Голос, полный гнева, всколыхнул толпу. Со всех сторон раздавались согласные крики, наперебой с которыми слышались яростные протесты, а где-то слова уже переходили в потасовки. В одно мгновение площадь была разделена на два лагеря. Стража пыталась навести порядок и разнять дерущихся, но их было меньше, а мы были злее. Недовольство проникало из одного разума в другой, заглушая глас логики и оставляя такие простые мысли.
Непринятие. Желание защитить. Защититься. Обида. Ярость. 
Кто-то швырнул в стражников камень и промахнулся. Дурной пример оказался заразительным – от нескольких камней стражникам защититься уже не удалось. Как и от огненного заклинания, запалившего эшафот, будто он был построен из спичек.
Вспышка пламени стала негласным сигналом для толпы – кто-то бросился к эшафоту спасать осуждённого мага, некоторые стражи по приказу кинулись уводить детей и женщин, кто-то в панике бежал с площади, но многие… Многие в злости принялись разрушать и сражаться.

«Если закон не защищает нас – мы сделаем это сами!»
«Они считают нас злом, не зная, что есть зло. Так пусть узнают!»
«Мы вернём наш дом силой!»

Злость и отрицание новых порядков тёмной волной захлестнули Солнечную площадь, заставляя горожан захлебнуться в своей и чужой ненависти. Мы не желали оставлять наши дома, не желали разлучаться с друзьями и семьями, не желали отдавать то, что наше по праву. Мы жили здесь годами, десятилетиями, а некоторые и веками. Никто не управлял нами, но мы громили, убивали тех, кто прежде убивал нас и поджигали дома без разбора, ломали витрины и вывески заведений, хаотично передвигаясь по площади и опухолью извергаясь на улицы. Нас становилось всё больше, мы требовали внимания, требовали, чтобы Герцог дал нам ответ. Тут и там были видны тела – обескровленные, растерзанные клыками и когтями, или просто убитые парой ударов. Вскоре, поднятые тёмными чарами некоторые из них вставали и присоединялись к озлобленной толпе, столь же жадные до чужой крови, несущие волю своих хозяев.

К слову сказать, тёмными из нас были далеко не все – среди взбунтовавшихся было достаточно полукровок, хватало и людей, из тех, что знали пойманных Герцогом не как “зло” и “тьму”, а как лучших друзей или добрых соседей. Присоединялись к восстанию и наши семьи, даже женщин нет-нет, да доводилось встретить в толпе. Трудно было представить, что те, кто жил с нами бок о бок сотни лет, кто издавна был частью Греса, должны быть изгнаны или уничтожены. И мы не понимали, почему другие противостоят нам, только потому, что над нами повисло клеймо “темные”.
Мы защищались. И мы хотели справедливости.

Хотя и не все были охвачены справедливым гневом. Многие сочли хаос и шумиху достаточными для грабежа и разбоя. Повсеместно встречались мародёры, обиравшие трупы и выносившие из торговых лавок всё мало-мальски ценное. Оголодавшая нежить, опьянённая кровью и смертью, хватала людей из тени, более не скрываясь и не обращая внимания на ясный день. Не все мы были монстрами по праву рождения… Но хватало и таких. Иных же поглощала совершенно иная тьма, которая зачастую, просто спит, вырываясь вот так - под крики толпы и шум разрушений.

В течение нескольких минут весть о беспределе на площади достигла и нищего квартала, главы которого, впрочем, давно следили за настроениями людей.

СвидетельОдин из многихhttp://sh.uploads.ru/t/RmgZb.jpg

Отредактировано Меварис (31-05-2019 15:48:45)

Волчица находилась на площади в момент казней и начало волнений. Она знала мага, которому выносился приговор, и отчасти, наверное, хотела разделить с ним последние часы. Они не были близкими друзьями или товарищами, но ей хватало того, что на её взгляд - он не был злым. Не был испорченным.
Видела она в толпе и других Ткачей, что пришли сюда имея собственные мотивы и мнение на происходящее. Возможно отличное от её, но это было неважно, пока они следовали законам герцогства и оставались верны семье.
Она вообще была удивительно лояльна к чужому мнению, но соло прозвучать первым выкрикам, как девушка тут же поняла, что происходит. В раздражении она кинулась в толпу, чтобы вывести из неё тех членов семьи, что успела заметить. С привычной наглостью проскальзывая между рядами, Фалька сумела добраться до двоих ребят, прежде, чем толпа обезумела.
Вопреки всему Алу понимала их. Всех. И внутренне была с ними согласна.
-Быстро, в Квартал. - Рявкнула волчица на подчиненных, вынуждая следовать за ней ровно противоположно накатывающей  волне. Она была намерена выяснить, что происходило дома, прежде чем принимать хоть какое-то участие в случившемся.
Но стоило компании вернуться в квартал, как Фальку выхватил один из шпионов, передавая приказ от полукровки, на что получил только согласный кивок.
Весть о начавшихся беспорядках дошла до Мартина довольно быстро, одному из первых. Агенты Ткачей хорошо знали свою работу, так что остроухий всегда получал достоверную и свежую информацию об обстановке как в нищем квартале, так и в городе в целом. Филин предполагал, что когда-нибудь начнётся нечто подобное, но не рассчитывал, что это будет так скоро и так масштабно. Сейчас он сидел за своим рабочим столом и с обеспокоенным выражением лица читал многочисленные донесения от его шпионов, которые лежали небольшой кучкой рядом с ним.
Чёрный переулок: 2 человек убиты, 11 ранены… Рабочая улица: 5 человек убиты, 13 ранено… Торговая улица: 12 человек убито, 23 ранено…Жертв среди Ткачей – 5 человек. Целых 5 человек… Я же приказал никому не вмешиваться и собраться в нашем квартале… Жаль. Надеюсь, они не разделяли взглядов толпы и смерть их была быстрой.
Прочитав очередной отчёт, Мартин невольно задумался. Каждый член большой семьи Ткачей, даже тот, которого остроухий в жизни видел лишь раз, сразу становился для полукровки родным, поэтому каждая потеря принималось им довольно болезненно.  Буквально час назад, как только поступили первые сведения о начале волнений, Филин действительно быстро мобилизовал все свои имеющиеся силы и собрал их в подконтрольном Ткачами районе. Пока что все ожидали приказа и лишь специально обученные шпионы и некоторые завербованные жители нищего квартала следили за ситуацией.   
- Тэд, быстро найди мне Фальку, пусть немедленно прибудет ко мне. Она должна  быть сейчас где-то внизу, руководить нашей мобилизацией, – не сильно отвлекаясь от своих раздумий, обратился к своему маленькому белобрысому посыльному Филин. Тот одобрительно кивнул и молнией выбежал из комнаты, оставив главу один на один со своими мыслями.
Тёмные решили нанести удар? Уж больно всё быстро и неожиданно произошло, как будто кто – то специально пролил масло на дрова, а потом лишь зажег маленькой искрой. Толпа никогда не взбунтуется без лидера, кто же сейчас решил пойти против Герцога? Или это всё же случайность? Ответ у меня только один…
Алу же вопросами не задавалась. Её просто разрывали противоречия и эмоции из-за происходящего. Но позволить эти эмоции себе волчица сейчас не могла. В квартале было шумно, многие высказывались о том, что, быть может, стоит выступить на стороне темных, ведь не мало в Ткачах было таковых, немало полукровок и именно они в определенный момент взялись позаботиться о людях Квартала. И сама девушка была согласна с ними. Не всех темных следовало гнать взашей, не всех стоило казнить. Но знала она и то, что Ткачи зависят от Герцога и обязаны раз за разом доказывать свою полезность и лояльность.
К морским дьяволам бы такую лояльность... Может следовало бы просто остаться в стороне? Герцог не пошлет за нами сам, не прибегнет к нашей помощи. Что уж там - мы не шибко радуем его своим наличием, а главное условие договора мы соблюдаем. В Квартале порядок, даже сейчас.
- Малодушная и соблазнительная мысль закралась в душу, словно кошечка, ступая мягкими лапками по самым скрытым её уголкам, но в этот самый момент плеча Фальки коснулась рука и девушка вышла из ступора, даже головой мотнув в попытке прогнать наваждение.
-Мартин просил тебя зайти. - Сказал Тэд, на что оборотень кивнула, сглатывая подступившую к горлу злость. Она не была уверена, что готова сейчас говорить с остроухим, даже при том, что они были достаточно близки, но и подрывать авторитет главы семьи отказом была не готова.
-Всем ждать дальнейших распоряжений и не расходиться! - Скомандовала девушка, быстро устремляясь в кабинет полукровки.
Мысли Филина неожиданно прервал стук в дверь. Это была Фалька, которая, не дожидаясь разрешения, в свойственной ей манере вошла в кабинет. Мартин всегда был рад видеть свою подругу и верную помощницу, поэтому он довольно ей улыбнулся, но в тот же миг его лицо стало серьёзнее. День был настолько сумасшедшим, что они увиделись только сейчас.
- Привет, Алу. Устало выглядишь. Как там дела внизу? Все собрались? – сказал полукровка, после чего встал из-за стола, подошёл к девушке и с нежностью старшего брата обнял её, дабы слегка успокоить, ведь выглядела она действительно неважно.     
Этот жест заставил волчицу глубоко вздохнуть. Она не была уставшей. Она была злой.
- Не сейчас, Мартин. - Кратко обозначила намерение держать дистанцию, подтверждая её, пусть мягким, но решительным отдалением. У девушки не было сил даже на привычную язвительность, которую она позволяла себе с мужчиной, стремясь вывести того из душевного равновесия, чего никогда не удавалось. - Наши недовольны происходящим, но я уже подавила настроения. Не все, конечно. Многих я оправила к семьям,но никто не покинет Квартал, на всех выходах я выставила посты. Внизу только способные сражаться.
Фалька выглядит подавленной. Видимо, волнения дошли и до неё.
Эх, знала бы ты, дорогая моя, как же сложно сейчас делать выбор мне…
- Молодец, это сохранит множество жизней наших братьев от необдуманных поступков. Скажи мне, что ты думаешь обо всём этом безумии? - сказал Филин, внимательно следя за реакцией девушки. Ему самому не нравилась эта ситуация. Когда артефакт заработал, полукровка предвидел такой исход событий и он всеми силами пытался его избежать, но, к сожалению, совершенно не успел подготовиться. Мартин отчасти винил себя за всё происходящее, ведь он всегда был очень требователен к себе и своим решениям.
Фалька замолчала. Она хотела сказать:
“Пойдем присоединимся к толпе, они такие же как мы, они просто хотят иметь дом! Они не должны умирать! Предложим Герцогу дать время Темным доказать свою лояльность!” 
- но это были эмоции. Эмоции, которые навредили бы всему, что они строили до сих пор, к чему шли столькими усилиями и таким количеством крови...
- Мы должны помочь подавить мятеж. - Как-то хрипло, не своим голосом сказала Фалька, будто её горло что-то сдавливало, не позволяя дышать, - Доказать преданность Гресу и Герцогу. Отдай приказ… И я всё сделаю. Семья превыше всего.
- Я знаю, что ты думаешь на самом деле, но мы должны это сделать. Даже не ради герцога, а ради людей, десятки которых уже пострадали и пострадают ещё. Мы клялись их защищать и мы их защитим! Бунт должен быть подавлен… Любой ценой... - последняя фраза далась особенно тяжело. Мартин даже прикрыл глаза и что есть мощи сжал кулаки, но после вновь принял невозмутимый вид, хотя в груди бушевала настоящая буря.
- Фалька, разбей людей на 5 отрядов. Выступайте по готовности и наведите порядок на улицах города. Всех, кто нарушает закон - под стражу, особо активных - пробовать утихомирить. Всех заводил и активистов - ликвидировать. В случае столкновения с толпой - успокоить любыми способами. Если нужна помощь - зажигайте сигнальные огни, я пришлю дополнительные отряды, - твёрдым командным голосом закончил полуэльф. Он понимал, что через силу отправляет свою подругу на задание и от этого становилась особо паршиво, но другого выбора у него не было. Остроухий лишь надеялся, что на его месте Эреб поступил бы также.         
Алу, крепись. Ты должна быть сильной… В такие моменты мы должны быть сильными… Все мы. Ради нас и нашей семьи, - мысленно обратился к выходящей из комнаты девушке Мартин, провожая её тяжёлым и обеспокоенным взглядом.

