От резкого движения камень выпал из руки, утонув в золотистой листве. А Рик утонул в золотых глазах... как только догадался опустить голову. Да, она запомнилась ему гораздо выше, хотя он лет до 12-13 вообще особым ростом не отличался и даже умудрялся быть самым низким в классе...

Глаза глядели на него настороженно и капельку рассерженно. Или не капельку. Ну вот, хотел увидеть, как она злится - увидел. Взгляд Рика в ответ сиял восторгом и неверием в то, что это всё реально. Судя по его лицу, он удивился не меньше, чем пятнадцать лет назад - воочию узрев могучего золотого ящера.

Рапира позади него сдавленно крякнула и попятилась задом, вжавшись всем телом в ствол дерева и пытаясь слиться с листвой, вот только время года было малость неподходящее. С их первой... с их первой совместной, поправился Рик, встречи с драконом она стала относиться к "старшим сородичам" со значительно большим уважением и осторожностью.

Рыжий, до которого доходили отголоски её эмоций, сглотнул и внезапно для себя сообразил, что могущественный вековой дракон, вырванный из привычной среды обитания таким варварским образом, таким неотёсанным лохматым дураком мало того, что будет не рад встрече, так ещё и может задумать решить все проблемы самым простым доступным ему способом. Рапирьим. Сожрать их.

Следом за кристаллом из пальцев выпала пробирка и с тонким звоном разбилась о камни на сотню сверкающих осколков, а Рыжехвост, воспользовавшись моментом, резво выдернул свою руку из цепкой хватки девушки, отскочил на несколько шагов назад, споткнулся, зашатался на одной ноге, поминая сквозь зубы каких-то там отродий, завалился вперёд, успел подставить ладони и, застыв в такой странной позе, задом кверху, коленками наружу, ("А что, вполне себе удобно для быстрого неожиданного старта!"), выжидательно уставился на Локу.

- Т-т-там это... - дрожащий палец указал на камень, вернее на то место, куда тот приблизительно упал, - нужна твоя кровь, чтоб его дезактивировать.

Профессор Ретдингл, трёхста семидесяти лет отроду, объяснил юному дарованию, что этот "редчайший артефакт, который он только видел в жизни" действует подобно ментальному призыву. И что у дракона в голове скорее всего будет выть неумолкающая сирена, пока он не получит этот камень. Как воют сирены, Рыжий не представлял, но хорошо знал, как воет голодная Рапира. Наверное, это очень схоже.

Рик посмотрел на Локу почти сочувственно, хотя опаска из его взгляда никуда не делась, и он по-прежнему был готов сигануть в любом подходящем направлении, дабы успеть спасти свою задницу. Разумеется, на стороне дракона сила, но на его стороне годы тренировок непревзойдённого бега по пересечённой местности (классов, кабинетов и пришкольных садов)! Косой взгляд привычно оценивал округу на наличие наиболее удачного маршрута.

- Т-т-только камушек не забирай, пожалуйста... Мне его тётушка подарила! - жалобный голос, большие просящие глаза - типичный отвлекающий манёвр.

Сам Рик сильно сомневался, что эта сверкающая мистическими гранями вещица ещё когда-нибудь ему понадобится. Да даже если понадобится, легко ли найти того дракона, который за просто так поделится своей кровью для подобного экспресс-вызова, что любая совиная почта обзавидуется?

Взгляд переметнулся к наискось поваленному дереву по левую руку и стоящие перед ним разлапистые дубы, тесно переплётшиеся ветвями. Подбежать, вытянуть руки вверх, ухватиться за них, прыжок через ствол где-то на уровне пояса - длины его ног будет в самый раз! - и...

Оглушительно чихнув, Рапира подпалила ближайший сук и шмякнулась в траву, Рик покачнулся на своих трёх точках опоры, выпучил глаза и плавно, словно оглушённый заклинанием замедления, повалился на правую сторону.

Прямиком в озеро.

- Рапира, мать твою оленью!!!

Крик, многократно подхваченный эхом обступивших озеро скал, всё ещё раздавался в воздухе, а Рика уже и след простыл. Только мелькнул в воздухе ярко-рыжий хвост и скрылся за выступающим над водой утёсом.

