Участники: Люциана Меделлин, Лиам
Время: Зима 10606 года.
Место: Дорога близ манящего и сказочного Гульрама. Для кого-то она тянется только в город, а для кого-то уже из.
Сюжет: История эта случилась близ сиятельного Гульрама, что издревле манит своим великолепием путешественников всех мастей, рас и вероисповеданий. Кого только нельзя встретить на его улочках, от зевак до глотателей очковых змей, от пузатых купцов до босоногих сорванцов. Но наша история ни о тех, ни о других. Речь пойдет о той, что рождена была демоном, но заперта в облике девы прекрасной, от лика которой многие барды могли потерять дар речи, рыцари головы, а принцы половины царств. Ее в Гульрам принесло важное задание, выданное не менее важной личностью, что многим известна и еще большим таинственна. И нет, леди этой ничто не помешало с блеском справиться с поставленной задачей и даже покинуть славный город Гульрам. И ничто не предвещало беды, и размеренно двигался ее экипаж, и неутомимо стучали копытами лошадки. Но не только ее прельщал прекрасный восточный город Гульрам. Ведомый натянутой нитью судьбы да по той же дороге шествовал демон с алыми глазами, следующий за запахом работорговли и идущий по мнимому следу родной крови... Так и столкнулись эти две личности, и сложно сказать кто же из них на кого натолкнулся.
Не смотря на злую зиму в остальной части мира, особенно на севере - в восточных джунглях было все равно влажно и тепло. Настолько, насколько вообще может быть тепло на ароматном востоке. Нормальный человек уже ощутил бы на зубах вкус халвы и урюка, составил график посещения чайных домов, тренировался на походном полотенце заматывать чалму... Но только не тот, кто в гордом одиночестве вышагивал по дороге в этот час. Ему было глубоко положить с высокой мачты на халву, верблюдов, ифритов, глотателей шпаг, змей, огня и палок. Возможно он прельстится благовониями, дымом кальяна или танцами живота. Возможно... Но сейчас бледные босые ступни уверенно вышагивали без особого ритма по широкой дороге, от налипшей пыли и грязи даже не собирая оные с дороги. Потертые и местами позеленевшие от травы штаны облегали не самые атлетично сложенные, но спортивные бедра, изрядно растрепавшись на икрах. Драная и в прошлом белоснежная рубаха колыхалась от порывов ветра, обнажая левую руку и плечо. Словно демонстрируя на бледной коже круглые отверстия чудовищно больших клыков, прошивших плечо спереди и сзади, но уже успевших порядочно затянуться и напоминая о себе неровностями шрамов. Но и они скоро пройдут, достаточно хорошо поесть и сладко поспать. А вот пятна черной крови на грязной рубахе не вывести ничем, это точно. Слишком глубоко въелась и давно запеклась. Или же путнику не хватало для этого навыков, но скорее всего ему и на это было плевать. Как и на грязные разводы на бледном лице, сальные пыльные локоны, в беспорядке валяющихся на плечах и спине. В общем и целом путник был изрядно потрепанным и явно находился в пути не один месяц без углубления в города. Что никак не сказывалось на его боевом духе настоящего воина. Не те что меряются скоростью и длиной копья, а те что видят в битве и войне свой, особенный шарм. Потому и сердце его стучало словно боевой барабан, отдаваясь в висках, а острый взгляд алых глаз был устремлен вперед. На дорогу, что ведет в Гульрам. И на которой постепенно увеличивалась точка приближающегося экипажа.
Не то чтобы у двухметрового грязнули была какая-то особая жажда к разбою именно вот сегодня, сию же минуту, но... Сказать откровенно он уже порядком задолбался шагать на своих двоих через леса, поля, грязные озерца, какие-то дебри, гнезда шершней, муравейники, пыльные тракты, слоновьи кладбища. И так хотелось оказаться в приятной будке, не обдуваемой со всех сторон ветрами. Да хотя бы просто сесть и шлепнуть лошадок поводьями, чтобы они сами катили и экипаж, и шефанго. На круглых таких колесиках. Вдобавок ко всему грязноволосый давно не спал, что положительно сказывалось на раздражительности и пофигизме. Он заметно замедлили свой шаг, продолжая поигрывать сучковатой деревянной дубиной в правой руке, шлепая ей по плечу. Словно кот, что прицеливается на блинчики со сметаной, которые сами движутся к нему, поднимая дорожную пыль. Нет, он не был идиотом чтобы встать поперек дороги экипажу - ведь любой уважающий себя возница просто переедет бродягу. А потом кто сердобольный свалит его тело в овраг и пятки листьями прикроет. О нет, дьявол с севера пропустил экипаж мимо левого плеча... Чтобы броситься ему во след и одним великолепным прыжком настигнуть, врезавшись в корму всеми своими полутора центнерами и ощутимо тряхнув его. Когда же возница от неожиданности натянул поводья, останавливая лошадок, дабы проверить что это было и заодно отогнать двухметрового бродягу кнутом - шефанго уже вскарабкался на крышу, заняв стратегически выгодную высоту. И направил сучковатую палку-дубинку на возницу, смотря уже не просто свысока, но еще и с высока кареты!
- Проваливай, сатера*, пока голова еще круглая, - сверкнув белыми зубами шефанго обратился к кучеру, сохранив в голосе и нотки мягкости, и добавив немного жареных гвоздей. - Эта табуретка с колесами мне нужнее чем тебе!
*Сатера - термин флота, означает "друг, дружище, кореш".
Шрифт:
#main-reply, .punbb .post-content { font-size: ${value}px; }