Утрений туман бодрил и, казалось, щекотал кожу на щеках. Воздух был тяжёлым, но Вергилий не дышал уже давно. Ходят слухи, что на лицах «не мёртвых», в тёплых помещениях или при определённых температурах воздуха и погодных условиях, способен оседать конденсат и что это их якобы выдаёт. Забавная теория, но она имеет некоторые основания, поскольку в некоторых уголках Альмарена туман настолько плотный, а разница в температурах так высока, что даже обычный человек способен промокнуть до нитки, ведь туман – это насыщенный водяной пар и вероятно ему проще прилипнуть к тёплой, горячей крови, чем к холодному, как мрамор, телу. Во всяком случае, Вергилий не знал всего наверняка. Всё, что ему хорошо известно о туманах, так это то, что туманы ограничивают видимость и могут послужить удобной завесой, дабы скрыть хищника от жертвы. В первую очередь он хорошо это знал потому, что сам нередко пользовался услугами тумана, особенно в сельской местности, где у случайного путника не будет шанса, чтобы скрыться или позвать помощь – помощь всё равно не успеет откликнуться, не говоря уже, чтобы найти попавшего в беду человека – вампир настигнет его.
Вергилий следовал вдоль лесной опушки по старой, но вполне себе ходовой дороге. Её можно было, в каком-то смысле, назвать большаком, учитывая то, сколько вампир повстречал по пути путников. И что самое забавное, он за всю неделю не то, что не тронул их, даже не посмотрел в сторону мимо проходящих торговцев и путешественников. Дорога не была мощённой и такой же хорошей, как дороги западных государств, да ещё и разбухшей в общей грязевой каше от постоянных осенних дождей. Тем не менее, Вергилий весьма легко, словно не ощущая неудобств, двигался по ней, то и дело, изредка, оглядываясь по сторонам и по какой-то, никому неведомой, причине в сторону леса. Если присмотреться, то можно было бы заметить, как в некоторых местах, вампир даже не касался ступнями земли. Его сапоги останавливали своё движение в сантиметре от земли, но кто мог обратить на это внимание? Путники? О нет, им не до того. Плохая, холодная погода изматывала их, снижая бдительность, да и они и без того обходили мрачного незнакомца за десять метров, поскольку тот вызывал у них уже панический страх от своей нечеловеческой походки – Вергилий словно медленно плыл, а не шёл, как морок, как сам туман и это зрелище мог выдержать не каждый смертный. Путники, приблизившись, сразу же ускоряли свой ход в стремлении поскорее удалиться от таинственного незнакомца – их можно понять.
Путь до первой придорожной забегаловки занял почти день. Уже наступали сумерки, когда вампир приблизился к парадной двери постоялого двора. Но входить он не спешил… или не собирался? Ах да, это ведь частный дом и без приглашения нельзя? Не беда.
Вергилий развернулся и направился к конюшням, но по какой-то причине резко замер, не окончив свой путь. Он почувствовал пьянящий аромат крови, настолько ему знакомый, что не вызвал у него никакой реакции, как могло быть много-много лет тому назад.
Сначала вампир принюхивался, затем прислушивался. В доме сильно галдели пьяные мужчины и женщины, что мешало Вергилию. Хорошо. Тогда он покинул постоялый двор и направился вслед за запахом, который постепенно уводил его в лес. Ступая по сухим красным и жёлтым листьям, вампир, что необычно, не издавал никакого звука: ни хруста, ни шуршания, ни даже лёгкого шороха, словно он был призраком. В конечно итоге его ноги и вовсе оторвались от земли и теперь он летел. Не быстро, но это лишь делало его куда страшнее. Поверьте, вам будет очень жутко, когда в сумраке леса на вас медленно будет парить нечто бледное с алыми глазами в абсолютно чёрной одежде. Именно это испытывали двое мужчин, только что закончив расчленять молодую девушку – барда. Вся одежда и все вещи были в ужасном состоянии: порванные, разбросанные по округе. Только лютня аккуратно лежала рядом с высокой сосной. Мужчины явно надругались над девушкой перед тем, как совершить над ней акт убиения, дабы та не дала против них никаких показаний своим, спокойно пьянствующим, друзьям на постоялом дворе.
