Лагерь союзников у Мертвого дола, за два дня до наступления.
Палаточный лагерь, собранный на скорую руку и предполагавший самый минимум удобств, совершенно не гудел словно полный людей улей. Потрескивали костры, расположенные на безопасном расстоянии от палаток, хлопали от порывов ветра знамена Империи. Где-то точились мечи, ножи и топоры. Временами в отдельных группах ледяных демонов проскакивали смешки, перерастающие в смех коллективный. Ничего такого, что могло бы выдать в местных обитателях страх или напряжение. Каждый был занят своим делом и все как один ждали приказов о действии. Это не были безрассудные варвары, терроризирующие предгорные районы. Не были и многочисленные люди, способные задавить противника числом. Это был лагерь ледяных демонов, живущих ради битвы и бьющихся ради жизни. И своеобразного, местами изощренного удовольствия. Смерть этих беловолосых исполинов пугала гораздо меньше, чем рутина.
Лиам, сидя на небрежно брошенной шкуре, вытянул ноги поближе к костру и передал флягу с крепленым вином дальше по рукам. Он находился в окружении пятерки воинов, наблюдавших за пламенем и ждущих своего часа выступить. И миссия, ждавшая их, отличалась своими рисками и уникальностью.
- Лиам, как думаешь, у мертвецов есть мертвые тролли?
- Рилдир их знает, думаю что есть. Это же мертвецы, они хуже эльфа.
- Как думаешь, из них выйдет достойный противник?
- Конечно же нет, - возмутился Лиам, проводя тряпицей по лезвию меча, доселе лежавшего на коленях. - Повалим и ногами затопчем. Скука.
- Ну а ты сам-то с троллями сталкивался? - последовал крайне подозрительный вопрос, ведь белоголовый картограф был самым молодым из присутствующих.
- Конечно. Я знавал даже одного барда, называвшего себя Тролль. Считал себя чем-то значимым, как и всякая глупая тварь, - Лиам оставался абсолютно невозмутимым, не обращая внимания на подозрительный тон. - А пел он как Голубика, чтоб мне провалиться.
- Голубика это тоже бард? Или тролль?
- Нет, Голубика это корова из коровника, в котором я ночевал. Прекрасная зверушка с умными глазами, но очень противным голосом. Я так и звал потом барда - Му-му Тролль. Он так обижался.
- А-ха-ха! - по лагерю прокатился коллективный смешок, быстро затерявшийся в порыве ветра. - А корову куда дел? Сожрал?
- Не, не поднялась рука отсечь голову с такими умными глазами. Да и... - Лиам наконец натер лезвие до блеска и вернул меч в ножны. - Отвлек меня межевой рыцарь. Крестьянам очень не понравилось что их не пускают в собственный коровник. А рыцари сообразительностью не отличаются, зато благородства в них хоть насильно отрезай.
- Ну и что там с этим рыцарем дальше?
- Дальше не знаю. Важнее знать где теперь его правая рука.
- И где же его правая рука?
- Где где... В Голубике!
Новая порция гогота накрыла лагерь, теперь уже более громко, с похлопываниями по латам от смеха. Лиам же кривовато ухмульнулся, усмехаясь своим мыслям, после чего с благодарным кивком принял протянутую флягу.

Битва у Мертвого дола, наступление, акт I.
После прощания с Амариллой и компанией да возвращения в стан своих собратьев Лиам почти ничего не успел. Так, набросил на себя кое-какой одежды, дабы срам прикрыть, да на скорую руку нанес руны пламени на лезвие меча, которые для активации оставалось только соединить идеальной чертой. Сестра же настояла на том чтобы подвязать хвосты на голове красными лентами - на случай если мертвые смогут отделить именно ту часть головы, которая отвечает за рост волос. Такой небольшой опознавательный знак. И сейчас бравый воин стоял в передних рядах своих собратьев, заряжаясь новой порцией ненависти ко всему неживому. А заряжаться было от чего.
Мертвых было неимоверное количество. И они отличались всем подряд - степенью свежести, количеством конечностей, размером, весом, даже звуками. Их многочисленное шествие могло навеять очень много страху и трепету на любого воина. А еще они ужасно смердели разлагающейся плотью и обветшалой тканью, болотными миазмами, гнилыми зубами, личинками и ржавым железом. Все это смешивалось в невообразимый коктейль звуков и запахов, среди которых не хватало только одного - запаха пота. Потому что даже самые маленькие шефанго знают - мертвые не потеют.
