Странно, просыпаешься и не знаешь, чем закончится этот день. Восемьдесят, девяносто, тысяча дней проходят, никаких событий, происшествий. И вот выходишь утром за кофе и вдруг "Привет!"
© "Прошлой ночью в Нью-Йорке"
В этот раз светлые сны куда-то отступили и на первый план выступили кошмары. Как будто кто-то бросался вперед с оружием наперевес, кругом крики, въедливый сладковатый запах крови и - вот что странно - привкус у нее соленый. С долгим, томительным послевкусием дыма. Рьюкте чувствовала на своих губах все это соцветие вкусов и запахов, и ей казалось, что она сходит с ума. Разве может быть такое, что тебе снятся запахи? Что они кажутся настолько реальными, будто это реальность и есть?
Эльфийка пошевелилась и недовольно заворчала. Кошмары мучили ее редко, но, что называется, метко. Как и все эльфы, она не предавалась сну в человеческом понимании этого слова, однако грезы касались ее расслабленного разума всякий раз, когда она закрывала глаза, желая отдохнуть. Сейчас же вдобавок выяснилось еще, что и лежит неудобно, и руки затекли, и голова почему-то жутко болела. А еще этот навязчивый привкус крови как будто бы стал сильнее и впитывался во все вокруг, даже в сам воздух. Рьюк в очередной раз пошевелилась, попыталась перевернуться на другой бок и неожиданно стукнулась лбом обо что-то твердое. Это как-то сразу отрезвило, пробудило. И следующие несколько секунд были потрачены на осознание того факта, что эльфийка дремала явно не в своей постели.
Деревянный борт повозки, крытой сверху холщовой тканью, небрежно укрепленной так, что с каждым порывом ветра она топорщилась и открывала небольшой клочок для обзора. Дерево старое, с широкими щелями между досок, и в их прорехах Рьюк видела, как мелькают темные стволы деревьев в обрамлении высоких густых кустов. Стоило только попытаться задуматься о том, как она здесь оказалась, как голова заболела еще сильнее. Настолько, что Рьюк аж тихонько заскулила.
- О, наша принцесса изволила-с проснуться, - грубый хриплый насмешливый голос совсем рядом прозвучал как истошный вопль напильника по стеклу. Эльфийке даже на мгновение показалось, что ее голова готова вот-вот лопнуть.
- Кто.. вы? - слабо спросила она, подслеповато щурясь, ибо в полутьме повозки едва ли могла различить кого-то. Облизнула губы - и вот он, привкус крови, ее собственной с разбитых губ.
- Мы те, кто тебя зажарит и съест, - хохотнул тот же самый голос. - Но сначала, конечно, надругается по всякому.
Одна Богиня знает, что лучше привело Рьюк в чувство - то, что ее собираются съесть или надругаться. Но она почти сразу же попыталась вскочить и тут же рухнула на дно повозки, сдавленно вскрикнув, ибо не зря рук своих и ног не чувствовала - те были настолько туго связаны, что напрочь онемели. Голова шла кругом, в висках основательно стучало, и Рьюк все никак не могла сосредоточиться, чтобы телепортироваться отсюда. Вдобавок еще приплетался страх, заставляя сердце колотиться маленькой птичкой в тесной клетке, дрожь ползла по коже, вызывая предательские мурашки, а в уголках глаз скапливались слезинки. Девчонка никогда не славилась отвагой, и несмотря на свой боевой характер и извечное стремление совать нос куда не следует, больше влипала в неприятности по собственной дурости, нежели из-за необдуманного геройства. Сейчас же она влипла вообще неведомо почему. Последнее, что всплывало в ее памяти - она возвращалась вместе с попутчиком из деревушки близ границ Рузьяна, устроили привал, и, видимо, Рьюк на ночлеге слишком ушла в себя. Она помнила, как попутчик - молодой парнишка, называвший себя рыцарем, смеялся, шутил шутки, показывая всякие простецкие фокусы над костром, а еще бренчал на лютне, на которой не хватало одной струны.
Пока Рьюк соображала, в какое сложное положение попала, и пока пыталась хоть как-то выпутаться из своих оков, похититель трепался с другим своим сообщником, который сидел на козлах и подстегивал лошадей. Эльфийка слышала разговор лишь краем уха - что-то там о золоте, о полянке, укрытой за стеной деревьев, мелькали другие имена, видимо, в этой банде был еще кто-то. И когда повозка вдруг остановилась, Рьюк с испугом зыркнула в щели между досками и толком ничего не смогла разглядеть. Странно, ведь еще было светло. Неужели приехали туда, где настолько густые лесные заросли, что даже солнце не может преодолеть спутавшиеся переплетенные древесные кроны?