Вергилий не был шокирован или как-то удивлён от увиденного. Такое он видел часто, очень, о-чень много раз: поддавшиеся своим грехам люди, грабящие, насилующие и убивающие других людей – ничего не менялось, кроме места свершения насилия, методов и декораций. Таки Вергилий любил больше всего… «поглощать». Он не страдал неким чувством милосердия и с тем же успехом, будь девушка ещё жива, мог осушить барда попутно, но убивая убийц, он как бы даёт своей душе сигнал, что его грех равен греху этих бедолаг и не больше. Правда, на самом деле такая причина мелочь. Просто высасывая жизнь из преступников, Пьер получал море удовольствий от их эмоции, обрывков памяти, где они испытывали невероятные чувства при свершении насилия. Испытываемые вампиром эмоции в момент утоления жажды - не вообразить. Их сложно описать. Пожалуй, можно смело сказать, что никакой оргазм не способен переплюнуть тот экстаз, которой испытывает бессмертный упиваясь своим триумфом победившего хищника.
Убийцы были упокоены очень быстро. Они даже не успели крикнуть, поскольку попали под ментальное воздействие их убийцы. Вергилий на мгновение так увлёкся их убийством, что не заметил, как оттащил их тела почти на семьдесят шагов от того места, где напал на них. За ним тянулся багровый след, который трудно было заметить на, опавших на землю, красно-оранжевых листьях – сама осень скрывала деяния не мёртвого. Теперь он сидел на одном колене, водрузив ещё едва живое тело последнего убийцы на другое колено и продолжая выпивать его кровь из вспоротой на шее артерии.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Отредактировано Демиан де Фарси (09-03-2018 19:58:38)

Употребление бандитов в пищу не заняло много времени, пускай Вергилий и смаковал свой «завтрак» слишком томно и безразлично. Его лицо выглядело так, словно ему всё надоело и кровь больше не несла ему вкуса. На самом же деле причина крылась в другом – в «любопытном носе», который вот уже некоторое время причинял вампиру много эмоциональных неудобств. Всё дело в том, что и раньше по его пятам следовали разные существа и даже эльфы, не говоря о светлых магах и рыцарей Таллинора, желавших расправиться с тёмным созданием, но все они рано или поздно неминуемо оставляли вампира в покое, поскольку либо не имели таких сил, чтобы догнать и застать его врасплох, или же сам Вергилий был подобно тени: неуловимым, беззвучным, пугающим. Старость вампиру служила хорошим щитом не столько в возможности потягаться силами с сильнейшими мира – ему не к чему рисковать своей жизнью ради нелепой гордости –, сколько богатым опытом и умением ускользать от неприятностей. И потому любая слежка никогда не удивляла его и практически не являлась поводом для лишнего напряжения, но сейчас был другой случай.
Вергилий почувствовал, что за ним следят ещё утром, на тракте. Возможно следящему было неведомо, но демонов в некотором случае проще обмануть, чем вампиров, поскольку последние куда более привыкли жить во тьме и быть безмолвной и тихой смертью, нежели первые. И слух, и глаза, и чутьё Вергилия позволяли ему заподозрить неладное даже не вертя головой по сторонам, но впервые заподозрить, что следящий за ним из драконьего рода ему удалось только к вечеру. Тогда он сделал вид, что оглядывается на мимо проходящего путника, на самом деле намереваясь обнаружить следящего. К сожалению, следящий был весьма ловок и вампиру удалось уловить едва мелькнувший силуэт, что и навело его на подозрения. Проблема, заставившая Вергилия задуматься, была в том, что для дракона существо казалось слишком малых размеров. Не станет же следить за ним вирмлинг? Это было бы глупостью, может даже безумием. С другой стороны, драконы в юном возрасте очень любопытны из-за чего они нередко являются жертвами охотников за драконами. Старого повелителя неба сложно победить и без магии фактически невозможно, а вот вирмлинг лёгкая мишень для хорошо снаряжённого отряда.
— Ну и ну… — впервые, за неделю абсолютного молчания, что-то произнёс Вергилий. Это что-то было произнесено очень вяло, словно вампир работал несколько дней на поле без хорошей передышки.
Вергилий отпустил голову уже мёртвого человека из-за чего та упала на землю и прокатилась вниз по холму на десять шагов, пока не застряла в каком-то кустарнике. Утоляя жажду, вампир даже не обратил внимание, что случайно отгрыз человеку голову. Обычно он себе такого не позволял, но присутствие «любопытного носа» слишком сильно отвлекало его, занимало мысли, словно какой-то наркотик.