Пост написан совместно с Алу

Отредактировано Мартин (02-06-2019 21:50:01)

Кто-то будет говорить, что всему виной артефакт. Магическая игрушка разожгла ненависть в сердцах людей и их соседей. Заставила перешагнуть черту запрета и пасть во страшный грех. Чтобы смотреть в глаза своим порокам, чтоб принять правду нужна смелость. Откуда бы ей взяться у тех, кто с радостью побежал под шумок чинить расправу и забавляться временными мгновениями беззакония.
Хлоя не считала артефакт плохим. Полезным – более чем. Не он был причиной вспыхнувшего бунта на площади. Артефакт – предлог. Все, что сейчас бурлило в головах людей (не темных рас даже!), не более чем их собственная гниль, желание удовлетворить свою похоть, свести счеты, нажиться на чужой беде. Появление артефакта сковырнула коросту и весь гной хлынул наружу. Хорошо. Светлый город давно нуждался в профилактической чистке.
По уму ей бы надлежало сейчас быть в стенах школы и помогать держать ситуацию под контролем, обеспечить безопасность учащихся. Это долг преподавателя, а условно она именно им и являлась. Условно. К Имиру! Она играет эту роль пока это нужно, но сидеть ровно ее никто не заставит, когда город нуждается во всей возможной помощи. Хлоя своевольничает и наверняка ей это потом аукнется. Потом. Если доживет.
Айрэс бежала по улицам к старой знакомой. Если ту схватить за шею и хорошенько встряхнуть, то на стороне герцога появится еще одна фигура, пускай и не блещущая светлыми тонами.
Савар спешила как могла, но отвернуться и пройти мимо не могла. Трое парней тянут плачущую и упирающуюся девчонку далеко не с добрыми намерениями. Какая-то женщина кухонным ножом выкалывает своей оппонентке глаза, причитая на разрушенную жизнь. Толпа подростков врывается в чью-то лавку, бьют и пинают хозяина, срывая у того на глазах одежду с несовершеннолетней девочки просто за то, что тот их «не уважает». Запах горелого – чья-то семья горит заживо под веселый хохот человеческой стаи… И все это не представители темных рас, среди них мало тех же полукровок. Все это люди. Те самые люди, которые улыбаются ей на рынке или почтительно кланяются, плюя в спину завистливыми взглядами. Люди, которые считают себя совершенно нормальными.
Хлое хочется убить всю эту свору, мало чем отличающуюся от поднятой нечести. Но нельзя. Она им не уподобится, она не будет вершить самосуд. Да и глава школы часто прямо говорил, что буйный нрав нужно контролировать. Она помогает несчастным, спасает девчонок, сует в руки склянки с легкими лечебными отварами, указывает куда надо бежать, а уже-не-людей карает так, как считает нужным. Не убивает, но лишает тех в лучшем случае сознания, а в худшем какой-то части тела.
Кажется, что прошла целая вечность прежде чем айрэс добирается до нужного дома. Выбитая дверь, разьитое окно… В нос бьет резкий запах алхимических растворителей, а в уши льется, к огромному облегчению, такая знакомая ругань.
- Шавки небесного урода! Волчья блювотина! Колтун на кошачьей заднице!
Странно, что она не сбежала в первый же день. На шкафу расположилась худая, страшноватая девчонка. Амулет на шее, обеспечивающий маскировку, был почти разряжен. По телу девки проходила рябь и вместо нее на шкафу, распластавшись как паук, сидело нечто демоническое. Орудуя каким-то артефактами (скорее всего краденными) двое людей пытались стащить демоницу со шкафа. Один блокировал выпады когтей и хвоста, а второй все старался ткнуть сотканным из светлых чар шестом той в лицо. Демоница шипела и ругалась высоким визгливым голосом.
Трое других выгребали из дома все мало-мальски ценное. Может сражение с темными это и есть хорошо, но мародерствовать – ни разу. Пользуясь эффектом неожиданности (на нее не успели обратить внимания), Хлоя оглушает одного вора и делает шаг ко второму. Компания сначала пугается, но видя перед собой хоть и высокую, но симпатичную девку, решают, что риск не так уж и велик. Она одна, а их много. Или смазливая дурёха решила, что раз меч в руки взяла, то вмиг стала великим воином?..
Только айрэс не первый десяток лет считалась воином.
- Да! ДА! Выбей дух из этих прекрасных людей! Отправь их к Имиру! Отруби им пальцы! Снеси голову!
Демоническое отродье возбужденно подпрыгивало на шкафу (вернее пыталось) и всячески науськивала внезапную подмогу на обидчиков.
- Я думала, что бить в спину – это твоя специальность, - минутами позже сказала айрэс, с осуждением поглядывая на спускающуюся демоницу. Та за время «боя» себя никак не проявила, а могла бы.
- Светлая курица должна молчать и не сотрясать воздух о том, чего не знает. Бааст травница, да! Добрая травница!
- Торговка наркотическими веществами, основой которых является твоя слюна, - Хлоя вздохнула. – Почему ты не сбежала?
- Дура! Коза без рогов! Здесь мой дом! Мое дело, мои связи!..
- В общем, ты ждала очередной поставки и думала, что успеешь скрыться при деньгах и целом хвосте. Второй вопрос: почему не защищалась. Это не ополчение, и не стражи, это шакалы, нацеле…
- Сиськи Играсиль! Ты совсем тупая, да? Все в зад и эту железную ковырялку ушло? Рожа смазливая! Кукла фарфоровая! Если Бааст будет убивать людей, ее вздернут на площади, да!
- Думаешь вырвать себе помилование, прикинувшись добренькой?
- Бааст ответила на вопросы небесной дылды. Пусть теперь сама дает ответы. Чего тебе, подстилка Имира?
- Даю тебе шанс на спасение, жадная душонка. Иди со мной, спасай людей, уводи их от этой швали. Лично вступлюсь за тебя. Или лично выведу из города.
- Ну точно все мозги в рожу ушли. Считаешь меня дурой? Наивной девкой, да? Бааст будет убивать, ты будешь загребать жар чужими руками, а потом бедненькую меня убьют. Не-е-е-ет. Проваливай! Сгинь! Бааст уходит. У нее еще оста-а-а…
Хлоя знала, что ее аура весьма неприятна темным созданиям. Не причиняет сильной боли в виду возраста, но вызывает ощутимый дискомфорт. Сократив расстояние между собой и демоницей, Савар схватила ту за тощую шею, слегка придушив.
- Ты. Идешь. Со мной. Иначе на одного демона сегодня станет меньше.
С чего светлой помогать и сочувствовать темной? За Бааст числились грешки, в том числе и парочка очень тяжких. Но она была из тех, кто по большей части кричит и пугает, но редко бьет. Что-то в ее жизни произошло, заставившее поменять взгляды и род деятельности. За десять лет в городе она никого не убила. Лично. Зато иной раз снабжала совсем уж неимущие семьи горькими, вызывающими тошноту лечебными зельями. Бывало даже поливала детей бранью и швыряла им под ноги гнутые медяки, мол, сдались ей эти обломки из чужой задницы.
В общем, не самый дурной экземпляр.
- Кх-х-х… отпусти, гусыня…
Получив свободу, демон отпрыгнула и поежилась. От ауры айрэс ее покалывало, тошнило и вообще ощущения такие словно тебя заживо жарят на очень медленном огне изнутри. Поминая Хлою и ее предков, вплоть до самого первого в их роду, Бааст дала согласие. Дала Слово. Его она не нарушала никогда. Правда и выбить оное из нее бывало сложно.
Амулет последний раз мигнул и разрядился окончательно. Демон обладала звериными очень длинными лапами, и не менее длинными руками с когтистыми пальцами. Тело ее было худое, покрытое белой, похожей на хитин, естественной броней. Черные без зрачков и радужки глаза, отсутствие видимого рта в истинном обличии. Рога, загнутые назад, начинаются со лба и попарно идут по голе, затылку, переходят на спину. Каждая пара меньше предыдущей, но сливаются визуально в один отросток, будто длинный хвост с жалом на конце, растет прямо из головы демона.
Подходящий облик для благого дела.
Бааст ковыляет за айрэс, периодически опускаясь на четвереньки и делая молнеиносный бросок к очередному убийцу, насильнику, вору или самопровозглашенному судье. Яд парализует жертву. Если ударить один раз, то тельце будет лежать смирно-смирно, примерно часик или два. Если увеличить дозировку, то тельце будет лежать дольше, постепенно остывая. Демоница слаба физически, не вынослива и крайне уродлива, потому ядом своим она гордится.
Хочется… очень хочется вгрызться в горло очередному мелкому засранцу, не прожившему и десятой доли ее века. Глотнуть порочной горячей крови и высосать душу, ухватить ее, заглотить, стать сильнее!.. Взгляд пустых глаз упирается в спину айрэс, дающей пощечину истерящей спасенной дуре. Хочется… хочется свернуть эту белую шею. Но Бааст знает, что это не выгодно. Своя шея куда дороже.
Хочется… хочется верить, что темной, спасающей людишек, простят ее природу и выпустят из города. Да, наверняка придется начинать все заново. Но деньги – это наживное, а своя шея стоит очень дорого…
Хлоя Саварlux in tenebrishttps://orig00.deviantart.net/4728/f/2016/058/8/d/teresa_of_the_faint_smile_by_borjen_art-d9te4vu.jpg