- Выбираемся, красавица, - крепкие сильные и, главное, просто огромные мужские руки самым наглым и бесцеремонным образом вытянули девчонку из ставшей уже такой родной повозки. - Приехали.
- Отпустите! Отпусти меня, боров! - Рьюк тут же заверещала, как почувствовала чужие лапищи на своих бедрах. Была не была, получится или нет, но нужно пробовать, и она, вся трепещущая, напуганная, попыталась телепортироваться и у нее даже получилось - на пару метров, чтобы тут же рухнуть наземь, ибо руки и ноги по-прежнему оставались связанными и далеко удрать все равно не вышло. Зато похитители очень опрометчиво поступили, что не заткнули эльфийке рот, и она сразу же указала им на эту ошибку, когда заверещала во всю мощь своих юных, не омраченных табаком легких. - ПОМОГИТЕЕЕЕЕ!
- Ори, не ори, сладуша, никто тебя здесь не услышит, - перед лицом Рьюк остановились ноги в старых потрепанных сапогах. И следом она почувствовала, как ее поднимают за шкирку, словно нашкодившего котенка. Несмотря на предупреждение, она все-таки рискнула прочистить горло еще разок и повторила свой бравый вопль, вложив в него всю душу. Правда, допеть свою песню не успела, ибо ее нагло прервали увесистой пощечиной да так, что с едва затянувшейся губы опять брызнула кровь. И вот теперь Рьюк уже испытала такой страх за себя и такую к себе жалость, что едва могла думать о чем-либо еще, смотреть куда-либо еще, кроме как на широкое оливкового цвета с грязными разводами лицо ухмыляющегося орка.

Сдаваться так просто Рьюк была не намерена. Она, конечно, изошла слезами, которые предательски текли и текли, смешиваясь с кровью из рассеченной губы, она, конечно, жалела себя и проклинала одновременно, что ее глупая голова не способна соображать в стрессовых ситуациях и не выходит собраться и телепортироваться куда-нибудь подальше. Но да, пока ты спелената как гусеничка, есть ли смысл прибегать к магии? И эльфийка начинала выть еще сильнее. Ну она - девчонка, юная, слабая,  извечный магнит для неприятностей. Рьюк не рассчитывала, что слезами растрогает своих похитителей и те ее вдруг передумают убивать или чего еще похуже. Она сейчас всей душой ненавидела орков. Всех до единого. Впрочем, она и прежде не питала к ним добрых чувств, равно как и иллюзий, что эти существа могут не быть кровожадными злобными монстрами.
Об этом она узнала еще в школе. Или даже раньше, до обучения в Гресе. В общем, несколько столкновений с орками уже случалось, всякий раз Рьюк выходила целой, но нельзя сказать что невредимой. Длинный острый язык и совершенное неумение вовремя замолкать зачастую играли с эльфийкой злую шутку. В итоге Рьюк уяснила раз и навсегда, что от орков надо держаться подальше, а по возможности мерзопакостить им исподтишка. Но так, чтобы всегда оставалась возможность вовремя удрать.
Она все никак не могла поверить, что это происходит с ней. Оставалась надежда - эта маленькая сучка никогда не исчезает, - что обязательно звезды должны повернуться к бедолаге Рьюк лицом. Не может же всякий раз удача показывать свой зад? Или может?
Эльфийка мелко дрожала, лежа связанной на траве. Прохладная роса промочила одежду, черные косы растрепались, теперь черные волосы выглядели спутанным вороньим гнездом, лезли в глаза и рот, а еще от них почему-то воняло орочьим потом. Она едва сумела повертеть головой, чтобы оценить обстановку. И впрямь лес плотной стеной вокруг с тугой крышей из крон. Уютная полянка. Здесь наверняка было бы неплохое местечко для пикников, а вместо этого... Рьюк поежилась и всхлипнула. Вместо этого сейчас над ней будут надругиваться, как только в головы этим зеленым образинам взбредет. Она пыталась отползти, но руки и ноги настолько были крепко связаны, что девчонке показалось, будто их уже просто придется оттяпать за ненадобностью. А ползти, извиваясь всем телом и изображая из себя большого червяка, тоже оказалось не так-то просто и лишь вызвало приступ хохота у похитителей.
А смеяться-то им оставалось совсем недолго. Неожиданный поворот событий, смешались в кучу кони-люди, как говорится. Рьюк только вскрикнула, и вот уже одни зеленые мутузят других. Сказать, что эльфийка рада менять шило на мыло? Пф! То ли радость - спастись от одних, чтобы тебя сожрали другие их товарищи-сородичи! Но оставалась слабая надежда, что эти добры молодцы сейчас друг друга перебьют да и все. Поэтому, когда один из орков подхватил девчонку и потащил вслед за своим напарником, пока первый комплект бандитов отдыхал на травке, Рьюк снова задергалась и заверещала. Пыталась связанными руками отлупить его по плечам, кое-как сучила ногами. Но ничего не помогало. Благо, тащили ее недалеко, вскоре сбросили наземь. А когда Рьюк увидела, что на нее надвигается бравый молодец с ножом наперевес, то снова попыталась заорать, вот только вырвался один лишь хриплый сдавленный писк.