—Прекрати. — всё также устало продолжил он. — Покажись, если не трус.
Верглий выпрямился и подождал ещё немного, затем едва заметно улыбнулся и громко произнёс:
— Или тебе страшно?!
Возможно не стоило так рисковать, но опыт вампира подсказывал ему, что все разумные существа в большинстве своём очень горды и раз преследователь не испугался того, как вампир расправился с бандитами, то не исключено, что и отзовётся на призыв вампира.
Это была своеобразная игра. Нередко ей пользуются параноики, которые также твердят, что заметили наблюдателя и затем ждут – в каком-то смысле, это весьма удобно.
Вергилий также брал неизвестное существо за «шиворот», испытывая того. В крайнем случае, если вампиру надоест, он и своими силами сможет его отыскать.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Отредактировано Демиан де Фарси (10-03-2018 21:59:47)

Наблюдатель не соизволил нарушить возникшую между ним и вампиром тишину. Что ж, это было ожидаемо, но Вергилий никто не ленился в лишний раз использовать всякую уловку. Сейчас же его кое-что поразило – наблюдатель даже не дрогнул. Стоило ли этого опасаться? Кто бы то ни был – неужели он думал, что у него преимущество и вампир не сможет сбросить его с хвоста?
Вергилий хотел развернуться и используя все свои силы скрыться от глаз наблюдателя, но его остановило любопытство. В мыслях до сих пор вертелся образ дракона… молодого дракона, если вампир был прав. Храбрый вирмлинг!
— Не культурно подсматривать за личными делами людей. — уверенно и чётко произнёс вампир, осматривая окрестности.
Что ж. Раз лазутчик или кто он, не хочет себя выказывать, тогда вампир просто не оставит ему выбора. Он не знал намерений незнакомца и только потому вёл себя так осторожно и пытался вывести его на… свет? Но уже весьма темно, вот только вампиры отлично видят в темноте. Знает ли это преследователь?
— Я иду. — смело заявил Вергилий, отступая назад, во тьму, а затем… он растворился подобно мороку, словно был туманом, который витал вокруг.
Вампир укрылся в тенях, стал их частью и легко, не заметно, прыгал от тени к тени, пока в итоге не оказался в какой-то низине, где на мгновение остановился, чтобы прислушаться. И такие остановки Вергилий повторял несколько раз, пока в конце концов, прочёсывая окрестности, где по его предположению мог скрываться наблюдатель, не услышал биение сердца. О, этот прекрасный звук, который вампиры слышат чаще, чем скрипач игру своей скрипки.
Вампир вышел из тени, чтобы резко взмыть вверх, а потом резко опуститься на землю в десяти шагах от… да… от вирмлинга. Он был прав и удивлён. В его глазах не было ни злобы, не любопытства, а только очередное «всего лишь».  Он явно ожидал увидеть не молодого дракона.
— Зачем тебе, юному созданию, забираться так далеко, рискуя своей жизнью, чтобы узнать меня?
Вампир всё понимал. Он понимал, что вирмлинг просто оказался слишком любопытным. Иногда он встречал таких в других лесах, но все были мертвы – убиты бандитами или охотниками за драконьей чешуёй. Всем известно, что драконы чаще всего гибнут в юном возрасте, когда вот так прогуливаются по землям давно принадлежащим людям. Но нет – все драконы считают, что их земля принадлежит только им.
— Уходи, — как можно мягче произнёс вампир, махнув рукой. — Уходи домой. Тебе тут не место.
Вергилий развернулся, временно не спуская с дракона глаз, и направился к месту преступления. У него было одно неоконченное дело.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Вергилию не оставалось ничего, кроме как признать, что вирмлинг был с характером. Всё его поведение и даже походка говорили о том, что он был не опасен. Странно это: судить дракона по походке человеку, пускай и вампиру. Вергилий почему-то ощущал всё через интуицию. И даже если он ошибался, то навредить древнему вампиру столь юному существу будет нелегко. Во всяком случае, Вергилий не стал ничем отвечать на драконью наглость и просто побрёл куда хотел.
Он остановился подле одного трупа бандитского трупа, того, кого осушил первым. Голова мужчины была гладко выбрита, а подбородок почти от уха до уха покрывала густая чёрная короткая бородка. Вампир легонько пнул труп. 