Жизнь скоротечна и даже для бессмертных. Ты начинаешь понимать это, когда непредсказуемые потоки судьбоносных ветров выносят тебя к краю пропасти. Таким краем пропасти оказался Грес – Город героев, могучих магов и пристанище тех, кто почитает Имира и других светлых богов. Кто же мог догадываться, что город не так чист, как о нём говорят. Быть может эльфы? Определённо. Герцог? О да! Именно герцог стал следствием того погрома, что творился на моих глазах.
Я прибыл в город по особо важным для меня делам. Являясь патрицием крупной торговой гильдии Ниборна, я не отказывал себе в удовольствии лично заниматься некоторыми делами, особенно, если они вызывали у меня большой интерес. Я понимал, что Ниборн и Грес слишком далеки друг от друга, но даже так торговля между ними шла, но посредниками выступали Лайнидор и Ариман. Поэтому я старался наведываться в каждый город на пути к Гресу в течении многих лет, кроме Аримана – он слишком сильно притягивает эльфов –, стремясь купить землю и отстроить там свою торговую факторию. К сожалению, это было не так выгодно, как земли на востоке или юге, но лишь до тех пор, пока мне не представилась возможность обзавестись связями в Гресе, а ведь и на западе есть очень ценные и привлекательные вещи, если до них дотянуться рукой.
В те дни всё шло прекрасно, своим чередом. Я нашёл себе пристанище, изучил округу и вскоре позволил себе войти в город, где я ожидал увидеть мощённые улочки с домами не похожими на дома в Ниборне, людей всех мастей, от бедняков до аристократии, от конюхов и слуг до ремесленников, чьи привычки и одежды отличались от того, что я видел на востоке каждый день. Однако, меня ждало некоторое разочарование, и причина его крылась в тех событиях, что начали происходит в столице герцогства.  Ещё на пути к площади я начал ощущать беспокойство, начал различать голоса и выклики о несправедливости, лицемерии, эгоизме и грязной семье герцога. Другие же кричали о том, что любой несущий тёмную кровь и магию должен пойти прочь или умереть. Обстановка накалилась достаточно, чтобы я мог решительно покинуть город, но, к сожалению, за девять столетий жизни я так и не лишился одной из своих самых главных проблем – любопытства. Смелости мне было тоже не занимать, ведь я вошёл в город днём, пускай погода и была пасмурной, а на меня было надето на день защищающее от солнца ожерелье. В конце концов, стихией вампира являлась ночь, а обстоятельства постепенно намекали на то, что до ночи ещё необходимо дожить. И знаете, я не был напуган. Моя аура была сокрыта, а обычное оружие не представляло для меня вреда, главное не прибегать к чарам.
Вскоре я вышел к Солнечной площади, заняв место подле некой ювелирной лавки на краю улицы по которой я шёл ранее. Вокруг меня суетились люди, многие из которых были вооружены. Стражи тоже было не мало, и я чувствовал, что дело начинает пахнуть жаренным, а вскоре и в буквальном смысле. Сигналом начала погрома и смуты для меня поступил резкий запах крови, увеличивающие крики людей, беготня стражи и наконец-то… нож в моей спине.

Вокруг пахло палёной плотью, а некоторые улочки были забаррикадированы. Всюду лилась кровь, люди метались кто куда, как и стража, спасаясь бегством или являясь беспощадной и сильной причиной по которой бегут другие. Где-то слышались крики ужаса, вопли и мольба о помощи, ибо люди вдруг сошли с ума, что прекрасно ощутил на себе вампир. Несколькими мгновениями раньше на него напали сзади с целью убить и ограбить богато одетого юношу, пользуясь всеобщим хаосом. Демиан помнил, как ему закрыли рот огромной ладонью и легко заволокли в ближайший переулок. Его бросили у стены подле мёртвого тела женщины с чёрными как смоль волосами, которая, судя по всему, стала первой жертвой грабителей, а дальше, без зазрения какой-либо совести, мужики принялись втроём ощупывать карманы юного на вид иностранца. Здоровяку, который всадил нож в спину юноши, достался целый кошель со звонкими монетами, а двое щуплых потянулись к ожерелью и пальцам руки на которой красовалось два изящных кольца. Это была их ошибка.
— А я хотел притвориться мёртвым. — спокойно слетело с уст вампира. Воры вздрогнули и все как один отскочили от ожившего мертвеца к стене напротив, при этом побледнев так, будто их уже убивают. Только здоровяк сохранил некоторое самообладание, не сильно веря во всякие суеверия и россказни об оживших трупах.
— Вот паскуда! Он ещё живой, а я думал, что попал ему прямо в сердце. — мужчина продемонстрировал юноше тот самый нож, который недавно вонзил ему в спину.
— О да… — согласился с ним юноша, плавно, без какой-либо суеты, поднимаясь на ноги. Напарники здоровяка не спешили нападать и добивать того, кто должен быть уже мёртв, да и сам здоровяк наконец-то начал замечать некоторые странности. — Попал. — на лице вампира цвета алебастра образовалась лёгкая ухмылка, а глаза блистали так будто он смотрел на очень сочную и вкусную мясную отбивную. — И испортил мой камзол, а ведь он не из дешёвых.
Здоровяк чувствовал, как на него наступает паника. Он заметил, что вокруг почти нет никакой крови, хотя после такого удара по улочке за парнем должен был тянуться какой-никакой кровавый след, но его не было, будто юноша не был тяжело ранен, да и под его ногами не было никаких кровавых пятен. "Какого чёрта?!" - задавался вопросом здоровяк.
— Что ты такое?! — сорвалось с уст оглядывающегося по сторонам в поисках выхода здоровяка. Он думал, что для спасения достаточно будет покинуть этот смрадный переулок и тогда эта немёртвая тварь перед ним не посмеет напасть на него на глазах у жителей Греса, иначе он познает весь гнев герцога! Вот только в этом плане был один сильный просчёт.
— Ох, люди, люди. Если бы вы взяли только кошелёк и оставили меня в покое…
Первым рванули двое щуплых, а затем и здоровяк в противоположную сторону. Нагнать любого из них вампиру не составило бы никакого труда, однако за тремя зайцами даже вампиру тяжело угнаться и Демиану не осталось ничего, кроме как пойти на  риск.
— Кор’аэдра зураш! — твёрдо слетело с его уст и едва ли не в мгновение ока по переулку разошёлся густой, чёрный туман, чья природа определённо не была естественной. В тумане раздалось несколько отчаянных криков и больше ничего, а в следующее мгновение, перед тем как он развеялся, из него вылетел ворон, держа курс в сторону нищего квартала. В том переулке, где некогда были люди и вампир, не осталось ничего и никого.

Нищий квартал представлял собой не самое лучшее укрытие для вампира, тем более, что нередки случаи, когда во время погромов и бунтов власти больше всего отыгрывались на голодных ртах, проводя аресты и казни на месте в бедных районах города, пользуясь разного рода удобным предлогами.  Сложно было предсказать, как будет в Гресе, но вампир знал, что рискует.
Демиан всё ещё не потерял интерес к происходящему в городе, иначе уже давно улетел бы прочь. Возможно, что он хотел убедиться в том, что его «партнёры» всё ещё живы, пускай о закреплении в Гресе уже и думать было нельзя, возможно, что он просто хотел узнать, чем закончится смута.
Вампир шагал по узким и мрачным улочкам, на этот раз сохраняя бдительность и поглядывая на каждого подозрительного человека на его пути. Он планировал выйти к порту или же свернуть на Солнечную площадь и выйти на неё с другой сторону.