Лиам повернул голову влево и вправо, пытаясь найти хоть одного испугавшегося воителя из стана своих или союзных войск. Но их не было! Плечом к плечу с ледяными демонами, что приветствуют смерть в гуще битвы, стояли не менее мертвые вампиры и грозные здоровяки-орки. И если одним чувствовать страх мешал факт собственной не-жизни, гордости и неимоверных сил, то вторые... Ну, это были орки, а слова "страх" и "орк" находятся даже не в одном словаре. Были конечно и другие расы, участники этой битвы, но если в их сердца и пытался протечь липкий страх надвигающегося конца - то он подавлялся на корню общим боевым духом, жаждой битвы и плохо скрываемой злобы. Сам Лиам чувствовал как раздуваются ноздри, вдыхая зловоние армии мертвых и выдыхая пар в стылый воздух.
Над полем брани пронесся звук рога, за ним еще один, и еще, и еще. По всему полю протяжный гул подхватывали другие рога и трубы, сделанные из различного материала и звучавшие каждый на свой лад. Но не тональность имела сейчас смысл, а само наличие звука. Звука начала побоища, которого давно не видели Темные земли. Звуки свержения одной власти и начала новой. Звуки победы и смерти в одном лице. Оба воинства ощетинились всем, что могло летать, стрелять и быстро перемещаться по воздуху. Взвились в воздух стрелы и арбалетные болты, одни побольше, другие поменьше. Загудели разматываемые пращи с черепами, камнями и головами. Полетели по кривой параболе метательные ножи и топоры. И все это, едва не сталкиваясь в воздухе, обрушилось на оба воинства. Начались первые потери, пали на одно колено первые раненые, загудели крепкие щиты, спасая своих владельцев от угрозы с небес. Воздух загудел от различной магии, доступной обеим сторонам, засверкали яркие снопы огненных шаров, застрекотали молнии и воздух озарили новые вопли. Запахло горелой плотью, но даже эта гарь не могла затмить запах гниющего мяса. Запах, что приближался, медленно и неумолимо, без лишних звуков. Первые ряды мертвецов падали под залпами пращ и арбалетов, горели и дымились от заклинаний. Но в основном снова поднимались и шли дальше. Ближе, еще ближе, опасно близко...
Лиам, до сих пор находящийся под прикрытием стены щитов верных собратьев, рванул на мертвяков одним из первых, с ходу врубаясь между двух ржавых пик. Да так сочно, что кулак сам собой забил гнилые зубы в глотку такому же гнилому супостату слева, а правый сапог с разбега врезался в деревянный щит идущего прямо на шефанго. Даже вслепую выброшенная рука с мечом обо что-то звякнула и что-то где-то хрустнуло. Но меч уже совсем скоро вернулся обратно, разрубая шейные позвонки щитоносца и отправляя его обратно в загробный мир. Где сухо и безмятежно, откуда его выдернули против воли. Лиам немного сбавил ход, пропуская вперед товарищей со щитами, идущих на таран и сминающих более легкого противника. После чего втоптал головы тех, кто еще шевелился, в грязь и мозговой гной. Откуда-то прилетел камень, звякнувший о ржавый шлем пропущенного мертвяка и отскочивший в лоб шефанго. Правда не оставивший никаких повреждений. Алый глаз увидел брешь между широких плеч собратьев и вот ноги снова несут неугомонного крепыша в гущу битвы. Туда где нет бюрократии и аристократии, где нет места вальсу и реверансу. Туда где все такое знакомое, где так комфортно и тепло... И даже меч завел победную песню, схлестнувшись с клинком противника и стрижая головы и части голов налево и направо. Зазвенели мечи и щиты, задребезжали латы, загудели рога и тугие орочьи барабаны. Заревели мертвые тролли с лишними парами рук, выдирая одинокие деревца с корнем и закидывая их в стан союзников. Засверкало пламя на лезвии меча, стоило Лиаму провести заветную идеальную линию кровью яростно откушенным кончиком языка. Сразу стало еще и тепло. Немного отступив он хлопнул покрытой гноем рукой по плечу ближайшего товарища и указал пальцем на одного мертвого тролля, посягнувшего на целость рядов союзников. Короткий кивок был жестом согласия и вот уже два шефанго, резкие словно мангусты, прокладывают себе путь через ряды товарищей, попутно тыкая клинками в излишне зарвавшуюся нежить и отмахиваясь от оной. Ведь главное добраться до тролля и повалить, а там и ногами затопчем...