Три дня и три ночи Дерек бесцельно дрейфовал по морю, словно лишившаяся пассажиров шлюпка. Гринвольд, возможно, и обучил его азам выживания в море, благодаря которым юноша всё ещё мог дышать и досадливо щуриться от слепящего солнца, в полдень так и норовящего сжечь всё, к чему прикасалось, однако ориентироваться в море молодой человек оказался абсолютно неспособен, и хотя знал парочку начертаний, могущих ускорить движение обломков в нужную сторону, не видел смысла их применять: такими темпами можно было нечаянно вынести себя в открытый океан, а этого ему хотелось меньше всего.
- Man̄cinīru, – шепнул парень, зачерпнув полную горсть солёной морской воды, и в один миг в его ладони, на тыльной стороне которой прямо на коже был выцарапан ещё один знак, вода превратилась в пресную, которую он тут же с жадностью выпил.
Искусная руновязь на реях, которой его учитель мог бы по-настоящему гордиться, обеспечивала Дереку защиту от мелких хищников и переохлаждения, от палящих солнечных лучей и иссушения кожи из-за морской соли, поддерживала в нём магические и физические силы и подманивала к обломкам мелкую рыбу, которую графский приёмыш, перестав брезговать к концу второго дня, съедал прямо так, разве что потрудившись освободить её от внутренностей.
Развести огонь прямо на ладони, как некоторые адепты стихий, чтобы приготовить себе еду, он, к своему глубочайшему сожалению, не умел. Знал, конечно, заклинания и на этот случай, но тут для поддержания пламени бы потребовалась древесина, а вся, что имелась в наличии – насквозь промокла, и вообще в данный момент поддерживала его жизнь и самого Дерека на плаву.
На четвёртый день случилось то, чего он боялся больше всего, даже больше всех морских чудовищ вместе взятых, потому что в этом случае смерть его была бы скорее всего быстрой и почти не мучительной, - начался шторм.
Его взметало ввысь на громадных бурунах и ввергало в морскую пучину, одним махом выбивая весь воздух из лёгких и, как и десять лет назад, вынуждая теряться в догадках, где верх, а где низ, и где он сам.
Трос надёжно связывал Дерека с реями, но когда они, в очередной раз взбунтовавшись по воле волн, чуть не проломили ему череп, юноша был вынужден попытаться от них избавиться. Применять руны в таком безумии было физически невозможно, и негнущимися пальцами парень умудрился кое-как распутать два узла на себе из четырёх.
Это немного ослабило крепления, и из оставшихся удалось вылезти, частично содрав с себя кожу вместе с рубахой.
Судорожно глотая воздух в те жалкие мгновенья, когда море подбрасывало его над уровнем воды, молодой человек всё ещё отчаянно цеплялся за жизнь, но чувствовал, что ещё немного, и силы окончательно покинут его.
В этот момент рилдирова рея, выскочив из гребня волны совсем рядом с ним, угрожающе сверкнула, озарённая яркой вспышкой молнии, и припечатала незадачливого пловца по темени, из-за чего он в миг лишился сознания.
***
Очнулся Дерек уже на берегу. Судорожно выкашливая воду из дыхательных путей, он почувствовал, как в растерзанную тросом грудь впиваются тысячи маленьких песчинок, а море под ним больше не ходит ходуном, пытаясь утащить парня в свои пучины, а недовольно ропочет где-то совсем близко.
Неимоверным усилием приподнявшись на локте, человек тяжело перекатился на спину и осторожно прикоснулся к саднящей голове. К его облегчению, рея прошла по касательной, и рана была не опасной для жизни.
Если, конечно, в ближайшее время его найдут и передадут на руки целителям.
Немного запрокинув голову и крепко стиснув зубы от боли, Дерек мутным взглядом окинул окружающий его пейзаж, силясь оценить и сопоставить, как далеко его вынесло от Кельмира. Юго-западное побережье материка юноше было незнакомо, а потому попытки ни к чему путному не привели. Рассчитывать на судьбу, дожидаясь, когда его обнаружат, он не собирался, да и сама судьба уже дважды продемонстрировала ему свои клыки, чтобы на неё вот так слепо полагаться.
Посему, более-менее придя в себя, вернее попросту провалявшись на песке несколько часов (благо, небо всё ещё было пасмурным, и нещадное светило сжигать его до костей не торопилось), юный чародей смог подняться на ноги, поправил изодранные штормом штаны – последнюю одежду, которая на нём осталась, вдоволь напился воды и ею же умылся благодаря всё той же руне на тыльной стороне ладони, после чего неверным шагом отправился на поиски кого-нибудь живого.
«На юго-западном побережье Альмарена открытых островов – всего раз, два и обчёлся, и оба необитаемы. Поэтому я долго пытался припомнить по карте, где в море выдавался столь значительный мыс. Я не верил. Я просто не мог себе позволить даже помыслить, что… Пока не обошёл весь остров целиком.
Тут-то отчаяние напополам с безысходностью и сразили меня. Я упал коленями в белый песок, молясь всем известным мне богам и божествам, но они не отвечали. Я проклинал их, но высшие сущности снова отзывались гнетущим молчанием. Поддавшись внезапно нахлынувшему приступу безумия, я вскочил на ноги и принялся чертить ступнями жалкое подобие пентаграмм, взывая к демонам и тварям из иных миров и измерений, однако они лишь смеялись надо мной, а я – над ними.
Упав, в конце концов, без сил, я стукнулся зубом обо что-то твёрдое и вытащил из-под щеки свой амулет. Перевернувшись набок, я принялся с величайшим интересом его рассматривать в свете выступившей из-за туч луны, будто видел впервые.
«Вот кто всему виной! – с горечью думал я. – Вот кто насмехается надо мной в полной мере! Лишить меня сперва родных, затем второй семьи, дома, а после смотреть, как я умираю тут, на безлюдной земле, безо всякой надежды на спасение».
С остервенением я порвал резким движением тонкую цепочку, удерживающую на моей шее безобразного дракона, словно в насмешку лишённого лап и крыльев, и отбросил в море. Однако волны тут же вынесли его назад.
Немного поразмыслив, я подобрал искусно вырезанную из незнакомого металла фигурку с глазками-самоцветами, целиком умещавшуюся в моей ладони, и убрал её в карман. Он всего лишь тварь морская и делал то, что считал нужным. А я всего лишь попался ему на пути».
***
О том, как член высшего общества учился выживать на острове, что оказался не таким уж и необитаемым – на нём в изобилии водилось дичи как местной, так и залётной, что пользовалась возможностью оставлять свои кладки подальше от вездесущих двуногих, можно сложить отдельную книгу, но мы не будем.
Небывалое везение всё ещё сопутствовало ему, и чудо, которое чародей творил собственными руками, позволило Дереку выжить и даже худо-бедно обосноваться на Арранморе, когда на исходе последнего тёплого месяца к берегам подошёл корабль.
Пираты, высаживаясь в шлюпки, дабы навестить оставленный ещё в дорепрессионное время схрон, даже не догадывались, что тот уже подчистую разграблен, а самих их ждёт тщательно спланированная встреча.
http://s5.uploads.ru/qkZhV.pngДерекДерзающим судьба помогает
Шрифт:
#main-reply, .punbb .post-content { font-size: ${value}px; }