- Нет, не трогайте меня, я вас сейчас заморожу! Отпуститеееее... - нож приближался. Он угрожающе звенел, вызывая совсем безрадостные перспективы для эльфийки, ей было так страшно, что она совсем не учла тот факт, что эти двое обращаются с ней куда мягче, нежели их предыдущая конкуренция. Но кто их знает! Один крестьянин, с которым Рьюк общалась в школе и который неведомо какими дивами там оказался, рассказывал, что дома, в своем богами забытом поселении, перед тем, как свернуть курице шею, садил несчастную птицу себе на колени и долго гладил, утешал, успокаивал. Якобы мясо так не горчит и не отдает страхом.
Хлоп - и руки вдруг свободы. Как Рьюк это заметила? А просто замахала ими вокруг себя, будто отгоняя рой мошкары, пыталась отбиться от чужих рук, даже не заботясь о том, что может нечаянно махнуть ладонью по ножу и сама себя ранить. Для нее это прям в порядке вещей. А когда свободны стали и ноги, то Рьюк тут же попыталась подпрыгнуть, чтобы удрать, однако не рассчитала своих сил и повалилась обратно, едва не потеряв сознание. Судя по всему, оттелепортироваться опять же не выйдет. Равно как и вряд ли получится воплотить свою угрозу в жизнь и заморозить.
- У вас двоих что, новая игра? Развяжи, отпусти, догоняй и сожри? - съязвила Рьюк. Она едва опиралась на ладони, да и то сейчас все четыре конечности начало адски колотить из-за того, что кровообращение восстанавливалось, онемение начало проходить, и теперь эльфийка стонала от этих адовых иголок, жалея, что руки и ноги все-таки не отвалились.

Пробежка через лес на плече у одного из орков не была приятной. Рьюк продолжала отбрыкиваться и кричать, насколько позволяли ей севшие голосовые связки. Однако плацдарм для маневров был ограниченный, руки и ноги, крепко связанные, тоже не позволяли сильно дергаться. В итоге оставалось лишь надеяться, что эти двое, кажущиеся более молодыми, будут не такими злобными, не станут издеваться, а убьют сразу же и быстро.
Потом Рьюк малость охренела, когда ее освободили. Сарказм лился вперед того, как девчонка успевала подумать, тут она была совсем не виновата - в моменты опасности это сродни инстинкта самосохранения, хотя острый язычок зачастую умудрялся сослужить прямо противоположную службу. И, наверное, эльфийка зря грешила на свою удачу. Дожила ведь она как-то до своих 133 лет. Пусть даже всякий день наступал с приключениями, но ведь пока что Рьюк умудрялась из них выбираться, и ведь шрамов при этом на ней не осталось - ни единого!
- Я знаю, что у некоторых имеются свои пристрастия, - огрызнулась она хрипло и совсем не по-девчачьи, когда уже ее опустили на траву, разрезали путы и дали несколько минут передышки. - Например, загонять добычу, дабы она от страха свалилась со ставшим сердцем.
Признаваться в том, что эти орки ее не собираются убивать и пожирать, и что Рьюк тут возвела на них напраслину зазря, совсем не хотелось. Извиняться - так вообще не в ее характере. Да и сейчас она считала всех зеленомордых на одно лицо. Все они злобные агрессивные монстры, все их поголовье, поди, промышляет разбоями и кражей юных дев. Если это в крови заложено и передается из поколения в поколение, разве можно думать иначе?
- То есть вы хотите сказать, что вы меня действительно спасаете? Не просто успокаиваете, чтобы я не верещала, когда вы станете срезать с меня кусок за куском? - недоверие Рьюк было легко объяснимо - она никогда близко не сталкивалась с орками. А все, что о них слышала, было далеко от комплиментов. В школе Греса любимым занятием по вечерам изо дня в день оставались игры в правду или вымысел. "Правдой" подчас оказывались истории об орках, которые населяют подножья у горной цепи далеко на севере и являются дикими необузданными варварами, для которых сочное молоденькое эльфийское мясцо - настоящий деликатес. За неимением других сведений в подобное верилось. И Рьюк тоже верила. Поэтому в тот момент, когда она разомкнула веки и увидела себя в повозке, похищенной этими созданиями, то уже мысленно попрощалась с жизнью. Презумпция невиновности в данном случае не работала.