Спустя несколько долгих мгновений, за которые до файра доходило произошедшее и за которые она пухлым взъерошенным шариком на лапках докатилась до каменного края, из-под того же утёса раздался сдавленный хрип:

- Я в порядке!

На сей раз Рыжий оказался ловчее. И трусливее. Полученная в детстве (как раз после такого вот случая!) фобия воды в кои-то веки сыграла в его пользу, и длинные, побелевшие от напряжения пальцы, судорожно цеплялись за выступающий осколок камня, не давая ему в очередной раз попытать свою судьбу.

Хотя чем он сейчас, собственно, занимался, болтая ногами на высоте нескольких метров над сверкающей поверхностью воды?

Да, силушки ей было не занимать. Будто бы без особого напряга она втащила уже отнюдь не маленького мальчика обратно на камни, но, с другой стороны, ему что ли привыкать, что вокруг него все особы прекрасного пола сильнее чуть ли не втрое? Уязвляло ли это его мужское достоинство? Пожалуй. Чуть-чуть. Однако тут уж ничего не попишешь, и как говорил в таких ситуациях один смекалистый рыжий: "Просто расслабься и получай удовольствие".

А вот ошарашенность в её глазах не меньше ошарашила его самого. Он-то думал, что она его узнала сразу и просто не питала к приставучему мальчишке тех же тёплых чувств, что и он! Ну мало ли, поиграла с ним тогда, повеселилась, потому что делать особо нечего было, а что на юное впечатлительное создание это произвело такой сильный эффект - уже не её проблемы. А оно вон как, оказывается. Но если так посудить, времени прошло уже достаточно, да и он вона какой оглоблей вымахал. Драконов с их размеренным темпом жизни и взросления годкам этак к двухста человеческая скорость роста должна немало удивить. Ну, зато про него в школе тоже говорили, что повзрослеет лет в двести, не раньше, совсем как дракон!

Пока парень прямо на глазах переполнялся надеждой, в очередной раз утонув в сверкающем золоте, Локу, судя по всему, снова припечатало магией кристалла, и пока та возилась с его дезактивацией, Рик подобрался к ней поближе, а затем внезапно обнял со спины. Может, она будет и не рада, но он ничего не мог с собой поделать. Он слишком соскучился. Так что пускай потерпит.

Лицо утонуло в красных волосах с лёгким ароматом осени. Нос защекотал оставшийся в её голове листочек, и Рыжий недовольно засопел, утыкаясь в затылок ещё сильнее. Воспоминания о детстве, с существованием которых за два месяца он почти смирился и которые перестали всякий раз сдувать его с ног ураганом, превратившись в лёгкий приятный бриз, нахлынули с новой силой, детский голос в голове всё повторял: "Я не буду реветь, я не буду реветь!", но двадцатилетний Рик и не собирался. Он вдыхал этот новый и в то же время такой знакомый запах и на какой-то краткий миг просто потерялся во времени и пространстве.

А затем резко и отчаянно вдохнул, будто снова вытащенный Локой на живительный воздух из мрачной толщи воды.

- Рад, что ты вспомнила, - глухо пробормотал он.

И в этот миг его ошпарило такой волной гнева, что было просто удивительно, как он целиком умещается в таком маленьком создании. Рапира, сидя на высоком выступе поодаль и не решаясь приблизиться к Локе, так и сверлила парочку пристальным взглядом, словно пытаясь без помощи огня прожечь в них дырки. Рыжий прищурился. Ящерка частенько показывала свой норов, когда оказывалась не в центре внимания, но тут было что-то другое. Будто в драконе она увидела соперницу.

Рик тихонько фыркнул, не желая потакать файровым прихотям, и с широченной ухмылкой наклонился вперёд, так чтобы Лока видела его лицо.

- Вон даже в озеро ради этого второй раз сиганул!

Губы файра угрожающе раздвинулись, обнажая маленькие клыки, и Рыжехвост предпочёл больше не дёргать судьбу за хвост. По урокам в Академии он хорошо усвоил, что некоторые маленькие твари могут быть стократ опаснее всяких там вампиров и оборотней, а Рапира - случай вообще уникальный. Такая даст фору самой пятке Рилдира! Не зря ж её храбрейший из рыцарей как огня боялся.