Отредактировано Демиан де Фарси (10-06-2019 10:08:07)

Посланный герцогом страж не без труда добрался до школы магов. По пути ему не раз пришлось поучаствовать в драках, а один раз он даже едва избежал смерти, причем чуть не убили его когда-то обычные мирные горожане, а как же: раз ты на службе у герцога, значит тебе тоже отвечать за то, что творится в городе. И плевать всем, что ты обычная мелкая сошка, даже не винтик в гресской государственной машине, а один виток резьбы на этом винтике. В форме - значит виновен! И никто из них не понимал, что это то же самое, что и "темный - значит виновен". Ну почти то же самое.
Само собой, увидев перед воротами побитого мужика в лохмотьях, оставшихся от формы, с глазами, налитыми кровью, но при этом цепко держащего свое оружие, впустить его отказались. И счастье стража, что на воротах в этот раз стоял начинающий маг, который не успел ничего произнести прежде, чем приставленная к его горлу сабля стала весомым аргументом в пользу того, чтобы все-таки пойти и позвать более старшего преподавателя.
Явившийся ничего спрашивать не стал, видимо, и так все понял. Или знал. Мужчина кивнул солдату, приглашая идти за ним, и через десять минут похода через школьный двор, а затем сводчатые мрачноватые коридоры они оказались у кабинета директора школы магии Греса Аркана, занимающего эту должность последние несколько лет с тех пор, как пропала золотая драконица Роза.
Естественно, в школе знали и о событиях в городе, и о том, что их вызвало. Правду говоря, местные маги были в обиде на правителя за то, что тот, приняв в город такой мощнейший и неоднозначный артефакт, не только не посоветовался с ними, но и даже не соизволил поставить в известность. Нет, конечно же, маги обо всем узнали, по-другому просто не могло быть, но ведь дело принципа. У Аркана так и вертелось на языке язвительное замечание, адресованное герцогу, и желание отправить курьера обратно. Но это было несолидно, недостойно директора такого заведения, и полукровка подавил и то, и другое. Только взгляд его все-таки говорил: "Ну а чего он хотел, этот герцог? Казнить или выгнать почти треть города и при этом сделать это втихую?"
Но вслух маг этого не сказал, он кивнул стражу, махнул посохом куда-то вперед и провел солдата в особое помещение, откуда можно было открыть портал в герцогский замок. Аркан знал, что сразу в кабинет правителя таким образом попасть нельзя, поэтому маг, что привел солдата, открыл им переход в коридор неподалеку от кабинета.
Увидев перед собой переливающийся туманный овал, в который ему предстояло шагнуть, страж немного помедлил, но потом, решив, что это все же лучше, чем идти обратно по городским улицам, шагнул в серебристую дымку.

Сказитель
https://forumavatars.ru/img/avatars/0001/31/13/47-1443588552.jpg

Школа жила своей жизнью. Что бы не творилось бы за ее пределами, пока это не касалось конкретно Школы, здешних обитателей интересовало мало. Так было последние несколько лет. До сегодняшнего дня.
Утро началось как всегда. Толстые и высокие стены Академии - надедная защита в случае беды - делали нас глухими и слепыми. Точнее, большинство из нас. Первыми, кто узнал о беспорядках в Грессе, были, естественно, друиды и Серые Братья. Одним о беде рассказали духи, которые были потревожены происходящим, вторые "прочитали" об этом в мыслях простых людей, многие из которых ни сном, ни духом знать не знали даже о самом существовании Ордена Серых, что уж говорить о том, чтоб понимать, что твои мысли могут быть известны кому-то еще кроме тебя самого. Как бы там ни было, но учеников никто пугать страшными вестями не собирался. Не собирался, но они, как всегда узнали о беспорядках в числе первых. Поэтому моя лекция то и дело прерывалась странным шушуканьем, перекидыванием записок и прочим.
- Итак, ваши движения при творении заклятья текучего огня должны быть такими же плавными, как и пламя, что должно струиться по вашим пальцам, попадая в цель. Заклинание тоже произносим так, словно пропеваем его. Все помнят занятия с магами воды и мэтром Джулиеном? Если все помнят так, как кивают, то должны во время практической части легко заполнить форму и опустошить ее. А вот заклинание запечатывания форм мы будем изучать позже. Ну, кто готов попробовать? - я ободряюще улыбнулся и отошел к дальнему углу аудитории где стоял зачарованый от огня стол на котором лежала продолговатая форма с откидной крышкой.
- Господин профессор, это правда, что в Грессе убивают и изгоняют темных?  Говорят, на площади сегодня сожгли темного мага... - третьекурсница Агнесс даде встала на цыпочки за своим столом, словно пытаясь дотянуться до меня из последнего ряда атриума.
Я вскинул бровь, искренне недоумевая откуда у ученицы такая информация, и, осторожно подбирая слова, решил и ответить и расспросить подробнее:
- Миледи Ленни, я, конечно, не настолько осведомлен о планах Герцога, но думаю, что он всегда поступает обдуманно. Если казнь и назначена, и проведена, то у городской стражи нашлось немало причин сначала арестовать мага, а после и справедливо осудить его. С чего Вы взяли, что из города изгоняют всех темных? - сердце кольнуло недоброе предчувствие и тревога о Алу и Луа'тлар с малышом. Что с ними? Как эта ситуация могла отразиться на них? Что будут делать Ткачи, в рядах которых немало "темных", а ведь люди, в большинстве своем, очень любят всех чесать под одну гребенку, часто забывая о том, что они совсем еще недавно сидели рядом с темным, обращались к нему за помощью и ходили друг к другу в гости...
Мои мысли и объяснения прервало появление Редьярда - недавнего выпускника Школы, который решил сейчас практиковаться в магии и остаться здесь преподавателем. Ред на данный момент занимал пост секретаря при директоре Аркане. Помявшись в дверях, недавний выпускник, подошел ко мне быстрыми шагами и горячо зашептал на ухо, что Аркан ждет меня в своем кабинете и что курс нужно отправить по комнатам, а безопастностью учеников займутся старосты и иные преподаватели. Я согласно кивнул, натянуто улыбаясь, словно мне сообщили нечто весьма приятное, и отпустил Редьярда, пообещав, что скоро явлюсь к директору.
Ученики были так довольны тем, что никому не придеться позориться и краснеть у стола в потугах повторить заклинание и выдавить из себя хоть что-то путнее. Ведь с первого раза проделать все правильно и без ущербв для себя и класса удавалось единицам. Один первокусник, к примеру, умудрился запустить файербол просто в стопку пергаментов с готовыми и, Слава Светлым, уже проверенными домашними заданиями. Те вспыхнули в одно мгновение, но я, готовый к подобным казусам, погасил пламя быстрее нежели  нарочитый визг девушек успел достигнуть моих ушей и отбиться от высокого потолка атриума.
Молодые люди, весело гомоня, прошли мимо меня, покидая аудиторию и направились в сторону жилых корпусов. Я заметил, что часть преподавателей уже стояла у входа в коридор перехода между корпусами и, когда ученики вошли в него, немедленно закрыла проход защитными чарами. Особенно расстарались толстяк Бифур Толстосум - дворф - преподаватель магии земли и мэтр Джулиен. Эти господа вдвоем подвешивали над входом топоры и сооружали нечто непонятное из земли взятой из цветочных горшков. Хотя я точно знал, что Бифур способен легко слепить все, что угодно даже из мрамора под ногами.
Я качнул головой, шепча несколько простых, но действенных заклятий-ловушек для помощи остальным и настроил их так, чтоб те срабатывали лишь при очевидной атаки. Скажу, основываясь на личном опыте, воздушный кокон, который медленно нагревался, грозя поджарить попавшего в него, сильно, как бы странно это не звучало, охлаждали пыл пленника. Закончив, я быстрым шагом направился к Аркану. Только вот в кабинете я встретил не его, а одного из Старейшин Школы и члена магического совета Римона. Я поспел как раз к тому моменту, когда преподаватель магии Воздуха открывал портал.
Сам я ставить порталы только учился, усердно штудируя купленные манускрипты, но, пока что, все чему я научился (к слову сказать, всего за неделю) - это просто перенести какой-то предмет из одной комнаты в другую. Но, это сейчас меня волновало менее всего.
Римон выглядел взволнованным и крайне озабоченным. Он предложил мне присесть и, нервно тарабаня пальцами по столу, кратко ввел в курс дела.
- Крис, поймите меня правильно, но на данный момент, Вы едва ли не единственный маг во всей Академии, что имеет боевой опыт. Остальные - просто ученые, которые годами не вылезали из теплого угла. Об этом разговоре Аркан знает, пусть и не очень одобряет подобные действия. Я не прошу, ни в коем случае, вступать в бой и пытаться урезонить восставших. Нет, Вы отправитесь к... Вашим друзьям в Грессе и попытаетесь понять чем мы можем помочь для того, чтоб успокоить народ. Если возникнет необходимость боя... Береги себя, Кристофер. - Римон положил руку мне на плечо и крепко сжал его, словно не желая отпускать меня. Профессор тяжело вздохнул, кивая мне на портал, что вел в Гресс. Похлопал по плечу, словно собираясь что-то добавить, но смолчал.
Я шагнул в бледный контур, мгновенно оказываясь просто у поста стражи. Те неуверенно кивнули мне, но предупрежденные Римоном,  отвернулись к бойницам, наблюдая за происходящим. Я накинул на голову капюшон плаща и застегнул на груди ножны, засовывая в них оба клинка.
Улицы города кишели народом. Кто-то выбивал дурь и пыль из соседа, кто-то, вооружившись вилами либо косой, бежал в самую гущу событий. Я несколько раз едва не угодил в драку, но после, поставив воздушный щит, просто расталкивал оппонентов, скрываясь среди домов. Один из особо ръяных попытался было сунуться ко мне, но я просто ударил его плашмя клинком по костлявой спине и дал хорошего пинка под зад. Слава Светлым, он был один и изрядно пьян. Вскоре я уже был в Нищем Квартале и увидел толпу, которая собралась у одного из домов.
Алу я увидел сразу. Обождал пока она отдаст приказы и направился просто к Волчице, которая заговорила с каким-то мужчиной. Откинув капюшон, я стал в стороне так, чтоб она меня точно заметила, не мешая.
Когда Алу направилась было прочь, я шагнул к ней, ложа руку на плечо:
- Погоди с разбором полётов, Алу. Я пришёл узнать чем могу помочь здесь пока Аркан и остальные будут пытаться уладить все там...