- Знаете, вы меня, конечно, простите, но в такой подарок судьбы не очень вери... - закончить фразу она не успела, ибо та потонула за ревом преследователя. Тот так быстро очухался и решил, что упускать добычу и проигрывать молодняку явно будет ощутимым ударом по собственному самолюбию. А Рьюк, услышав этот рев, была готова поверить во все, что угодно. Справедливо расценив, что эти пареньки пока что помогали и до сих пор предлагали свою помощь, эльфийка протянула им обоим руки. Идти-то она, конечно, могла. Но, как и с телепортацией, с уверенными шагами, а тем более с бегом оставались проблемы. А когда лес внезапно ожил, ветки захрустели под чьим-то грузным телом, Рьюк была готова нестись вперед резвой козой, перепрыгивая и братьев-орков в том числе, вытянувшихся в полный рост.
- Может быть, все-таки бежать? - слабо пискнула она, глянув не без опаски на меч, блеснувший в руке одного из орков. - Тут недалеко есть речка. Давайте к ней, а я уж постараюсь что-нибудь придумать. Только помогите мне туда добраться, - речка была, достаточно глубокая и в ширину такова, что с разбегу не перепрыгнуть. Брода или моста в этих краях не предусматривалось, но у Рьюк был какой-никакой план. Она так уверилась в своих силах, что отступать упрямо не желала. Главное - успеть.

То есть... они действительно ее защищают? Рьюк удивленно уставилась на широкие спины орков, когда оба спасителя-похитителя выступили вперед, будто закрывая девчонку собой. Так они словно показывали свое искреннее доверие к Рьюк, подставляя самую незащищенную сторону тела. Ну или не брали ее в расчет, считая, что она слаба и ранена (?), чтобы как-то противостоять двух врослым, пышущим силушкой богатырской оркам. Эльфийка надеялась больше на первый вариант, ее и так колотило от мыслей, что она едва не оказалась подстилкой, а затем и едой какого-то неотесанного бандюгана. Хотелось немного расслабиться и поверить в то, что спасать ее могут по доброте душевной (или даже за вознаграждение, правда, ничего ценного с собой у эльфийки не было - все отобрали нападавшие), а не спасать ради того, чтобы забрать себе. Перспектива из огня да в полымя не радовала. Не в обиду орчатам, они куда милее предыдущей банды, но Рьюк все равно предпочла бы оказаться от них где-нибудь подальше.
А еще она собиралась провернуть один фокус с речкой. То бишь она вдруг вспомнила, что умеет немножко в магию, ну там взмах руками, несколько пасов, проговорить заклинание, не запинаясь и проговаривая каждое слово правильно. И получить в итоге нужный результат. Пока Рьюк не видела воду, то ей казалось, что у нее может ничего не получиться. Но только выскочили все трое к реке, как эльфийка почти что воспылала любовью к этой своей родной стихии и четко осознала, что все у нее должно выйти как надо.
Она уже затормозила, дав себе минутку на то, чтобы отдышаться, ведь это сбивчивое дыхание не должно никак повлиять на слова заклинания. Собрана, настроена, готова от и до. И только собралась взмахнуть руками, как орки ринулись в воду, еще и дернули за собой замешкавшуюся эльфийку. Она настолько очумела от подобной наглости, что даже не успела возмутиться. И с головой ушла под воду.
Плавала Рьюк, как рыба. Морской эльф, как никак. Но вот с течением справиться все никак не удавалось - тут и камни речные, и сама эльфийка еще до конца в себя не пришла, и опять же неожиданность погружения сказалась. Благо, орки все время оказывались рядом, благодаря им Рьюк и выбралась на ту сторону, слегка раздосадованная, отплевываясь и отжимая волосы и стряхивая с одежды налипшую землю с песком.
- У меня вообще-то был план! - возмущение, наконец, прорвалось, когда прорезался голос. Однако следом его пришлось притушить, мало ли, как далеко их унесло течением. Если разбойник совсем неподалеку, то может услышать отзвуки пронзительного девичьего голоска. Рьюк уже шипела следом тихо, - я собиралась сделать нам мост! А вы... вы... Кто вы вообще такие?!
Вопросов было много. Кто и где? Как отсюда выбраться? Сколько прошло времени? Рьюк уже, вестимо, давно должна быть дома, а ее нет. Семья уже бьет тревогу? Начали поиски? А тот парень, который ехал вместе с эльфийкой, что с ним случилось? Неужели те дикие орки-людоеды слопали его там на месте? Бедняга...