- Кстати, это Рапира, мой фамильяр, - быстро представил ящерку Рик, резво подымаясь на ноги и обходя девушку, чтобы встать перед ней. - Норов кошки, обаятельность картошки в крайне высокой концентрации! И не смотри, что её так разнесло, обычно она старается, то есть я стараюсь держать её в форме. Но на маминых харчах как же не откормиться, да она за одну ночь опустишила половину наших запасов! А мы ведь только вчера вечером приехали.

Как всегда, когда Рыжего переполняли эмоции, он принимался трещать без умолку, не давая собеседнику и слова вставить, а выудить из этого безостановочного потока мысли что-то полезное представлялось почти невозможным - казалось, его и вправду куда больше волнует тайна непостижимого файрового обмена веществ, нежели только что удавшийся призыв дракона, за который многие колдуны готовы были душу продать.

- О, ты ж ещё не в курсе, но я поступил в Гресскую школу магии, и теперь я, - парень потыкал себя в грудь большим пальцем и широко развёл в похвальбе руки, - величайшее дарование своего поколения, как сказал обо мне сам директор Аркан! Правда, это больше относится к магии разрушения. И, пожалуй, не совсем магии в общепринятом её смысле...

Рик задумчиво почесал подбородок, но выражения его лица сменялись ещё быстрее, чем позы, и вот он уже присел перед девушкой с искренним интересом в глазах:

- А ты? Как прошли у тебя эти годы?

Взгляд упал на камень, который Лока всё ещё сжимала в руке, и Рыжий быстро выхватил артефакт из её пальцев, а затем подбросил на ладони.

- Если от этой безделушки столько проблем... - пробормотал он, будто сам с собой, - то может ну её Рилдиру в задницу?

Ему больше не хотелось смотреть, как Лока мучается, пытаясь справиться со сковавшими её разум путами, а потому Рик не придумал ничего лучше, кроме как хорошенько размахнуться, прицелившись в озеро.

- Ну... я? - просто ответил Рыжий, пристально следя за её рукой.

Вселенская мощь ну или хотя бы мировое господство интересовали юного чародея примерно так же сильно, как Рапиру - их комнатный таракан, прозванный за глаза Шуриком. Можно сожрать, но зачем, когда на кухне бесконечные залежи вкуснейшей еды? А ведь есть ещё погреб!

Но спорить с девушкой отчего-то не хотелось. Тем более, когда она полезла ему в штаны, мысли повело куда-то вообще не в ту сторону, хоть Рик и пытался отчаянно этому сопротивляться: "Ладно, оставлю камень. Много зла от него не будет, если им никто не воспользуется - а никто и не знает, как. Никто, кроме... Профессор Ретдингл!" Профессор слыл знатной сорокой, да и сам Рыжехвост этот артефакт в академии много кому успел показать, когда пытался выяснить его скрытые свойства. А ну как кто-то преисполнится алчными желаниями и вознамерится завладеть редкой игрушкой? Лучше оставить его дома. У отца тут полно тайников, защита на уровне...

Рыжий невольно усмехнулся, припоминая, как в детстве распихивал по углам и щелям под подоконником всяческие "артефакты", наделённые невиданной силой. Ну вот, теперь и правда придётся их распихивать, а что ещё делать? Даже своим он не мог показать эту штуковину, способную причинить вред Локе.

Взгляд снова нашёл янтарно-золотые глаза, на фоне которых меркли все осенние краски, а в груди зашевелилось уже полузабытое желание защищать кого-то, кто стократ сильнее тебя, защищать и оберегать от опасностей всеми доступными способами. И что, что он по-прежнему маленький мальчик? Даже вытянувшись под два метра, он не обрёл мощь, даже близко сравнимую с мощью дракона. Ну разве что на руки сможет её поднять в таком виде.

В глазах мелькнула хитрая искорка, и тут со стороны зелёного комочка ненависти и гнева раздалось ещё более низкое клокотание.