«Недовольство переросло в бунт, а бунт превратился в восстание» … Может так и напишут в летописях, но в реальности всё всегда кончается убийством одних разумных существ другими. И безоговорочной победой убийц над убитыми.
Всякому, кто ещё был способен мыслить, было ясно неизбежное – бунт будет подавлен, непреклонно и жестко. Организованная стража, союзные Герцогу маги и, разумеется, как же без Ткачей, что были готовы преданно лизать сапоги своему хозяину – тому не требовалось даже приказа. Кто-то считал, что Ткачи выступят на нашей стороне, у многих были там друзья, изредка даже родственники. Что за глупцы. Паутина, сплетённая дроу, хуже паучьей. Пауки хотя бы убивают своих жертв, а не называют их «семьёй».
Был бы у нас шанс с силой Ткачей? Этого уже никто никогда не узнает.
Шли минуты, часы и мы начали сбиваться в стаи. Никакой организации, просто убивать и ломать всегда сподручнее в компании. Наскоро сколоченные шайки грабителей, мародёров и насильников не продержались долго. Самые опасные были убиты, те немногие, кто сохранил крохи благоразумия, арестованы. Улицы зачищались методично и усердно, и следует отдать должное «доблестным защитникам» - их слаженность превосходила нашу беспорядочную злость. Постепенно улицы города заполнялись гулкой, звенящей тишиной. Воздух был густым и влажным, свинцовые тучи закрыли небо, но никак не могли разразиться ливнем. Пахло дымом, железом и кровью – пахло смертью. Стены каменных домов были обуглены, тут и там встречали обгоревшие остовы телег, разбитые в щепки прилавки, черепки и обломки… И конечно тела. Тела не убирали – было не до того. И они лежали на улицах – люди, нелюди, заколотые и разорванные, убитые клинком или огнём – теперь уже они были равны между собой. Тишина, щедро оплетённая страхом и ненавистью, нарушалась лишь чьим-то горьким отчаянным плачем, но никого живого не было видно. Только мертвецы.
Улицы остались позади, и мы вернулись туда, откуда всё началось – на Солнечную площадь, но залитую не солнечным светом, а кровью. Прокличут ли её позже Кровавой площадью? Здесь сгрудилось ядро бастующих, мы, считавшие, что нам уже больше нечего терять, ведь у нас уже забрали всё. У нас была общая идея и, хотя нас стало в разы меньше, появилась сплочённость. Опальные маги творили чары вместе, кто-то из наёмников уже превращал разрозненные группки в подобие отрядов. Оружие павших немедля подбиралось и шло в ход, как и сами тела. Нежить натравливали на стражу, их проще узнать по доспехам. Сочувствующих и Ткачей атаковали живые.
Нас загнали в угол, что ж, пускай. На наших лицах не было больше и тени горести и обиды, только скалящаяся весёлая обречённая злоба висельника на эшафоте. Мы знали, что уже мертвы, а первые отзвуки грома были нашим похоронным маршем.
Битва разбивалась на отдельные осколки-картины, словно в огромном калейдоскопе.
Среди сотен выделялась чудовищная химера с искажённым лицом, уже ничем не напоминающим человеческое. С демоническим рёвом она вырвала руку одному стражнику, а хитиновыми крючьями-когтями сорвала голову у второго. Алая от чужой крови, она не остановилась даже когда ей размозжили голову. Группа вооружённых полукровок прикрывали истекающего кровью призывателя, что остатками магии продолжал колдовать раз за разом.
Совсем недалеко наёмник-дроу одинокой смертоносной тенью скользил среди врагов, единичными выверенными ударами убивая одного за другим. Высокий огненно-рыжий человек пронзил его мечом, но илитиири не издал ни звука. С тонкой усмешкой он выронил из руки стеклянную бутылку с серым песком, последним движением активировав огненную руну и исчезая в стене пламени вместе со своим убийцей.
Огромный мужчина, чей вид напоминал один живой шрам – настолько мало было на нём целого места – оказался оборотнем. Его дикий отчаянный рёв из полуобращённой пасти заставил заледенеть не одно сердце и зверь бросился в сторону людей без формы. Немногие смогли расслышать в яростном рыке чудовища человеческую речь, одно лишь слово.
«Предатели».
Переступая тела "своих" и "чужих", в окружении монстров и мертвецов, шаг за шагом мы теснили врагов. Все дороги наши слились в одну – к дворцу герцога.

СвидетельОдин из многихhttp://sh.uploads.ru/t/RmgZb.jpg

Отредактировано Меварис (26-06-2019 21:07:51)

-Да уж. Я смотрю, ты не растерял умение вводить меня в ступор, - сказала девушка, когда увидела своего знакомого, хотя по ее реакции она явно не ожидала увидеть его в такой момент, но он здесь. Да, прям как свалившийся снег на голову, вот только, к сожалению, для Алу его визит может оказаться не такой уж и приятным. Он прибыл сюда из-за обстановки в городе и готов пойти на самые крайние меры ради сохранения «порядка» в Гресе и зная девушку, ей явно это не понравиться. Арихон был созданием светлого Бога Имира, его щитом и мечом, который должен нести свет и добро в этот мир, но сегодня…. Это дитё готово стать палачом и залить город кровью протестующих людей и существ во благо высшей, так сказать цели. Он чужак в этом городе, поэтому Арихон был отличным кандидатом для этой роли, тем более, таким образом, репутация герцога ни так сильно запачкается.
- Что я могу сказать, поэтому поводу? Тренируюсь, - с еле заметной улыбкой ответил мужчина с глазной повязкой на лице.
-Извини, я рада тебе, но в городе беспорядки, нам нужно это решить, так что поговорим, о чем угодно позже, - на эти слова Арихон понимающие кивнул, сейчас девушке было не сладко и вряд ли можно было позавидовать, но такова ее судьба. Она стала раздавать указания своим подчинённым. Затем в квартале появился еще один, как оказалось, он являлся магом, видимо из школы Греса, а может просто житель? Арихон не знал, он просто делал выводы из слов оборотня. Что касалось мага, то айрес просто кивнул ему головой. Скиталец был рад, что у девушки были те, кто готов прийти в трудную минуту ей на помощь.
Люди были поделены на группы. Указания были розданы. Команда в путь, но в этот момент костяная рука схватила руку оборотня и одернула ее.
- Алу, - серьезным голосом начало дитя Имира, - У Вас сутки, может двое, чтобы подавить бунт, иначе сюда прибудут «остальные»… «Они» пойдут на самые жесткие меры, чтобы не допустить свержение власти. - айрес явно сейчас не шутил, он так и не изменился за этот год, все так же говорил загадками. Не став ее больше задерживать, Арихон отпустил ее руку.

Там… В небе что-то стремительно подало, прямо в направление Солнечной площади… Это был Арихон и сейчас с высоты птичьего полета он наблюдал за обстановкой внизу лучше кто либо, признаться это было ужасающей картиной. Слишком большое было столпотворение, в тот момент Арихон даже подумал, что сил Ткачей и гвардейцев может попросту не хватить.
«Главное без героизма Алу», - мысленно мужчина обратился к своей знакомой, ирония судьбы заключалась в том, что тогда год назад, когда они только познакомились, он почему-то предположил, что Алу погибнет именно из-за Ткачей. Неужели айрес тогда был прав?
Резко расправив свои крылья у земли, Арихон смягчил приземление.  Встав на ноги его крылья сразу же исчезли.
Мужчина оказался на той самой дороге, которая вела от площади к дворцу герцога, его главная задача была не позволить этой неконтролируемой толпе прорваться туда. Помимо упавшего с небес айрес, там присутствовали десяток экипированных гвардейцев. Появление Арихона явно поднял их дух.
- Приказ герцога, пресечь любой ценой все попытки толпы направиться к дворцу - импровизировал Арихон но довольно правдоподобно, тем более кто будет сейчас выяснять с айрес правда это или нет?
Началась бойня на Солнечной площади 
- Гвардейцы! – Арихон обнажил свой двуручный меч,
- К бою! – поступила команда, парни обнажили свои мечи. Они понимали, что наступил тот самый день, когда им придется исполнить свою клятву, которую они давали этому городу и герцогу.
- Сомкнуть щиты! – Арихон дал следующую команду этим храбрым людям и те принялись ее выполнять. Десяток воинов выстроились в одну шеренгу и сомкнули свои щиты, тем самым перегородив собой улицу. Айрес начал читать заклинание и когда произнеслись последние слова, то высокая стена голубого пламени поднялось в небо примерно около восьми метров высоту, эта стена находилась в тридцати метрах от Арихона и гвардейцев и была шириной с улицы. Небесный огонь, это самое мощное орудие, которое есть у воина Небес и сейчас оно использовалось, чтобы никакая темная тварь не смогла пройти через него, да, как и другие бунтующие. Такую стену голубого огня было видно с любой точки площади, тем самым намекая присутствующим, что дорога во дворец закрыта. Арихон повернулся в сторону толпы, он чувствовал, как начался прилив новых сил, а все из-за этого магического огня.
Некоторые недоброжелатели все-таки решили попробовать прорваться к герцогу и начали надвигаться к стене щитов.
« Ну, давайте…», - мелькнула мысль.  Арихон обратился к гвардейцам, которые стояли впереди него в двух метрах.
- Кто Вы?! Хором.
- Мы воины!!! – одновременно ответила гвардейцы на его вопрос.
- А, что несут воины?! – дитя Небес снова задал им вопрос и начал ходить вдоль строя вперед-назад.
- Смерть!!
- Что ждет врага?!
- Смерть!!! – в глазах гвардейцев начал разгораться огонь перед предстоящей битвой.
- Что ждет врага?!
- Смерть!!