- Я Рьюкте, - незнакомцам она всегда представлялась полным именем, более солидно звучало. - И если вы планируете снимать тут все передо мной вплоть до подштаников, то я лучше отвернусь, - сентябрь был вполне себе теплым, хотя Рьюк в мокрой прилипшей к телу одежде уже малость начинала чувствовать неприятную прохладу. Она бы и сама с удовольствием стянула с себя мокрые шмотки, но не признаваться ведь в этом! Да и еще... сидеть полуголой (и уж тем более голой!) бок о бок с двумя здоровенными молодыми орками?! Ну нет, тут один такой чуть было не преуспел в деле своей похотливой страсти. Рьюк аж вздрогнула, будто до нее только сейчас дошло, от чего именно ее спасли эти двое. Так что надо бы, наверное... - Да, примите мою благодарность. Но отплатить мне вам нечем. Проклятые разбойники стащили все подчистую вплоть до моего спутника.

Наверное, Рьюк была слишком строга к своим спасителям. Но и ее понять можно. Она, видите ли, только что пережила стресс и не каждому дано так быстро от него оправиться. Особенно когда из рук одного орка попадаешь в руки других. Сложно представить себе, что представление об этой расе могло быть в корне неверным. Но Рьюк просто не слышала другого мнения. Однокашники в унисон рассказывали об орках всякие нелицеприятности, мол, злые и беспощадные творения самого того-кого-нельзя-называть, а эльфиек-де почитают за деликатес и тот еще смакует пуще прежнего под свежим клюквенным соусом. Естественно, так просто, по щелчку пальца, мнение о этих зеленокожих созданиях не переменится. Даже если они спасли девчонке жизнь, она все равно косилась на них с подозрением и настороженностью, будто ожидала, что вот-вот из карманов своих штанов они достанут вилки и разделочные ножи.
Однако даже в такой ситуации благодарность Рьюк была не чужда. Эльфийка испытывала не только настороженность, но и любопытство, ибо слухи слухами, но глаза видели другую картину, и в итоге свой собственный эмпирический опыт вкупе с услышанным ранее давал стойкий диссонанс. Кому и чему верить? Рьюк прекрасно знала, что она с удачей была рождена в разные дни, и сомневалась, что ей стоит сейчас менять свою позицию, демонстрируя всяческую лояльность к этим двум созданиям. Хотя, надо признать, они были милыми. Настолько милыми, что Рьюк не понимала, как можно вдруг из таких милых превратиться в злобных чудищ. Да и разве чудища рождаются чудищами? Скорей, они ими становятся ввиду соответствующего воспитания и еще куда больше - отношения.
- Конечно, мне нужна была помощь! Вы что, ослепли? Эти чертовы орки... - тут она осеклась, прикусила губу, но следом вскинула подбородок и продолжила, - чуть было меня не сожрали! И я очень надеюсь, что вы спасали меня не для того, чтобы продолжить их дело.
Она не стала объяснять, почему так думает. Должно быть, братья и без того часто напарываются на подобное отношение, уже привыкли и это не должно их возмущать или расстраивать. Но Рьюк сама по себе не была злючкой, она была немного придурковатой и часто попросту не следила за тем, что говорит. А тут еще эффект от перенесенного стресса, в итоге сложилась вот такая картина.
- Можно просто "Рю", "Рюк" или "Рьюк", как вам угодно, - все же снизошла она до более мягкого ответа и следом уголками губ улыбнулась. - Рюките тоже сойдет.
А когда Маренмак начал раздеваться, эльфийка буквально пошла красными пятнами. Тут же замахала на парня руками. Неужели он тут решил щеголять перед ней голышом?
- Эй ты чего удумал! - и еще больше запылали ее щеки, когда промелькнула нежданная мысль о том, что тело-то у него совсем еще ничего, пусть даже и зеленой. - Не надо мне тут этого... вашего...! Па-пааа-падаждите! - она тут же отвернулась спиной к оркам, с опозданием отметив, что зря, ох зря спиной-то к оркам, которым, пусть и спасли, доверия по-прежнему не было. Но поворачиваться обратно уже как-то не комильфо. Да и вдруг они за это время умудрились и подштанники стянуть! - А как же греться, находясь подальше от костра? - хорошо придумали. То есть они будут плясать вокруг огня и сушить одежду, а Рьюк должна за кустами сидеть и надеяться, что не умрет от воспаления легких? Доброй сестрицы-целительницы, знаете ли, сейчас под боком нет!