Рик закатил глаза, нехотя отвлекаясь от девушки:

- Да какая блоха тебя сегодня укусила?!

Рапира, притворяясь глухой, продолжала угрожать хозяину всеми казнями рилдировскими, и Рыжий не придумал ничего лучше, как стянуть с ноги ботинок и запустить в ненаглядное отродье. Ботинок впечатался в скалу в добром метре от ящерицы (не быть ему лучником), но та всё равно выгнулась дугой и издала разъярённое шипение, уязвлённая такой банальной попыткой её заткнуть. Дракон она или где?! Ну, почти дракон. Взгляд фамильяра переметнулся на Локу, словно предупреждая, опять на хозяина, которого предупреждать было бесполезно, затем на ботинок, с пару мгновений на морде отражалась серьёзная внутренняя борьба, после чего дар с утробным ворчанием всё же был принят и утащен подальше от раздражающей её парочки, куда-то в расщелину между камнями.

Через секунду оттуда раздалось смачное чавканье.

- Знаешь, летом у неё действительно завелись блохи. Такие зелёные и светящиеся, - миролюбиво продолжил Рик, обращаясь к девушке, и резко бухнулся задницей в сухую листву перед ней, сложив ноги перед собой. - И то она вела себя как-то поспокойнее...

Глаза его на мгновение потускнели, когда в памяти всплыл ничем непримечательный момент великой купки Рапиры, и как Яра, его названная сестра, после это выглядела так, словно это Рапира решила искупать её, а не наоборот.

Чародей решительно тряхнул головой. Сестрица хотела, чтобы он нашёл своё чудо, своего золотого дракона, и он нашёл. Вот этот дракон, прямо перед ним. Яра была права, или, если лимит чудес и существует, то для Рыжего он наступит ещё ой как нескоро.

Рик снова улыбался счастливо и открыто.

- Расскажи о себе, - попросил он. - В прошлый раз у нас было так мало времени.

"И так много одного неугомонного мальчишки, - добавил он про себя, - у котого на уме были одни ведьмы да барабашки".

На сей раз он будет умнее. Он уже знает, в какую сторону нужно смотреть, чтобы увидеть настоящее чудо. Да и как будто он мог отвести от неё глаза...

Рик с отработанной годами ловкостью (когда ловил все вещи, что пыталась уронить на него или в себя Рапира) схватил яблоко, неуклюже завалившись при этом на спину, кое-как сел обратно и снова с жадностью уставился на Локу, кусая сочный плод и стараясь не отвлекаться на солнечных зайчиков, скачущих по её волосам сквозь поредевшую к осени листву.

Её слова о возрасте его впечатлили и порядком запутали. Мысленно поставив себе отметку спросить её об этом потом, чтобы не перебивать, Рыжий продолжил с энтузиазмом, который даже в своих самых запретных мечтаниях не чаяли увидеть от него преподаватели, слушать девушку, лишь время от времени прислушиваясь к хрусту, треску и причмокиванию за камнями. Кажется, Рапира решила утешить свою печаль исконно древним и исконно девчачьим народным способом: зажрать её.

По ходу рассказа вопросов становилось всё больше. Хотя, может, оно и к лучшему - ей будет проще говорить о себе, просто отвечая на них. Если она вообще станет... Драконы, как известно, крайне неохотно расстаются со своими тайнами, и она сама это наглядно доказала, так изощрённо заставив маленького мальчика поверить, будто он ни разу в жизни не встречал живого дракона.

А вот слова про то, что очень силён, парень привычно пропустил мимо ушей. Ему не раз говорили что-то такое про неслыханный потенциал и невиданную мощь (лет так через сто), но пока что это всё сводилось к неслыханной наглости и невиданному ранее школой безобразию в её стенах и около того. Интересно, какого бы она была о нём мнения, узнай, что три месяца назад его вообще выперли из академии практически с голой задницей, чтоб перестал позорить священную обитель ботаников и занудных книжных червей?

