— Никогда не любила Рузьян. Рыбой воняет.
Когда твой демоноподобный начальник трясётся, сплёвывает какую-то тухлую жижу и пытается казаться нормальным, хотя выглядит она совсем не нормально, то у тебя, простого полуэльфа начинают трястись поджилки.
— Хэй, Эл, хорош строить рожи. Помоги мне добраться. Дерек, Сен, не стойте столбами, олухи!
Когда двухметровая, прежде непобедимая, туша опирается на твоё тщедушное полутораметровое тельце, ты начинаешь наконец осознавать, насколько ужасен и отвратителен мир вне стен родного дома. В твоей темноволосой бедовой голове наконец закрадываются мысли — "а какого черта я вообще ушёл из деревни?!" И только в эти моменты тебя, почти мальчишку с острыми ушами и ещё по-подростковому припухлым личиком, начинает тянуть обратно к земле, сразу хочется променять меч на топор и тяпку.

Раэгвен было плохо. Конечности будто бы совсем не хотели слушаться и реагировать на волю драконши, а кровь чувствовалась такой холодной, что хотелось проткнуть себе вены, выкачать из неё всю эту мерзкую холодную и склизкую кровавую жижу и закачать вместо неё лаву. Или хотя бы алхимическое пламя. Да хоть что-нибудь, лишь бы не было так холодно.
Чувство охлаждённого тела, совсем незнакомое для горячей красной драконши, затмевало все остальные чувства. Не чувствовались мокрые сапоги, залитые своей и чужой кровью, не чувствовались впивающиеся до синяков пальцы наёмников, что тащили свою капитаншу на лечение, разве что перед мутным взглядом металось чьё-то неестественно-бледное лицо.
— Хорош маячить, Эл, — почти не сбивающимся тоном приказала рогатая. — И без тебя мутит...
Кроваво-сизая блевота устремилась из её нутра наружу, отравляя кислым запахом и без того не самые радужные запахи рузьянского рыбно-морского окружения. Впрочем драконше было уже плевать: нюх кажется, уже отказал.
— Это его дом. Придержите её!
Чьи-то окровавленные женские кулаки заколотили в дом старого особняка с такой силой, что с его крыши сорвалась небольшая стайка ворон и с карканьем устремилась куда-то вдаль.
— Мейстер Мерси! Мейстер Мерси, это Сен, нам нужна помощь! Мейстер!
Голос с едва заметным гульрамским акцентом был громким, тонким и на удивление твердым. Голос, вопящий помощи, знал, что старый учитель поможет если только услышит вопль.