Когда мир внезапно разрывается и происходит то, что ты никак не ожидал, собраться и действовать разумно практически невозможно. Сплетницы будут выслушивать слухи и новости из разных уст, будут качать головами и осуждающе фыркать, мол, ну вот так глупо бы я точно не поступила. Сплетники будут давать советы, как нужно было сделать, давят на свежую рану, осуждая за сделанное или не сделанное, учат жить задним числом.
Но реальность такова, что можно сколько угодно себя накручивать и разыгрывать в воображении сцены неприятностей. Когда они нагрянут, все равно окажешься не готов.
Азеша знала, что сегодня состоится казнь темного мага. Будучи сама бывшей главой темного культа, девушка чувствовала опасность. Она боялась, что не смотря на все договоренности и клятвы, не смотря на то, что она давно «завязала», ее тоже кинут на плаху.
В отличие от братьев по ремеслу, она как раз сожалела о том, что творила. Считала себя дурой, которую «любящая мать» науськала на каждого, кто был ей не угоден. Она этим упивалась, считала себя такой великой и неповторимой. Пока не встретила Бирдрагга. Темную ведьму любовь приводит на светлую сторону – красивая сказка. Иногда они действительно случаются в жизни.
Девушка понимала отчасти темных, ибо была условно в одной лодке с ними. Но понимала разумность действий герцога. Сколько людей пропало ночью в переулке или не дошло до дома по вине ее «братьев»? Сколько паутин чужих интриг пеплом пало к ногам знати? Грес ей при первой встрече показался не светлым, а светленьким. В некоторых делах нет и быть не может полутонов.
Прижимая к себе купленные продукты, девушка спешит домой. Через день или два вернется Бирдрагг, можно будет повиснуть у него на шее, счастливо пофыркивать в колючую щеку и забыться. Спрятать свой страх и волнение.
Чем громче были голоса, тем сильнее ускоряла шаг девушка. Могла она сражаться? Могла, но не хотела. Да и последствия были бы катастрофическими. Она пришла со своим ныне уже мужем в город открыто. Сразу сказала кто она есть сейчас, кем была ранее и что у нее на руках. Ей позволили остаться, но настрого запретили колдовать. Одно темное заклинание и ее с мужем в лучшем случае выставят за ворота.
Азеша была счастлива. Счастлива до этого дня.
- И куда это так спешишь, соседка?
Колдунья не понаслышке знала: жертва всегда понимает свое положение. Она была в роли госпожи положения и той, кто угнетает. Она видела и помнила лица тех, кто в испуге оборачивался и видел ее и ее гончих. А сейчас она остро почувствовала – ей встреча с этим человеком не сулит ничего хорошего.
Не оборачиваясь, девушка ускорила шаг и тут же сорвалась на бег. Сзади послышался топот – за ней гнался не один мужчина. Жалко продукты, конечно. Бирдрагг говорил, что вещи, украшения и даже магия – ложные богатства. Ценность в мире только одна и она не менялась никогда – жизнь. Яблоки определенно не стоили жизни Азеши.
Бросает их на землю, надеясь, что преследователи отстанут. Кто-то действительно споткнулся, сзади слышится обещание «наказать белобрысую суку». Азеша бежит, не жалея себя, бежит домой. И к сожалению совершенно не обращает внимания на то, что происходит вокруг. Теряет бдительность.
До заветного дома оставалось всего ничего, когда на нее налетают сбоку, сбивают с ног и, не давая подняться, хватают за волосы. Ведьма бьется, силится подняться и ударить мужчину. Щеку обжигает ударом, в голове звенит. Девушка все еще дергается, но понимает, что ее поймали и остальные преследователи уже здесь.
- Помнишь паренька, тухлая ведьма? Из бедняцкой деревушки. Помнишь, сука, что ты и твои шлюхи с ним сделали?
- Нет! Не я! Не делала!
Она действительно не помнит, а значит этого не было. Каждый замученный, каждый убитый, каждый униженный – она помнит их лица, она помнит обстоятельства, она помнит свои действия. Ее с кем-то спутали. Азеша готова отвечать за свои поступки, но не за чужие. От такой несправедливости на глаза наворачиваются слезы.
Кто-то из мужчин – действительно сосед, через три дома живет – начинает сомневаться. Одно дело наказать ведьму, что сына друга сгубила, раз уж власти бездействуют, и совсем другое над красивой соседкой по ошибке надругаться. Робкий неуверенный вопрос, мол, а действительно ли та?
- Та, не та… Какая разница? Ведьма она. Ты на рожу ее посмотри, все написано…
- Так может магичка?
- Жалко стало, да? Эти шкуры – что магические, что нет, все к одному приему прибегают. Поплачут, а потом веревки из тебя вьют. Жалко? Иди домой, тебя жена с детьми ждут. А мы тут закончим.
Ее тащат, кажется, к кому-то в дом. Швыряют на пол и дергают за ворот одежды. Еще одна пощечина.
- Рот закрой, ведьма. Ты сама в этом виновата.
Азеша замерла. Чьи-то руки тянутся к шнуровке одежды, кто-то уже сжал ее грудь. Колдунья ничего не чувствует, не видит и не слышит. Из глубины поднимается темная волна ненависти. Она бы стерпела. Она бы вынесла унижение. Ради их с Бирдраггом счастья. Она сильная, она сможет. Просто закрыть глаза и погрузить в далекие воспоминания как они с сестрами устраивали оргии в древних святилищах, как обезумевшие от похоти и мнимой вседозволенности «рабы» грубо брали ее на каменном алтаре Играсиль. Это просто, это можно…
Чего Азеша терпеть не могла, так это обвинения. Конкретно вот этого обвинения. У некоторых всегда виноват кто-то другой, и это, само собой, ставит жертву на роль преступника. Они же виноваты, они же спровоцировали, они получили что «хотели», какое право они имеют возмущаться и требовать справедливости?
Ведьма, секунду назад, смирная и послушная, вырывается, бьет ладонями по полу и гортанно выкрикивает заклинание. Три слова – обращение к миру, обращение к темной энергии, создание формы. Из-под ног мужчин вырастают тонкие иглы, сотканные из тьмы, протыкают несостоявшихся «мстителей» насквозь.
Азеша тяжело дышит, пытаясь успокоиться. Рыдания душат и давят, она виновата, она сорвалась. Хрипы еще живых – девушка поднимает на них взгляд, переводит на струйки крови. Оная не капает на пол, игры ее жадно пьют. Мерзкое заклинание – либо пьет чужую кровь, либо кровь своей хозяйки.
Поднимаясь на трясущиеся ноги, девушка поправляет одежду. За стенами слышны крики. Глубокий вдох.
«Бирдрагг ведь поймет меня, да?»
Идет на улицу, каждый шаг все увереннее, тверже. В голове пронзительно ясно. Она нарушила слово, она вернулась к своей магии, к своему темному дару. Это уже ничто не исправит. Тогда все просто – она не остановится. Городу нужна помощь, она сделает все, что в ее силах.
«Прости, теперь я не могу стоять в стороне. Но ты не будешь за меня краснеть»
Азешаhttps://images-wixmp-ed30a86b8c4ca887773594c2.wixmp.com/f/ab728018-e315-44d3-88f3-12a0045cc5f3/davcaqd-0f44d6d0-f7c5-4df6-b7be-191be3fff143.jpg/v1/fill/w_803,h_995,q_70,strp/malena_pf_ranger_by_yamaorce_davcaqd-pre.jpg?token=eyJ0eXAiOiJKV1QiLCJhbGciOiJIUzI1NiJ9.eyJzdWIiOiJ1cm46YXBwOjdlMGQxODg5ODIyNjQzNzNhNWYwZDQxNWVhMGQyNmUwIiwiaXNzIjoidXJuOmFwcDo3ZTBkMTg4OTgyMjY0MzczYTVmMGQ0MTVlYTBkMjZlMCIsIm9iaiI6W1t7ImhlaWdodCI6Ijw9MTI0MCIsInBhdGgiOiJcL2ZcL2FiNzI4MDE4LWUzMTUtNDRkMy04OGYzLTEyYTAwNDVjYzVmM1wvZGF2Y2FxZC0wZjQ0ZDZkMC1mN2M1LTRkZjYtYjdiZS0xOTFiZTNmZmYxNDMuanBnIiwid2lkdGgiOiI8PTEwMDAifV1dLCJhdWQiOlsidXJuOnNlcnZpY2U6aW1hZ2Uub3BlcmF0aW9ucyJdfQ.yIYkF0pkbJhvgk07nqhlPYfdywer13ma3zoq0bJZo3Mlux ex tenebris
Слишком много заклинаний. Слишком много мощных заклинаний.
Из носа бежит кровь, в желудке уже давно ничего не осталось, перед глазами муть. Азеша идет к площади – к центру нечестивой бури. Идет покачиваясь. Она била наверняка: если кто-то поднимал руку, решаясь нанести удар, решаясь убить, то и сам должен быть готов к ответу. Жертвы ответ не давали, за них это делала ведьма.
Слишком многие видели ее, слишком многие узнали, и слишком многие поняли, что она творила. Если ей повезет и она выживет, то придется уходить из Греса. Если нет, то ее жертва будет во благо. Почему-то этого страстно хотелось… Искупление, которого не существует. Выдумки светлых жрецов…
Рядом трусила большая черная пантера, чья шкура была сплошь покрыта магическими символами. Призывной фамильяр, этакий элементаль тьмы, принявший облик большой кошки. Единственный, кто не пил ее кровь и силу.
Без приказа, зверь ринулся вперед как завидел сражение на площади. Азеша смутно угадывала знакомые очертания и лица. Ткачи здесь… хорошие ребята, с хорошим «начальством». Самой ведьме с этим в былое время не повезло. Она завидовала им сейчас, и была рада, что они здесь. Не ее семья, а жаль…
Видела стражников, смутно ощущала присутствие айрэс, одну узнала, как и человека-мага. Или ей все чудится? Игры мыслей и желаний? Вон же, белая как снег демоница пытается ударить хвостом своего врага. Почему-то кажется, что она не враг. Не враг…
Азеша опускается на колени, стараясь выбрать место, где ее не слишком быстро заметят, и чертит печать призыва. Эта тварь или даст неоспоримое преимущество защитникам, либо выпьет сначала до дна ее, а потом бросится на всех, кто окажется слишком близко.
- Плющ! Вверх!
Из начертанного символа начинают расти черные гибкие стебли, с кроваво-алыми лепестками. Быстро расползается, цепляется за все подряд, подтягивается… Прекрасное растение, отвратительный монстр. Азеша хотела бы обездвижить противников герцога и стражи. Существо это может, но хочет другого.
Девушка теряет равновесие, утыкаясь лбом в печать. В голове бьется мысль: «Выдержать… еще чуть-чуть, сейчас все закончится» Черная пантера кричит и шипит на лозы. Близость двух айрэс, пусть одна была молода, а второй с подавляющей ауру печатью, была для существа невыносима. Казалось, что горит плоть под шкурой, а кости осыпаются пеплом. Но зверь терпит. Азеша ему нужна. Ради ее бело-черной души инфернальная тварь была готова вытерпеть все. Даже смерть, даже айрэс.
Кот бьется головой и отталкивает некоторых от жадных лоз. Растение еще не поглотило ведьму, но уже своевольничает и тянется не только к врагам.