- А что, если... - задумчиво проговорила эльфийка, поражаясь тому, что только сейчас додумалась о подобном варианте. - Минуточку, - размяла руки, те по-прежнему хранили на своих запястьях багровые полосы от веревок. Примерилась, вспоминая, чему ее столько лет учили в Школе, а затем начала бормотать заклинание, применяя его на рукаве своей мокрой грязной рубахи. Вот сейчас магия слушалась, как положено, была покладистой, мягкой, как пух, перетекала из ткани в руку безропотно. Вода - ее стихия. И вот рукав сухой, аж шуршит. - Получилось! - Рьюк выпустила из ладони водяной куль, тот хлопнул оземь и тут же растекся по земле. Довольно сияя как начищенная сковородка, эльфика развернулась к оркам, опять уткнулась взглядом в их обнаженные тела, стала на лицо цветом заката и, даже не останавливая поворот, продолжила его еще на 180 градусов. - Ой, простите! Но я тут немного поэкспериментировала! Думаю, что я смогу вытянуть воду из нашей одежды!
Впрочем, не стоило забывать и о том, что после этого эльфийка, чувствующая себя и без того неважно, наверняка рухнет на травушку и уснет на полдня таким сном, что ее даже дракон, парящий над головой, не разбудит.

Работа с магическими потоками давалась эльфийке нелегко. Хотя Рьюк хорохорилась и вызывающе вскидывала подбородок с видом "да я!", "да я сейчас!", но на деле она чувствовала себя ужасно уставшей, обессиленной. Концентрация была позорно растеряна, и в итоге финт с высушиванием одежды стал для юной чародейки последней каплей. Она с глухим стоном и странной блаженной улыбкой сползла на траву и с трудом могла сфокусировать взгляд на орчатах. Все равно что добровольно предоставила себя на пиршественный стол. Да, Маренмак и Динадо проявили себя истинными благородными рыцарями и не думали покушаться ни на честь, ни на достоинство, ни на юное аппетитное мясцо спасенной эльфийки. Вот только сейчас она была совершенно безвольной и не смогла бы сопротивляться от слова совсем.
- Дааа, - вяло протянула она, лежа у костра на боку и медленно моргая, словно вот-вот провалится в сон. - Умение полезное. Если бы еще... ох... силы не тратились на него, а то знаете ли... Вот вы, - надо же было ей переключить внимание со своего незавидного состояния, - когда деретесь, копаете картошку или колете дрова, разве не устаете?
Рьюк чувствовала себя настолько измотанной, что едва могла жевать предложенный кусочек мяса. Энергия нужна, силы необходимы в обязательном порядке, а вот челюсти двигаться решительно не хотели. В итоге эльфийка едва прожевала один кусочек размером с медяк, а от остального отказалась. От всего, кроме яблок. Когда она увидела яблоки, то откуда только силы взялись! Закряхтев, как старая дряхлая бабка, эльфийка с усилием приподнялась на локте и потянулась за яблоками, а в глазах уже горел этот по-детски непосредственный огонек "Дай-дай-дай". Девчонку можно было по праву назвать главной кельмирской плодожоркой. Ее знали все торговцы фруктами в Кельмире. Ее боялись все яблоневые сады и садовники. В детстве ей не давали карманных денег, потому что она спускала их на яблоки. А кухарке было строго-настрого запрещено рассказывать Рьюк о своих походах на рынки за продуктами.
От яблочек становилось хорошо и привольно. Сразу на душе расцветали цветы, сразу восполнялись запасы энергии. И эльфийка после второго или третьего яблока смогла уже сесть, как полагается, чтобы вести беседу, а не засыпать под нее.
- Вы хотите пойти со мной в Кельмир? - удивилась она на это предложение. Нет, не то чтобы она против. С такой компанией ей ни людоеды, ни бандиты, ни дикие звери не страшны. Но просто... Кельмир же - сосредоточие всего доброго, светлого, вечного. А тут - орки. - Да в этом городе предрассудков больше, чем в Арисфее, уж поверьте. Вы знаете... я ж эльфийка, да? Ну то есть это и так понятно. Ну и так вышло, что живу я в семье оборотней. И вот сколько я всего выслушала от своих сородичей ушастых... А орков я в Кельмире отродясь не видала. Расскажите, где вы бывали, кто такие, как тут оказались? Путешествуете? Искатели приключений? Под рассказы о приключениях прекрасно можно завершить поганый день, - а день ведь и впрямь был тем еще поганцем. И лишь братья-орки умудрились его под вечер самую толику подмаслить.

От усталости Рьюк чувствовала себя немного пьяненькой, а потому практически на все согласной. Она глядела снизу вверх на братьев-орков (снизу, потому как она вскоре снова приняла лежачее положение, а еще потому, что они были куда выше ее) и рассуждала о превратностях судьбы.
- Как же, оказывается, опасно нынче путешествовать, - посетовала со вздохом. - И ведь я не где-то там, я по прямой дороге, по хоженому тракту ехала. И спутника моего так жаль... Он пел красивые песни да и вообще был неплохим парнишкой. Эти ужасные людоеды его наверняка сожрали, - поморщилась так, словно в который раз мысли о мясе вызвали у нее рвотный рефлекс. Нет, она пока что согласна только на яблочки. Она всегда согласна на яблочки.