— Странно. Такая падаль, а до чего сладка в нём кровь была. Вот что называется «Скрытыми достоинствами».
Голос вампира стал звучат более сверхъестественно и всё больше напоминал тихо шумящий ветер. Такой голос люди иногда называли «призрачным». В другой его вариации вампир применял долю ментализма и эдакую певучесть из-за чего его жертвы нередко становились зачарованными и сами шли в лапы к чудовищу. Известные учёные называют этот феномен «Зов Сирены», сам же Вергилий в далёкой своей молодости называл это «Я обаяшка!» и самое странное, что учёным это было весьма трудно оспорить, поскольку эти слова произносил вампир через ту самую ментальную силу. Таких странных и забавных, по мнению Вергилия, моментов в жизни вампира было предостаточно. То он выступал на турнире по рукоделию, то спорил с известными художниками, что нарисует с натуры спящего дракона (Это уже в более старые свои года). В общем, уставая от обычной жизни «пирующего во тьме», Вергилий находил себе разное развлечение. Было дело, что он имел делом с культом похоти, но он не понимал их, ведь как можно получать удовольствие от одних и тех же похабных действий в отношение партнёра, разбавляя это лишь дополнительным набором инструментов? И от того, что они принимают в себя деревянные предметы, хобот слона или голову жирафа, вампир разницы не видел. Для него это было лишь очередным оплотом гедонизма, а бесцельный гедонизм ради гедонизма, по мнению Вергилия, было бесполезной тратой времени, даже для бессмертного. Возможно причиной такого умозаключения служило то, что вампиру просто оно было ненужно.
Вергилий перешагнул через труп и направился к останкам девушки, а вернее не к ней, а к её музыкальному инструменту, одиноко лежащей у дерева лютне. Он аккуратно взял инструмент и пару раз дёрнул струны, взяв один аккорд.
— Инструмент хорош, но струны стары весьма, — задумчиво произнёс вампир. — А ты как думаешь? — ухмыльнулся он, обернувшись к дракону и вытянув вперёд руку с лютней.
Последние слова имели саркастичный смысл, ведь вирмлингу определённо всё равно. Зачем ему это знать? Ну человеческая брынчалка, ну понравилась она другому человеку, который, курва его знает, выпил кровь у двух других людей, а одному даже голову отгрыз – с кем не бывает? Наверное, так и думал незнакомый вампиру дракон. Наверняка он этого, разумеется, не знал и знать не хотел, но некоторые предположения всё равно отправились в свободное плавание по его разуму.
Вирмлинг не хотел уходить и говорить ему это было бестолку. Может напугать? Именно тогда Вергилий вспомнил первый драконий вопрос – «а где клыки?»
Вампир медленно опустил лютню, открыл широко рот, чтобы продемонстрировать вирмлингу свои клыки. Эта была забавная попытка. Несмотря на свою мрачность и хищный взгляд, Вергилий и через тысячу лет не сможет похвастаться таким набором острых зубов, какой уже имеет столь молодой дракон.
— Доволен? — с неким раздражением обратился вампир к дракону. — Уходи, пока тебя не увидели люди или закончишь свою короткую жизнь не лучше, чем этот… — вампир указал на останки мёртвой девушки — …бард.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Отредактировано Демиан де Фарси (13-03-2018 21:13:13)

Дракон не унимался и вёл себя крайне странно и непривычно для вампира. Впрочем, сама беседа с вирмлингом уже являлась чем-то необычным. Но так было бы будь Вергилий человеком, но он им уже давно не являлся и возможно это могло хоть как-то компенсировать всю странность сложившейся ситуации.
— Я иду в никуда. — кратко ответил вампир, видя, что от дракона обычным «не твоего ума дело» не отвязаться.  — Называй меня «странник».
Вергилий думал, что его встреча с странным существом всего лишь мимолётна и что расстаться вскоре им предстоит. Была ли это обычная наивность или вампир думал о побеге – трудно сказать.  Одно было ясно точно – он чувствовал усталость. Сейчас она была не очень сильной, но вскоре ему потребуется сон и будет лучше, если в его опочивальню никто из таких «крылатых чудес» не нагрянет.
— Людям не всегда нужна причина, чтобы убивать, — невозмутимо ответил вампир на странный вопрос дракона. — Но эту убили лишь из собственного эгоизма.
Слова Вергилия звучали спокойно, без какой-либо эмоциональной окраски, словно ему было безразлично, что от части так являлось.