Отредактировано Морваракс (03-07-2019 19:31:18)

Казалось, беспорядки достигли апогея. Хотя почему казалось? Так оно и было, причем это был апогей последних лет десяти. Да, наверное так: со времени того памятного посещения города Личисом Грес не помнил такого хаоса. Впрочем, тогдашний хаос был слабым отголоском того, что творилось теперь: тогда одна лишь тень огромного золотого дракона, накрывшая город, привела в чувство многих, не говоря уж о его приземлении и демонстрации покровительства правящему Дому. Сейчас бы его визит тоже пришелся как нельзя кстати. Но на нет, как говорится, и суда нет. Спит дракон.
А значит придется городу выгребать из этой заварухи своими силами, благо были у властей и союзники: не только ни один из стражей не перешел на сторону бунтовщиков, они проявляли настоящий героизм, хотя порой, видя в озверевшей толпе знакомые лица, было очень трудно удержаться на нужной стороне.
Многие из Домов, входящих в Совет, выставили в помощь городской страже свое войско. А тех, кто не выставил, герцог мысленно внес особый список. И пусть это войско по большей части защищало владения и имущество своих хозяев, свои плоды это принесло.
Очень помогли и Ткачи, герцогу уже доложили о том, как они выполняют свою часть договора, и тот, отринув недавние сомнения, рассудил, что принял верное решение, подписав тот эдикт.
Не осталась в стороне и магическая школа, ее волшебники уже наметили план как справиться с напастью максимально быстро.
Только никто не ожидал того, что случилось дальше.

В подземелье Ока на карте города зажглась яркая точка, и реакция артефакта была такой, что ее ощутили все маги и магические существа Греса где бы они ни находились. Это в городе появились Тени. Да, те самые, что в течение пяти минут убили жителей целой деревни. Тогда они, учуяв в городе сильного противника в лице школы магии, не сунулись за городские стены, но сейчас мощнейший всплеск темной энергии и эмоций притянул их словно магнит, от такого они не могли остаться в стороне. И они тоже ощутили взгляд Ока. И оно стало их целью. Правда, на этот раз они совершили оплошность: вместо того, чтобы сразу же отправиться к артефакту, решили сначала подпитаться страхом и смертью на городских улицах. Око ведь никуда не уйдет.
На этот раз они не стали принимать форму чудовищ, куда интереснее было оставаться Тенями, скользить почти невидимыми сгустками мрака от тени к тени, оставляя за собой мертвые тела. И воин, еще секунду назад махнувший клинком, вдруг падал замертво без видимой причины. Причем потери несли обе стороны, пришельцам было все равно кого убивать, были жертвы и в рядах Ткачей, и в рядах стражи, и в рядах бунтовщиков, не трогали только тёмных. Буквально дорога из мертвых тел протянулась к герцогскому дворцу.

Сказитель
https://forumavatars.ru/img/avatars/0001/31/13/47-1443588552.jpg

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох...
Что-то горячее по щеке и боль в виске.
Машинально вытираю кровь, а пальцы нащупывают рваные края - метко брошенный камень чиркнул по коже головы, оставив длинный порез.
Ничего.
Заживет.
Чей-то вопль резанул по ушам, заставляя повернуть голову в сторону звука - очередная тварь выворачивает наизнанку кого-то из людей.
Свой? Чужой?
Какая разница?
Взмах меча и рычание твари переходит в предсмертный визг.
Впереди кто-то кричит, ему вторят.
Не просто крик - боевой клич.
Вносим в ряды противника смятение?
Скорее стараемся подбодрить своих, сплотить их, вселить уверенность...
Помогает ли?
Судя по происходящему вокруг, да.
Руку дернуло острой болью - какой-то умник попал ножом. Нужно бы воздушный щит.
Нужно бы.
Нож летит в толпу, находя себе жертву. Кажется, я попал в женщину. Какого беса здесь делает эта патлатая баба с кочергой в руках?! Кого гонит либо защищает?!
Справа ощетинился стрелами огромный оборотень. Утыкали его словно ежа, а он и дальше прет на врагов, разрывая когтями очередного "счастливчика", что попал под горячую лапу.
Огненная стрела впивается в глаз твари. Я не знаю за кого он был - главное, я остановил его безумство.
____________
Тело обдает волной жара. Нечто словно изнутри рассматривает меня, изучает, запоминает.
Око?
Почему светлого?
Неужто все так плохо?!
И вновь странное ощущение. Только теперь какая-то безнадежность и страх, словно душу пытаются из тебя вынуть.
Долгий вдох.
Озираюсь по сторонам, слыша приказы Алу и крики ее помощницы.
- Дерек!..
Словно сквозь туман.
Я отмахиваюсь и ищу источник темноты.
Вот оно.
Мимо.
Просто к дворцу.
Нечто.
Темнота и ярость. Желание убивать и забирать жизнь.
Я шепчу слова защитного щита и путь к страже и к Ткачам преграждает стена огня, что не даёт твари сунуться к людям.
Я понимаю, что нужно идти следом, нужно не дать этому попасть во дворец.
Я понимаю, что это - смерть.
Вновь невероятный всплеск энергии.
Око словно взбесилось.
Я удерживаю стену невероятным усилием, пытаясь не обращать внимания на магический фон.
Спасительная стена, что поддерживает меня.
Перед глазами туман и ладонь в крови, сжимающая гарду меча.
Я сажусь у стены, шепча себе, что нужно встать и помочь людям во дворце.
Ещё несколько секунд.
Ещё парочка.

Прелестная собеседница явно не была настроена на долгие беседы. На её лице едва была заметна тень недовольства. Мне оставалось лишь гадать, было ли то недовольство к моей персоне или к ситуации в целом. И я не мог её винить за то, что она повстречала такого странного и неестественно ведущего себя в данной ситуации иностранца. Моя натура хорошо выдавала во мне существо необычное, привыкшее к подобным смутам, событиям… кровопролитиям, пускай по моему юношескому личику этого и не скажешь. Такое поведение, какое я проявлял ныне, нередко стоило вампирам жизни, так как опытные люди - подозревают, а охотники на не мёртвых – узнают. По этой причине я сказал себе «остановись» и решил с данного мига вести себя максимально обыденно, спокойно и рассудительно, но определённо не чудно. Однако, явление некого Дерека, что мгновением назад прятался неподалёку, по какой-то причине вызвало у меня досаду и недовольство – я пожелал свернуть ему шею, как повар курице перед тем, как приготовит и подать её. Было ли это вызвано тем, что моё желание пройти дальше нарушено желанием веснушчатой отправить меня в убежище или что сопровождать меня будет провожать грубого вида мужчина, а не женщина – я не знал, но находил ироничным тот миг, где вампира приглашают в «дом полный людей». Потенциальная толпа заложников или удобное прикрытие – мне всё равно… если только женщина не солгала и меня не ведут на убой, как ненужную скотину. Здравый смысл во мне боролся с многовековой паранойей. Я не привык доверять каждому встречному, как и не привык подчиняться и потому думал о том, как убить Дерека ещё во время пути, но быстро избавился от данной мысли, так как таким поступком я очень жирно наслежу.
— Да, Вы правы. — согласился я, имитируя вздох и выдох. —  На улице небезопасно и я едва унёс ноги от трёх бандитов, что пытались меня ограбить. Идёмте. — и я шагнул за Дереком, ловя глазами случайных прохожих и прислушиваясь. Не хотелось бы, чтобы ещё какой-нибудь огненный маг принялся разбрасываться своей магией направо и налево, но и не хотелось раскрывать себя раньше положенного срока, то есть никогда, тем более, в пределах города и у всех на глазах. Такой «гамбит» для вампира будет чреватым, так как забирая слабую пешку из числа каких-то дураков, я получу по короне от коня из числа санкционированных Греских магов и гвардейцев. Конечно, вокруг покоилось достаточно покойников, чтобы поднять их на мою доблестную защиту, но… в игре «вышибало» меж магами я в последнюю очередь сделаю ставку на медленных и неповоротливых мертвецов. Но что же. В любом случае у меня оставался ещё один сильный козырь в рукаве, но пока прибегать к нему у меня не было никакой необходимости.
Волею судьбы, было не дано моим планам и затеям свершится, как и Дереку довести меня до указанного укрытия. Уже вскоре, примерно через пятьдесят шагов, я ощутил магическое присутствие, а затем и сильное жжение, вызванное неизвестной мне силой. Ощущение было такое, будто надо мной взошло солнце и это было невыносимо.
Не долгая думая, выругавшись, я призвал купол тьмы, чем самым раскрыл себя перед Дереком, но это ослабило жжение. Глядя на человека свирепым взглядом полуночного зверя, срываясь на рык и оскалившись, я произнёс:
— Торопись, — обхватив себя от боли руками, едва стоя на ногах, я ждал реакции компаньона, чем самым потерял преимущество неожиданности, понадеявшись на его благоразумие. Однако, я был защищён… пока по близости не окажется какой-нибудь неприятный маг или их целая куча. — Ибо Ваш город не так приветлив, как я рассчитывал.