А еще собралась уже начать возмущаться, что орки игнорируют половину ее вопросов. Важный вопросов, между прочим! Как она может потащить их за собой в Кельмир, если не знает о них ничего, кроме имен? Ну и того, что они совсем не похожи на злых кровожадных монстров, коими расписывают орков все эльфы от и до. Рьюк, опьяненная своей усталостью, сытая, довольная и оттого малость раскрепощенная, безо всякого стеснения разглядывала братьев, водя взглядом по их полуобнаженным телам. У нее и в мыслях не было ничего крамольного, нет. Ей было просто любопытно. Такие разные и в то же время ничуть не отличаются от других. Интересно, какая их кожа на ощупь? Подружка из Школы била себя в грудь и утверждала, что у орков настолько толстая шкура, что ее даже стрелой не пробить, а на ощупь как наждачная бумага. Пока Рьюк "ехала" на плече у одного из своих новых знакомых, ей и в голову как-то не пришло его ощупать. А сейчас вдруг стало любопытно. Однако спрашивать подобные вещи ей, даже в таком умиротворенном расслабленном состоянии, было как-то неудобно и совестно.
- Я не против. Легенда проста, вы - моя гвардия, приставленная ко мне в Рузьяне. Я ведь оттуда возвращалась домой. У нас такой большой дом, что вы можете там остаться на пару дней и никто из моей семьи вас даже не увидит, - ну это, конечно, Рьюк преувеличивала. Во-первых, в поместье Айнцбернов жила целая куча слуг. Во-вторых, не стоило забывать, что родственники Рьюк все, как один, оборотни. Ну исключая Фроста, который был таким же приемышем, как и эльфийка. Но у нее теперь просто-таки копчик зачесался, когда она подумала, что орков можно "вывести в свет", показать им большой красивый город. Конечно, темных там не любят и не привечают. Орков отродясь не видывали и каждый стражник будет цепляться с вопросами наверняка. Да и за решетку бросить без вопросов, а просто потому что больно уж лица подозрительные, тоже могут с легкостью. Все это Рьюк объясняла братьям, но их такие трудности, казалось, и вовсе не пугали.
- Ладно, с утра тогда выступим в путь. Нам только надо будет, - она зевнула, прикрывая рот ладошкой, - найти дорогу. Потому что я с картами и звездами совсем не дружу, - и тут же перевернулась на спину, чтобы уставиться на россыпь созвездий на почерневшем ясном ночном небе. Такая красотища, что аж завораживало.

- Как удачно, что вы искали его на той дороге, по которой везли меня и недалеко от которой меня собирались трапезничать, - хихикнула Рьюк. Сейчас, когда все невзгоды остались позади, подобные разговоры не вызывали нервной дрожи, а мысли о том, что эльфийка была на волосок от смерти, не казались жуткими. Всё прошло, закончилось. Рьюк лежала близ костра на боку, подперев голову ладошкой, разглядывала своих спасителей и окончательно приходила к выводу, что ей их бояться не стоит. Ну не настолько они хитроумные, чтобы сначала спасти, ввести в заблуждение, присыпить бдительность, а затем набрасываться и пожирать юное эльфийское мясцо. Если бы хотели, то уже давно бы сделали, пожалуй. Возможностей у братьев было хоть отбавляй.
Рьюк бесстыдно пялилась на орков, как на произведения искусства совершенно чуждой и оттого интересной ей культуры. С ней прежде такого не случалось. Если во время учебы в Школе и доводилось подглядывать за мальчишками, то исподтишка и давясь от смеха, да еще и в компании таких же бесшабашных глупых девчонок. А после Рьюк всякий раз как видела чужое обнаженное тело, старательно отводила взгляд, а ее щеки тут же расцветали пышными маками. Сейчас же такого эффекта не было. То ли усталость тому виной, то ли орков эльфийка воспринимала совсем иначе, кто ее разберет. Но вот когда они улеглись по обе стороны от нее, Рьюк вдруг сжалась. Просто промелькнула в голове мысль, что со стороны их невинные возлежания выглядели бы наверняка совсем уж двусмысленно. Чувствуя себя до боли неуютно, она все же промолчала. Покрутилась, принимая такое положение, чтобы ни до Маренмака, ни до Динадо не дотрагиваться. Хотя было интересно, правду ли говорили подружки. И глядя на темно-оливковую в полумраке кожу Маренмака, она сдерживала, как ей казалось, совершенно неуместные порывы ее коснуться.
