться или убить который раз за неполные сутки – это слишком. Даже в былые времена было не так часто. Но, наверное, брат просто соскучился, вот и выражает это как может. А может не самым лучшим образом, к сожалению.
Но раю было все равно. Не заметил, но почти и раскровавленного горла, так был занят попытками дышать. Он, едва хвативший глоток воздуха, как тряпичная кукла был перевернут и снова лишился воздуха.
Это даже не смешно…
Он мог предполагать многое, но что брат решиться навалиться и так откровенно…нарывающегося? Нет, дроу никогда не стал бы оспаривать тот факт, что любит жесткое обращение с собой со стороны мужчин. Но одно дело со стороны Мужчин, другое дело – брат. И, пожалуй, именно это действие подействовало на него как холодный душ. Возбуждение весьма внезапно спало, сменяясь уже привычной злостью на брата.
Теперь его перекрывало возмущение: как он мог? Как посмел требовать таких унижений? Что он вообще о себе возомнил?
С глухим рыком дроу уперся руками в постель, с силой отталкиваясь (воин он или не воин?) и просто скидывая тощего братца-мага как котенка с себя на постель, разве что тихо взвыв от боли в голове.
- Рехнулся, да? с радости я должен тебя просить?! Это ты просить будешь! И отпусти мои волосы, гад! – с силой стиснул тонкое запястье мага, впиваясь в кожу ногтями, причиняя боль, чтобы он разжал пальцы.
- Лучше уймись. Закажем завтрак и подумаем, что делать дальше, - буркнул, с силой отдирая пальцы от драгоценной шевелюры, тихо страдая, что теперь придется отмывать белый снег волос от собственной же крови.
Ну, кто, кто трогает белые волосы грязными руками?! Никаких понятий о чистоплотности нет у этого засранца!
На всякий случай, предлагая варианты действий брату, дроу немного так в ответ успел придушить несносное чудовище. А пока они возились, на шум пришла официантка, несшая завтрак братьям, но застукав братьев весьма тесных переплетениях, она благоразумно решила не вмешиваться, а просто оставить завтрак на столе.
Рай же оттолкнулся от брата, скатываясь с постели и мрачно окидывая взглядом комнату. Что-то ему подсказывало, что недолго ему тут куковать осталось. Как-никак, а появление брата не могло принести спокойствия и мира в жизнь.

Не обратив особого внимания на ощущение покалывания, просто почесав, где чесалось, обернулся к брату.
- Там есть мешок внизу, в нем пара костюмов наших, еще из дома. Захватил на случай, если найду тебя голым или сам останусь без гроша в кармане на одежку. Так что переодевайся и садись нормально завтракать.
Разложил на две тарелки ароматную кашу, еще по лепешке и налил горячий чай в кружки, плюхаясь за стол.
- Смотрю, тебе покоя не дает моя коса. Нравится? Отрастил бы себе такую же, было бы удобнее тебя держать для избиения, - тихо фыркнул, - Впрочем, это не так важно, - он задумчиво зажевал лепешку, рассматривая кашу с таким видом, словно это был враг народа, - Уверен, что ты жаждешь действий и, заботясь о любимом мне, хочешь меня куда-нибудь вытащить отсюда. Развеяться. Хочешь ведь? Хочешь, - не дожидаясь ответа, - А у меня как раз есть идея...
Не так давно ему довелось услышать тихий разговор в таверне, ставший впоследствии причиной крупной драки и его работы. А разговор шел о будущей войне. Если верить тем речам, а Рай им теперь уже верил, ибо слышал не единожды, то Хозяин Темных земель  собирал армию, чтобы выйти против шефанго. Говорившие были за такой поворот событий и собирались примкнуть к армии, но вот парочка особо одаренных слухом мужиков оказались немного на другой стороне. В итоге вся пьяная толпа разделилась на две части, решив пойти стенка на стенку. Успокаивать пришлось охране. Тогда и среди их братии пошли разговоры, мол, было бы здорово бросить эту нудную работку и пойти размяться в настоящий бой, но дальше разговоров так и не пошло, никто не решился уйти с теплого и сытного места, да и семьи у многих были. Но, кажется, один все же уйдет.
- Король Мертвецов собирает армию. Как тебе идея присоединиться к ним? Наверняка там будут маги, они поднатаскают тебя в колдовстве, хоть будешь чем-то более серьезным угрожать, а не иголочками под кожей.
Разумеется, он храбрился, хотя бы потому, что от одного воспоминания о судорогах во всем теле, ему совершенно не хотелось повторять этот опыт еще раз. Только брату знать об этом не надо было.
- Если ты готов, то мы после завтрака сразу же двинемся в путь. У меня конь есть, тебе жеребца прикупим, я знаю, где продают отличных скакунов за сущие гроши. А мне так еще и со скидкой.
Улыбнулся, вспоминая, как этот продавец-оболтус нарвался на неприятности с серьезными шишками, а потом плакался в таверне, как жизнь несправедлива. Ну а Рай просто предложил себя в качестве недостающей справедливости. Взамен он попросил немного, всего лишь выручить при случае, а теперь случай настал, и пришло время вернуть должок.
- Ну, так что? – реакция на предложение оказалась более чем положительной, так что терять времени не было смысла, - Ешь пока, одевайся. Я буду ждать через полчаса внизу.
Сам же дроу поднялся, уходя из комнаты. Ему стоило предупредить хозяина и получить свое жалование, а этих денег должно было хватить с лихвой на пару месяцев жизни (вот что значит впахивать каждый день с утра до ночи).
Уже после посещения хозяина эльф наведался к должнику, забирая почти, что за бесценок потрясающего крепкого коня, ну и корма лошадям заодно. А вот за упряжь и седло пришлось заплатить, впрочем, тоже не очень много, Рай просто напомнил о размере долга и спасенной заднице мужчины в прямом смысле слова.
Как и обещал, через полчаса, дроу уже ждал брата у выхода из таверны, удерживая двух рвущихся коней и нетерпеливо поглядывая на дверь.
- Ну, наконец-то! – фыркнул, завидев брата, - Поехали уже, вскочив на коня, Рай пришпорил того, резко срываясь с места, прочь от надоевшего заведения и прочь из унылого города.

>>Мертвый лес

Отредактировано Райззен (24-11-2014 16:36:21)