— Журчание реки – тоже может усладой для ушей и являть собой музыку природы. — Ухмыльнулся вампир.
Вергилия легко было затронуть, если говорить с ним на языке искусства – он любил творения людей, будь то мазок на пергаменте или величественные архитектурные труды.
— Важен не столько материал, сколько звук, который извлекает он. — вампир на мгновение задумался. — Всё же для хорошего звука нужна и хорошая работа мастера... и хороший материал.
Наверное, Вергилий впервые улыбнулся за долгие недели.
Вирмлинги были слишком любопытными существами и об этом вампир забыл или, как бы стыдно это не звучало для его годков, не знал.
Поднеся свою морду к лицу вампира, дракон начал изучать клыки вампира.
- «Сейчас самое время вцепится ему в шею!» - возникло в голове Вергилия, но он лишь закрыл рот и улыбнулся.
Долгое время рацион вампира составляли только негодяи, убийцы, шарлатаны, воры, шлюхи и прочие грешные люди, но этот вирмлинг… он казался слишком чистым и невинным, чтобы его можно было так просто убить. Тем более, Вергилий был уже сыт и драконья кровь ему явно «будет лишней».
Аурелией она ему назвалась, чему он улыбнулся уже в третий раз за сегодняшнюю ночь.
Удивительный день выдался.
Сердце вампира немного успокоилось, но вот предупреждение Аурелии, что у неё есть мага, Вергилию не понравилось. Взрослый дракон не так наивен, да ещё зная, что рядом с его дочерью вампир…
— Я пахну смертью… — тихо произнёс вампир, всё же решив как-то расстаться в вирмлингом.
Он переживал, что его запах как-то отразиться на ребёнке и её мать может наказать её сполна.
— Меня зовут Пьер...— всё же бросил он одно из ненастоящих своих имён.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Отредактировано Демиан де Фарси (17-03-2018 16:40:48)

Кем бы ни была та мелкая вирмлинг, она всё наседала и наседала, да к тому же на древнего вампира. Любой мог бы посчитать, что другой вампир уже покончил бы с этим фарсом и либо сбежал, либо умертвил неуёмного дракона. Но тот, кто так посчитает, плохо знает о немёртвых и ещё меньше о старейших из них. Конечно, многие из них сходят с ума или начинают опасные эксперименты, чтобы хоть как-то скрасить своё вечное несмертие, но ещё большее число вампиров и вовсе теряет вкус к смерти. Жажда остаётся, но не остаётся удовольствия, получаемого от убийства. Кровь всё ещё вкусна, ведь этот вкус входит в комплекте с проклятием, но именно наслаждение убийством перестаёт таковым бить. И всё же, по этой же причине, что жизнь и смерть для вампира стирают свои границы и воссоединяются в нечто общее, вампиры могут обрывать жизни также легко, как пьяный человек облегчиться утром в туалете. Это говорило о том, что вирмлинг играла с огнём, что было способно пожрать её и даже не заметить этого. Тем не менее, что-то в ней привлекало внимание Вергилия. Быть может, ему нравилась её наивность и прямота. Было очень приятно, когда кто-то воспринимает тебя не как силу, стихию или зло, а так, как видит прямо здесь и сейчас. Аурелия была лишена предрассудков.
- Правда? – с ноткой иронии в голосе ответил Вергилий на замечание дракона. Она приняла его фразу «я пахну смертью» буквально.
- И чем же, по-твоему, я пахну, как не смертью? – вопрос был больше риторическим, но в нём скрывалось нечто отдалённо напоминающее «любопытство». Заинтересованный Аурелией вампир, хотел узнать, как и кем она его видит.
- Аурелия. - впервые произнёс имя дракона вампир. – Твоё любопытство похвально, но есть вещи в этом мире, в которые не следует совать свой любопытный носик. – тон вампира был весьма… добрым. Пускай его слова и звучали, как нравоучения, но ему не хотелось напугать глупое создание, что человек с кожей цвета алебастра и мягким, сверхъестественно певучим голосом мог вполне себе добиться. Конечно, голос вампира скорее привлекает, а не отталкивает, как замогильный голос какого-нибудь лича, но в том и вся суть – соблазнить, притянуть и… осушить.