- Меня ж везли в повозке, - вздохнула Рьюк на слова одного из братьев. - Не знаю, сколько времени прошло до того момента, как я очнулась. Так что могли и в самом деле сожрать парнишку. Кажется, он говорил, что у него есть мать и младшая сестра. Так они и не узнают... - разговор грозил скатиться в невеселое русло, так что Рьюк с усилием заставила себя перевести тему, - звезды такие красивые. Столько невообразимо ярких созвездий, - она лежала на спине и водила пальцем по воображаемым линиям на небе. - Представьте себе, если на самом деле это в бесконечном небесном море плавают рыбки-светлячки. Или если там живут души умерших и смотрят на нас сверху. Ведь не зря говорят, что они туда возносятся, так ведь? - голос ее слабел, а монолог вскоре превратился в невнятное сонливое бормотание. Оба орка наверняка уже спали под это нудение. В какой-то момент замолчала и Рьюк. Ее веки в очередной раз опустились и поднялись уже спустя много часов, когда их тронул первый луч восходящего солнца.
- Ребята, с добрым утром! - Рьюк резво приняла сидячее положение и заулыбалась. Она чувствовала себя преисполненной сил, отдохнувшей, бодрой и с приподнятым настроением. Она была настолько весела и довольна, что едва ли не бросилась обнимать спутников от переизбытка эмоций. Наверное, сон какой-то хороший приснился.

Новый день обычно приносит с собой новые проблемы. Или решение старых. Рьюк была заядлой оптимисткой, ее умение не унывать и искать способы решения в сложных ситуациях подчас знатно раздражало окружающих, тем более что, будем честны, эльфийка добивалась в этом успеха едва ли в половине случаев. Во второй половине она лишь усугубляла проблему или втягивала в нее еще большее количество участников. Но и в таком случае вешать нос и хмуриться было не в ее характере. Видать, в жизни Рьюк до сих пор не случилось ничего сверхъестественного, что могло бы ее образумить. Вот едва ли оркам на ужин не попала, а тут уже с другими орками встречает рассвет. Кто-то сказал бы, что девчонка совсем с катушек слетела. Да и плевать! Главное, что жива. И ведь жива благодаря братьям.
Удивительно, что после такого насыщенного эмоциями дня эльфийке не снились кошмары. Что она вообще смогла уснуть и даже проснуться в хорошем настроении. Наверное, сказалась усталость - колдовать для Рьюк всегда бывало непросто, особенно когда предстояло делать это во время скачущих, как упряжка диких мустангов, эмоций.
- Ох, мне бы хоть капельку вашей надежды, - вздохнула эльфийка. Пока ее спутники возились с завтраком, она сама спустилась к кромке воды и принялась баловать себя прохладными утренними гигиеническими процедурами. Говорить дальше о том, что веселый парнишка, бренчавший на струнах, наверняка по частям переварился в желудках похитителей еще до того, как подоспели Маренмак и Дин, Рьюк не стала. Ей и самой было не очень приятно об этом думать. Да и казалось, что она как будто молчаливо обвиняет в людоедстве своих новых знакомых. А те, между прочим, пока что проявляли себя как бравые рыцари и галантные кавалеры. Она не захотела их огорчать, а потому, повернувшись к ним лицом, уже посвежевшая и порозовевшая щечками, воодушевленно согласилась, - вы правы! Он был таким ловким и шустрым, что наверняка сбежал.
Незатейливая походная еда быстро была поделена и съедена. Незаметно Рьюк пытливым взором окинула оставшиеся запасы - не завалялось ли там где яблочко? Нет, похоже, она все сочные аппетитные фрукты слопала еще вчера. Ну что поделать - экономить в таких делах эльфийка не умела. Они затоптали тлевшие угли от костра, и пока орки собирались, Рьюк разглядывала берега реки, будто боялась увидеть там тучную фигуру преследователя.
- А где живут орки? В Скалистых горах? - дорога в Рузьян предполагалась долгой, не молча же идти. Там, закончив свои дела, эльфийка планировала нанять повозку и на ней ехать уже в Кельмир. Пеший ход к родному дому занял бы, поди, не одну неделю, а то и месяц. В подобных расчетах Рьюк была не сильна, но признаваться в этом новым знакомым постеснялась. Они вон как на нее смотрят! Будто на принцессу! А интересно даже... ведь у орков другие стандарты красоты, не так ли? По человеческим меркам Рьюк очень и очень хорошенькая... И ей вдруг стало любопытно выяснить мнение орков, но как к этой теме аккуратно подступиться, чтобы те не подумали чего? - А я вот никогда не видела женщин-орков. Расскажите, какие они? А вы все такие... нуууу... - не находя подходящих слов, она неопределенным жестом ладони обрисовала большие формы мускулов на руках. - Да, я помню, что вы жили с названным отцом-человеком, но, может, встречали прежде и других орков? Просто я вот - ни разу! Может быть, один раз или два и то совсем издалека.