Отредактировано Демиан де Фарси (19-07-2019 06:52:51)

Хлоя Саварlux in tenebrishttps://orig00.deviantart.net/4728/f/2016/058/8/d/teresa_of_the_faint_smile_by_borjen_art-d9te4vu.jpg
Сидеть на подоконнике – удел романтичных девушек. Правда они предпочитали накидать на него подушек, а само окно держать закрытым, или выбрать себе местечко не на столь приличной высоте.
В открытое окно залетал ветер, неся запах гари, которая все еще стойко держалась в городе, и сырости от приближающегося дождя. Изумительно красивая картина: небо рассеченное пополам. Одна залита светом, вторая затянута тяжелыми тучами. Изредка долетают одинокие капли – дерзкие разведчики, предшественники потока, что омоет улицы и сотрет грязь «победы».
Хлоя сидит, свесил ноги на улицу. Чего-то ждет. Или собирается с силами.
- Я ухожу.
Проходящая мимо женщина потешно подпрыгивает. Она не участвовала в событиях того дня, но чувство сопереживания и жалости к павшим было так высоко, что она ходила молчаливым призраком, всеми силами пытаясь утопиться в работе. Распознав, что на подоконнике сидит не очередной студент (сколько их не гоняй, а толку ноль), преподавательница попыталась коснуться плеча айрэс.
- Мисс Савар. Хлоя. Это не вых…
Нет, конечно же она не будет прыгать. Что за глупости! Правда говорят, что Хлоя и Холл были в самом центре происходящего. Бедолаги. Никому не пожелаешь пережить такое.
Запоздало до женщины доходит смысл слов.
- Но, но как же? Весь город понес потери. В школе образовались просто чудовищные бреши…среди преподавателей. В смысле, нет, я не могу тебя держать, но может ты передумаешь? Мы нуждаемся в поддержке. Слишком много погибших, занятия, ученики… Не нужно поспешных решений. Хлоя, выжди хотя бы месяц.
- Это решение зрело уже давно. Аркан и… другие, все кто должны знать, осведомлены. Я задержалась попрощаться.
- Мисс Савар, при всем моем уважении, но вы ведете себя как школяр! Будьте благоразумны!
- Алисанна, мы обе знаем, что звание учителя у меня было чисто формальным, - айрэс внезапно хохотнула и что-то бросила женщине. Монстролог поймала и ее передернуло от отвращения. Это был хвост, покрытый сухой потрескивающей оболочкой, кристально-белой, и вдобавок – с огромным обломанным жалом. Последнее натолкнуло женщину на мысль, что оный принадлежал какому-то насекомому, но по строению с ними был совершенно не схож.
- Считайте это… вынужденным отсутствием для пополнения бестиария и нахождения образцов для практики, - светловолосая подмигнула и прыгнула. Спину обожгло привычной болью и в следующее мгновение огромные крылья подхватили айрэс, не позволив украсить своим телом вымощенный дворик перед школой внизу.
Казалось, что она бежит из города. Бросает его после случившегося. Отворачивается от всего и от всех.
Хлоя не врала. Как айрэс она давно уже хотела уйти – представители ее расы далеко не всегда могли усидеть подолгу на одном месте. Прощание с Гресом было вопросом времени. Последней каплей стала Солнечная площадь, вернее то, что там произошло.
Пусть она и не была с ним знакома, но смерть «брата» глубоко запала Хлое в душу. Сражения с темными – это не веселая потасовка с пугающими обывателей трофеями. Воин пал за правое дело. А она… она предала бы его память, оставаясь сидеть на месте. Она тоже айрэс, и пора было бы это вспомнить. На его место она не встанет, но кажется впервые точно знала, что нужно делать.
За городом ее уже ждала Бааст. В тот злополучный день демоницу хорошо потрепали, даже хвост отсекли. Но Савар знала, что быстрее хвоста у нее отрастает только ее же поганый язык.
- Показушница. Курица с петушиным хвостом. Ногами через ворота никак, да?
Заряженный амулет снова на шее и демон не выглядит жутковатым монстром. Тощая, противная девчонка с перевязанной рукой и головой.
- Твое барахло вон на той кобыле. Мерзкая тварь, прям как ты – кусается и копытами машет.
Сама демоница с человеческим отражением взгромоздилась на ослика. Животное такому подарку было не радо, но протестовать боялось. В отличие от упомянутой кобылки, у него не было тяжелых копыт и мощных лап.
- Спасибо, - Хлоя проверяет все ли на месте и запрыгивает в седло.
- Мне твое спасибо!.. – привычно ругнулась демоница и, пиная ослика пятками, погнала его следом за айрэс. Рядом с дылдой было безопаснее. А если еще держаться вот на таком расстоянии, то даже ее противная аура не щиплет. Ничего-ничего, это не на долго. Бааст не любит пыль дорог глотать, ей нужно теплое хорошее местечко с тупыми людишками, да! А эта пусть идет, куда вздумается, да.

Герцог Гресский был не из пугливых, но понадобилась целая минута, прежде чем он подошел к тому, что осталось от теневой твари. Аркан списал это на брезгливость, и мы с ним согласимся. Глядя на останки в виде кучки черного жирного пепла, смердевшие гарью неизвестной плоти, правитель поморщился: и ЭТО смогло без следов уничтожить целую деревню? Оно могло убивать сотнями и... - додумать ему не дали, в
кабинет вбежали гвардейцы и среди них были посланные драконом Фарадеем с докладом о попытке нападения на Око. Сам дракон, не зная сколько еще таких тварей в городе, остался в подземелье.
- Все одно к одному, - сказал он, выслушав доклад и отправив стражу за дверь, - было бы странно, если бы чего-то подобного не случилось. Придется подумать об усилении защиты.
Момент был самым подходящим, ведь он, можно сказать, спас герцогу жизнь. Тот воспринял это как само собой разумеющееся и не стал рассыпаться перед магом в благодарностях, но, само собой, понимал, чем он обязан Аркану. И директор школы не преминул тут же стребовать должок: да, железо надо ковать горячим, ведь частенько у сильных мира сего память на свои долги коротковата.
- Ваша Светлость, Вы окажете большую честь школе, если позволите ей участвовать в этом. Не всем, не всем, - тут же добавил он, понимая, насколько это важно и секретно, но все-таки некоторые из наших магов могли бы...
Герцог ухмыльнулся, прекрасно понимая, что за торговля сейчас происходит.
- Хорошо, - согласился он, - но эти маги должны будут пройти проверку и обработку. Фарадей выберет кандидатов.
Правитель подошел к окну и остановился, глядя на улицу. Там толпа еще бушевала, еще стелился едкий дым пожарищ, а кое-где было видно и пламя, но даже отсюда чувствовалось, что беспорядки пошли на спад и страсти стали утихать. Да, еще несколько дней в городе будет неспокойно, но пик уже миновал, установление порядка - дело времени. Как и высший суд, который обязательно последует за этими событиями. Мужчина повернулся к Аркану: от еще не откланялся, явно ожидая продолжения разговора, и оно последовало.
- Мне не дают покоя эти твари, - сказал герцог, - и город хочет заключить со школой еще одно соглашение: поймайте хоть одну. Поймайте и изучите. Хотите - потрошите, хотите жгите огнем, но мы должны знать все о них и их магии. Да, я знаю, что школа ваша светлая, но разве нельзя устроить там какую-то закрытую секретную лабораторию?
Директор школы кивнул: еще бы герцогу не хотеть, такие сведения дали бы Гресу огромное преимущество перед соседями, да чего там перед соседями - перед любым государством! Но вслух он сказал:
- Работа уже ведется, Ваша Светлость, еще со времени смерти деревни, но вся трудность в том, чтобы поймать хоть одну, как Вы говорите. Но мы уже близки к тому, чтобы определить их магию...
- Ну с чего-то надо начинать, - ответил правитель, - и, думаю, не надо напоминать, что это сведения государственной важности и не должны выодит за пределы не только школы, но и...
- Тех, кто занимается изучением, - закончил за него Аркан, - да, мы всё прекрасно понимаем.
Еще пару минут они молча смотрели друг на друга, затем маг откланялся, а герцог крикнул одного из стражников, приказав его проводить директора до школы. Пусть на улицах уже и стало стихать, все еще было небезопасно.

Правитель обвел взглядом кабинет и дыру в дверях и вышел, дабы посмотреть что случилось со стражей снаружи. Там уже был один из придворных магов, вернувшийся с улицы. С грязным от сажи лицом, в провонявшей дымом и потом одежде, еле держащийся на ногах, он посмотрел на герцога и покачал головой:
- То же самое, что и в деревне, ничего сделать нельзя.
- Я знаю, - ответил герцог, - всех похоронить с теми же почестями, что и павших в бою.

- Я жду доклада командира гвардии о делах в замке, - сказал правитель одному из стражников и вернулся в кабинет. Дыра в дверях портила ощущение уединенности, но сейчас она была не главной заботой.

Герцог Гресский
http://funkyimg.com/i/2KMNq.jpg