- Эльфы – это хорошо. – с серьёзным видом продолжил Вергилий, на самом деле не считая, что эльфы – это хорошо. «Лесные бабочки» считали вампиров ничем иным, как сорняком, а потому с удовольствием пытались вырубить этот сорняк при удобном случае, но Аурелия, скорее, будет другом эльфов, чем врагом, а потому для неё это действительно хорошо. – Но орков, думаю, тебе стоит остерегаться. Они… - вампир коварно ухмыльнулся. - … любят сдирать кожу с молодых драконов.
Немного припугнуть глупышку не помешает.
- Чешуя драконов прочна, а потому ценится и как торговая валюта и как ресурс, материал для производства тех же доспехов или ещё чего-нибудь.
Найдя то, на что можно давить, Вергилий понадеялся, что Аурелия от него отвяжется. Хотя, какой-то толикой своей проклятой души, он надеялся, что нет. У немёртвого давно не было собеседника, пускай и такого наивного, но, тем не менее, обладающего чем-то крайне интересным.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Отредактировано Демиан де Фарси (29-06-2018 21:42:02)

— Суёшь. — поправил вампир дракона. Мышление Аурелии всё продолжало и продолжало его удивлять. Она была так наивна и совмещала в себе столько причуд, что Вергилий едва сдерживал себя, чтобы не умилиться. Несомненно, умилился бы он определённо потому, что позволил бы себе это умиление. Но об этом было трудно судить. Вампир так сильно привык вести себя естественно и просто, что уже не был уверен в том, где его настоящие эмоции, а где сарказм или притворство.
— Будет глупо думать, что родитель успеет спасти своё чадо и найти его убийцу, я полагаю. — не без иронии в голосе передразнивал Вергилий Аурелию, покачивая головой и легонько улыбаясь.
— Но, к твоему счастью, я не орк и даже не охотник за драконами. Меня это не интересует, как и то – где получить выручку за продажу крыльев и костей юного вирмлинга.
Итак, Вергилий понял, что эта беседа может затянуться надолго, а так как маленький дракон от него не отстанет, то предстоит удовлетворить её любопытство. Конечно вампир мог бы сбежать, но это невежливо, да и как-то стыдно сверкать пятками какому-то там вирмлингу. По крайней мере, так он себя тешил, а на самом деле ему просто было интересно вступить в диалог с кем-то не из рода людского – люди ему надоели.
Людей по всему миру было так много, что их даже в городе вампиров можно сыскать. Разговоры с нелюдьми, в свою очередь, были и интересными и неким разнообразием в бесконечной суете столетий. Но Вергилий не отрицал, что, в той или иной мере, желал поучить мелкую уму и разуму, проучив и дав понять, что в таком юном возрасте лучше держаться рядом с мамой или не покидать своей берлоги просто из-за чистого любопытства, чтобы затянуть в беседу незнакомого человека и уж тем более вампира.
— «Вот непоседа…» — как-то лениво прозвучало в его голове. Чтож, выбор был сделать и теперь вампир обязан это выдержать, уж не молодой уже, хоть и стариком не назовёшь, но вся старость вампира виднелась в его глазах, где отразилось всё им прожитое и пережитое за многие века.
— Я из далёких краёв, Аурелия. Ныне моей родины не существует, а то, как она называлась – я не вспомню. Но я помню, что место то было прекрасным, с широкими зелёными просторами, своими реками и речушками. Я даже помню озеро на берегу которого гулял когда-то. И легенду помню о чудовище с длинной шеей и выпирающей из воды спиной, что в том озере водилось. Сам его не видел я, но будучи мальчишкой – верил.
Вергилий задумался, умолкнув. Воспоминания о прошлом вызывали у него приятные чувства и тягость оттого, что всё это прожито и ныне лишь в прошлом.
— Таким, каким меня ты видишь, юная леди, сделал старый, очень старый друид – я так думаю, что то был друид. Когда я глядел на него, мне казалось, что предо мной сам хозяин леса, но это было не так, разумеется. Старика я повстречал в лесной глуши, а вернее на поляне посреди леса, вокруг которой возвышались огромные столбы и арки из необработанного камня или же валунов, будто их прикатили туда с далёких гор, поставили и так и оставили. В центре поляны располагался жертвенник.
Рассказывая всё это Аурелии, Вергилий не заметил, как активно замахал руками, то охая, то ахая для общего эффекта. Он активно жестикулировал, чтобы всё это изобразить и помочь воображению драконихи представить всю картину.