Но тут девушка начала творить своё такое родное и до сих пор нежно любимое его детским сердечком волшебство, и Рик на несколько мгновений забыл, как дышать. Разумеется, в Грессе Рыжий не раз сталкивался с магией иллюзий, да и вообще за свою недолгую жизнь успел навидаться такого, от чего бы у любого нормального человека волосы на голове зашевелились и убежали от греха подальше, но образ юной несуразной и нескладной эльфийки - даже не эльфийки, драконёнка! - только-только осваивающейся с ранее неизведанными для неё территориями и положениями в пространстве, поразил его до глубины левой пятки.

Она тоже была маленькой!

Она, как и Рыжий когда-то (да и сейчас, чего уж там), многого не умела и не понимала, а не с рождения была могущественным всезнающим всеведающим существом...

А ещё Рика очаровала эта магия "из бутылочки". Будто он снова был маленьким мальчиком, перед которым ярко-рыжая чародейка, ни капли не стыдясь своего владения магией, показывала ему самые настоящие чудеса.

Из разинутого рта выпал кусок яблока, а сам Рыж потянулся вперёд, чтобы получше рассмотреть непонятные штуковины, в окружении которых стояла растерянная девочка, и едва не столкнулся нос к носу с Локой.

- Блин, прости! - воскликнул он, придя в себя после короткого замешательства, во время которого успел заметить оранжевые крапинки в золотистых глазах, и поспешно отпрянул.

Для него всё ещё оставалось загадкой, как девушка-дракон относится ко всем его выкрутасам и к нему самому, а проверять на личном опыте, когда закончится чаша её терпения, и она просто... улетит, как тогда, ему очень не хотелось.

Так он, разумеется, думал, когда его сознательную часть не блокировали плещущиеся во все стороны эмоции, а это случалось, прямо скажем, не очень часто.

Вот, например, теперь ему тоже жутко захотелось показать ей что-нибудь этакое. И он ничего не мог с этим желанием поделать.

- Теперь моя очередь чудесатить! Знаешь, я кое-чему научился... не в этой дурацкой школе, а сам. Ну и ещё мне помог один потрясный учитель, который вообще-то не мой учитель, но теперь мой, короче потом объясню. Может вы даже когда-нибудь познакомитесь.

Суматошно оглядевшись, Рик схватил с земли несколько сухих листьев, накарябал на ладони под ними небольшой рунный символ единственным имеющимся под рукой материалом - ногтем, оставив на коже небольшие порозовевшие полосы, затем крепко сжал листья в ладони с характерным хрустом, как следует сосредоточился, как учил его Кристофер, поднёс на мгновение вспыхнувший кулак к лицу, медленно раскрыл его и осторожно подул.

В воздух взвились десятки, если не сотни огненных бабочек, постепенно обретающих очертания крошечных феечек - почти таких, какими маленький Рик представлял их в этом самом лесу на этом самом месте, фей осени, ярких и рыжих.

А потом они развеялись, и за ними предстало улыбающееся веснушчатое лицо, обрамлённое по-осеннему яркими волосами.

- Лока! - выдохнул он, резко подскакивая на ноги, а затем повторил, словно пробуя это слово на вкус: - Лока... А как тебя по-настоящему зовут? Или это секрет? А сколько тебе по человеческим меркам? Так создавать артефакты - твоё ремесло? А в каком возрасте ты смогла превратиться в человека? Почему именно рыжий эльф? У тебя есть своя пещера? Или это стереотип? Ты всё ещё живёшь со своим стариком Зарамоном? Скитаешься по свету? Не скучно быть двухвековым могущественным существом, у которого есть всё и даже больше?

Рыжий тараторил с оглушительной скоростью, стараясь поспеть за собственными мыслями и конечно же не поспевая, а глаза его горели как и пятнадцать лет назад. Ужасно нелегко быть последовательным и собранным, угодив в собственную сказку. Которая вдруг оказалась реальностью и сидела прямо перед ним, шевеля премилыми острыми ушами.

Вся его огромная, не умещающаяся в простом человеческом теле любовь к драконам внезапно сконцентрировалась в одной-единственной точке, из которой и произросла в тот день, когда он влетел головой в дубовый стол, набив весьма болезненную шишку на лбу... Говорят, что как-то так люди и влюбляются в кого-то или что-то, верно?