— Вот на том самом жертвеннике и сидел старик. Он поманил меня пальцем и я, признаю, не пылал желанием к нему идти, но что-то, некая неведомая сила захватила меня, моё тело и невольно направила к нему:
- Будь здрав, путник! – произнёс старче. Его голос был могуч, как горы и громок словно кто-то дунул в боевой горн.

— Я поприветствовал его в ответ, но как меня ошеломило то, что спустя несколько секунд угрюмого молчания, он назвал меня по имени – Верги… — вампир умолк. Он осознал, что осёкся и теперь нужно было как-то оправдаться перед Аурелией. — «Верги» - меня так раньше звали. Это позже я стал Пьером. Долгая история, но давай вернёмся к старику.
Вергилий нежно улыбнулся, как умел, а он умел, но отчасти отвык, потому это было немного… ммм… натянуто.
— Пред стариком я чувствовал себя беспомощным, тем более, что на мне была одета всего лишь красная туника и ничего при себе не было: никакого оружия, даже ножа. Не спрашивай, что я делал в лесу без оружия – я уже не вспомню. Так вот, этот старик предложил мне самое банальное, что только было можно предложить – вечную жизнь.
Закончив, Вергилий с любопытством принялся наблюдать за реакцией Аурелии. Несомненно, у неё могло родится много вопросов, например, какой ответ дал Вергилий старику или быть может что-то по родному краю.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий

Отредактировано Демиан де Фарси (26-08-2018 21:26:46)

И даже интересный рассказ о таинственном друиде и его даре нисколько не умолил интерес Аурелии. Вампир сначала удивился её вопросу, но затем вспомнил, что драконы изначально по природе своей меркантильные скупые существа или жадные. Нет, он не мерил этих магических причудливых созданий подобным образом, поскольку значительную роль в их способностях к накопительству золота сыграет и личный характер. Тем не менее общая черта всех звероящеров в вирмлинге читалась весьма чётко.
— Нет, они ничего не хотел взамен. — спокойной ответил вампир, слегка прищурившись. — Возможно тебя это удивит, юное существо, но не все в этом мире живущие склонны требовать выгоду непосредственно от того, кому что-то дают. Возможно, что их выгода заключается в другом, а возможно, что старик просто решил возложить на мои плечи сильнейшее проклятие любопытства ради. Ты более никогда не сможешь узнать это наверняка.
Вергилий был не из тех, кто верил в искренность добрых поступков каких-либо людей, как тот же дар без какой-либо задней мысли, но и не исключал такой возможности. На его глазах люди много раз что-то друг другу дарили, ничего не прося взамен, но даже если это и была искренность, где-то, в глубине своего сознания, они могли подумать, что это укрепит их отношения друг с другом. И если это так, то разве можно утверждать, что действовали они без какой-то задней мысли? Даже сейчас, завидев нагой любовь всей своей жизни добрейший парень, наверняка не будет честен перед ней полностью. По крайней мере он не будет честен перед собой определённо, ведь он возжелает её. Неужели поэтому нужна была воля? Истина и правда скрывалась не в мыслях, а в силе побороть их несмотря ни на что?
— Дальше не было ничего. — продолжал вампир, повернувшись к дракону спиной. — Я стал тем, кто я есть. Но если тебе будет от этого легче… — Вергилий сдержал паузу, поднимая взгляд на бескрайнее ночное небо, словно ожидал, что украшающие его звёзды ответят ему. — …я убил его. Пришлось.
Вампир вновь обернулся к Аурелии, глядя ей прямо в глаза. Его лицо не выражало никакой боли или сожаления – оно ничего не выражало, являя собой самый настоящий холодный алебастр. Долгие и томительные дни, что прожил Вергилий, напрочь отточили его чувства до состояния безразличия, непреступной крепости, если можно так сказать. Он улыбался, пытался поддерживать беседу с кем-нибудь, но глубоко внутри него почти ничего не осталось. Не-мёртвый осознавал, что у него более нету смысла жизнь, но по какой-то причине он не торопился закончить свою жизнь. Он не искал смерти от огня или от серебряного острия копья, но если даже с ним что-то из этого случится, он не будет опечален, как и не будет зол на своего убийцу.

http://i12.pixs.ru/storage/2/5/8/Sangvissek_5943433_29590258.png
Багровый король
Вергилий